От меня пахнет рок-н-роллом, надеваю олимпос

Влад не знал, что чувствовать, когда услышал мамино «Влад, собирайся, мы возвращаемся в Питер, никаких нет». В первую очередь, он конечно же чувствовал злость, ведь его мнение родители не учитывают. Да, он знал, что они временно в Москве и в итоге вернутся домой. Но он думал, что он успеет закончить 11 класс, поступить в крутой университет в Москве и остаться тут, несмотря на то, что родители могут уехать. Найдя тут большое количество друзей, прижившись в школе и устроившись хорошо в своей комнате, Владу попросту не хотелось уезжать. Он уехал из Питера, когда ему было 12 лет. Этот переезд был таким же сумбурным, как и возвращение. Мама говорила нам надо «развеяться», папа говорил, что по работе, а Дикиджи старался не плакать по ночам из-за того, что его оторвали от друзей, любимого города, родной школы и просторной комнаты, к которой он привык. Ему было очень трудно первое время, пока Влад не пошел в школу и не понял, что его круг общения не ограничивается одними питерскими друзьями, с которыми он и вовсе позже перестанет общаться.  Вспоминая от этом, Дикиджи понимал, что с возрастом ничего не меняется. Хоть ему и было уже почти 17 лет, он до сих пор плакал, пока собирал вещи. И если тогда домом казался родной Питер, то сейчас ему уже настолько прижилась Москва, что обратно не хотелось. Не хотелось вновь менять круг общения, школу, спортзал и квартиру, но одного его в столице не оставят, так что делать нечего. Когда все вещи уже были собраны, а завтра уже надо уезжать, Влад решает попрощаться с городом и со своими друзьями. Ему не хочется лить слезы и вести себя, как девчонка, но как только он выходит на улицу из подъезда и видит, как в привычном дворе падают снежинки, пока на горизонте садится солнце, его глаза начинают слезиться. Дикиджи так не хочется расставаться. Так не хочется бросать все вновь, перестраиваясь под новую школу, людей, климат, да почти всё. Пока он идёт заученным до дыр путём до площадки, на которой они всегда собирались, его холодную от мороза кожу обжигают слёзы, про которые он никогда никому не расскажет. Брюнет каждый раз стирает с щёк мокрые дорожки, пока не сдается из-за того, что руки замерзли, и соленая вода просто скатывается по щекам, собираясь где-то внизу. Дикиджи даже затягивает несколько раз подик, выдыхая большое количество дыма в пустоту перед собой, только успокоиться это не помогает от слова совсем. — Влад! — слышится недалеко от него знакомый до чертиков голос. Он так задумался, что не заметил, как почти пришел. На него налетает красивейшая блондинка с именем Маша, которая была ему как младшая сестренка. Она крепко обнимает его и смотрит внимательно.  Кучерявый вспоминает, как она закатывала глаза, когда он пытался флиртовать с девушками. Как она постоянно вместо вредной еды приносила полезную, чтоб он не растолстел. Как давала советы, кого кадрить можно, а кого нет. Дикиджи становится грустно от мысли, что этого долго не будет. — Привет — мямлит Влад, крепче прижимая Захарову к себе из-за ностальгии, как в последний раз, хотя это и есть почти последний. Он неловко улыбается, замечая за Машей Марка, Дашу, Андрея и Соню. Все стоят с улыбкой, только вот Дикиджи снова поддается эмоциям, и по его щекам скатываются сразу две слезы. Помнится, как он впервые с ними познакомился. Как Марк постоянно шутил, что он приёмыш и хлопал его по спине. Как Соня впервые увидела, как он танцует и после этого заставляет снимать с ней тиктоки. Как они с Андреем вместе напились и сидели болтали по душам, хотя Влад думал, что он никогда к нему не подойдет поговорить. Как Даша уговаривала его проколоть бровь, рассказывая свой опыт и то, что будет совсем не больно, а ему пойдет. Слишком грустно. Брюнет сглотнул, протирая глаза от слез. — Эй, Владосик, ты чего тут сопли распустил! — громко говорит Кондратюк, подходя с ребятами ближе, явно намереваясь сделать небольшую капусту из обнимашек. Влад неуверенно улыбается, не зная, что он чувствует больше - радость или грусть. Маша внимательно поднимает на него взгляд и, когда кучерявый смотрит ей в глаза, то видит вновь стеклянную оболочку, но за ней радостные искорки. Дикиджи смотрит на других и замечает, как почти у всех в глазах стоят слезы, а у кого-то они и вовсе стекли по щекам, как и у него.  Когда Владоса крепко обнимают со всех сторон, он старается не зарыдать на всю улицу. Он слышит, как кто-то из девочек не сдерживает себя и отдается эмоциям. Видит, что даже Андрей пускает слезу, быстро смахивая её, чтоб никто не заметил. И Влад ставит заметку в голове о том, что смог довести Мозалева до слез. Дикиджи закидывает голову наверх, смотря на звёзды, которые быстро смазываются из-за пелены в глазах, он сглатывает, и очередная мокрая дорожка покрывает его щеку, а вместе с ней где-то падает звезда. И брюнет загадывает не потерять людей, которые с ним стоят рядом. Когда все успокаивается и они рассасываются из объятий, подходя к большой лавочке и присаживаясь, Влада даже отпускает. Друзья о чем-то шутят, говорят, что не так уж и надолго они расстаются и скоро встретятся. Их фоткает всех вместе какая-то девчонка, сидевшая неподалеку со своей компанией. Маша рассказывает про то, как она впервые встретилась с Владом и то, какой он запуганный был. Все интересуются, чем он планирует заниматься в Питере и в какую он школу пойдет.  — Блин, а чего ты к Пете не пойдешь в школу? — задается вопросом Мозалев, чуть приклоняя голову в сторону. Все с интересом смотрят на Влада, пока он открывает рот, ничего не сказав, но и не закрыв его. Он совсем забыл о Пете. Петя Гуменник. Думает Влад, вспоминая, что у него так-то остался один друг в Питере. Лучший друг. Самый лучший друг, который сейчас казался незнакомцем, потому что их общение медленно, но за почти 5 лет сошло на нет. Дикиджи до сих пор помнит, как в 8 лет к нему на лестничной площадке подошел мальчик, проходивший мимо. Он тогда забыл взять утром ключи от квартиры, а родители постоянно возвращались домой поздно. Даже когда маленький Владик позвонил им, чтоб попросить приехать и открыть дверь в квартиру, они сослались на «Влад мы работаем, нам некогда» и сказали, чтоб посидел где-то, погулял, либо попросил пересидеть у соседей. И где-то во второй час к нему подсел второй мальчик, высокий, ровный, как струночка. Сначала они сидели молча, но потом Влад активизировался и начал эмоционально рассказывать про все, не сдерживая себя. Про то, как родители его оставили одного ждать до десяти, как ему надоела школа, как никто с ним не дружит из-за прически. А Гуменник просто молчал и слушал, позже предложив посидеть у себя до приезда родителей.  После этого они вроде начали дружить. Владик постоянно активничал, пока Петя отмалчивался и принимал энергию кудрявого. Сначала Дикиджи обижался, потому что думал, что Петя не хочет с ним общаться и поэтому мало говорит, не обнимает в ответ. Но с возрастом брюнет понял, что Петя в принципе мало кому позволяет находиться в своему кругу больше часа, поэтому считал себя особенным. Ему казалось, что их дружбу ничто не разрушит, ведь они и так ходили в разные школы, имели разный круг общения, разные интересы и вкусы. Но, к сожалению, расстояние ударило по общению сильно. И если сначала они хоть как-то поддерживали общение, даже несколько раз встретились в Москве, то сейчас они общались редко, в основном высказывая друг другу то, что не могут сказать другим. И все. — Блин, я как-то не подумал даже… Надо написать, Петруччо рад будет — сказал Влад, отмирая. Он неловко улыбнулся, пройдясь взглядом по всем растерянным лицам. Кудрявый оставил в голове, что как только придет домой, напишет Пете сообщение.  — Божечки, какой ты глупенький иногда — сказала Маша, закатывая глаза. Все вокруг рассмеялись, пока Влад в ответ закатил глаза. Атмосфера быстро сменилась, все вновь начали шутить, пытаясь тянуть время до расхода. Когда уже все понимали, что пора домой и прощаться совсем не хочется, Дикиджи начал теребить свой рукав, закусывая губу. Кажется, глаза вновь стали влажными и не только у него. Маша подошла к нему, обнимая, а после подтянулись и все. В этот раз слезы не украшали его щеки, так и застыв в глазах. Может он осознавал, что это всего лишь годик - полтора и опять сюда. Но Владу, как маленькому мальчику было страшно. Он боялся изменений. И он вновь не заметил, как все отошли, а напротив него появилась Садочек с убранными за спину руками. — Влад, мы тут решили… — начала Даша, подносив какой-то пакет. По её щекам стекала слеза, а голос дрожал. — Нужно сделать как-то… чтоб ты не забыл о нас, вот. — договорила Садкова, протягивая какой-то пакет, пока все отошли, глазея на него.  Кучерявый дрожащими руками взял этот пакет, пытаясь аккуратно достать из него какую-то вещь. Он даже не знал, что могли придумать его друзья и не ожидал каких-то подарков. На ощупь это была какая-то ткань, значит вещь. Полностью вытащив из пакета эту вещь, он быстро развернул её из свернутого прямоугольника. Перед глазами была черная олимпийка adidas с белыми, голубыми и фиолетовыми линиями. Ему несколько раз попадалась эта олимпийка, он даже думал над тем, чтоб её купить. — Вы серьезно? Как вы… — тихо проговорил Влад, пытаясь не заикаться. Все стояли с вдохновленными улыбками на лице, глядя на светящегося Дикиджи, застывшего с несчастной олимпийкой в руках. — Боже, Влад, ты на нее так глядел постоянно — сказала Соня, шире улыбаясь. Дикиджи ухмыльнулся через слезы, подходя к каждому в объятья. У них снова образовалась капуста. Но у брюнета не было ощущения, что он куда-то уезжает, будто бы у него просто день рождение. Немного неудачное, но он погулял с друзьями и они сделали ему подарок. Жаль, что это было не так. Расходиться было трудно, но пришлось. Влад шел до дома счастливым и удовлетворенным, но как только дошел на него нахлынула пустота и он просто завалился в кровать, складывая рядом ту самую олимпийку. Он думал на над тем, чтоб вовсе ее не снимать и даже спать в ней. От количества эмоций Дикиджи очень хотелось спать, но он вспомнил о деле, которое не сделал. Взял в руки телефон, открывая чат с Петруччо.  владос папирос петь, я обратно в питер) в какой школе учишься?  буду тебе снова мозги ебать Влад с уставшей улыбкой на лице быстро напечатал сообщение, отложил телефон и уткнулся лицом в подушку. С Петей будет хорошо, главное, чтоб Гуменник его обратно принял и выдерживал всю его эмоциональность. Если раньше выдерживал, значит и сейчас все хорошо будет. С этими мыслями Влад провалился в крепкий сон.  

***

Петя проснулся от режущего слух будильника, который по ощущением звенел уже минут 20. Еле разлепив глаза, он потянулся к телефону, чтоб отключить будильник. Когда он справился с этим делом, то первое, что увидел - это время, которое уже близилось к 7:20, а второе - это несколько сообщений из тг, которые он быстро смахнул, обещая себе, что прочитает. Правда чуть попозже. Сбор у Гуменника проходил в быстром темпе, как минимум, потому что в 8:00 его уже должен был ждать Угожаев, чтоб вместе дойти в школу. Петя быстро умылся, оделся, выпил кофе и схватил портфель, уже обуваясь и накидывая куртку, а после закрывая дверь квартиры. На часах показывало без пяти минут 8, так что его график выровнялся, и он уже спокойно спускался по лестнице. Как только длинноволосый вышел из подъезда, на него обрушился неприятный холодок. Февраль уходил, оставляя от себя только снежинки, которые и так скоро растают. Дойдя до поворота, он увидел Угожаева, который ковылял кроссовком сугроб. Господи, кто в кроссовках в -10 ходит - подумал Петя. Коля обернулся на него, улыбнулся, они быстро обнялись, кинув друг другу «Привет» и пошли в школу. Он любил Угожаева за то, что он не пытался его разговорить утром, давая подумать о своём. Идя шаг в шаг с Угожаевым, Петя даже не заметил, как дошел до школы и уже подходил к раздевалке. Возможно, он бы летал в своих мыслях и дальше, если бы на него не налетело что-то не очень легкое и живое. Гуменник сразу увидел блондинистую макушку снизу и понял, что это Илья. Недалеко от них стоял Коля, смотря и улыбаясь из-за всей этой ситуации. — Привет, Петрушенька! Салам, Колян — проговорил быстро Малинин, крепко сжимая талию Гуменника. Петя обнял его в ответ, поглаживая по спине, но тот быстро отстранился, подходя к Угожаеву, чтоб пожать руку. Петя ухмыльнулся, вспоминая, как Илья ненавидел первое время Колю. Они быстро переоделись, разговаривая о чем-то нейтральном, а потом начали расходится по классам, и Угожаев убежал куда-то наверх. В классе Илья с Петей проскочили к последней парте, закидывая на нее портфели. Гуменник сев, задумался о том, что чего-то не хватает и как-то пустовато. Миша. — А где Миша? Заболел что-ли? — произнес длинноволосый, поворачиваясь к Илье. Он слегка наклонил голову вбок, опирая её на руку. Илья быстро отозвался на голос, отворачиваясь от своего открытого телефона.  — Бля, ты чего чат не читал? Ему седня надо куда-то там съездить — сказал Малинин, хмыкая и махая рукой, мол «фигня все это». Петя лишь проницательно посмотрел на Илью, уже запуская в карман руку, чтоб взять телефон. Открыв тг, первое, что заметил Гуменник, - то, что ему писал Влад. Это было странным. Пете казалось, что в последний раз они общались год назад. Даже после уезда Дикиджи постоянно звонил ему, чтоб рассказать что-то, как и он звонил ему. Но в последнее время рассказывать, видимо, было нечего. Грустил ли из-за этого Петя? Сначала немного, потому что без Влада было скучновато и не хватало в его серости ярких цветов. Но потом после 9 класса, их класс совместили с параллельным и к нему прилип Илья, захватив с собой Мишу. Гуменник честно не понимал, чем его спокойная личность заинтересовала активного Малинина, который постоянно пытался быть на слуху у всех. Но белобрысый был чем-то похож на Влада и даже слегка заменял ему кучерявого. Миша же, хоть и был более рациональным, привыкал к Пете намного дольше и только месяца два назад открылся Гуменнику.  владос петь, я обратно в питер) в какой школе учишься?  буду тебе снова мозги ебать Сначала длинноволосый не поверил в то, что прочитал, поэтому закрыл глаза, после чего снова открыл их, видя перед собой тот же текст. Его зрачки немного расширились, а на лице стояло удивленное выражение. Даже рот немного приоткрылся. Но на смену быстро пришла радость, и Гуменник слегка улыбнулся, пытаясь быстро напечатать ответ.  petr. Сегодня вроде не 1 апреля.  В той же самой школе. Которая недалеко от моего дома.  Позвонишь вечером?  Петя тупо пялился в свой телефон с легкой, но не типичной для него ухмылкой, чем вызвал непонимание у своего соседа по парте. Малинин быстро перевалился через одну руку Гуменника, пытаясь посмотреть, что у него в телефоне. Но Петя быстро выключил телефон, укладывая его экраном вниз на парту. Илья заинтересовано смотрел на длинноволосого, пока Петя пытался скопировать его взгляд. — Чтооо там? Ты что с девушкой переписываешься? — проговорил громко Илья, наклоняя голову в сторону. В его глазах горели смешливые огоньки, но движение были какими-то резкими и нервными. Петя ухмыльнулся, поворачивая голову в сторону окна.  — Нет, Илья, просто инсту смотрел — спокойно ответил Гуменник, на что блондин закатил глаза не веря. Малинину вечно нужно было знать все про него, он появился не так давно, но требовал все и сразу. Пете не особо это нравилось, но он просто не мог отказывать ему. Казалось, что никто не может отказать Илье.  — Елизавета Сергеевна, мне Петруша не хочет рассказывать о своих любовных похождениях! Может это вы ему любовные письма пишите? — бодро сказал Илья, останавливая молодую учительницу английского языка, проходящую мимо. На лице белобрысого была насмешливая гримаса. Петя быстро развернулся, пока Туктамышева обаятельной улыбалась Малинину, закатывая глаза.  — Малинин, отстань уже от Петечки, дай ему хоть чуть-чуть пространства — сказала Елизавета Сергеевна, вновь улыбаясь и трепля блондина по макушке. Петя лишь приподнял уголок улыбки на это, а когда Илья обиженно завалился на парту, случайно стукаясь лбом и матерясь, Гуменник вовсе хрипло расхохотался.   В школе Петя еле досидел 8 уроков, рядом с ним все время маячил гиперактивный Илья, который пытался выявить, кто девушка длинноволосого. Он подходил почти к каждой девочке и спрашивал «ты случайно не встречаешься с ним», указывая на Петю. Когда они дошли до столовой, то Малинин заприметив Угожаева, подбежал к нему, подтягивая за собой еще и Гуменника.  — Коль, а ты случайно не встречаешься с Петрушей? — бодро спросил Илья, усаживаясь напротив девятиклассника. Угожаев подавился чаем, который пил, а его щеки медленно начали покрываться пунцовым цветом. Малинин же внимательно смотрел на него с прищуром. — Неееет — ответил Коля, поворачивая голову то в сторону Пети, то в сторону Ильи. Гуменник же отвесил подзатыльник блондину и сказал, чтоб он не смущал молодого, после чего все трое рассмеялись и начали обсуждение важных вопросов. Как только Гуменник пришел домой, он сразу проверил телефон, но увидев, что его сообщение просмотрено и ответа нет, он отложил телефон, начав заниматься обычными делами. Поспать, поиграть с Ильей во что-то, покушать, ответить на все тиктоки Ильи, сделать уроки, помочь Илье сделать уроки, готовиться к ЕГЭ, не отвлекаться на сообщение Ильи. Слишком много Ильи в графике, но отказывать ему Петя не умеет. Только после приема душа и уже, когда он собирался ложиться спать, телефон завибрировал, намекая хозяину, что нужно взять трубку. — Петруччо!! — раздалось из динамика телефона, после чего Петя непривычно улыбнулся. Влад звучал бодрствующее, будто бы на дворе не полночь. — Я вообще-то не врал! Мама завтра пойдет относить документы в школу… Жаль, что не в том же доме квартира, а чуть подальше от тебя! Но зато тут так просторно!  Влад начал балаболить не переставая, рассказывая о всем. Через минут двадцать он даже включил камеру, показывая свою новую комнату, вид из окна, вещи, свой новый прокол. Петя же выслушивал, иногда комментируя. Даже рассказал про ново-старых друзей и надежду в то, что Влад с ними подружится. Они болтали до трех часов ночи обо всем, Петя предложил прийти к кучерявому после школы, чтоб помочь с вещами, но Дикиджи отшутился и сказал, что встретятся они уже в школе. Скоро.

***

Малинин заметил, что Петя какой-то не такой еще в понедельник. Блондин тогда целый день ходил и шутил про девушку, которой возможно и не существует. Илья постоянно себя слишком накручивал, вечно чувствуя волнение, и обычно в такие моменты из него лилось всё без остановки. Он был уверен в себе, но ему постоянно казалось, что про него идут плохие слухи, что Миша и Петя обсуждают его за спиной, что он всем надоел, особенно Гуменнику.  Илья был чуть ли не самым популярным мальчиком в школе, про которого вели маленькие девочки тгк, но иногда чувствовал себя он, как и эти маленькие девочки. Если кто-то не так на него посмотрел, значит, все узнали о том, как он пьяный с Мишей дрались с кем-то за водку. Миша или Петя не ответили в течении часа, значит, они не хотят с ним общаться. Отец идет к нему в комнату, значит, без синяков на ребрах он не останется.  В голову к Илье постоянно лезли тревожные мысли, и он старался быстро их вытеснить, но получалось не всегда. Когда Малинин шел домой после школы в понедельник, ему казалось, что он сегодня переборщил с шутками, и Петя больше не будет его терпеть. Но проведя с ним половину вечера, он убедился, что все нормально, только в животе до сих пор елозили бабочки, будто пытаясь о чем-то предупредить.  Во вторник Малинин вел себя чрезмерно тихо, наблюдавши. Он заметил, что длинноволосый ведет себя тихо, улыбается в пустоту, дергает ногой, а под глазами у него виднеются синяки. Сначала Илье казалось, что он сошел с ума за ночь, но потом он понял - идея с девушкой не такая уж сумбурная. Что-то горькое поселилось у него глубоко в теле от этой догадки. И оно медленно давало ростки.  Среда. Илья медленно шагал нога в ногу с Мишей в школу, пиная снег с асфальта. В голове образовался клубок мыслей, и Малинин не знал, как его распутать. Да, мысли были постоянно, но сейчас их было будто бы в разы больше. До школы оставалось минут 5, а время было только 8:00. Блондин приостановил кучерявого на повороте, доставая сигарету и ища в кармане зажигалку.  — Петя странный. — отозвался Илья, уже втягивая в себя сигарету. Он закинул голову наверх, выдыхая дым. Руки покраснели и замерзли, но внушение, что курение помогает со всем было громче. Миша громко вздохнул, затягивая какую-то одноразку. — Илья, хватит мучать себя догадками. — произнес Миша, странно смотря на Малинина. Волосы Шайдорова смешно размякли от влажности, превращаясь в запутанные колтуны. Илья кинул смешок на это, пряча свои кудри под шапку. — И хватит курить перед школой сиги, вонять будет. И не только от тебя, но и от меня.  Илья усмехнулся, докуривая сигарету и выдыхая дым прямо в лицо Мише. Шайдоров смахнул дым и побежал за блондином, который после своей выходки кинулся за поворот в школу. Догнав белобрысого, кудрявый прописал ему подзатыльник. Они уже заходили в школу, охранник что-то ворчал у поста, а в раздевалке виднелись Угожаев и Гуменник.  Миша по-братски поздоровался с Петей, переходя к Коле, пока Илюха вовсе обнимал Гуменника и явно не хотел отпускать. Все-таки освободив длинноволосого, он перешел к Угожаеву. Пока пришедшие позже переобувались, другая сладкая парочка что-то обсуждали и Петя постоянно глядел в телефон. Илья нахмурился из-за чего получил пинок от Миши.  Как только они вышли в глаза Малинину бросился какой-то кудрявый типок, стоявший спиной к ним. На нем была олимпийка адидас и виднелась черная сережка в ухе. Незнакомец постоянно вертелся, разглядывая по сторонам. Видимо пытался кого-то найти в толпе. Новенький чтоли? Этот кудрявый резко повернулся к ним, останавливаясь взглядом на Пете. Илья готов поклясться, что на 10 секунд они оба замерли. После чего незнакомец быстро пошел к ним навстречу.  — Петруччо!!! — прокричал этот типочек, прыгая в объятия к длинноволосому, который их радостно принял. Глаза у Ильи точно расширились. Он ни разу не видел, чтоб Петя обнимался с кем-то, кроме него. Еще и так легко, спокойно, будто он автор данной идеи. Кто это вообще. Почему он обнимает Гуменника.  В Малинине все больше разрасталось что-то неприятное и тягучее. Горькое, да такое, что оставляло комок в горле. Из-за чего хотелось скуривать еще сигарету и больше молчать. Илья молча наблюдал, как Петя говорит этому кучерявому «Я так скучал по те, Владос», как незнакомец обнимает Колю, гладя по спине и спрашивая, как его дела. Чем больше блондин наблюдал, тем больше по нему разрасталось это чувства, заполняя его тело на процентов 20. Все конечности неприятно тянуло, а сердце бешено билось. Он даже не заметил, как очередь дошла до него.  — Владос — сказал кучерявый, протягивая Илье ладонь для пожатия. Малинин не осознавал, что происходит, поэтому посмотрел сначала на этого Влада, потом на руку. И только через минуту протянул свою руку.  — Илья — хрипло выдавил блондин, сжимая крепче руку Дикиджи. Он ему не нравился. И это точно не потому, что он был вторым человеком, которого Илья видел в объятиях с Гуменником. Руку пришлось разжать, и Малинин снова впал в свои мысли, не замечая, как они проходят по лестнице. Почти доходят до кабинета, как вдруг на него разворачивается Петя. — Илья, ты же с Мишей сядешь? Я хочу с Владосом посидеть чуток. — задорно говорит Гуменник. Илья приостанавливается, смотря прямо на длинноволосого. Слегка кивает головой, после чего Петя обратно поворачивается, и движение продолжается. Только вот Малинин губу закусывает, пытаясь сдержать все эмоции, которые на него нахлынули.  Ему вроде грустно, но из-за чего? Из-за того, что у его лучшего друга есть другой друг. Так у него тоже есть. Он злится на Влада, но почему? Потому что тот заполучает больше внимания Пети. Но это ведь только первый день и они долго не виделись. Он ревнует? Нет, он давно справился с этим. Илья хмурится, садясь за парту и укладывая свою голову на руки, пытаясь не смотреть на то, как Влад что-то эмоционально рассказывает Гуменнику, который улыбается. Не получается, поэтому он вглядывается усерднее, пытаясь взглядом узнать всё сразу. — Ты ревнуешь? — отвлекает Миша, заинтересовано смотря в ту же сторону. Илью будто бы с поличным спалили, поэтому он быстро прикладывает голову к парте и стонет. Это заметно, даже Мише. А что будет если заметит Влад или Петя? — Нет. Я просто слежу — кидает Малинин, не выглядывая из своего укрытия. Шайдоров хмыкает, не веря другу, но хлопает утешительно по спине. Не помогает. Мысли снова лезут в голову. Илья думает, что все его планы насмарку. Думает, что если завтра он снова не будет сидеть с Петей, то школа взорвется. И думает, что не доверяет Владу. А еще Илья думает, что он не переживёт. Сначала он ревновал к Угожаеву, когда Петя постоянно трепал Колю по макушке, отдавал свою еду и вместе ходил до школы. Потом он ревновал к Семененко, с которым Гуменник постоянно болтал о биологии, помогал решать ему задания и приглашал к себе домой поделать химбио. Ревновал, когда Петя помогал их старосте Аделии с украшением класса или с подготовкой к мероприятию. Он даже умудрялся ревновать к Елизавете Сергеевне, которая постоянно хвалила длинноволосого и оставляла на допы. Он все это пережил. Но какого-то Владика, который просто появляется и может обниматься с Петей, сидеть за одной партой и заставлять его улыбаться. Илья уже не выдерживал, хотя и дня не прошло.