Ебаный Кокос и прочие неприятности

      В это прекрасное, ни с чем не сравненное утро…       Пол Маккартни опять обосрался.       Для всех здравомыслящих людей проспать полчаса — пустяк, хоть и неприятный, но для подростка — трагедия. — Блять, блять, ну нет, — Пол шустро прошлепал мимо столовой в свободную ванную. Лексикон молодого человека сразу вызвал возмущение матери. — Пол Маккартни, это что за выражения? — Мэри перевернула бекон на сковороде и ухмыльнулась. Происходящее казалось ей забавным, но какая она мать, если не пожурит своего повзрослевшего отпрыска? — Мамуль, ты не понимаешь, — Майкл, младший брат Пола, сунул ложку хлопьев в рот, — он не успевает уложить брови. После такого в школьной иерархии он сразу упадет вниз и будет есть свой ланч у мусорки. — Майк, прекрати шутить над братом, — Мэри выключила огонь на плите и неспеша села за стол к сыну. Взяла чашку горячего чая, сделала глоток — и тут же поставила чашку на место. После очередного курса химиотерапии у нее напрочь пропал аппетит, но она упорно делала вид, что ее самочувствие не ухудшается. Хорошо, что Майкл не обратил никакого внимания на нее, продолжая шутить над братом. — Не переживай, ма, обещаю, когда буду проходить мимо — не стану кидаться в него мусором. Так уж и быть. Но не могу гарантировать, что этого не будут делать остальные. — В школу пешком пойдешь урод, — Пол вышел из ванной и направился в свою комнату переодеться. Юноша уличил момент, пока мама отвернулась, и показал брату средний палец. Майк замолчал, потому что братец не шутит. Он до сих пор помнит свой променад позора — Пол выпихнул его из тачки за самую безобидную из всех его шуток, и бедному парню пришлось идти оставшуюся дорогу в школу пешком. По пути его окатил из лужи внедорожник, поэтому он пришел в школу, по мнению Пола, как грязная собака. — Когда вы перестанете ругаться друг с другом? — устало вздохнула Мэри.       Её вопрос остался без ответа, так как к ним спустился Джим — отец семейства. Он поправил ремень на брюках и сел к семье за стол. Майкл тут же фыркнул: — М-м, папá, от вас исходит просто потрясающий шлейф. — Нравится? — Конечно, таким только тараканов травить. — Вы отвратительные, — полностью собранный Пол тоже сел за стол, на место прямо рядом с Майклом.       Еще год назад он терпеть не мог все эти совместные завтраки и ужины, считал это пережитком прошлого. Но глядя, как мама радуется этим совместным поеданием овсянки, он просто не мог пройти мимо. Полу каждый раз было неспокойно от мысли, что тот завтрак, который он пропустит, может стать маминым последним.       Год назад у Мэри Маккартни, при плановом медосмотре, нашли опухоль в груди. Мама объявила о своей болезни сразу всей семье. Тогда-то Пол и познакомился с паническими атаками.       До поры до времени химиотерапия помогала, но потом врачи нашли метастазы в легких. Вся семья поняла, чем в итоге все закончится.       Но Мэри не сдавалась. Она строила из себя примерную маму до тех пор, пока ноги не подкашивались от усталости. Остальные же делали вид, что не замечают, как она медленно угасает. — Сынок, выглядишь замечательно, — улыбнулась мама. — Спасибо, — коротко бросил Пол, буквально запихивая в себя сендвич с сыром. У него не было толком времени продумать себе образ на сегодня, поэтому он надел единственную чистую футболку из шкафа, джинсы и клетчатую рубашку. — Мама, а с каких пор тебе нравится, как одеваются бомжи? — хихикнул Майк, и тут же получил пинок под столом, — Ты совсем охренел? — брат пнул Пола в ответ, но куда сильнее. Пол шикнул и тут же пнул в ответ. Отец закатил глаза и продолжил доедать свою глазунью. Мама пыталась остановить начинающуюся драку. Но в глубине души она готова была разрыдаться, ведь она пропустит то, как эти два оболтуса вырастут и станут настоящими мужчинами.

***

— Я подожду тебя в машине, — Майк закинул рюкзак на плечо и не стал ждать, пока Пол завяжет свои шнурки.       Юноша был настоящим педантом, его внешний вид должен быть всегда безупречным, а планы не отклоняться от намеченного (в голове Пола) курса.       Поэтому сегодняшний день казался для Пола катастрофой с самого его начала. Выходя из дома в своих идеально белых «найках» он сразу же наступил в услужливо наложенную кучу какашек их идеально белого кота по кличке Кокос. Мама иногда выпускала его погулять по двору. — Ебаный Кокос, — завопил парень. Взглянув на Майкла, который видел сей прекрасный эпизод из паршивого комедийного сериала, с обещанием себе того, что обязательно вышвырнет этого ржущего дебила из машины, даже не останавливаясь, Пол поплелся переобуваться.       Пришлось надеть старые «конверсы», которые он не чистил уже неделю, из-за чего, по его мнению, выглядели неопрятно. Майк был прав — он похож на бомжа. Осталось только засадить полбутылки водки для аромата, и все — вылитый жених, готов идти собирать бутылку по мусоркам.       У Пола задергался глаз.       Когда парень сел в мамин красный «Фольксваген Гольф», Майк все еще ржал. Так ржал, что у этого засранца текли слезы. — Да хватит, — Пол попытался дать братцу подзатыльник, но тот увернулся. Парень вставил ключ в замок зажигания и завел машину. — Как только приедем домой — я дам Кокосу самую большую рыбину, какую только найду в морозилке, — засмеялся Майк и достал телефон, чтобы проверить время. — Надеюсь, в следующий раз он насрет тебе на подушку. — Смотри, чтобы не тебе в тарелку. Хотя, твое вегетарианское хрючево на него и похоже. — Это хумус, дебил, — в этот момент Пол жестко вдарил по тормозам. Какой-то парень решил, что пешеходные переходы придуманы явно не для него и перебегал дорогу не там, где нужно. Пол еле успел затормозить, — Смотри, Майки, твою награду «Долбоеб дня» только что забрал чувак, который решил отбросить коньки, — парень открыл окно, высунул голову и заорал на этого доходягу — Совсем дебил? Смотри куда прешь!       Неудачливый самоубийца озадаченно посмотрел на него, затем показал средний палец, развернулся и пошел в своем направлении. — А он не из нашей школы? — Майк вновь достал телефон и открыл «Снепчат», видимо, чтобы написать об этом своему лучшему дружку Нилу. — Я не знаю, — Пол еще раз посмотрел, что на дороге никого нет, и продолжил путь, — Если из школы — найду его и дам подсрачник. Я чуть не поседел. И не сел. — Даже не знаю, что тебя расстроило бы больше, — хохотнул Майк, не отрываясь от телефона, — Если бы ты не переобувался, мог бы вытереть об него свой говняный кросовок. Кстати, ты их хотя бы поставил в ванную? — Эм-м… — То есть, ты оставил обосранные кроссовки в коридоре? — Эм-м…       Майк опять стал смеяться. — Ты представь папино лицо, когда он будет выходить на работу, а на пороге его встретят кроссовки. Все в говне. — Да пошел ты, — огрызнулся Пол, — Мне кажется, он привык. Его-то никто не переплюнет. И вообще — заткнись, — парень повернул к школе и припарковался на школьной парковке, — Хватит с меня на сегодня туалетного юмора. — Я не виноват, что сегодня тебя окружает говняная аура, — брат схватил рюкзак с заднего сиденья и быстро выбрался из машины, помахав Полу рукой — Пока, брат мой, да пребудет с тобой туалетная бумага.       Пол закрыл глаза и глубоко задышал, борясь с мыслью о том что братоубийство — не так уж плохо. Наверное он попадет в рай за спасение человечества.       Парень вышел из машины, забрал рюкзак и гитару в чехле — сегодня после уроков у его группы репетиция. Оглянулся — совсем рядом с парковкой стояли Джордж и Ринго, видимо, ждали его. Пол направился к ним. — Чего ты такой униженный и оскорбленный? — спросил Джордж у парня и вместо приветствия дал Полу «пять». Ринго тоже последовал его примеру. Парень пересказал друзьям события последнего часа, заставив их хохотать так, что на них смотрели все рядом стоящие школьники. Пол устало застонал. — Да ладно тебе, братишка. У всех бывают плохие дни. Мой папаша рассказывал, что в один день его бросила девушка, он потерял ключи от машины, в метро у него свистнули пейджер, а на выходе он запнулся об эскалатор и сломал ногу. У тебя хотя бы конечности целые, — хохотнул Ринго. Пол скривил губы. Судя по рассказам Ринго, неизвестно, как его отец еще живой. На этот вопрос Ринго всегда загадочно отвечал: «Видимо, так решила судьба.» — Ты такой заботливый Рин-а-а-а, — как только прозвучала фраза о целых конечностях, его судьба, решила, что парню они не нужны. Пол запутался в своих же ногах и упал, приземлившись на колени и ладони. — Сука, да что ж такое, — захныкал Пол и готов был разрыдаться. Друзья еле-еле сдерживая хохот, помогли ему подняться, — Да ладно уж, смейтесь, придурки. — Спасибо, что разрешил, — серьезно проговорил Джордж, а затем они с Ринго громко засмеялись.       Пол оглядел масштабы трагедии: кожа на ладонях содралась, джинсы на одной коленке порвались и окрасились в цвет крови. В своей голове Пол даже не смог подобрать пристойное прилагательное, которое описало бы его состояние сейчас. Но главное — гитара не пострадала. — Пойдем, проводим к медсестре, — сказал Ринго, не переставая хихикать. В этот момент прозвенел первый звонок, сообщающий, что первый урок начнется через пять минут. — Идите, я сам дойду. Только отнесите гитару в класс, — насупившись буркнул Пол и пошел к зданию, оставив друзей за спиной.

***

      Несмотря на цветастые пластыри на ладонях, некогда любимые порванные штаны и легкую ауру позора, Пол старательно делал вид, что так и задумано. Выйдя из медпункта в пустой коридор, он медленно дошел до класса истории (он надеялся, что его взгляд будет выражать: «Да, я выгляжу, как побитая псина, но это не значит, что я не безупречен»).       Урок начался пятнадцать минут назад, поэтому парень предварительно постучал в дверь и, дождавшись разрешения преподавателя войти, зашел в кабинет. Пол привычно направился к своему месту, которое какого-то хрена было занято. Тем парнем, который хотел поцеловаться с капотом его тачки. Пацан, видимо, тоже узнал его. Сощурив глаза, он ухмыльнулся и пожал плечами.       Вздернув брови, Пол шумно выдохнул и оглядел класс, в поисках свободных мест. Было лишь одно — как раз в соседнем ряду от его предыдущего. Парень послушно сел, достал тетрадь и планшет. Школа выдала всем старшеклассникам это чудо современных технологий с целью модернизации образования, но Пол считал, что они просто устали закупать новые учебники, ведь после каждого учебного года книги наполнялись писюнами всех форм и размеров. Как бы то ни было, теперь у всех старшеклассников на уроках был легальный выход в интернет и дополнительный повод не слушать учителя. Пол глянул на Джорджа, что сидел спереди: тот играл в «Энгри Бердс» на айпаде. У Ринго был другой урок, но Пол был уверен, что тот занят тем же.       Несмотря на внешнее спокойствие, внутри юноша готов был взять стул и ебануть его что есть силы в окошко. Но он культурный мальчик, воспитанный. Поэтому просто пошлет кое-кого кое-куда.       Контактов загадочного самоубийцы у него не было, поэтому Пол не придумал ничего умнее, как воспользоваться дедовским проверенным методом. Он вырвал лист из тетради и написал: «Это мое место, мистер Я-Не-Умею-Переходить-Дорогу». Смял бумажку в шарик и, дождавшись, пока учитель отвернется к доске, бросил его аккурат в центр соседнего стола. Его стола.       К огорчению Пола, новоиспеченный одноклассничек ничуть не удивился его сюрпризу, даже бровью не повёл. Это Маккартни понял за ту секунду, что смотрел на новичка, а затем быстро отвернулся и сделал вид, что он тут не при чем и, в отличие от некоторых, вообще-то слушает учителя.       Обидно было, что его красочные общения «найти его и дать подсрачник» были более красочнее, чем суровая реальность. Пол так и не понял, кто кого нашёл, да и для подсрачников не время и не место, но последнее слово, хотя бы, осталось за ним.       Приличия ради парень все-таки сделал пару абсолютно бессвязных заметок по теме урока, пообещав себе разобраться с этим дома самостоятельно. Полистал электронный учебник — потерял нужный параграф. Нарисовал рандомные ноты на полях тетради. Посмотрел еще раз на Джорджа, который все еще кидался птичками. Почти задремал.       Из сонного состояния его вывел громкий звонок о конце урока. Пол начал собирать вещи со стола, как ему на парту прилетел его же бумажный шарик. Парень развернул бумагу — под его запиской красовался нарисованный карандашом средний палец с подписью снизу «Дж. У. Леннон». Как ценитель искусства, Пол не мог не оценить рисунок — он был выполнен достаточно качественно; но как злой тинейджер — он был готов смять бумажку обратно и сунуть эти художества творцу прямо в жопу. Но его уже и след простыл. Парень кинул бумажку в сумку, пихнул свои пожитки туда же и подошел к Джорджу, который ждал Пола у выхода из класса. — Что это за морда новая? — заворчал Маккартни. — Новенький. Сам не понял что ли? — пожал плечами Джордж, — Знаю только, что зовут его Джон Леннон. — За какие такие заслуги его приняли в середине семестра? — Да как-то похеру. — Вот знаешь, что мне в тебе не нравится? — разгоряченно выпалил Пол, — Тебе всегда на все насрать! А если бы к нам маньяка какого-нибудь в класс подсадили? — Ну, а я что с этим сделаю? — Хариссон закатил глаза, — И вообще, по твоему мнению, я должен был вскочить и посреди урока начать с ним задушевные разговоры? — Отстань, — парень и сам понимал, что звучит глупо, — Просто это тот тип, которого мы с Майки утром чуть не задавили. Еще и место мое занял. — Дай угадаю, ведешь себя как сучка ты из-за второго факта. — Но это моё… — Слушай, прости меня за мою прямолинейность, но с твоей башкой всё хорошо?       Пол поджал губы. — Он мне ещё… — Опа! Кто? — рядом с кабинетом физики их догнал Ринго. — Новый друг Пола, — ответил Джордж, — Он занял его парту. — Ой, ну понятно-понятно… — Да послушайте! — Маккартни достал из сумки смятую бумажку, развернул ее и показал друзьям, — Смотрите, что он мне нарисовал. — Красиво, — неуверенно протянул Ринго. — Да-а. То есть, нет. Блять, нет, точно нет, — Пол уже начал закипать. — Макка, по-моему, ты излишне драматизируешь, — философски заметил Харрисон. В этот миг прозвенел звонок, приглашающий учеников в класс.       В целом, следующие уроки прошли спокойно. Новенького будто след простыл, поэтому Пол быстро успокоился. О неудачном утре ему напоминали только пластыри на руках и грязные конверсы.       Веселье началось во время обеда. Вооружившись клубничным йогуртом и маффином в дополнение к маминому салату, Пол с Ринго и Джорджем направлялись к своему столику. Ринго рассказывал очередную бредятину, в которую никто не верил, но благодаря его харизме он отчего-то звучала убедительнее, Джордж закатывал глаза, а Пол просто хихикал. Все, в общем-то, как всегда.       Кроме того факта, что в Пола врезался какой-то остолоп, вывалив на него свой обед. Стоя посреди столовой в кусках фарша в томатной пасте и макаронах, Маккартни хотелось умереть прям на месте. А также убить этого любителя болоньезе. По счастливой случайности, им оказался не кто иной, Как Дж, У. Леннон.       Лицо Леннона застыло в немом удивлении, пока остальная часть столовой, по древнему обычаю, аплодировала разбитой тарелке. — Какого. Хуя, — это все, что мог вымолвить Маккартни. Поставив свой поднос на ближайший столик, он принялся отряхивать остатки чужого обеда со своей рубашки. Леннон, тем временем, откуда-то достал влажные салфетки и принялся помогать Полу, приговаривая: — Прости, брат, я слепой просто. Вообще не вижу, куда и на кого иду…       Полу хотелось было вывалить весь свой словарный матершиный запас, но заметив, что Джону правда неловко, Маккартни впал в ступор. Он позволил ему растереть грязь влажными салфетками, затем взял свой поднос и буквально прорычал: — Держись от меня подальше.       Доедая свои бургеры, Ринго и Джордж то и дело поглядывали на своего недовольного друга. Пол, поковыряв салат вилкой и отломав пару кусочков от маффина, отодвинул от себя поднос с обедом. Достал телефон, наушники и включил первый попавшийся плейлист.       Пол не заметил, как Джордж глянул в сторону одиноко сидящего Леннона на другом конце столовой. Подошел к нему и заговорил. Как они вместе сели за их стол и о чем-то весело болтали.       Маккартни устало положил голову на стол и лениво листал картинки в «Пинтересте». Он особо в них и не вглядывался, но бездумный скроллинг, на удивление, успокаивал его. Пока нечто не пнуло его по ноге.       Ойкнув, юноша поднял голову и сердито оглядел друзей и одного рукожопого проходимца. Пол снял наушники. — Это Джон, он слепой. И гитарист, — представил новоиспеченного знакомого Ринго. — Очень содержательно, — Маккартни посмотрел на Джона, — Подскажите, мсье, а как вы играете на гитаре, ежели не в силах совладать с тарелкой макарон? — Любезный господин, — Джон залез в сумку и нацепил на глаза огромные квадратные очки, — все дело в том, что в момент совершения данного преступления я был без своих замечательных очков, а ведь я, как ранее выразился сей прекрасный джентльмен, действительно слепой. Я приношу свои искренние извинения, — Леннон отвесил шутливый поклон. — Мистер, прошу вас не переживать, — хихикнул Харрисон, — мой товарищ, как стало известно, с давних пор страдает дисморфофобией, посему ваша оплошность доставляет ему некоторый дискомфорт. — Бакланы, блять, — цокнул Ринго. — Вынужден согласиться с вами, мистер Старки, — Пол сцепил руки в замок и положил на стол перед собой. — Я имел в виду, разговариваете вы все как бакланы. Мой папаша говаривал, что таких щеглов с подвешенным языком надо обходить стороной, иначе так запиздят, что своих не узнаешь.       Первым прервал молчание Джордж, заржав так сильно, что его лицо мгновенно покраснело. Остальные к нему сразу же присоединились. — Сука ты, Харрисон, — просмеявшись, начал Маккартни, — Нет у меня этой херни… как ее, дисморсо-че-то-тамия. — Если бы ты знал, что это, ты бы непременно со мной согласился. — Возможно, — пожал плечами Пол и вновь обратился к Джону, — так ты играешь на гитаре? — Еще на банджо, губной гармошке, — кивнул Леннон, — ну если надо, по бубну постучать могу. — Я здесь главный по бубнам, — ощетинился Ринго, чем вызвал смешки у друзей. — Еще я пишу песни, — продолжил Джон, — ни одну не дописал, правда. Но то, что есть — все крутые.       Пол заинтересовался, но промолчал. Нехер бросаться своими макаронами. Но Джордж озвучил его мысли: — Приходи в кабинет музыки после седьмого урока, мы там играем.       Чуйка сработала у всех разом: этот момент они запомнят на всю жизнь. И не было в том никакого сомнения.