Глава 11

Ей казалось она хорошо знает боль. Глупость. Боль пожиравшая тело была в разы хуже Круцио. Раньше Элла думала, что хорошо знает свое тело, но ей никогда не доводилось чувствовать каждую его клеточку. Каждый крошечный нерв стал размером со вселенную. И каждая из миллиардов вселенных тела горела Адским пламенем. Огонь пылал, пожирал планеты, рвался к солнцу, поглощая и его, заставляя мир взрываться, утопать в непереносимой боли. Элла мечтала о смерти. Лишь бы пытка прекратилась. Она была готова молить об освобождении, но ее тело больше не слушалось. Девушка знала местоположение каждого пальца на теле, но не имела власти ими пошевелить. Не могла разомкнуть губ, чтобы умолять любого, кто услышит, убить ее. Иногда накатывала спасительная тьма забвения, в которой не было ничего. Лишь для того, чтобы, отступив, окунуть ее в еще большие, казавшиеся уже немыслимыми страдания. Несколько вечностей спустя боль начинала становиться привычной и разуму все лучше удавался анализ происходящего. Она могла теперь думать не только о своем страдании и желании умереть. Девушку начали посещать яркие вспышки мыслей. Что с сестрой? Смогли ли Каллены выследить оставшихся чужаков? Как родители перенесут ее смерть? В конечном итоге воспоминания сложились в логичную линию и Элла сообразила, что она еще жива и, скорее всего, жить будет. Уже не как человек. Вот становиться кровососом совсем не было частью ее планов. Но на фоне испытанных мук это существование уже не казалось концом света. Постепенно она начала ощущать пространство вокруг себя. И хоть она все еще не могла пошевелиться, уже могла слышать. С каждым часом слух становился острее. С ней кто-то был. Кто-то неподвижно сидел рядом. Стук сердца отсутствовал, но Элла слышала плавные, спокойные вдохи и выдохи. Совершенно бесполезные, часть маскировки, вошедшая в привычку. Иногда заходили другие. - Это нормально, что она не двигается? Что молчит? - В ее крови была огромная доза морфия. Я надеюсь это помогло ей справиться с болью. Но всех эффектов пока не знаю. Я пробовал этот метод на Эммете, но тогда яд распространился быстрее лекарства и это не сработало. - Она лежит так уже два дня. - Обращение может затянуться дней на пять. Было слишком мало яда, потребуется больше времени. Элла услышала, как шаги отдаляются. Теперь она знала, что за ней присматривают Каллены, это успокаивало. Карлайл помог ей уменьшить боль, что казалось невообразимым. Если то, через что она прошла еще не было пределом, как эта агония не сводила вампиров с ума? Второй голос она тоже узнала. С ней сидел Джаспер. Слушал отчаянное трепыхание сердца Эллы, отслеживая изменения. Свон не знала почему именно он, но понимала, что контроль ей точно необходим. Особенно когда она вновь сможет двигаться. Жажда уже нарастала. По горлу словно провели наждачной бумагой и залили в него спирт. Пока терпимо. Вот только Карлайл сказал, что впереди могут быть еще три дня. Насколько она будет способна держать себя в руках и сможет ли вообще думать о чем-то кроме крови? Заходила Элис, зачем-то сказала, что четко видит будущее Эллы и обращение закончится успешно. Лучше бы сказала когда. Визит Эдварда был первым, что ее взбесил. Через его болтовню Элла узнала, что оставшихся двух вампиров Каллены не стали преследовать. Белла вернулась домой и истерит, добиваясь встречи с сестрой. Она приезжала несколько раз к дому вампиров, но ее разворачивали. Желание услышать голос сестры боролось с пониманием смертельной опасности этой встречи. Нарастающие злость, голод и боль вызвали первую за эти дни реакцию тела. У Эллы дрогнули пальцы. Это не осталось незамеченным, словно Джаспер ни на секунду не сводил с нее глаз и сразу же позвал Карлайла. Через несколько секунд мужчина уже стоял рядом с сыновьями. – Ты уверен? – Да, она пошевелилась. – Морфием уже почти не пахнет. Вероятно, возвращаются чувства. Элла не была в этом уверена, боль держалась на одной отметке. Стало хуже от мысли, что с чувствительностью пальцев огонь разрастется сильнее. – Может получится ввести еще? – Мне жаль, но ее кожа уже изменилась, ни одна игла не сможет пробиться. И так повезло, что эффекта хватило на четыре дня. Ей осталось недолго. Легкое движение воздуха и едва слышные шаги двух пар ног подсказали, что Эдвард и Карлайл ушли. Эмоции слегка улеглись. Знание, что большая часть пути пройдена, принесло успокоение. Кончики пальцев начало покалывать онемением, распространяющимся выше. Фаланги, которые вскоре покинуло это ощущение, приобрели чувствительность. Уже сознательным усилием сдвинув подушечки Элла обнаружила под ними мягкость теплой ладони. Ее держали за руку. Зачем это Джасперу девушка не понимала, а никем другим наблюдатель быть не мог. Элла читала о том, что вампиры ощущают кожу друг друга такой же нормальной, как люди, живой и теплой, но не до конца верила, помня ощущение ледяного камня от рукопожатия Эдварда и легких касаний Элис. Но ладонь в ее ладони была именно такой. И это ощущение заземляло, позволяя сосредоточиться лишь на нем и игнорировать все остальное. По мере возвращения контроля девушка все крепче сжимала державшую ее ладонь. Огонь под кожей медленно собирался от конечностей, нарастая у сердца. Хоть контроль над телом постепенно возвращался Элла не чувствовала необходимости двигаться ради движения, а поддаваться голоду и вовсе отказывалась, так что лежала неподвижно. Вдыхала воздух, уже ненужный, но приятный на вкус. Пока объятое жаром сердце не сделало последний болезненный толчок, замолкнув. Уже навсегда. Вместе с последними крохами человеческого, тело покинул огонь. Элла распахнула глаза, оглушенная отсутствием боли. Ее зрение, усовершенствованное трансформацией, позволяло увидеть каждую пылинку, каждую трещину в потолке. Впервые за все время, что Элла ощущала в своей руке чужую ладонь, та сжалась, привлекая внимание девушки. На каком-то инстинкте тело среагировало резким движением, она сама не заметила как успела сесть. Взгляд метнулся к постороннему, да так и замер. Она видела шрамы. Десятки, многие десятки следов зубов на белоснежной коже. В разуме мелькнула и погасла мысль о том, что оставлять шрамы на вампирах может лишь яд им подобных. С тем же инстинктом Элла понимала, что сидящий рядом вампир побывал в таком количестве схваток, что она не способна и представить. Кожа усеянная тонкими рубцами была свидетельством каждого момента, когда он был на грани гибели, но выжил. Удивление, волнение, уважение, смешались отрезая мысли. Когда ее пальцы оказались на мраморном подбородке Элла не заметила, но с интересом проследила подушечками контуры. Джаспер позволял ей исследовать свое лицо, прикрыв глаза, пока девушка едва ощутимо гладила скулы и подбородок, усеянные следами давних битв. Сам откинул голову, когда провела по чувствительной коже под подбородком, обвела круговым движением кадык и скользнула, словно перышком, вдоль шеи, там, где когда-то были артерии. Но стоило любопытным пальцам оттянуть ткань рубашки, изучая его дальше, Джаспер словно очнулся и молниеносным движением перехватил одной рукой оба запястья Эллы. Мимолетное разочарование вынудило поднять взгляд и тут же задохнуться от глубины нечитаемого взгляда черных глаз. Лицо Джаспера было абсолютно спокойно, хотя цвет радужек красноречиво заявлял о том, что парень действительно не отходил от нее все эти дни. - Элла, тебе нужно на охоту. - Нет. - Она потерялась на секунду, но сразу вспомнила план, который успела обдумать, пока лежала без движения. - Мне нужно позвонить. - Белла и Чарли в порядке. Позвонишь сестре после охоты. - Не им. Мне нужно связаться с человеком, которому я готова передать контроль над собой, пока не адаптируюсь. Что-то едва уловимо изменилось в мимике Джаспера, но Элла не успела понять. Он отпустил руки девушки и дал ей свой телефон. Свон немного помедлила и быстро набрала выученный на экстренный случай номер. - Всевозможные волшебные вредилки Уизли. Чем я могу вам помочь? - Здравствуйте! Я хочу поговорить с владельцем. - Мистер Уизли человек занятой, я могу записать вас на прием, завтра есть окошко. - Мне необходимо прямо сейчас обсудить с ним промышленный заказ плащей-щитов. - Но у нас нет такой продукции. - Была во времена войны с Волан-де-Мортом. Передайте Джорджу мои слова, он сразу все поймет. Продавщица, принявшая звонок, неуверенно попросила подождать. Элла слышала в трубке торопливые шаги, дробь ударов по ступенькам лестницы, робкий стук в дверь и подробный пересказ разговора. Уизли сразу же велел передать ему телефон и оставить его. После того как дверь закрылась он заговорил: - Кто вы и какая помощь требуется? - Приятно знать, что после стольких лет ты еще помнишь шифровки Ордена, Фредди. - Вы ошиблись, я Джордж. Мой брат давно погиб. - Вы считали невероятно забавным, что различить вас не может даже родная мать и часто менялись местами. Подходя к Большому залу, во время объявленного перемирия, ты на автопилоте назвал не то имя и лишь через несколько минут узнал, что твой брат погиб. Но даже не ляпни ты этого Кингсли, все равно, все бы считали, что погиб Фред, ведь годом ранее он получил отличительную черту, по которой вас различали. Вы никому не сказали, что ослушались приказа Аластора о распределении пар, не хотели даже думать о том, что на месте его отстреленного уха могла быть твоя голова. И ты никогда не сознаешься в этом семье, ведь это в вашем духе, почтить память погибшего близнеца, нося его имя. Тишина в трубке стояла несколько минут, было слышно лишь неровное дыхание мужчины. - Различать нас умел лишь один человек. И она погибла в тот же день, что и Джордж. - И в тот же день родилась снова. - Бет? - Привет лисенок. - Мерлин всемогущий… Бет… Каким был наш первый подарок тебе? - Я загремела в больничное крыло и желая поднять мне настроение вы скрутили из туалета на третьем этаже сидушку унитаза, пытались принести ее в общую палату, но мадам Помфри изъяла. - А лучший? - На двенадцатилетие. - Но мы ничего не дарили. - Вы волновались, что я не отвечаю на письма. Угнали машину отца, проехали ночью через полстраны. Обнаружили, что на окнах моей комнаты висят решетки и решили меня выкрасть. Это был лучший ваш подарок за все годы. Если не брать в учет Карту. - Хах. А когда мы ее подарили? - Мне было тринадцать. У меня не было разрешения на посещение Хогсмида и вы подарили мне карту со всеми тайными путями замка. - Черт. А самую важную фразу помнишь? - Торжественно клянусь, что замышляю только шалость. Рядом раздался басовитый смешок и Элла заметила, что в комнате незаметно собралась вся семья Калленов, и внимательно ловила каждое слово девушки. - Это и правда ты. Так тебе сколько? Девятнадцать? - Будет в мае. Второго. - В годовщину. Почему ты не позвонила раньше? - Фред.. Когда я достаточно подросла, чтобы навести справки, узнала, что у вас все хорошо. И у меня все было в порядке. Я получила то, чего желала сильнее всего на свете. - Семью. Ты всегда мечтала о семье. - Да. Родители правда развелись, но они действительно совсем друг другу не подходят. И у меня есть младшая сестра. - Это все объясняет. Узнай кто-то, что ты реинкарнировала, началась бы охота. - А у меня нет магии, чтобы защитить семью. - Тогда зачем ты звонишь? Спустя столько лет. - Мне действительно нужна помощь. Меня укусил вампир. - Так. Прибить вампира и присмотреть за тобой. Правильно понял? - С вампиром я и сама справилась. Но вот до тех пор, пока я не смогу себя контролировать, мне нужен надзор со стороны. - Ясно. Куда ехать? - Форкс. Штат Вашингтон. Америка. - Хах, Поттер, ты неподражаема. Ты ж точно знала кому звонить. Знала, что у меня, в силу работы, под рукой есть куча артефактов и зелий. Что мой самый нудный брат работает в министерстве и быстро оформит мне международный портключ. Что мой самый сильный брат большую часть жизни укрощает опасных тварей, а самый умный может создать такой охранный контур, что ты его ни в жизнь не пробьешь! Фред откровенно веселился, хохоча в паузах. - Конечно знала. Но теперь мне интересно как ты характеризуешь себя, Рона и Джинни. - Я, очевидно, самый гениальный изобретатель в семье. Рон у нас самый храбрый, Джинни самая дерзкая. - Подходит. - Ладно сестренка. Я позвоню тебе, как буду на месте. Разговор закончился. Атмосфера в комнате трещала от несказанных вопросов Калленов. Доктор, как самый сдержанный из них, заговорил первым. - Вы действительно переродились? - Да. Сохранив все воспоминания прошлой жизни, в которой была ведьмой. - Поразительно. И сколько лет.. вашему разуму? - Без трех месяцев семнадцать, плюс без двух месяцев девятнадцать. - Неполные тридцать семь. Удивительно. А было ли что-то необычного в вашей смерти, что объясняет, почему вам даровали вторую жизнь? - Я погибла на войне. Весьма распространенная смерть. - В семнадцать? - Возраст не имел значения для моих врагов. Младшие Каллены, поняв, что шоу с истерикой новообращенной не будет, разбрелись по дому. Есть ли разница из какой комнаты слушать разговор? Карлайл пытался задавать Элле вопросы, но она отвечала односложно, очень часто отвлекаясь. Белка, которую она видела в окно, казалась достаточно заманчивой, для усмирения горящего горла. Девушка жадно следила за каждым движением животного, но отчаянно боролась с собой. Вскоре она ощутила поверх своих хаотичных эмоций чужеродное спокойствие, накрывшее все ее чувства тяжелым одеялом. Недоуменно повертев головой девушка всмотрелась в Джаспера, ловившего каждый ее жест, каждое движение глаз. - Ты как-то на меня воздействуешь. - Добавил немного спокойствия. Могу убрать остальное, если мешает, но лучше не стоит, будешь дольше привыкать к новой себе. - Патокинез? - И эмпатия. - Сильное комбо. Легкое раздражение за воздействие было перекрыто благодарностью. Карлайл вскоре вышел, возможно поняв тщетность вопросов, пока Элла не способна на них сконцентрироваться. Джаспер остался, но сидел молча, незаметно гася вспышки желаний, способные заставить новообращенную покинуть дом. Свон свернулась клубочком на кровати, в которой пролежала пять дней и всеми силами отвлекала себя от мыслей о голоде, в ожидании скорейшего визита давнего друга. О том, что мозг стал настолько внимателен, что фоном считал тиканье часов и засекал время, Элла узнала, когда раздался звонок и она четко знала, что прошло два часа семь минут и двенадцать секунд. Телефон так и оставался у нее и девушка сразу приняла входящий. - Я в Форксе, дальше-то куда? Элла почти спросила у Джаспера не может ли кто-то из Калленов съездить за Фредом, но в памяти всплыла подробная карта города и окрестностей, висевшая в приемной напротив ее рабочего места. Взгляд моментально выловил нужные цифры и Свон сразу перевела их на магические координаты и назвала другу. Звонок оборвался. Через секунду с улицы послышался резких хлопок трансгрессии. Элла вскочила, собираясь бежать на встречу, но Джаспер перехватил ее, не обратил ни малейшего внимания на сопротивление. Давил эмоции, вселяя спокойствие и внушал словами, что это не лучшая идея. Она голодна, ее друг - человек. Зря он это сказал, потому что Элла тут же услышала стук сердца неподалеку и ее рот наполнился густым ядом. Фреда пытались перехватить еще на улице. Элла почувствовала сильное раздражение из-за утерянной добычи. Она не вслушивалась в слова, бессильно рыча в крепкой хватке Джаспера. А потом стук сердца стал стремительно приближаться. Первыми в дверь вошли Эммет и Эдвард, остановившись между Эллой и гостем, страхуя. В сопровождении Карлайла зашел человек. За пеленой голода Свон чувствовала лишь размеренный стук, с которым горячая кровь двигалась по венам. Она видела как в нее летит заклинание, даже узнала в нем оглушающее, а придя в себя уже не чувствовала жгучего желания впиться в чужую шею. Перед ней был мужчина с чертами лица ее старого друга. Поймав уже нормальный взгляд он широко улыбнулся, как в прежние годы. – Ну и жуткие же у тебя глаза. Предупредить, что ты в доме полном вампиров нельзя было? – Я не подумала. Привет Фредди. – Привет бестия. Артефакт с шеи не снимай, я с тобой драться не хочу. Уже свободными руками Элла нащупала тяжелый медальон и расслабилась. Фред все учел, прежде чем идти к ней. – Каков план? – Нужно быстрее передать тебя в надежные руки. Остальное разберем после. Элла не спорила. У нее в целом была каша в голове, с той разницей, что картинки и мысли были предельно четкими. Так что за протянутую Фредом расческу она взялась без колебаний. Друг успел попрощаться с Карлайлом, прежде чем портключ сработал. Раньше эта штука выворачивала внутренности и вызывала тошноту. Теперь ее тело было из более плотных материалов и Элла ощутила лишь дезориентацию, оказавшись на пустынной улице невзрачного квартала. Она повернула голову на звук сердцебиения рядом и столкнувшись с взглядом черных глаз провалилась. В собственные воспоминания. От первой Авады, криков Петунии и пыльном чулане до похода в Косую аллею. Они пролетают стремительно, без задержки. Дальше смотрящий внимательней задерживается на ключевых моментах. Распределяющая шляпа рассуждает о выборе факультетов и тонкий шепот “Только не Слизерин, только не Слизерин!”. Алые балдахины в общих спальнях. Первый полет на метле, первая игра в квиддич. Троль. Друзья, позднее названные Золотым трио Гриффиндора. Профессор Квиррелл вопит из-за сползающей с лица кожи. Полет на машине. Бегущие в лес пауки и акромантулы размером с легковушку. Окаменевшие дети и шепот в стенах, говорящий о крови и смерти. Кровавые надписи на стенах. Туалет Плаксы Миртл и потайной спуск в Тайную комнату. Огромный василиск и едва живая Джинни. Меч Гриффиндора в руке. Объявление новостей о бегстве опасного преступника. Тетушка Мардж парит под потолком. Ночной автобус и месяц ежедневных прогулок в кафе Фортескью. “Сириус Блэк идет за тобой” - тихим шепотом Артура Уизли. Дементоры. Крик боли в ушах и зеленый свет. Дементоры. Заклинание патронуса, принявшее ту же форму, что и у отца. Казнь Клювокрыла. Гремучая ива и Визжащая хижина. Сириус невиновен, крыса Рона - анимаг, предавший родителей. Дементоры над озером. Маховик времени, спасение двух жизней и разлука с крестным. Чемпионат мира по квиддичу. Ночное нападение на лагерь, бег через темный лес. Объявление о турнире, Кубок выбрасывает ее имя. Дракон. Русалки скалят острые зубы. Смерть Седрика. Волан-де-Морт возродился. Листовки газет о “девочке, которая лжет”. Соглядатай минестерства использует на детях пыточный артефакт. Отряд Дамблдора. Директор покидает школу и садистка Амбридж занимает его пост. Видения. Министерство. Гибель Сириуса. Личные уроки Дамблдора. Подозрительно ведущий себя Малфой. Крестражи. Проникновение Пожирателей в школу. Дамблдор падает с Астрономической башни после Авады Снейпа. Эвакуация из Литтл-Уингинга. Свадьба Билла. Падение министерства и долгие месяцы скитаний. Медальон на шее Амбридж. Рон уходит, бросив двух девушек разгребаться с невыполнимой миссией. Змея в Годриковой лощине. Меч на дне озера и вернувшийся друг. Отец Полумны, егеря, поместье Малфоев. Гермиона кричит под пытками. Смерть Добби. Ограбление Гринготтса. Хогвартс. Последняя битва. Снейп захлебываясь кровью делится воспоминаниями. Поляна в лесу и вторая Авада. Призрачный вокзал. Тепло материнских рук. Надежность отца. Гнетущая атмосфера в доме, пока папа на работе. Рождение сестры и уход матери. Косички в волосах Билли. Переезд к бабушке. Мария ведет малышку Эллу на каток. Финикс, непрекращающийся зной и пальмы. Редкие встречи с отцом. Ночное шоссе и двое суток в пути, чтобы увидеть его. У мамы парень, они женятся безумно быстро, но, кажется, созданы друг для друга. Белла кутается в куртку ненавидя дождливый Форкс. Отец берет Эллу на работу, чтобы помочь с поступлением. Авария. Вампиры. “Он влюблен в нее”. Лабиринт Фавна и книги о вампирах. Чужаки. Все артефакты у Беллы. Красные глаза в темноте. Огонь, вокруг и под кожей. Воспоминания всей жизни проносятся перед глазами стремительно. Вынырнув из них Элла даже не злится на бесцеремонное вторжение. Да и он уже не раз такое проворачивал, большую часть уже видел. Девушка была сейчас рада видеть этого змея живым. - Поттер. - Голос уставший, с хрипотцой, которой не было прежде. - Идемте, будем разбираться во что вы вляпались на этот раз. Смотря как полы черной мантии взметнулись при повороте Элла радостно улыбнулась настороженному Фреду. Она знала, что рядом со Снейпом самое безопасное место на свете.