Вернутся к фанфику
Часть 1
17 февраля 2026, 00:00***
Юна терпеть не могла слово «партнёрша». В нём было что-то корпоративное, холодное, отдавало офисными перегородками и отчётами о проделанной работе. От латинского partitio — разделение, часть. А они в последнее время совсем не были разделены.
— Мока, ты спишь?
— А если сплю, то отвечать не надо?
Юна улыбнулась в темноте. Лунный свет падал на короткие волосы Моки, делая их похожими на вороново крыло, обточенное водой. Прическа боб — сама геометрия прятала мягкость, но Юна знала, что под этой геометрией — тёплая кожа и неровное дыхание, когда она касается определённых мест.
— Слово «нежность» в древнерусском значило «нега, удовольствие», — сказала Юна, кладя ладонь на обнажённое плечо Моки. — Но ещё оно родственно слову «нёготь» — то, чем чешут. Представляешь? Нежность — это то, чем можно чесать, дразнить, доводить до исступления.
— Ты опять за своё, — Мока перевернулась на спину, и край простыни сполз, открывая грудь. Она не делала этого нарочно. Или делала. С Мокой никогда нельзя было понять наверняка. — Мы договаривались не копаться в словах во время… Ну, ты поняла.
— Во время чего?
Юна специально нависла сверху, опираясь на локти. Её прямые чёрные волосы упали вниз, создавая полог, занавес, внутри которого остались только они двое.
— Во время этого, — Мока качнула бёдрами, напоминая, что под одеялом они обе совершенно голые.
Ах да. Они же собирались спать.
Собирались.
Их договору было три недели. Три недели назад Мока пришла к Юне с лицом человека, который решился на ампутацию пальца ради спасения руки.
— Мне нужно, — сказала она тогда, глядя в стену, — чтобы кто-то… Ну, понимаешь… Практика.
— Практика?
Юна, которая как раз перелистывала этимологический словарь (статья «любовь», праславянское ľuby, родственное древнеиндийскому lubhyati — «сильно желает»), подняла бровь.
— Сексуальная практика, Юна. Не тупи. Мне двадцать один, а я… — Мока замялась, — я никогда. Совсем. Ни с кем. А встречаться с кем-то ради этого… Ну его. Лишние смыслы, лишние ожидания. А ты… Мы дружим, ты не будешь ничего ждать, да?
Юна тогда долго молчала. Потом закрыла словарь.
— Слово «друг» раньше означало «другой, второй я». То есть ты просишь своего «второго я» помочь тебе с практикой?
— Если ты сейчас же не прекратишь, я уйду.
— Не уйдёшь. — Юна улыбнулась той улыбкой, которая всегда выводила Моку из себя. — Но на одном условии.
— На каком?
— Ты позволишь мне звать тебя…
— Нет.
— Я ещё не сказала.
— И не надо. Нет.
— Малышка.
— Боже.
— Ладно-ладно. — Юна подняла руки. — Только когда мы… Ну, во время. И ты меня зови. Соответственно.
Мока покраснела так, что даже корни волос стали розовыми.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно. Это называется «мамми-кинк», если хочешь по-научному. Хотя слово «кинк» произошло от скандинавского kinkr — «изгиб, петля». То есть мы говорим о петле, в которую добровольно заходим, чтобы…
— Заткнись и дай пять.
Они ударили по ладоням. Договор был заключён.
Сейчас, три недели спустя, Юна смотрела на Моку сверху вниз и думала о том, что древние греки ошибались. Они делили любовь на эрос, агапэ, сторге, филию. Но не было у них слова для этого — когда хочется одновременно смеяться, целовать ключицу и спорить о происхождении терминов.
— Ты сегодня напряжена, — сказала Юна.
— Я не напряжена.
— Врёшь. Смотри: «напряжение» от pręgti — «запрягать, сжимать». Ты сжата. Как пружина. Дай разожму.
Она провела пальцем от груди Моки вниз, по животу, остановилась у пупка. Мока выдохнула. Не задержала дыхание, а именно выдохнула — со звуком, похожим на сдачу позиций.
— Мы же договаривались только про секс, — прошептала Мока.
— Это и есть секс. Пока что прелюдия. От латинского praeludere — «играть перед». Я играю перед. Ты не против?
Вместо ответа Мока сама потянулась вверх, к губам Юны. Поцелуй вышел неуклюжим — они всё ещё учились, всё ещё искали угол, под которым зубы не сталкиваются, а языки находят общий язык. Буквально.
— Мамочка, — выдохнула Мока в губы, и это слово обожгло.
Юна замерла.
— Что?
— Ты слышала.
— Скажи ещё раз.
— Нет.
— Мока.
— Мамочка, — повторила Мока, и теперь в голосе появилась дерзость, вызов, игра. — Мамочка, я хочу, чтобы ты меня… Ну, ты поняла.
Юна поняла.
Она поняла так хорошо, что всё дальнейшее было уже делом техники. Техники нежной, почти археологической — как снимать слои, не повреждая то, что под ними.
Она начала с губ. Целовала медленно, изучая, запоминая реакцию. Мока под ней выгибалась, но не от нетерпения — от удивления. Будто не ожидала, что так бывает. Что можно целовать просто так, без цели, только ради самого процесса.
— Расслабься, — шепнула Юна, перемещаясь на шею. — Слово «расслабиться» родственно «слабый». Ты не становишься слабой. Ты отпускаешь контроль. Это сила, а не слабость.
— Ты… опять…
— Молчу.
Она замолчала. Говорили теперь только руки. Грудь Моки оказалась именно такой, как Юна любила — небольшой, но чувствительной. Когда она взяла сосок в рот, Мока дёрнулась, будто током ударило.
— Больно?
— Нет. Не останавливайся.
Юна не останавливалась. Она двигалась ниже, покрывая поцелуями каждую клеточку, каждую родинку, каждую складочку. Мока была обнажена полностью, и в этом не было стыда — только уязвимость, которую она добровольно отдавала в чужие руки.
— Ты красивая, — сказала Юна, разглядывая её. — Знаешь, откуда слово «красота»? От древнеиндийского śrīṇāti — «озаряет, делает светлым». Ты сейчас озаряешь всю комнату.
— Юна…
— Молчу-молчу.
Когда её пальцы коснулись самого сокровенного места, Мока зажмурилась. Юна не спешила. Она просто лежала рядом, гладя внутреннюю сторону бедра, давая привыкнуть к присутствию, к близости, к тому, что сейчас произойдёт.
— Открой глаза, — попросила она.
Мока открыла.
— Смотри на меня. Хочу видеть тебя. Хочу, чтобы ты видела меня. Договорились?
Мока кивнула. И тогда Юна вошла. Одним пальцем, медленно, осторожно. Мока выдохнула — не от боли, её не было, скорее от полноты ощущения. Внутри неё кто-то был. Впервые в жизни. И этот кто-то смотрел на неё с такой нежностью, от которой слово «нежность» возвращалось к своему древнему значению — нега, удовольствие, растворение.
— Хорошо? — спросила Юна.
— Угу.
— Можешь двигаться. Как хочешь. Ты главная.
Мока двинулась. Сначала неуверенно, потом смелее. Юна добавила второй палец, нашла тот самый угол, тот самый ритм. И через минуту Мока уже не контролировала себя — она просто плыла, плыла по течению, которое сама же и создала.
— Мамочка, — выдохнула она, вцепляясь в плечи Юны. — Мамочка, я…
— Я здесь, — Юна поцеловала её в лоб, не останавливая движения. — Я здесь, малыш. Я держу.
Оргазм накрыл Моку волной. Не резкой, не обжигающей — тёплой, долгой, как прилив, который поднимается медленно, а потом не хочет уходить. Она закричала. Совсем негромко, скорее выдохнула криком, и это было самое честное слово, которое Юна слышала за последние годы. Потом они лежали в темноте. Мока — на спине, глядя в потолок. Юна — на боку, подперев голову рукой и разглядывая профиль подруги.
— Ну как? — спросила Юна. — Практика засчитана?
— Засчитана, — голос Моки был хриплым, чужим. — С отличием.
— Рада стараться.
Молчание затянулось. Юна уже собралась пошутить про то, что пора спать, но Мока заговорила первой.
— А знаешь, что странно?
— М?
— Я думала, после этого станет проще. Ну, относиться к тебе как к партнёрше. По договору. — Она повернула голову, встретилась взглядом с Юной. — А стало сложнее.
Юна молчала.
— Слово «сложный» от slōžiti — «сложить вместе», — продолжила Мока. — Раньше это означало соединение. А сейчас — трудность. Почему соединение стало трудностью?
— Потому что мы разучились соединяться, — ответила Юна. — Мы только разделяемся. На партнёров, на любовников, на друзей. А изначально всё было одним.
— И что нам делать?
Юна протянула руку, убрала прядь волос с лица Моки.
— Спать. Завтра будет завтра. И слово «завтра» от za utra — «за утренней зарёй». За этой тьмой есть свет. Мы его увидим.
Она щёлкнула выключателем ночника, и комната утонула в полной темноте. Но перед тем, как уснуть, Мока прошептала:
— Юна?
— М?
— Я рада, что ты согласилась.
— Я тоже.
— И ещё, мамочка.
— Спи, малыш.
Мока улыбнулась в темноте и закрыла глаза.
***
700
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!