Часть 6. Репетиция

***

      Как только все актёры были в сборе, реквизит был подготовлен, свет настроен и реплики отточены, Фурина шустро поднялась на сцену по ступенькам и тактично откашлялась, притягивая микрофон к себе. Она стукнула по нему пару раз. — Раз-раз… раз-раз… Нормально звук? Все готовы слушать окончательную версию сценария? Люди в зале закивали, кто-то поспешил найти удобное место, чтобы присесть, кто-то подошёл ближе к краю сцены, чтобы слышать девушку лучше. Выглядела она замотанной: неудивительно, ведь тащить на себе организацию целого мюзикла, который выходит за рамки школы, очень тяжёлое и муторное занятие. Её элегантная белая рубашка с рукавами фонариками была в синей и зелёной краске, а волнистая укладка белых волос оказалась слегка растрёпанной. Тем не менее, держалась Фурина увереннее, чем многие профессиональные постановщики.  — Флинс! С физкультуры отпросил труппу? Кирилл и Иллуги стояли у стенки, чуть поодаль от остальных. Парень кивнул, улыбнувшись, с Иллуги глаза закатил: ещё как отпросил! Мастерски! — Прекрасно! Итак, что мы имеем на данный момент? Королевство Нод-Край, где правят люди, наконец-то, избавилось от терний правительства грозного короля. И на его место пришёл новый монарх, а-ля Кирюша, — в зале послышались приглушённые смешки, — Принц обладал добродушным нравом, был мудр не по годам. Но самое главное! Он был безумно влюблён в дочь Волшебного леса детей Морозной Луны — принцессу Лауму. Прошлый король враждовал с землями нелюдей, и влюблённым приходилось скрывать свои чувства. Но теперь, с кончиной короля, преград больше не было! В огромном замке Нод-Края Кирилл организовывает бал примирения — событие, на котором соберутся и люди, и обитатели Волшебного леса. На нём же новоявленный правитель собирался объявить о своей помолвке с прекрасной Лаумой, которая в знак преданности принесла сильный магический артефакт. Этим артефактом оказалась корона в форме оленьих рогов, с нежной вуалью, сотканной из тысяч застывших росинок! И вдруг! Кто-то в зале ахнул. Фурина продолжила. — И вдруг зритель узнаёт, что верный советник принца — Иллуги, — оказывается предателем! В глубине души он всегда презрительно относился к существам Волшебного леса и поддерживал отца Кирилла, то есть, вражду людей и нелюдей. Со своими слугами Иллуги собирается выкрасть корону и убить Лауму! После нежного танца на балу свет гаснет! Бам! Слуги нападают на несчастную принцессу, а Иллуги крадёт её корону и растворяется во тьме! Кирилл в панике — он вызволяет Лауму из заложников, собирает отряд наилучших солдат Нод-Края и отправляется в погоню! И на пике одной из скал, откуда советника должен был забрать заранее подготовленный летательный аппарат, Кирилл храбро сражает его мечом. Счастливый конец! Два мира объединяются, и все живут долго и счастливо! — Кроме меня, — бурчит под нос Иллуги, хмурясь.  Не нравилась ему эта второстепенная роль. Даже не из-за того, что он злодей. Не из-за того, что в конце Кирилл его убивает. Скорее парень завидовал Лауме, которая получит всё внимание от принца, танец, возможно и поцелуй. Наверное, ревность эта была совсем необоснованной. Сюжет же, не реальная жизнь, верно? Но вот Иллуги продолжал ощущать это зловонное бурление неприятных эмоций внутри. От их осознания только хуже становилось. — Та-дам! — драматично подытожила Фурина, а труппа разразилась аплодисментами, — Прошу прощения, что упомянула не все роли, а только главных героев. Реплики каждого персонажа в нашем мюзикле уже прописаны, особенно песни! У каждого из вас здесь, даже у массовки, будет звёздный час! Некоторые партии поём мы, актёры, некоторые песни будут звучать фоном от группы, которую для нас выделили. Я интересовалась у директора: он решил объединить две группы, Lunar Pulse и Frostbite. Я уже передала им окончательный вариант сценария мюзикла, и они должны будут сочинить по крайней мере две фоновые песни и три-четыре мелодии под готовые тексты ваших ролей.  — Frostbite! — к Иллуги подскочила Ягода, — Там будет Тарталья! Ох, мне не терпится увидеть, какие у них будут костюмы. Они же тоже должны одеться красиво для выступления в мюзикле… А Lunar Pulse? Басиста видел? Вот он точно должен играть партию на твоих репликах! Иллуги нервно усмехнулся и закивал. — Мне… Мне нравятся все, — он завёл руку за голову. Было неловко врать, но и прямо сказать о незнании участников групп тоже не хотелось, чтобы не выглядеть странным.  — А кто любимчик? У них же в прошлом учебном году был конкурс, а после него Ёимия сделала карточки с каждым участником обеих групп! Мне попалась лимитированная блестящая с Моной, солисткой, ещё попалась Синьорра из группы Чайльда. Жалко сам Чайльд не попался. Я ещё Скару хотела, — Ягода тяжело вздохнула. — А есть кто-нибудь, кто перепродаёт их? — Кирилл ненавязчиво вклинился в диалог. Ягода вся засветилась от счастья и смущения. — Ой, не знаю… Я даже и не задумывалась. Надо будет везде поспрашивать и поискать, займусь! Моя подруга из старших классов, Нефер, в курсе всего, без исключения. Буквально! — девушка улыбнулась, — К ней обращусь в первую очередь. Кирилл и Иллуги переглянулись. Неудивительно, что здешняя Нефер тоже была «всеведующей фигурой». Наверняка ещё и контрольные работы за деньги пишет через «работников»! — Внимание!!! — Фурина похлопала в ладоши, принявшись говорить в микрофон по новой, — Сегодня снова делаем прогонку части с танцем на балу, до момента выключения света. Потом прогоним начало.  Все выстроились в позиции. Иллуги протолкнулся в толпу других актёров, которые должны были пуститься в ненавязчивый венский вальс, лёгкий и невзрачный, чтобы дать звёздный час Флинсу и Лауме. Кирилл был в том же костюме, что и в первый день их с Иллуги пребывания в чужом мире. Тёмно-синий фрак, белые брюки, тонкая белая рубашка. Сама элегантность.  В этот раз парни уже заметили, что рога Лаумы были не настоящими. Всего лишь реквизит. Иллуги тяжело вздохнул, окончательно убеждаясь в отсутствии здесь хоть какой-нибудь магии. А она была бы так кстати! — Эй! — Ягода встала рядом с парнем, шепнув ему на ухо, — Я слышала кстати, что эту корону в виде оленьих рогов украсили настоящими дорогими кристаллами! Круто, да?  — Очень. Лауме идёт, — пожал плечами Иллуги. — Ещё как! Она так здорово смотрится с Кириллом. Фурина идеально подобрала их как актёров на роли, — девушка мечтательно ахнула, — Сейчас бы на её месте каждая хотела очутиться. Иллуги протяжно выдохнул через нос. Раздражение новой волной захлестнуло его, вплоть до покалываний на коже. «Каждая… Не то слово…» Фурина дала команду, и сцена началась. Из больших колонок по углам актового зала полилась звонкая и чувственная мелодия. Кирилл в центре танцпола сделал шаг навстречу Лауме, протягивая ей руку. — Госпожа… Звёзды с ночного небосклона спустились и затерялись в ваших глазах, заставляя их сиять ярко-ярко. Я был бы невероятно счастлив потеряться в вашем свете, даря вам танец, — он поклонился, — Гости будут смотреть, мир будет кружится. Но я обещаю: вы не упадёте, пока я держу вашу ладонь. Лаума сделала ответный поклон-реверанс, делая ответный шаг навстречу. — Надеюсь, наследный принц, ваши движения будут так же изящны, как ваши сладкие речи. Они сливаются в танце, отыгрывая так, будто это не репетиция, а уже настоящее выступление перед публикой. Массовка также пускается в круг вальса. Иллуги же стоит на месте: взгляд его прикован к Флинсу. Со стороны могло бы показаться, что он оценивает его движения и актёркий талант, или же просто повторяет свои реплики про себя, пока никто не трогает. На деле же Иллуги был очарован, до той степени, что начал злиться. Дышать стало немного тяжело, руки невольно сжались в кулаки, а глаза сверлили каждое, даже самое микроскопическое движение Чудомировича. Его рука на талии девушки, его взгляд, когда он игриво льнул к её шее на поворотах, его сильные, но мягкие шаги, уверенно ведущие Лауму по периметру сцены. Они кружились, а потом, на финальной ноте, Кирилл провернул девушку под рукой и наклонился вперёд. Лаума же прогнулась в спине, красиво положив ладонь ему на плечо, полностью доверяя уверенной хватке парня.  Некоторые актёры из массовки, не участвовавшие в танке, невольно захлопали.  Когда репетиция закончилась, Иллуги ушёл в гримёрку последний. Он пропустил всех вперёд, а до этого просто помогал убирать реквизит и выключать колонки с прочим оборудованием. Настроение было, мягко говоря, не очень хорошее. Парень с раздражением скинул с себя жилет советника и лакированные ботинки, потом принялся расстёгивать рубашку резко, будто злился на одежду.  — Вы ещё тут, господин Иллуги. В дверном проёме возник тёмный силуэт Флинса. Иллуги не потрудился включить в гримёрке люстру, поэтому сейчас всё было в потёмках, и разве что из окна лился бледный вечерний сумеречный свет. Он повернул голову и хмыкнул, нащупывая на спинке стула футболку.  — Конечно. А что? — желчь так и слышалась в голосе парня, пусть и логичных оснований для неё не было.  — Совсем ничего, — Кирилл улыбнулся и прошёл к нему поближе, — Вы не одобряете хореографию? Прошу простить за грубость, но у вас сейчас такое выражение лица, будто вы съели лимон целиком.  Иллуги надел футболку и откинул от себя подальше одеяния советника. — Я не одобряю то, как реалистично ты играл принца, Флинс. Слишком пошло, особенно эти взгляды на поворотах. Ужас… Ты хоть понимаешь, как это со стороны выглядит? Вас, наверное, скоро сводить начнут в школе, парочкой будете с Лаумой! — Ах, вот оно что… Иллуги упустил момент, когда Кирилл оказался слишком близко, поэтому неловко отодвинулся назад и сел на стул, мешавшийся на пути. Чудомирович же наклонился вперёд и положил свои длинные ладони ему на бёдра. Глаза его, казалось, почти светились в потёмках. — Ты должен был сам принцессу Волшебного леса отыгрывать с такими глазищами, — буркнул Иллуги, часто моргая. Кирилл посмеялся, уголок губ его дёрнулся в улыбке. — Я и не знал, что вы умеете так ревновать, Илюша. Парень залился краской и в этот момент очень сильно порадовался потёмкам комнаты: по крайней мере, его лицо цвета спелого томата не было так ясно видно.  — Я просил не называть меня так… И я не ревновал! — уже менее уверенно продолжал говорить Иллуги, при этом вжимаясь в спинку стула. — Должен сказать, что во время танца вы всё-таки кое-что упустили, господин Иллуги. Увы, смотрел я не только на свою партнёршу, но и на советника, скрывающегося в тени. Вы были… Прекрасны в своём гневе, — Кирилл слегка наклонил голову, внимательно разглядывая парня. Иллуги на секунду перестал дышать и зажмурился, когда Флинс подвинулся ещё ближе, но потом вдруг почувствовал, что тот больше не держит его. Он открыл глаза и увидел, как Чудомирович бережно складывает разбросанные жилет и брюки. — Вы устали, господин Иллуги? Можем отдохнуть с вами в нашей комнате. Или выйти перекусить в кафе. Могу ещё предложить поездку на кабриолете… — Только не машина! — тут же перебил Иллуги, вскакивая со стула.

***

Актовый зал был занят актёрами, поэтому Скаре и Чайльду для их репетиций выделили просторный, никем не занятый кабинет. Проблема заключалась только в том, что им очень давно никто не пользовался, и каждый уголок был в толстом слое грязи и пыли.  Тарталья и Куникудзуши пришли первые, чтобы подготовить музыкальные инструменты и проверить наличие розеток, но наткнулись на совсем уж неподготовленное пространство.  — М-да… И что теперь, убираться? — рыжий размял руки и шею, — Неохота. — Посмотри на себя и посмотри на меня. Кому физические нагрузки будут даваться легче? Вперёд, — Дзуши прошёл внутрь и принялся раздвигать шторы, чуть ли не кашляя от сыпящейся с них пыли. И тут ему прямо по голове прилетает швабра. — Идиот?! — огрызнулся он, посмотрев на Тарталью. Тот отвернулся и наигранно засвистел, шагая между рядами парт, — Сам возьми и работай! Как руки распускать в переулке, так ты первый! А как убраться — всё, инвалид. Скара зашвырнул швабру обратно в Чайльда, только тот уже смог её поймать ловким движением. — Ты не забыл, с кем разговариваешь? — С конченым придурком, — Дзуши и не думал прогибаться. — А может, будешь роль отыгрывать нормально? Ты здесь — изгой. И мой бывший, каким-то чудом, — казалось, сама эта мысль была неприятна Чайльду. Чтобы он, да на какого-то нефора-гитариста запал? Ну и что, что это другой мир, у него же всё всегда в порядке со вкусом было! — А может, мы роли будем отыгрывать на людях, а не в пустом кабинете? Если так хочется сыграть, актёришки сейчас в актовом зале! Устраивай им театр одного идиота!  Скара вовремя отодвинулся в сторону, ибо в следующую секунду в него… опять полетела швабра. «Орудие боя» врезалось в стекло, чуть не разбив его. — Давай! Побей окна ещё! — Дзуши покачал головой, — Как годовалый ребёнок себя ведёшь, даже хуже! — Мне интересно, как ты вообще глаз Бога получил с таким вредным характером, — Чайльд шагнул к Скаре, взял швабру с подоконника и толкнул ею парня к стене. — Опять? — когда тот начал давить ему шею палкой, прижимая к холодному бетону, Дзуши не удержался и закатил глаза, его голос невольно захрипел, — У тебя у самого наверняка ведь Гидро. Может, намочишь тряпку и начнёшь пол мыть? — с очень большим усилием он оттолкнул от себя рыжего. — Чего? Откуда ты знаешь про глаз Бога? — Тарталья хмыкнул, — Или про это тоже в Академии где-то написано? — Слишком много чести биографию такого ушлёпка писать, — Дзуши схватил ведро, стоящее рядом с книжным шкафом, и кинул в парня, — Работай! Чайльд отпрянул назад и задел спиной стул, стоящий на парте. В итоге и стул, и парень оказались на полу. Серая футболка Аякса задралась, и Скара вдруг заметил шрам у него на животе, уж очень знакомый. Flashback… —  Я слышал, что в Инадзуме есть место, где молнии бьют в человека, если он слишком близко подходит. — О, я отведу тебя туда и покажу. Проверим теорию. Долгожданный короткий отпуск было решено провести на родине Дзуши. Тарталья давно просился туда съездить: один не хотел, да и постоянная работа не позволяла. Скара долго не поддавался, но потом согласился — вечно противостоять Чайльду он не умел, особенно в моменты, когда тот строил щенячьи глазки. Они сняли небольшой домик на острове Рито, а сейчас, после обеда в рыбном ресторане, направлялись к Великому храму Наруками с целью посмотреть на священную Сакуру.  Несмотря на неприятные эмоции, связанные с Инадзумой, Скара рад был показать эту страну Чайльду. Видеть восторг в глазах, наблюдать за тем, как тот скупает всевозможные сувениры для Тевкра и Тони, кормить его разноцветным данго с палочки — всё это было драгоценно. И плохие воспоминания потихоньку начали заменяться хорошими. Может быть, поверхностно. Может быть, не полностью убирая боль прошлого. Но нежно, нежно и с большой любовью.  — А это… — Не трогай! — Скара не успел одёрнуть руку Чайльда, и рыжий всё-таки дотронулся до несчастной электро-попрыгуньи, спрятавшейся в земле. Тарталью ударила током и отбросило назад, но он не растерялся, уже доставая лук и запуская гидро-стрелу прямо в переносицу вредному созданию. Скарамучча даже не вмешивался: один удар, второй, и Чайльд уже с ней расправился. — Ты ранен, — как только, так сразу, Дзуши подскочил к парню и приподнял его бордовую рубашку. — Пустяки, зато заряженный, — Чайльд посмеялся, садясь на ближайший булыжник и позволяя Скаре себя осмотреть.  — Ага, пустяки, — Дзуши покачал головой, — Шрам останется. — Тебе же нравится такое, — Аякс ухмыльнулся, задирая рубашку выше и оголяя живот с прессом.  Скара покачал головой, но сам тоже невольно улыбнулся, начиная обрабатывать рану.  Конец Flashback… — И откуда это у тебя? — будто бы невзначай поинтересовался Дзуши.  — Это? — Чайльд опустил футболку, нахмурив брови, — Тебе какое дело? Просто ездил в Инадзуму по… работе, просто наткнулся на попрыгунью.  По работе. Скарамучча прикусил губу, чтобы не сказать лишнего в моменте. Получается, всё их время вместе, все приключения, которые они пережили. Всё оказалось заменено чем-то другим, несвязными пустыми деталями, заменяющими реальные события. Заменяющими самого Дзуши. И самое обидное — Тарталья даже не осознавал этого.  Чайльд поднялся на ноги и отряхнул джинсы с футболкой. Он глянул на Скару мельком, заметив его задумчивое выражение лица. Такой он странный, этот выходец из Академии! Интересно, как он выглядит в Тейвате? Явно же не как рок звезда, с этими узкими штанами с цепочкой, с этой синей рубашкой поверх топика.  Аякс сам пока не понимал, но тело его как будто знало больше сознания. Особенно после «стычки» в переулке у кафе. Хотелось подтрунивать, хотелось постоянно тыкать Скару, делать что-то, может, даже, издеваться. И почему? Он ведь прекрасно отличал свои эмоции от тех, что ему нужно было играть в мире Бастиана. Почему даже вне «игры» хотелось как-то приблизиться? Нить рассуждений ускользала и терялась, а парень удивлялся собственным действиям, так и не добираясь до истины.  Вскоре к кабинету начали подходить другие участники групп: ближе к назначенному времени подтянулись Итто, Мона и Кадзуха, Лини и Синьорра, и, неожиданно, Ёимия. — Опа, — Аратаки размял руки, — Рыжий. Честное слово, Скара, каждый раз, когда вижу его, хочу дать затрещину. — Оставь запал для игры на барабанах, — Синьорра стояла около дверного проёма, не желая заходить в пока ещё грязный кабинет. Каэдэхара, завидев пыль, молча присоединился к уборке, отложив в сторону большой чехол с синтезатором. Мона же без толики стыда смотрела на Чайльда, который мыл полы, и на Дзуши, который сидел на учительском столе, свесив ножки. — А она что тут делает? — Скарамучча кивком указал на Ёимию. Та загадочно улыбнулась. Чайльд хмыкнул, потупив взгляд. — Ёимия? — Мона растерялась поначалу, но быстро нашла отговорку, — Это… Моя муза. Да. Можно она с нами побудет во время репетиции? Пожалуйста? — Боюсь спросить, зачем, — Тарталья покачал головой, уже понимая, к чему всё идёт.  — Я сюда за вдохновением пришла, — поддакнула девушка, вставая рядом с Моной, — Мерч вам нарисую новый. Карточки: версия «Мюзикл». Круто же? Предыдущие хорошо продались! — Чур меня в этот раз лимиткой! Барабанщиков все любят, — Итто потянулся, продолжая раскладывать барабанную установку.  Музыканты посмеялись. Наверное, впервые за долгое время между группами не ощущалась сильная вражда, как это было раньше. Дзуши тяжело вздохнул, готовясь снова отыгрывать обиженного бывшего парня Тартальи.

***

Продолжение следует…