Часть 8. Кабриолет

***

      Фейерверки до сих пор раздавались в голове, всё кружилось перед глазами, плавало. Иллуги достал ключ из заднего кармана джинс и открыл им дверь в комнату общежития, кое-как волоча за собой Флинса. Тот обвил руку вокруг него, повиснув на плечах, дышал глубоко и размеренно, прикрыв веки. Полностью доверял Иллуги, что, младшему, конечно же льстило. — Такой ты громоздкий, ужас… — парень процедил, стиснув зубы. По габаритам Кирилл был и выше, и тяжелее, но это не мешало Иллуги тащить его, будто юную деву из плена.  Впрочем, это так и ощущалось, только спасали Чудомировича от очередной увеселительной затеи. После просмотра грандиозного шоу фейерверков под конец вечеринки Ёимии тот предлагал сыграть ещё раунд в бильярд. При этом заявив, что проигравший будет прыгать в уличный бассейн — ледяной пока в нестабильную весеннюю погоду. Иллуги быстро смекнул, что они просто физически не доползут до комнаты, если задуманное свершится, поэтому взял Флинса под локоть и повёл гулять по улицам города. Он специально выбрал самый длинный путь до общежития, чтобы Кирилл успел проветриться и прийти в себя. Но в итоге парень наоборот вдруг погорячел, покраснел, что было для него неестественно.  Зайдя в комнату, Иллуги «сбросил лишний груз» на кровать и тяжело вздохнул. — Что с тобой? — он пытался оставаться сердитым, даже злиться пробовал, но ноты беспокойства и заботы всё равно звучали в голосе, как бы парень не старался. — Эмоциональный вечер выдался, не скажешь? — Кирилл легонько улыбнулся, прикрыв глаза и откинув голову на подушку. Он слегка подогнул колено, продолжая лежать на спине, практически не меняя положения после «жёсткого приземления» на кровать.  — Флинс, я серьёзно, — Иллуги насупился. Он покачал головой и прошёл к окну, раздвинув шторы в стороны, чтобы уличный свет проник внутрь. Ночник или лампы включать не хотелось — голова бы разболелась сильнее. Иллуги снял портупею, удерживающую жилет, бросив её на стул рядом с рабочим столом. Потом присел на край своей кровати, напротив Кирилла.  — Ты перебрал с алкоголем? — младший светоносец нервно теребил свои пальцы, незаметно даже для самого себя, — Странно, мы же одинаково выпили. Или это всё потому, что ты не человек? Кирилл мягко рассмеялся, устало проведя ладонью по лицу. — Господин Иллуги, вы и ваши конспирологические теории… Так можно и докопаться до правды, которой не существует. — А почему тогда тебе плохо? — настойчиво поинтересовался парень, наклоняясь и кладя локти на ноги, — Отвечай. — Разве я говорил, что мне плохо? Может быть, я всего лишь растаял от проведённого вместе с вами времени, — Флинс всё продолжал улыбаться. Иллуги и не догадывался, как близко к правде была эта фраза. Будучи снежным духом, снежным фейри, Кирилл и вправду взял на себя очень много эмоционального тепла за раз. Светловолосый покраснел, уведя взгляд в сторону. Как после таких откровений он мог смотреть на такого Флинса? С растрёпанными тёмно-синими волосами, струящимися по простыни, затуманенными, но теми же яркими и слегка светящимися жёлтыми глазами? С румянцем на белоснежно бледных щеках? С тяжело вздымающейся при каждом вдохе грудью? Чёрт побери эту обтягивающую водолазку… Всплыли фрагменты игры в бутылочку, шкаф. Они были так близко! И этот поцелуй действительно произошёл, так ведь? Иллуги всё равно думал, что попал в какой-то жгучий дурной сон. Его платоническая любовь обросла большим: желанием быть ближе, желанием прикосновений и откровений. — Вы слишком красивы в раздумьях, господин Иллуги, — промурчал Кирилл, с упоением любуясь парнем.  Его бордово-красные пряди под светло-пшеничными, большие глаза, постоянно бегающие с одного предмета на другой. Ресницы, юношеская фигура — весь образ очерчён ночным светом из окна. Скромность и правда украшала Иллуги, но больше всего Флинсу нравилось видеть его стеснение и искренние эмоции симпатии и привязанности. Иллуги всегда превозносил Кирилла, считая его лучшим светоносцем и самым опытным бойцом с Дикой Охотой. И наверное, парень до сих пор не мог привыкнуть к тому, что дотягивается до Чудомировича, часто проводит с ним время вместе, ходит на рыбалку или просто посещает маяк. А Кириллу уж слишком хотелось, чтобы тот осознал собственную ценность и понял, что достоин всего ровно так же, как и альв.  Проще говоря, Флинсу безумно хотелось поцеловать его ещё раз.  — Соизволите ли поделиться размышлениями? — Чудомирович положил руку под голову, уставляясь на младшего. — Ты прекрасно знаешь, о чём я думаю, Флинс. Зачем спрашивать? — Иллуги покраснел, всё не находя сил посмотреть ему прямо в глаза. — Я хочу это услышать. Вас явно беспокоит то, что случилось между нами, юный господин. Мне совестно смотреть на ваши душевные смятения… — А целовать меня? Не совестно? — Иллуги покачал головой и цокнул языком, — Ты правда не услышал задание? Что это вообще было? Кирилл улыбнулся шире. — Как вы сами считаете? — он сделал паузу, а потом продолжил, — Открою вам секрет, дорогой Иллуги. Я совсем не испытываю опьянения. Алкоголь — последняя вещь, которая может ухудшить моё самообладание.  Иллуги лишь хмыкнул в ответ и закатил глаза. И этот тип, выглядящий, как вампир из сказок, будет ему ещё что-то про конспирологию предъявлять? Алкоголь его не берёт, Дикая Охота его не берёт, ещё фонарь дурацкий светится постоянно синим пламенем!  — И к чему ты это говоришь? — парень нахмурился. — К тому, что у меня есть всего одна лишь слабость, господин Иллуги, — чуть тише проговорил Чудомирович.  Всё замерло, а румянец теперь добрался до ушей младшего ратника. Он захлопал глазами, переваривая сказанную Флинсом фразу.  Это было самое настоящее признание в любви.  — Флинс… — Иллуги не смог унять лёгкую дрожь в голосе. Всё нутро сковало теплом, — Вы… имеете в виду?.. Вы правда?… — он и не заметил, как от шока перешёл на «вы»: влияние постоянной манерности Кирилла дало о себе знать. Чудомирович прикрыл глаза и просто похлопал по бедру легонько, приглашая парня поближе. Только вот, увидев шокированную реакцию Иллуги, ему пришлось немного смягчить смысл жеста и похлопать уже по краю своей кровати. Младший часто заморгал, занервничал, потеряв весь контроль над ситуацией и собой. Тело только само двинулось вперёд, после очередного болезненного-приятного сжатия сердца в груди. Иллуги почти не дышал, садясь на самый-самый бордюр, даже толком матраса не касаясь, но Кирилл спокойно обвил руки вокруг его талии и притянул ближе, заставляя парня прилечь. Иллуги осторожно положил голову на подушку, оказываясь прямо напротив Флинса. Мягко, тепло, так будоражаще. Мурашки почти что с изнанки бегали, кровь рьяно пульсировала в сосудах, вдохи и выдохи получались скомканными и рваными, дрожащими. Всё, на чём было сосредоточено внимание — длинные, утончённые, горячие ладони, лежащие на оголённой коже спины. Они плавали туда-сюда, тихонько, убаюкивающе. Кровать у стены вдруг стала отдельным миром, и казалось, что их обоих обернули в тяжёлое пуховое одеяло. Иллуги забыл всё, что хотел спросить или сказать: всё равно действия сейчас говорили больше. Не хотелось прерывать момент лишними невнятными бормотаниями. Парень подвинулся ближе, сворачиваясь калачиком подле Кирилла. Неестественно тёплый, горячий даже, он был очень похож на человека. Но в глубине души Иллуги понимал, что это не так. Несмотря на софизмы Флинса.  Занавески волнами двигались от лёгких дуновений ветра в приоткрытое окно, уличные огни создавали силуэт окна на стене из света. Ночь вдруг стала такой нежной, до невозможности. Иллуги лежал, почти носом уткнувшись в грудь Кирилла, руки держал перед собой, но не решался дотронуться в ответ. Флинс же из под чуть приоткрытых век посматривал на его волосы, на чуть сжатые с непривычки губы, на попытки унять лёгкое, еле заметное дрожание от чувственных прикосновений. Наконец, одна из ладоней Чудомировича скользнула выше к шейным позвонкам и притянула парня совсем близко, так, что Флинс положил свой подбородок ему на макушку.  Под действием тепла альва Иллуги быстро провалился в сон. Утро воскресенья ударило очень резко, а именно ожидаемым похмельем. Младший светоносец продрал глаза только к двенадцати дня, ощущая ужасную сухость во рту и головную боль. Он развернулся на спину, закинув руку на лоб, а потом вдруг очень резко вспомнил события ночи.  Иллуги вскочил на кровати, озираясь по сторонам. В ушах от внезапного подъёма запищало, а виски будто сжало тисками. — Без лишних движений, господин Иллуги, — заботливый голос Флинса теперь ощущался иначе.  Парень поднял взгляд и увидел Чудомировича. Тот стоял рядом с его кроватью, в своём уже полюбившемся белом банном халате поверх домашней одежды. Волосы небрежно завязаны, в руках стакан с водой и пачка таблеток от головы. Это было нечестно — почему у него похмелья нет совсем?! — Мы же вместе пили… — пробормотал Иллуги, осторожно принимая стакан и делая большой глоток, — Да… А ударило по-разному. — Можно и так сказать, — Кирилл улыбнулся, погладив его по голове, — Я приготовил нам завтрак, дорогой Иллуги. Как только почувствуете себя лучше — проходите к столу. «Можно и так сказать, ага! Ты вчера был тем самым другом, за которого стыдно после вечеринки. Танцы, игры, поцелуй, а потом так и вообще меня в кровать затащил! И отдуваюсь почему-то я!» Через пару минут Иллуги поднялся. Ноги не слушались, тело болело и казалось деревянным после долгого пустого сна в одной позе. Парень подошёл к окну и вдохнул свежий воздух, смотря на уже давно разгулявшийся день. На ветках деревьев резвились и щебетали птицы, по дорожке у общежития шли прохожие. Небо ясное, только изредка пролетали пушистые островки облаков.  Взгляд упал на парковку. И на ней… чего-то не хватало. — Флинс… Флинс! — Да-да? — Кирилл тут же примчался и встал рядом с Иллуги, положив руку ему на плечи. — А ты… Где кабриолет оставил? — ненавязчивый вопрос превратился в лёгкий, нервный холодок на спине у Чудомировича. — Кажется у дома Ёимии, — он задумчиво уставился на пустое парковочное место. — А ключи вытащил? — Иллуги уже в целом всё понял по слишком спокойному и смиренному выражению лица Кирилла. — Боюсь, что нет, — Флинс смотрел в одну точку теперь, поглаживая большим пальцем плечо парня. — Прекрасно… — младший покачал головой, — И что теперь делать? Его же могли угнать! — Материальные блага — ничто по сравнению с духовными… — Флинс! — Иллуги перебил его, — Ладно ты уже какой век по земле ходишь, тебе только духовное подавай, а персонаж здешний? Кабриолет же — такая дорогущая машина! Надо что-то делать! — Мы можем остаться здесь и дать судьбе решить поставленную задачу… — Флинс, что ж такое! — Иллуги уставился на него, — Пойдём, нам не очень далеко отсюда до дома вечеринки. — Господин Иллуги, завтрак стынет, — всё отнекивался Кирилл. Тем не менее, он послушно пошёл за парнем, когда тот потащил его в сторону входной двери, — Может, и не украли вовсе мой кабриолет? Чуть позже оказалось, что машину всё-таки украли.

***

Скарамучча всё воскресенье просидел дома. Подавленный, грустный, злой (в первую очередь на самого себя). Из головы не выходили слёзы Тартальи. Это всё было неправильно — его глаза должны были блестеть, но не из-за слёз. Или хотя бы не из-за слёз печали. Он должен радоваться, он должен не падать духом, как и всегда. Но Дзуши понимал, что такого уже не будет.  Может быть, это не сильно замечалось другими людьми и существами, но Скара видел, как на самом деле Чайльда гложет образовавшаяся пустота.  Куникудзуши не отвечал на сообщения весь выходной, сбрасывал звонки друзей, толком не разговаривал с Хайтамом (тот даже успел начать беспокоиться). Но по наступлении понедельника всё же пришлось выбраться из норы и выйти в свет, повесив на себя гнусную маску равнодушия и безразличия. В школе на уроках Скара максимально избегал Тарталью, а если и пересекался с ним взглядами, то старался ничего кроме ровного лица не выдавать. День на удивление проходил спокойно…  До момента окончания уроков. Дзуши спускался по лестнице, смотря под ноги. Было ощущение, что он тащит за собой тонну булыжников — походка и вид удручённее некуда. В мешковатом синем худи, в широких джинсах, даже толком без характерного для своего персонажа здесь макияжа.  Вдруг ему в грудь влетел мощный удар ладонью. Скара закашлялся, чуть не свалившись на пол на последних ступеньках, еле успевая подцепить впечатанный в него листок.  «Вот бы не он, вот бы не он, вот бы не он…» — Под ноги глядеть учишься? — Чайльд особо не церемонился. Он взял парня за подбородок и поднял его лицо, чтобы посмотреть в глаза, — Читай. Дзуши кашлянул, не возникая лишний раз: все действия Аякса вполне оправданы, ничего большего ожидать и не хотелось. Скара наверное даже расстроился бы, если бы рыжий пришёл выяснять отношения и плакаться со своими грустными щенячьими глазками.  На листке было объявление — украли кабриолет. Дорогой, красивый, с открытой крышей. Владельцем был некий Кирилл Чудомирович Флинс. Видимо, какая-то служба взялась помогать ему с возвращением имущества, вот они и развесили листы повсюду, чтобы проинформировать как можно большее количество людей. Умный ход — воры не смогут теперь свободно гонять на украденной машине.  — И что это? Зачем? — Дзуши посмотрел на Чайльда. Рыжий пилил взглядом стену лестничной клетки, сложив руки на груди. Снова в чёрной майке, в каких-то перчатках рокерских, в камуфляжных штанах, в берцах.  Стоп, погодите-ка… — Только не говори, что мы пойдём их искать… — Скара почти взмолился. — Мы пойдём за ними, да. И за этим кабриолетом. Искать не нужно, я уже прочесал дворы в воскресенье, нашёл подозрительно похожую. Увидел в окне в одном из гаражей. Там же ошивалась шайка знакомых школьников. Тоже старшие, и один из них — небезызвестный громила Жан. Дзуши сразу же вспомнил их с Чайльдом первое попадание в мир Бастиана… Flashback… Громила смотрел на него враждебно. А Скарамучча уже перебрал все возможные варианты концовок этой сцены, стараясь параллельно вспомнить, кому он успел уже насолить. Его «герой» явно был остр на язык: кроме своей группы парень ни с кем хорошие отношения не поддерживал.   — Ты какого чёрта про меня грязные слухи распространяешь?! — наглец сильнее сжал предплечье Дзуши, — Мало в прошлом месяце досталось? Так я могу напомнить тебе твоё место…   «Вот оно что…»   Скару, конечно, изначально понравилась роль некого отстранённого от социальной жизни ученика, но вот все минусы он не успел рассмотреть. Минусы одним словом — изгой. Хотя это было странно. Да и прогибаться под каких-то придурков — последнее, что Куникудзуши бы начал делать.   — Если распространяю, значит, есть что распространять, — он даже осмелился ухмыльнуться (привычка от общения с Тартальей).   Белое лицо парня напротив стало чуть ли не багровым от злости. Он закатал рукава джинсовки, продолжая крепко держать Скарамуччу. Ученики вокруг даже не пытались остановить громилу: ну да, кто ещё с таким плохие отношение захочет иметь. Дзуши зажмурился, но потом вдруг услышал хруст (как от удара в челюсть). Он неуверенно открыл глаза и увидел перед собой Чайльда, встряхивающего рукой, которой только что чуть не отправил оппонента в нокаут. Парень в джинсовке отшатнулся в сторону, схватившись за щеку: действительно, удар в челюсть пришёлся.   Тарталья развернулся к Дзуши, как по команде сменив агрессию на обеспокоенность... Конец Flashback… Тогда Чайльд рискнул и вышел из роли своего персонажа, чтобы защитить Скару от громилы Жана. Потому что не выносил задир, не выносил издевательства над слабыми и не выносил, когда его дорогому человеку делали больно. Сейчас, наверное, Аякс бы охотно кинул Дзуши на растерзание тому самому парню.  — Зачем? — Дзуши тяжело вздохнул. — Вдруг среди его компании другие попаданцы? Мы уже сколько времени не можем их найти. Надо проверить! — То есть ты думаешь, они настолько придурки, что будут так привлекать к себе внимание?  — Может, у них наоборот тут роли идиотов, которые всех буллят? — Чайльд нахмурился, — Всё лучше, чем сидеть без дела. — Тебе бы лишь кому-то треснуть, — Скара закатил глаза. — Действительно… — процедил рыжий сквозь зубы, — Пошли уже. Дорога до какой-то забытой богом улицы с гаражами была очень долгой и напряжённой, хоть на деле и не заняла больше часа. Парни не разговаривали, но воздух между ними был почти что раскалённым и заряженным злючими молниями. Дзуши сохранял равнодушие на лице, даже когда краем глаза видел, как Чайльд поджимает губы. Очевидно, он был раздражён, пусть и изо всех сил старался не показывать этого. Будто бы его не колышет отношение Скары к нему.  Светило закатывающееся жёлто-оранжевое солнце, по небу бегали белые тучки, понемногу, с приближением потёмок, поднимался ветер. Маленькие железные домики, к которым подошли парни, выглядели угрожающе. Между ними, на лавочках и с выпивкой, сидели самые настоящие бандиты. Один из них, тоже школьник, даже был на вечеринке Ёимии: видимо, он и подал сигнал своим дружкам. Остальные четверо, кроме Жана — просто какие-то странные типы из ниоткуда. Скара не припоминал, видел ли их лица в Тейвате. Но раз уж они решились на это дело, то надо и закончить. Вдруг хотя бы один из двух попадётся? — Эй! — Чайльд громко свистнул, привлекая внимание пятёрки, — Ничего не попутали? Дзуши, стоявший рядом с ним, уже сто раз успел пожалеть об этой затее. Сюда бы его Глаз Бога! А так, получается, пятеро против одного с половиной. Воры поднялись с лавочек. Жан угрожающе размял плечи и хрустнул пальцами. — Чего? Ты хоть видишь, с кем базаришь? — громила начал наезжать. Чайльд без малейшей доли страха прошёл вперёд, сжав кулаки. — Машину верните. Кабриолет, — уверенно заявил он. — Ага, сейчас, — хохотнул Жан, жестом подзывая своих дружков к себе. Бам! Драка началась очень резко. Тарталья смог отбить несколько ударов, но потом Жан удачно схватил его за шею и повалил на асфальт: его помощник поставил подножку Аяксу. Чайльд ударился затылком. — Машина наша. А ты, рокер-певец, личико побереги, — встрял второй старшеклассник, пиная парня в бок.  Дзуши не сдержался и заулыбался. Сколько времени бы не прошло, какие бы не были обстоятельства — ему всегда нравилось смотреть на то, как бьют Чайльда.  Только вот, улыбка была недолгой. Ещё один из пятёрки, какой-то более взрослый мужчина, подскочил уже к нему, повалив и попав кулаком в челюсть. Скара не ожидал такого поворота, но попытался скинуть нападающего — тщетно. Вдруг он краем глаза заметил, что Чайльд раскидал своих противников. Рыжий за долю секунду встал прямо над Дзуши, грубо откинув мужчину ударом колена в живот. — Спасаешь меня? — Скара искренне удивился. Тарталья же вдруг сам придавил его собой к асфальту и здорово зарядил кулаком в челюсть. В этот раз Куникудзуши почувствовал хруст во рту. Хотя шок затмил боль. — Адекватный?! Не на того нападаешь!  — Не на того?! А, то есть тебе можно весь день ходить с ровной миной и выдать хоть какую-то эмоцию только на момент моего избиения?! Перепутал с противником немного! — Чайльд резко встряхнул Дзуши и поднял его на ноги. Воры из пятёрки, казалось, тоже были озадачены текущим положением дел. Жан попытался встрять и схватить Тарталью за волосы, но лишь получил локтем в живот и ногой в лицо. Чайльд даже не посмотрел на него: перед его глазами был только Скара. — Ты сумасшедший! — Дзуши оттолкнул его, впечатав в фонарный столб. Чайльд хмыкнул и размял шею, наклонив голову влево-вправо, а потом больно заломил руку Скаре и ударил его ступнёй в спину. Тот упал на колени, чуть не разодрав джинсы. Парень из помощников Жана хотел подобраться к Дзуши, но Чайльд схватил его за ухо и зарядил кулаком снизу-вверх, под челюсть.  — Проще было бы дать им меня избить! — Скарамучча поднялся с колен еле-еле, потирая и разминая челюсть. — Ещё чего! Я сам хочу из тебя всю дурь выбить!  — Давай как-то с кабриолетом сначала закончим! — Дзуши уклонился от чьего-то удара ногой. — Конечно! Сразу тему переводишь! Думал, я забуду, что ты мне наговорил на вечеринке? Почему ты меня так ненавидишь?! — Чайльд спокойно отправил ещё один удар кулаком в живот одному из нападающих, не отрывая взгляда от Скары. — Слушай, хорошо! Я был не прав! — Дзуши ударил подкравшегося сзади Жана между ног, — Мне не стоило так выражаться. — Извинись! — Тарталья грубо уложил на лопатки старшеклассника. Куникудзуши закатил глаза и тяжело вздохнул. — Извини! Чайльд цокнул языком, явно недовольный таким простым извинением. Он шагнул ближе к Дзуши, замахнулся, но… удар в итоге пришёлся на оклемавшегося сзади Скары Жана. Чайльд ухватил его за руку, завернул её. Дзуши же подпрыгнул и толкнул его ногой в бок.  Громила упал на спину. Остальные воришки также лежали на холодном асфальте, избитые и униженные.  Тарталья схватил его за горло, а потом вдруг откуда-то из-за пояса достал небольшой пистолет. — Смотри, какой расклад. Здесь одна пуля в барабане. А я забыл, где она находится! — он приставил железное дуло к виску Жана. — Нет! Нет! Я скажу, вот, я ключи отдам! — тот чуть не заплакал от страха. Куникудзуши с улыбкой смотрел на Чайльда. Он сам всегда действовал по принципу «всё, или ничего», и именно в этом они сошлись с Тартальей: делили на двоих небольшую толику безумия. — Умница, — Тарталья взял ключи от машины, которые ему дрожащей рукой протянул Жан, и поднялся, — Ещё раз тебя увижу — убью. Выбесил. Такой огромный, а сражаться нормально не умеешь.  Через полчаса, когда компания воров скрылась из виду, а за машиной, спрятанной в одном из гаражей, приехал эвакуатор, Чайльд и Дзуши уже шли к дому владельца кабриолета. И снова между ними повисла тишина, только более спокойная. Неудивительно, учитывая то, как здорово оба выплеснули накопившееся напряжение. Хотя вопросы и обиды всё равно оставались. — А пистолет откуда?.. — Да он не настоящий.

***

Иллуги стоял неподалёку от входа в общежитие, в куртке, так как было прохладно. Кирилл стоял рядом, в своём любимом халате.  — Я же говорил, что надо было объявления развесить, — младший улыбнулся, — Минус одна проблема. Флинс кивнул, соглашаясь. Только вот через пару минут оба напряглись, так как к ним подошли… Рыжий и синеволосый! Какие-то помятые и побитые, с одеждой в дорожной пыли. — Держите, — рыжий парень протянул ключи от кабриолета Чудомировичу. — Благодарю, — кивнул Кирилл, стараясь держаться естественно, — Вам пришлют вознаграждение за помощь.  — Да не нужно, — отмахнулся рыжий. — Нужно! — встрял синеволосый. — Ага, конечно! Ты вообще нихрена не сделал! — рыжий взял парня за шкирку и повёл дальше по улице, продолжая ругаться с ним. Иллуги и Флинс переглянулись. — … Они, кажется, заняты личными проблемами, — Иллуги почесал затылок. — В любом случае, будем продолжать их избегать, как сказано в письме, — пожал плечами Кирилл, беря светоносца за руку. 

***

Продолжение следует…