Часть 22

Это не называлось свиданием. Никто не произносил этого слова. Ни заранее. Ни вслух. Ни даже про себя — поначалу. — Ты сегодня свободна? — спросил Боруто, будто между делом, когда они расходились после тренировки. Чочо посмотрела на него. Внимательно. Спокойно. — Да. — Тогда… — он на секунду замялся. — Пойдём поедим? Она усмехнулась. — Это звучит как самое честное приглашение из всех возможных. — Я стараюсь, — ответил он с лёгкой улыбкой. ⸻ Они шли по вечерней Конохе без спешки. Не плечом к плечу — сначала с небольшим расстоянием. Будто проверяли: комфортно ли так. — Здесь почти не изменилось, — заметил Боруто, оглядывая улицы. — А мы — да, — спокойно ответила Чочо. Он кивнул. Не споря. Небольшая лавка с едой была почти пустой. Тёплый свет, запах специй, негромкие голоса. Они сели у окна. — Ты всегда выбирала еду первой, — вспомнил он вдруг. — А ты всегда пытался что-нибудь прокомментировать, — ответила она. — Плохая привычка, — признал он. — Я над ней работал. Она посмотрела на него — и улыбнулась. Не широко. Настояще. — Видно. Они ели молча некоторое время. Но это была не неловкая тишина — та, что давит. Это была тишина людей, которым не нужно заполнять паузы. — Можно спросить? — сказал он наконец. — Можно. — Ты когда-нибудь… злилась на меня за то, что я ушёл? Чочо задумалась. — Нет, — ответила она честно. — Я злилась на себя. За то, что боялась сказать больше. Он опустил взгляд. — Я тоже боялся. — Знаю, — сказала она мягко. — Поэтому мы здесь сейчас, а не тогда. Он посмотрел на неё с благодарностью. Тихо. Глубоко. После они вышли на улицу. Воздух был прохладным, звёзды — яркими. Они шли медленно, пока не оказались у края смотровой площадки над деревней. — Красиво, — сказала Чочо. — Да, — ответил он. — Но раньше я этого не замечал. Она повернулась к нему. — Раньше ты всё время куда-то бежал. — А сейчас? — спросил он. — Сейчас ты здесь, — сказала она просто. Он сделал шаг ближе. Не резко. Не вторгаясь. — Я не хочу торопить, — сказал он тихо. — И не хочу делать вид, что это “просто так”. Сердце Чочо билось ровно. Спокойно. Уверенно. — Тогда не торопи, — ответила она. — И не делай вид. Он улыбнулся. — Можно я… — он замолчал. Потом выдохнул. — Можно я поцелую тебя? Этот вопрос был важнее самого ответа. Чочо посмотрела на него несколько секунд. Потом сделала шаг вперёд. — Можно. Он наклонился медленно. Так, чтобы она могла отступить — если захочет. Она не отступила. Поцелуй был тихим. Не дерзким. Не показным. Тёплым. Осторожным. Настоящим. Без фейерверков. Но с ощущением, что всё встало на место. Когда они отстранились, Чочо тихо выдохнула и коснулась его лба своим. — Знаешь, — сказала она, — я больше не боюсь. Он улыбнулся. — Я тоже. Они остались стоять рядом, глядя на огни Конохи. Первое свидание не нуждалось в названии. Первый поцелуй не нуждался в обещаниях. Потому что это была не точка начала. Это было продолжение пути, который они выбрали вместе.