Вернутся к фанфику
Глава 11:День рождения императора
16 марта 2026, 14:00Гарри стоял перед зеркалом в полный рост и смотрел на своё отражение. Луна настояла на том, чтобы он надел что-то роскошное на Святочный бал, и то, что она выбрала, было именно таким. Его мантия глубокого алого цвета с замысловатыми золотыми вставками элегантно струилась по телу, слегка переливаясь на свету. Она была гладкой, но в то же время величественной, с широкими рукавами, которые мягко сужались к запястьям. Мягкий шёлк ниспадал на его плечи, вырез плавно спускался к ним, подчёркивая изящный изгиб шеи и привлекая внимание к рубиновой подвеске, изящно расположившейся между ключицами.
Луна отступила назад, её глаза изучали его с удовлетворённым кивком.
— Отлично, ты выглядишь сногсшибательно! — воскликнула она.
Гарри нервно улыбнулся, всё ещё не привыкший к такому типу одежды.
— Не слишком ли много? — пробормотал он, неловко разглаживая ткань.
Луна склонила голову набок, задумчиво глядя на него.
— Вовсе нет. Святочный бал — идеальный повод для чего-то смелого, — сказала она с лёгкой понимающей улыбкой. — К тому же ты выглядишь великолепно.
Гарри замешкался, снова взглянув на своё отражение и ощутив тяжесть ткани. Мантия, несомненно, была красивой, но казалась чуждой — как будто он пытался примерить на себя роль, которую ещё не заслужил. Он слегка смущённо провёл рукой по волосам.
— Я просто не привык так одеваться, Луна. Это... странно.
Улыбка Луны смягчилась.
— Это потому, что ты никогда не видел себя таким. Дело не в мантии, Гарри, а в человеке, который её носит, — она бросила на него последний одобрительный взгляд. — И ты носишь её отлично.
Он слегка улыбнулся, всё ещё сомневаясь, но благодарный за её поддержку.
Луна, в последний раз поправляя воротник его мантии, остановилась и задумчиво посмотрела на него.
— Сегодня нарглы рассказали мне кое-что интересное, — небрежно произнесла она.
Гарри заинтригованно приподнял бровь.
— Что они тебе сказали?
В глазах Луны появился понимающий блеск, когда она ответила.
— Они сказали, что скоро день рождения Императора.
Гарри тут же заинтересовался.
— Его день рождения? Когда он у него?
Луна пожала плечами, и уголки её губ тронула лёгкая улыбка.
— В этом-то и дело. Никто не знает. Даже его семья. Император не празднует этот день и никому не говорил, когда он наступит, — даже своим ближайшим супругам и детям.
Гарри моргнул, слегка опешив.
— Серьёзно? Никто?
— Никто, он не празднует свой день рождения, — подтвердила она.
Гарри нахмурился, погрузившись в раздумья.
— Это... довольно грустно, правда? Как можно просто взять и не отпраздновать свой день рождения?
Луна тихо хмыкнула, глядя куда-то вдаль, а затем ответила:
— Возможно, у него есть на то свои причины. Некоторые тайны лучше оставить неразгаданными.
Гарри скрестил руки на груди, в его глазах вспыхнула решимость.
— Что ж, я узнаю, когда это произойдёт. Кто-то должен знать.
Луна усмехнулась, её голос звучал мягко.
— Я уверена, что ты справишься.
***
Святочный бал в Императорском дворце был в самом разгаре. Просторный бальный зал с высокими потолками и хрустальными люстрами был украшен мерцающими гирляндами, высокими вечнозелёными деревьями, усыпанными сверкающими серебряными украшениями, и длинными гирляндами из алых и золотых лент, свисавшими с колонн. В воздухе витал тихий гул музыки, сопровождаемый смехом и звоном бокалов. Всё пространство излучало роскошь, идеально отражая утончённую элегантность его обитателей. Беллатриса Лестрейндж, всегда олицетворявшая собой власть, была просто неотразима в своём наряде из тёмно-синего бархата. Платье облегало её гибкое тело, как вторая кожа, а роскошная ткань струилась за ней при каждом движении. Её тёмные волосы были собраны в замысловатую прическу и закреплены сверкающими шпильками с сапфирами. Шею украшало массивное ожерелье из оникса, которое мерцало при каждом шаге. Рядом с ней стояла её дочь Дельфина в платье глубокого аметистового цвета с серебристыми вставками. Её чёрные локоны ниспадали на спину, а на голове красовалась изящная серебряная тиара, которая сверкала на свету при каждом движении, пока она весело болтала с Лирой. Рядом с ней Аурелия Ру излучала непринуждённую утончённость в бледно-голубом платье, расшитом серебряными узорами в виде снежинок, которые, казалось, танцевали в лучах света. Платье грациозно струилось при каждом её движении, светлые волосы были уложены мягкими локонами, а на шее красовалось изящное бриллиантовое колье. Её дети — Беатрис, Жизель и Габриэль — были одеты с не меньшей элегантностью. В десять лет Беатрис держалась с тихой грацией, подражая утончённой манере своей матери. Её серебристое платье сверкало изящными блёстками, ткань легко струилась при каждом движении. Жизель же была сама энергия. Её серебристо-голубое платье развевалось, пока она кружилась и танцевала в бальном зале, заливаясь смехом при каждом шаге. Тем временем Габриэль, которому было всего пять лет, держался рядом с Аурелией, крепко сжимая её руку своей маленькой ладошкой. Полускрытый складками её платья, он с любопытством выглядывал из-за них, наблюдая за происходящим вокруг. Под звуки музыки Жизель ещё раз крутанулась в танце и внезапно остановилась, устремив свой сияющий взгляд на кого-то неподалеку. Восхищенно ахнув, она поспешила к Гарри, её платье развевалось. — Мне нравится твоё платье, — заявила она как ни в чём не бывало. Гарри моргнул, на мгновение растерявшись. — О, ты про мантию? — спросил он, глядя на тёмно-красную ткань. Жизель с энтузиазмом кивнула. — Да! Очень красивая. Он усмехнулся. — Ну, спасибо. Очень мило с твоей стороны. Явно довольная собой, она без колебаний протянула ему руку. — Хочешь потанцевать со мной? Гарри на мгновение замялся, но потом кивнул. — Конечно, — сказал он, позволяя семилетней девочке увести себя на танцпол. Несмотря на свой невысокий рост, Жизель взяла инициативу в свои руки и, уверенно держа его за руки, начала двигаться. Она грациозно покружилась, хихикнула, и Гарри последовал её примеру, изо всех сил стараясь не отставать. — Ты очень хороша в этом, — искренне сказал он ей, его хватка была нежной, но твёрдой. Грудь Жизель раздулась от гордости. — Я знаю! Мама говорит, что у меня очень хорошая работа ног. Гарри усмехнулся. — Я вижу это. Взгляд Аурелии Ру, обводившей взглядом бальный зал, остановился на дочери, и её лицо помрачнело. Губы сжались в тонкую линию, глаза сузились, пока она наблюдала, как Жизель непринуждённо кружится в объятиях не кого иного, как Гарри Поттера. На её лице отразилась буря негодования, и она, не колеблясь, направилась к ним, при каждом шаге взметая шлейф своего платья. Но не успела она произнести и слова, как в бальном зале раздался резкий звон, прервавший оживлённую беседу. Металлический звон заставил её замолчать, и по толпе прокатилась волна тишины, когда все взгляды обратились к возвышению, где стоял Император. Его властная манера держаться наполняла пространство, когда он поднимал свой бокал и легонько постукивал по нему ложкой, чтобы привлечь внимание собравшихся. Том подождал, пока воцарится тишина, и заговорил ровным, но властным голосом. — Йоль — время для размышлений, момент, когда можно почтить прошлое, принять настоящее и заглянуть в будущее, — он сделал паузу и обвёл взглядом зал. — Я хочу поблагодарить каждого из вас за то, что вы здесь, чтобы отпраздновать это чудесное событие, разделить с нами этот момент единения, — его взгляд задержался на членах его гарема, прежде чем он продолжил. — Сегодня мы едины, связаны верностью и амбициями. Пусть этот вечер станет для нас праздником и придаст нам сил. Подняв бокал, он провозгласил: — За Империю! Толпа вторила его словам, синхронно поднимая бокалы. Том слегка ухмыльнулся и сделал глоток. На мгновение воцарилась тишина, а затем снова заиграла музыка и веселье продолжилось.***
Детский смех наполнил воздух, и танцпол снова ожил, наполнившись яркими звуками и движением. Со своего возвышения Том окинул взглядом бальный зал, его острый взгляд скользил по элегантно одетым гостям. Члены его гарема стояли, держась прямо и блистая роскошными нарядами, с тщательно скрываемым выражением лиц наблюдая за праздником. Он бросил на них мимолётный взгляд, прежде чем его внимание переключилось на другую особу — зеленоглазого куртизана. В другом конце зала Гарри непринуждённо беседовал с куртизанами Диггори и Такахаси. Его алые мантии мерцали в свете люстр, а богатая ткань подчёркивала изящные покатые плечи. Он слушал, что только что сказал Седрик, и на его лице играла лёгкая искренняя улыбка. Том слегка прищурился, и на его лице промелькнуло что-то неуловимое. Не говоря ни слова, он шагнул вперёд, двигаясь неторопливо, но уверенно. Когда он подошёл ближе, разговор в центре небольшой группы затих, и все почувствовали его присутствие, словно в воздухе что-то изменилось. Седрик слегка выпрямился, а Айко молча кивнула в знак приветствия. Гарри повернулся последним, и его зелёные глаза встретились с глазами Тома со смесью удивления и любопытства. Том окинул взглядом собравшихся, и его губы дрогнули в едва заметной вежливой улыбке. — Надеюсь, я не помешал чему-то важному, — непринуждённо сказал он. Седрик почтительно кивнул и слегка отступил назад, а Айко склонила голову. Однако Том не сводил глаз с Гарри. С нарочитой грацией протянув к нему руку, он спросил: — Не окажешь ли мне честь, согласившись на танец? Не колеблясь ни секунды, Гарри взял Тома за руку и встретился с ним взглядом. — С удовольствием, — тихо ответил он. Том крепко сжал руку Гарри и повёл его к центру бального зала. Полированный пол блестел в мягком свете свечей, а переливы шёлка и бархата создавали завораживающее зрелище. Когда они заняли свои места на танцполе, Том повернулся к нему лицом, и его выражение было невозможно прочесть, если не считать лёгкой улыбки. Он задержал руку на руке Гарри и заговорил. — Я бы спросил тебя раньше, — задумчиво произнёс он, — но, похоже, меня опередили. Он кивнул в сторону другого конца танцпола, где Жизель кружилась в объятиях Блейза. Её платье развевалось, пока он с лёгкостью кружил её в танце. Гарри тихо усмехнулся, качая головой. — Она очень убедительна. — Да уж, — согласился Том, и в его взгляде мелькнуло веселье. Рука Тома легла на талию Гарри, его прикосновение было уверенным, но неторопливым. Он повёл Гарри за собой, легко и непринуждённо. Однако у Гарри явно было меньше опыта. Он старался изо всех сил, но его движения были скованными, нерешительными, в отличие от привычной Тому непринуждённой плавности. — Ты напряжён, — заметил Том, и в его голосе прозвучала едва уловимая усмешка. Гарри резко выдохнул. — Это потому, что я стараюсь не наступить на тебя. Том улыбнулся. — Какой внимательный. Гарри бросил на него невозмутимый взгляд, борясь с желанием закатить глаза. — Знаешь, — задумчиво произнёс Том, слегка наклонив голову, — я ожидал лучшей работы ног от кого-то с таким … быстрыми рефлексами. Гарри нахмурился. — Я неплохо танцую. Том выгнул бровь. — Мм. Гарри прищурился. — Я не... Том ухмыльнулся, его хватка усилилась ровно настолько, чтобы развернуть Гарри. — Как скажешь. Гарри едва не споткнулся, но удержался на ногах, крепче сжав руку Тома. — Ты нарочно это делаешь, — обвинил он. — Что делаю? — невинно спросил Том. Гарри сверкнул на него глазами. — Усложняешь задачу. Том медленно, нарочито улыбнулся. — А я думал, тебе нравятся вызовы. Гарри проглотил возражение, решив вместо этого сосредоточиться на том, чтобы не отставать. Через несколько мгновений он заговорил снова, его тон был более небрежным. — Том ... я имею в виду, Слизерин… могу я спросить тебя кое о чем? Он не осознавал, что называл его так про себя, пока это не вырвалось само собой. Том взглянул на него, и в его глазах заблестели весёлые искорки. — Можешь, — спокойно ответил он. — И можешь звать меня Том. Гарри замешкался всего на мгновение, прежде чем продолжить, слегка наклонив голову. — Ладно, так вот… Том, я тут в последнее время думаю… когда у тебя день рождения? Выражение лица Тома не изменилось, но перед ответом он сделал короткую, почти незаметную паузу. — Почему ты спрашиваешь? Гарри озорно ухмыльнулся — так мог бы сделать только мародёр. — Скажем так, у меня предчувствие, что это случится скоро, — сказал он лёгким, дразнящим тоном. — Судя по тому, как ты уклоняешься от ответа, ждать осталось недолго. Том ухмыльнулся ещё шире и слегка наклонился к нему, понизив голос. — Ты от меня этого не добьёшься, — сказал он. — Да и вообще, это бессмысленно. Я не праздную это событие. С этими словами Том бросил на меня последний взгляд, развернулся на каблуках и, не сказав больше ни слова, растворился в толпе.***
После Святочного бала прошло несколько дней, и Гарри не прекращал поиски. Он осторожно — по крайней мере, как ему казалось, — расспросил почти всех, кто мог знать ответ. Он начал с куртизанов, вплетая этот вопрос в непринуждённую беседу. Седрик лишь рассмеялся и покачал головой, признавшись, что никогда не слышал, чтобы кто-то называл дату. Айко тоже ничем не смогла помочь, хотя её, по крайней мере, позабавило его любопытство. После этого он опросил дворцовых слуг. Ни у кого из них, будь то императорский надзиратель, королевская швея или кто-то ещё, не нашлось ответа. Даже дети Императора, которых он считал наиболее вероятными кандидатами, оказались бессильны. Он задал этот вопрос Лире и Блейзу во время одного из их уроков боевых искусств, вставив его между упражнениями. Лира просто пожала плечами. — Понятия не имею. Блейз рассмеялся, качая головой. — Я тоже не знаю. Я годами пытался это выяснить, но... ничего. Гарри вздохнул, провёл рукой по волосам и пробормотал себе под нос: — Придётся спросить у его матери лично. Эти слова были всего лишь шуткой, но как только они слетели с его губ, что-то в его сознании изменилось. Мысль не давала покоя, от неё невозможно было избавиться. Его мать… По спине пробежал холодок. Это было нелепо — даже невозможно. Но так ли это было на самом деле? Некромантия. Это слово прокралось в его мысли, обволакивая разум, словно шёпот искушения. Гарри медленно выдохнул, его пульс участился, когда идея обрела форму. А что, если попробовать? Он не понаслышке знаком с тёмной стороной магии. Дамблдор сам неохотно согласился на то, чтобы Северус обучил его некоторым «серым» заклинаниям, граничащим с тёмными, — разумеется, руководствуясь принципом «клин клином вышибают». Одно дело — наложить пару заклятий, использовать тёмную магию как оружие в бою, но некромантия? Это совсем другая сфера. И всё же эта мысль не давала ему покоя. Чем больше он о ней думал, тем сильнее она его захватывала. Он почти слышал шёпот в глубине сознания, подталкивающий его вперёд. Гарри провёл рукой по лицу и резко выдохнул. Это было безумие. Совершенно безрассудно. Но неужели всё так плохо? То, что он хотел сделать, не было каким-то запретным ритуалом по воскрешению мёртвых или порабощению потерянных душ. Он не пытался подчинить себе жизнь и смерть ради власти. Он просто хотел задать простой вопрос. Наверняка в этом нет ничего плохого?***
Лунный свет заливал дворцовые покои, отбрасывая длинные тени на величественные резиденции. В них спокойно спали обитатели гарема, погружённые в свои сны. Все, кроме одного. Гарри снова оказался в кабинете Тома в облике своего анимагического кота. Тени идеально скрывали его, пока он бесшумно крался по полированному полу, ступая маленькими лапками. Его зелёные глаза сверкали в лунном свете, пока он обшаривал взглядом комнату, направляясь к полкам, где, как он был уверен, могли скрываться ответы на его вопросы. В кабинете, как обычно, было тихо и спокойно, в воздухе витал слабый запах старых книг и чернил. Книжные полки были огромными, они возвышались над ним, на них стояли старинные фолианты о магии, о содержании которых Гарри мог только догадываться. Он принюхался, взмахнул хвостом и начал поиски. Поиски заняли больше времени, чем рассчитывал Гарри. Он перепрыгивал с полки на полку, просматривая каждый ряд в поисках чего-нибудь о некромантии. Наконец, после, казалось бы, бесконечных поисков, его лапы коснулись старого фолианта, зажатого между двумя более толстыми книгами. Книга выглядела почти древней: корешок потрескался, обложка потемнела от времени. На обложке едва виднелись выцветшие серебряные буквы, но Гарри всё же смог разобрать название: «Завеса между мирами: трактат о некромантических обрядах». Он замахнулся хвостом, глядя на неё, и под его шерстью затрепетало предвкушение. Это оно. Ухватившись лапами за край, он попытался вытащить книгу, но она была плотно зажата между другими. Он упёрся задними лапами в полку и снова потянул. Внезапно книга выскользнула из лап, и Гарри, всё ещё держа её, упал навзничь. Он неуклюже растянулся на деревянном полу, а тяжёлый том с глухим стуком упал рядом с ним. Гарри полежал немного, раздражённо подёргивая хвостом. «Вот вам и вся эта чушь про то, что кошки всегда приземляются на лапы», — подумал он. С негодованием он перевернулся на живот и отряхнулся, глядя на книгу так, будто она его лично оскорбила. К сожалению, книга была не маленькой. И не лёгкой. Он зацепил лапой переплёт и попытался тащить по полу. Это сработало… примерно на два дюйма. Блестяще. Просто блестяще. Гарри выдохнул через нос. «Было бы намного проще, если бы я мог просто...» Он оборвал эту мысль, прежде чем разочарование заставило бы его вернуться в прежний облик. Последнее, что ему было нужно, — это чтобы его застали стоящим посреди кабинета Тома с украденной книгой по некромантии в руках. После очередной внутренней борьбы он решил подтолкнуть книгу головой. Это было неловко. И, наверное, выглядело нелепо. Но в конце концов всё получилось. Он дюйм за дюймом толкал книгу по полу, напрягая своё маленькое кошачье тельце сильнее, чем следовало. Это, без сомнения, было самое глупое из всего, что он делал в своей кошачьей жизни. А это о многом говорит. После, казалось, вечности попыток толкать, он наконец добрался до двери. Он откинулся назад, тихо фыркнул, проскользнул внутрь и снова принял человеческий облик, выйдя из тесного кошачьего тела. Как только к нему вернулись силы, он с драматическим вздохом размял пальцы. — О, как же я скучал по вам, большие пальцы, — пробормотал он, потирая запястья. Он с облегчением вздохнул, взял книгу и стряхнул пыль с обложки. — Ну вот. Так гораздо проще. С книгой под мышкой Гарри проскользнул по тихим коридорам, двигаясь быстро и бесшумно. Только переступив порог своего дворца, он наконец расслабился. Он закрыл за собой дверь, тихо выдохнул и положил книгу на стол. Затем, не оглядываясь, он скрылся в своих покоях.***
Утреннее солнце лилось в окна, пока Гарри листал древний фолиант, скользя пальцами по хрупким страницам. Он начал читать, едва проснувшись, и прерывался только на то, чтобы поесть. Большая часть книги была скучной — сплошные пространные теории, предостережения и сложные заклинания, от которых у него кружилась голова. Но в конце концов его упорство принесло плоды. Вот. Его взгляд остановился на разделе под названием «Общение с усопшими». Это было именно то, что он искал! Гарри выпрямился и внимательно вчитался в текст. Для ритуала требовался физический якорь — что-то, связанное с душой, которую он хотел призвать, — но, поскольку ничего, связанного с матерью Тома, у него не было, пришлось использовать кровь. В книге это называлось жертвой, хотя для простого вызова духа, а не воскрешения, цена была довольно скромной — всего несколько капель крови. Он быстро собрал всё необходимое: мел для рун, свечи для четырёх сторон света и простой кухонный нож. Опустившись на колени, он начал рисовать замысловатые символы, как было указано в книге. Его руки уверенно выводили каждую линию. Когда круг был готов, он расставил свечи и зажёг их одну за другой. Их золотистое сияние мерцало на камне. Затем, сделав глубокий вдох, он прижал нож к пальцу и провёл тонкую красную линию. Он почти не почувствовал укола, когда несколько капель упали на руны. Гарри смотрел, как его кровь впитывается в меловые линии, окрашивая символы. Он медленно выдохнул и снова взглянул на текст. Согласно книге, подобные ритуалы редко срабатывали. Мало того, что было сложно открыться настолько, чтобы получить доступ в мир мёртвых, так ещё и последнее слово оставалось за самими духами. Если они считали некроманта недостойным или просто не хотели возвращаться, они не приходили. Но даже несмотря на это, что-то внутри подталкивало его попробовать. Он сосредоточился, собрал мысли в кулак и начал нараспев произносить заклинание, написанное на странице. Слова были чужими, древними, но каким-то образом слетали с его языка с лёгкостью, которая казалась невозможной. Язык был совершенно незнакомым, но звучал естественно, как будто он уже говорил на нём раньше. С каждым словом воздух становился всё тяжелее, в нём ощущалась невидимая сила, от которой покалывало кожу. Теперь оставалось только ждать ответа на свой зов.***
Гарри сидел в тишине и ждал. Шли секунды. Потом целая минута. Ничего. Он резко выдохнул, ссутулившись. Конечно, ничего не вышло. В книге говорилось, что такие ритуалы редко срабатывают, да и вообще, с чего бы у него, из всех людей, получилось с первого раза? Он усмехнулся про себя, потирая висок. Что ж, это была пустая трата... Руны вспыхнули. Гарри резко выпрямился, когда нарисованные им символы ожили и засияли зловещим серебристым светом. Температура в комнате резко упала, свечи затрещали и застыли, погрузив комнату в неестественную тишину. Затем в центре круга начала формироваться фигура. Перед ним стояла Меропа Риддл. Её фигура была полупрозрачной, но явно плотной, черты лица казались слишком резкими для хрупкого тела, обрамлённого длинными тёмными волосами. Она сразу же обратила на него свой острый, пронзительный взгляд. — Ты, — сказала она холодным и понимающим тоном. — Я уже знаю, зачем ты меня позвал. Гарри моргнул, всё ещё не до конца осознавая, что это действительно сработало. — Ты… знаешь? Она скрестила руки на груди. — Ты ищешь информацию о слабостях моего сына, не так ли? — её лицо стало жёстким. — Я тебе ничего не скажу. Это пустая трата времени. Гарри едва успел удивиться, как тут же взял себя в руки. — Погоди… что? Нет! — он поднял руки. — Я позвал тебя совсем не за этим! Она нахмурилась, в её взгляде читалось подозрение. — Тогда зачем? Гарри переступил с ноги на ногу, внезапно почувствовав себя очень глупо. — ...Я хотел узнать, когда у Тома день рождения. Молчание. Меропа просто смотрела на него с непроницаемым выражением лица. Затем совершенно ровным голосом она сказала: — Давай проясним ситуацию. Ты...провёл некромантический ритуал — вызвал мою душу — чтобы узнать, когда день рождения моего сына? — ... Да? Снова тишина. Затем, к его огромному облегчению, её лицо смягчилось, будто её что-то позабавило. — 31-го декабря, - сказала она просто. Гарри моргнул. — Ох. Э-э... спасибо. А потом до него дошло. — Погодите... разве завтра не 31 декабря?! Меропа слегка кивнула, выглядя от части удивлённой. У Гарри упало сердце. — Чёрт побери. Паника начала нарастать, но прежде чем он успел впасть в отчаяние, воздух вокруг них задрожал. Светящиеся руны начали тускнеть, и прозрачная форма Меропы замерцала по краям. Она уходила. — Подожди — нет, нет, нет — не уходи пока! — выпалил Гарри, делая шаг вперёд. — Что нравится Тому? Какой подарок ему подарить? Я— Но она уже ушла. Руны полностью погасли, погрузив комнату в тишину. Гарри уставился на пустое место, где только что была она. Затем, после долгой пузы, он провёл рукой по лицу и застонал. — Я так облажался. У него ничего не было. Ни плана, ни подарка, ничего. Он приложил столько усилий, чтобы призвать буквально мёртвого человека — что, оглядываясь назад, можно назвать довольно радикальным подходом, — и при этом ни разу не задумался о том, что ему подарить.***
К утру он уже несколько часов безуспешно ломал над этим голову. Ему нужна была помощь. И он мог подумать только об одном человеке, у которого мог быть ответ. Так он и оказался на пути к дворцу Луны. Прогулка была умиротворяющей, утренний воздух — бодрящим и свежим. Он шёл по извилистым дорожкам императорского парка. По сравнению с великолепием его собственной резиденции, дворец Луны был гораздо скромнее — меньше, не такой внушительный, — но от этого он казался ещё более уютным. С балконов свисали яркие пастельные флаги, а каменные стены увивали цветущие лозы, придавая всему этому месту причудливый, сказочный вид. На ветру покачивались колокольчики разных форм и размеров, и их тихое позвякивание наполняло воздух почти музыкальным звучанием. Гарри едва успел ступить на крыльцо, когда дверь распахнулась прежде, чем он успел постучать. — Доброе утро, Гарри, — поприветствовала Луна, наклонив голову с безмятежной улыбкой. Она выглядела так, словно ждала его. Гарри моргнул. — Как ты... — Ты думал довольно громко, — беззаботно ответила она, уже поворачиваясь на каблуках. — Пойдём, мы будем пить чай. Гарри тихо усмехнулся, но послушно пошёл за ней. Он давно перестал пытаться понять, откуда Луна всё знает. Внутри её дворец оказался именно таким, каким он его себе представлял: красочным, уютным и полным странных безделушек, которые, казалось, гудели от тихой магии. Солнечный свет лился через широкие окна, отбрасывая пятнистые тени на разномастные ковры, покрывавшие пол. С потолка свисали изящные подвески, ловящие свет, а стены были уставлены книжными полками, на которых стояли самые разные книги — от толстых фолиантов по заклинаниям до тонких потрёпанных книг в мягкой обложке. Луна провела его прямо через весь дворец в сад. Он был полон ярких цветов, их ароматы смешались в воздухе. Гарри ожидал, что она приведёт его к маленькому столику, спрятанному среди зелени. Но вместо этого она взяла его за руку и повела к высокому дереву, к стволу которого была прибита деревянная лестница. Гарри уставился на неё. — У тебя есть домик на дереве? — Я сама его построила, — гордо сказала Луна, уже начав взбираться наверх. — Пойдём. Удивлённо покачав головой, Гарри последовал за ней. Внутри было даже уютнее, чем он ожидал: небольшое пространство, заставленное подушками, одеялами и маленькими полочками с книгами, баночками с чайными листьями и полурастаявшими свечами. В центре стоял низкий деревянный столик, на котором был аккуратно разложен настоящий чайный сервиз. Гарри устроился на одной из подушек, а Луна налила им обоим чаю. — Итак, — сказала она, протягивая ему чашку и многозначительно глядя на него, — что тебя тревожит, Гарри? Гарри вздохнул и провёл рукой по волосам. — Просто... Что может значить один подарок для того, у кого уже есть всё? Луна на мгновение задумалась над его вопросом, слегка склонив голову набок. Она медленно отпила чай, прежде чем ответить. — Ну, — начала она спокойным и ровным голосом, — подарки — это не просто вещи. Это способ показать, что человек тебе не безразличен. Дело не в том, нужно ли ему что-то, а в том, чтобы показать, что ты думаешь о человеке и хочешь, чтобы он почувствовал себя особенным. Гарри хмыкнул, обдумывая её слова. — Да, но... я хочу, чтобы подарок ему действительно понравился. Луна кивнула, как будто ожидала этого. — Ладно, у Императора много богатств, так что покупать ему что-то, наверное, не лучшая идея. Это должно быть что-то от тебя. Гарри слегка нахмурился. — Значит… что-то сделанное своими руками? — Да, — ответила Луна с лёгкой улыбкой. — Я всегда считала, что лучшие подарки — это те, что идут от сердца, а не из сундука. Гарри выдохнул и провёл рукой по волосам. — Сделанное своими руками, да? — он не особо силен в рукоделии, но… Было, над чем поразмыслить. — Спасибо, Луна, — сказал он, благодарно кивнув. Луна просто потягивала чай. — Удачи, Гарри. С этими словами он направился обратно во дворец, всё ещё размышляя о том, что он мог бы сделать для Тома.***
**Кабинет Тома Риддла** Том пощипал себя за переносицу, подавляя желание огрызнуться на одного из членов своего гарема, стоявшего перед его столом. — Да, да, и тебя тоже с наступающим, — резко сказал он. — Теперь можешь идти. Мужчина — один из наложников более низкого ранга — поклонился и быстро вышел. Как только дверь захлопнулась, Том выдохнул через нос и вернулся к работе. По крайней мере, попытался. Казалось, что каждые несколько минут кто-то новый стучался в его дверь, чтобы пожелать ему всего наилучшего в наступающем году. Один за другим заходили его приближённые, каждый со своими обязательными любезностями. Некоторые из гарема тоже воспользовались возможностью и преподнесли подарки — щедрые и ненужные. Он, конечно, терпел, но это его раздражало. Это было отвлекающим фактором, неудобством. Том не был из тех, кто празднует подобные события. Он снова сосредоточился на лежащем перед ним документе, держа в руке перо. Ровно две минуты он спокойно писал, пока в кабинет не раздался очередной стук. Его пальцы раздражённо дёрнулись. Швырнув перо на стол, он отодвинул стул, встал и направился к двери. Это уже становилось абсурдом. Неужели они все сговорились сегодня испортить ему рабочий день? Он распахнул дверь и заговорил, ещё не успев понять, кто стоит на пороге. — Да, да, и тебя с наступающим. Можешь идти... Том остановился. Его слова замерли на полуслове, когда он наконец увидел, что происходит. Гарри Поттер стоял перед ним, держа в руках шоколадный торт. На торте неровными буквами было написано: «С днём рождения, Том!» Том уставился на него. Впервые за долгое-долгое время в голове у него стало совершенно пусто. Он перевёл взгляд с торта на лицо Гарри, широко раскрыв глаза от удивления. — Гарри… — его голос звучал медленно и размеренно. — Как ты… как ты вообще узнал, когда у меня день рождения? Гарри переступил с ноги на ногу и отвернулся, слегка покраснев. — Ну… угадал? Том прищурился. Гарри вздохнул и ссутулился. — Хорошо, прекрасно, — признал он. — Я ... провёл ритуал. Некромантический. Том напрягся. Гарри смущённо потёр затылок. — Возможно, я, э-э, разговаривал с твоей матерью. Между ними повисло молчание. Затем, к полному шоку Гарри, Том рассмеялся. Не тихий смешок. Это не насмешка. Громкий, раскатистый смех. Это было совершенно не в его духе — настолько, что Гарри просто уставился на него. Том редко смеялся. А когда смеялся, то обычно холодно или с издёвкой. Но это? Это был искренний смех. — Ты… — Том попытался взять себя в руки, но снова расхохотался. — Ты провёл некромантический ритуал, чтобы поговорить с мёртвыми… только ради того, чтобы узнать дату моего рождения? Гарри скрестил руки на груди. — Звучит нелепо, когда ты так говоришь. — Потому что это и правда нелепо, — Том покачал головой, всё ещё ухмыляясь. — Где ты вообще нашёл книгу по некромантии? Гарри кашлянул и вдруг стал смотреть куда угодно, только не на Тома. — Может, я… взял её из твоего личного кабинета, а может, и нет. Том замер. Он медленно оглядел Гарри с ног до головы, словно заново оценивая его. Затем резко выдохнул и пробормотал: — Только ты, Гарри… Гарри переступил с ноги на ногу. — Так… тебе нравится торт? Том посмотрел на торт, который всё ещё был в руках у Гарри. Его несовершенство было очевидно: неровные буквы, слегка неровные края. Это было далеко от изысканных, тщательно приготовленных кондитерских изделий, которые могли бы сделать дворцовые повара. Но... почему-то он не обращал внимания на недостатки. Том выдохнул через нос, и по его лицу пробежала какая-то тень. — Я очень ценю это, — сказал он наконец. — Но в следующий раз, когда захочешь почитать о некромантии, скажи мне. Я дам тебе несколько книг на эту тему. Гарри моргнул. — Погоди… правда? Том слегка ухмыльнулся. — Да. Не нужно пробираться в мой кабинет. Они там просто пылятся. Гарри склонил голову набок. — Почему? Том поколебался, а затем признался: — Некромантия — не моя самая сильная сторона. Я предпочитаю заниматься другими разделами тёмных искусств — теми, для которых мои таланты подходят больше. Гарри, казалось, хотел спросить ещё что-то, но вместо этого кивнул: — Хорошо... Ну, в общем, надеюсь, тебе понравился подарок, с днём рождения. С этими словами он развернулся, чтобы уйти, успешно доставив торт. Том проводил его взглядом, и в груди у него что-то сжалось. Когда Гарри ушёл, Том закрыл дверь и вернулся к столу. Он мгновение смотрел на торт, а потом сел за стол. Вскоре он отрезал себе кусочек. Обычно он не любил сладкое. Считал его приторным и чрезмерным. Но этот торт с тёмным шоколадом, простой, но изысканный, был просто восхитителен. Он откусил ещё кусочек, медленно прожёвывая. Возможно, он попросит у Гарри рецепт. Не для себя, конечно, а чтобы передать его своим домовым эльфам. И только когда он доел свой кусок, ему в голову пришла другая мысль. Гарри взял книгу из его личного кабинета. Из его личного кабинета. Тот, о местонахождении которого он никогда не рассказывал. Том нахмурился. Откуда Гарри вообще узнал, где его искать?Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!