Глава 1 Такуми Намикадзе

Деревня Коноха. Кладбище. Небо затянуло тяжёлыми тучами. Где-то вдалеке прокатился глухой раскат грома. Воздух стал влажным и прохладным, словно сама природа скорбела вместе с теми, кто приходил сюда. У могилы героев стоял маленький мальчик с длинными золотистыми волосами. Он смотрел на влажную землю и молчал. Его длинные золотистые волосы спадали до плеч мягкими прядями, иногда закрывая шею и затылок. На солнце они отливали тёплым медовым оттенком. Лицо у него было мягкое, детское, с аккуратными чертами и светлой кожей. Но выражение глаз резко выбивалось из этого образа. Голубые, почти прозрачные, они смотрели слишком спокойно и вдумчиво для ребёнка его возраста. В них не было обычной детской беспечности — только тихая усталость и настороженность. Он был худощавым, но не слабым. Движения оставались аккуратными, собранными, будто он постоянно следил за своим телом. Даже стоя на месте, он держался прямо, с лёгкой напряжённостью в плечах, словно всегда был готов к неожиданностям. Со стороны он казался тихим, воспитанным мальчиком из хорошей семьи. Но стоило задержать взгляд на его лице чуть дольше, и становилось понятно -этот ребёнок думает слишком много для своих лет. Его звали Такуми Намикадзе. Ещё недавно он жил обычной жизнью на Земле. Учёба, экзамены, работа, простые бытовые заботы. Ничего выдающегося. Он не был ни гением, ни героем. Просто человек с институтом за плечами. А потом он лёг спать… и проснулся уже здесь. В теле ребёнка. В незнакомой комнате. С глухой болью в голове. Когда боль отступила, пришли воспоминания. Чужие… но в то же время свои. Жизнь мальчика, в теле которого он оказался. Дом. Голоса родителей. Смех младшего брата. А затем пришло осознание — родителей больше нет. Когда ему сообщили об этом в канцелярии Хокаге, он просто застыл на месте. Без криков, без истерики. Только две тонкие дорожки слёз медленно скатывались по щекам. Это даже не были его настоящие родители. Но память тела, детские чувства и его собственные воспоминания переплелись так тесно, что он уже не мог их разделить. Теперь они казались ему ближе, чем прежняя жизнь на Земле. Несколько дней он провёл в молчаливом трауре. Без истерик. Без криков. Только тихая, всепоглощающая пустота. Но он не мог позволить себе сломаться. У него остался младший брат, о котором нужно позаботится. Ему скоро исполнится два года, а самому Такуми — пять. Ради него он обязан был держаться. После смерти родителей, их отправили в приют, чтобы о них позаботились. Прошёл месяц с тех пор, как он оказался в этом мире. И за это время в нём появилось странное ощущение — будто внутри что-то изменилось. Что-то важное. Но он не мог понять, что именно. Такуми поднял взгляд на надгробие. Лицо оставалось спокойным, почти бесстрастным. — Мам… пап… спите спокойно, — тихо произнёс он. — Я позабочусь о Минато. Под моим присмотром он достигнет вершины этого мира. Несколько секунд он стоял неподвижно, будто давая клятву. Затем развернулся. Пора было возвращаться. Маленькая фигура с золотыми волосами медленно пошла прочь по пустой дорожке кладбища.

***

Такуми вернулся во двор приюта ближе к полудню. Солнце стояло высоко, воздух прогрелся, и детские голоса разносились по всей территории. Но один звук сразу привлёк его внимание. Тук. Шорох. Тук. Он повернул голову и увидел Минато у тренировочной мишени. Мальчик стоял неровно, ноги вместе, плечи зажаты. Он тяжело дышал, но упрямо продолжал бросать деревянные сюрикены. Почти каждый из них падал в траву, не долетая до цели. Такуми остановился у входа во двор и тихо выдохнул. Опять один тренируется… Сколько раз говорил ему, что только под моим присмотром. Он подошёл ближе. — Минато, иди сюда. Ты бросаешь неправильно, — спокойно сказал он, едва заметно улыбнувшись. Минато обернулся, и его лицо тут же просветлело. — Старший брат! Он торопливо пригладил непослушные пряди волос и подбежал. Такуми достал из кармана конфету и протянул её. — Держи. — Спасибо, братец! — радостно сказал Минато, тут же разворачивая обёртку. — А куда ты ходил? Такуми на мгновение замер. Его взгляд скользнул в сторону. — Да так… По делам. Минато, чуть прищурившись, всё понял. Улыбка на его лице слегка потускнела. — К маме и папе… да? Такуми молча кивнул. Несколько секунд они стояли рядом, не говоря ни слова. Затем Такуми мягко потрепал его по голове. — Они бы не хотели, чтобы мы грустили слишком долго. Минато сжал конфету в ладони. — Я обязательно стану сильным… чтобы они мной гордились. Такуми посмотрел на него внимательнее. — Тогда слушай старшего брата и не тренируйся в одиночку, — спокойно сказал он. Минато удивлённо моргнул. — Почему? Такуми на секунду задумался. В памяти всплывали обрывки старых знаний. Документальные видео, ролики про боевые искусства, лекции о выживании, которые он когда-то смотрел от скуки. — Потому что шиноби — это смертельно опасная профессия, — пояснил он. — Ты можешь умереть в каждом сражении. Если ты привыкнешь делать всё неправильно с самого детства, однажды это может стоить тебе жизни. Минато притих. — Всё так серьёзно? — Да. Шиноби — это не только сила. Это контроль, дисциплина и холодная голова. Он взял один из деревянных сюрикенов. — Когда-то я смотрел обучающие записи… — начал он и чуть замялся, подбирая слова. — Там показывали, как правильно двигаться. Как тело должно работать как одно целое. — Записи? Какие записи? — Эм… старые учебные материалы, — быстро поправился Такуми. — Не важно. Главное — принцип. Он встал перед мишенью. — Смотри внимательно. Главное — контроль тела. Первый бросок был медленным, почти демонстрационным. Сюрикен мягко вошёл в центр мишени. — Видишь? Без силы. Второй бросок — быстрее. Снаряд снова попал точно в то же место. — А теперь с движением корпуса. Третий бросок был резким, четким. С глухим стуком сюрикен вонзился в самую середину мишени, почти наполовину погрузившись в дерево. Глаза Минато округлились от изумления. — Вау! Старший брат, как ты это сделал?! Такуми пожал плечами. — Ничего сложного. Просто правильный контроль тела. Сила начинается в ногах. Потом проходит через корпус и выходит через руку. Если движение непрерывное — бросок становится сильнее. Минато нахмурился. — Брат… я ничего не понял. Такуми моргнул. — Правда? — Угу… Он почесал затылок, явно смущаясь. Такуми тихо усмехнулся. — Разумеется. Тогда по-другому. Повторяй за мной. Он встал рядом с братом и аккуратно поправил его стойку. — Ноги на ширине плеч. Так устойчивее. Представь, что ты дерево. Если корни слабые — ветер тебя повалит. — А если сильные? — Тогда даже буря не сдвинет. Минато серьёзно кивнул. — Теперь маленький шаг вперёд. Поворот корпуса… и бросок. Минато повторил движение. Сюрикен полетел криво, но хотя бы долетел до мишени и стукнулся о край. Он застыл, потом медленно повернулся к брату. — Ты видел?! — Видел, — кивнул Такуми. — Уже лучше. Минато расплылся в улыбке. — Значит, я тоже смогу стать шиноби? Такуми на секунду задумался. — Конечно сможешь. Но не спеши. — Почему? — Потому что путь шиноби — длинный. И опасный. Сначала Академия. Потом миссии. Потом бои. Он посмотрел на мишень. — Там не будет неподвижных мишеней. А враги не будут ждать, пока ты соберёшься с духом. Минато сжал кулаки. — Тогда я буду тренироваться каждый день! — Хорошо, — кивнул Такуми. — Но правильно и под моим присмотром. Он протянул руку и растрепал его волосы. — Мы будем тренироваться вместе. Я научу тебя всему, что знаю. Минато широко улыбнулся. — Правда? — Конечно. — Тогда… — он замялся. — А каким шиноби ты хочешь стать? Такуми посмотрел на небо. — Не знаю. Но я точно стану тем, кто сможет защитить тебя. Минато кивнул с серьёзным видом, словно принял важное решение. — Тогда я стану еще сильнее, чтобы защитить тебя! Такуми тихо усмехнулся. — Договорились. А теперь ещё десять бросков. Но без спешки. — Есть, старший брат! Во дворе снова раздались тихие стуки деревянных сюрикенов о мишень. Но теперь рядом с Минато стоял тот, кто следил за каждым его движением.