Глава 4

Раннее утро встретило Нила прохладой. Едва открыв глаза, он первым делом убедился, что Белла ещё спит, и лишь потом тихонько проскользнул в ванную. Быстрый душ, привычная одежда – и вот он уже машинально закидывает в себя подавители. Тревожный звоночек: их осталось совсем мало. Прикинув, когда закончится запас, Нил понял, что пора бы заказать новую партию. Выйдя из ванной, он снова бросил взгляд на спящую дочь. Решив пока не будить её, Нил направился на кухню. Ваймак уже сидел за столом, неспешно потягивая кофе. Нил кивнул, Ваймак в ответ лишь слегка приподнял бровь, словно спрашивая о столь раннем визите. Нил не стал вдаваться в подробности, просто пожал плечами и двинулся к холодильнику, чтобы приготовить себе такой же крепкий кофе. Пока напиток варился, он размышлял о предстоящем дне: тренировки, истеричка Дэй, надоедливый Миньярд – дел хватало. Налив себе кофе, Нил сел напротив Ваймака. Тишина кухни нарушалась лишь мерным тиканьем часов и редкими глотками. Нил чувствовал, как напряжение, скопившееся за ночь, постепенно отступает. Он ценил эти утренние моменты спокойствия, когда мир ещё не успел ворваться в их жизнь со всей своей суетой. – Через три часа я отвезу тебя на стадион, – неожиданно произнёс Ваймак. – Понял, – ответил Нил. – Ты возьмёшь её с собой? Советую отдать Беллу Эбби, она сейчас свободна. – Подумаю, – промямлил Нил, хотя в глубине души уже решил, что не сможет оставить дочь одну. Без неё он чувствовал себя неуютно, словно часть его самого отсутствовала. Белла была не просто ребёнком — она была его якорем, его смыслом и одновременно источником постоянной тревоги. Он не мог позволить себе расслабиться, пока она не была рядом. Ваймак раздражённо выдохнул, видимо, уже поняв, что Нил не собирается оставлять Беллу с Эбби. Сжав переносицу, он пробурчал что-то вроде «мне за это не доплачивают», встал, поставил кружку в раковину и удалился в свою комнату. Нил сделал глоток кофе, чувствуя, как горечь напитка окончательно пробуждает его. Он мысленно прокручивал план на день: изматывающие тренировки, капризы Дэя, способные вывести из себя кого угодно, и Миньярд, умеющий раздражать даже в самые спокойные моменты. Всё это складывалось в сложный пазл, который предстояло собрать без ошибок. Решив быстренько сварганить яичницу, омега достал из холодильника пару яиц, разбил их об сковороду и принялся готовить. Закончив с готовкой, он отправился в гостиную, где до сих пор мирно спала его дочь. Сев на диван, он начал гладить её по волосам в надежде, что от этого жеста она проснётся. И как по волшебству, Белла открыла глазки и села. Поцеловав в лоб, Нил поднял её на руки и отправился с ней в ванную, чтобы умыть. Умыв Беллу, Нил помог ей одеться. Сегодня они выбрали вельветовый комбинезон бирюзового цвета с короткими штанинами и двумя накладными карманами, на которых были вышиты мордочки кроликов. Закончив с переодеванием, они направились на кухню, где быстро перекусили яичницей, а Нил запивал её остатками кофе. Он чувствовал, как энергия постепенно возвращается к нему, готовя к предстоящему дню. Время пролетело незаметно. Когда Ваймак снова появился на кухне, чтобы забрать их, Нил уже был готов. Белла, крепко держа его за руку, с любопытством оглядывалась по сторонам. Ваймак лишь хмыкнул, увидев Беллу, но ничего не сказал. Поездка на стадион прошла в тишине. Нил смотрел в окно, он знал, что Дэй будет пытаться вывести его из себя, а Миньярд – провоцировать. Но сегодня он был готов к этому. Белла рядом, и это давало ему силы. До тренировки оставался ещё час. Ваймак показал Нилу, где находится его снаряжение, а затем сказал, что уходит и после тренировки их с Беллой довезёт Эндрю. Быстро переодевшись в экипировку, Нил направился на трибуны, параллельно беря дочь за руку и объясняя ей, чтобы с трибун она никуда не уходила. Белла кивнула, её большие глаза внимательно следили за каждым движением отца. Он посадил её на одно из нижних сидений, убедившись, что ей будет удобно и безопасно, и ещё раз напомнил, чтобы она оставалась на месте. На поле, где воздух был наполнен знакомым и успокаивающим ароматом резины и свежескошенной травы, Нил чувствовал себя как дома. Он ждал остальных, его взгляд то и дело устремлялся к трибунам, выискивая Белла. Ее присутствие было для него якорем, напоминанием о том, ради чего он здесь, ради чего терпит изнурительные тренировки, а также Дэй и Миньярд. Вскоре на поле начали появляться и другие игроки. Дэй, как всегда, был первым, его самодовольная ухмылка уже успела вызвать у Нила раздражение. Миньярд, как обычно, держался в стороне, его взгляд был непроницаем, но Нил ощущал его присутствие, словно невидимую нить напряжения. Тренировка началась. Упражнения следовали одно за другим, изматывая физически, но Нил не сдавался, хотя и давались они ему нелегко. Он бегал, прыгал, отрабатывал удары, чувствуя, как каждая капля пота приближает его к цели. Через полтора часа Кевин отправил игроков на перерыв, но сам остался на поле вместе с Эндрю, продолжая отрабатывать удары. Нил наблюдал за ними, вывернув шею. – Я первым его заметил, – заявил Ники. – В каком смысле? – Нил вопросительно поднял бровь. – Кевин входит в список. – Нил озадаченно нахмурил брови, и Ники поспешил объяснить: – В списке знаменитостей, с которыми нам разрешено встречаться. Кевин у меня под номером три. Нил притворился, что понял, и сменил тему: – Как «Лисам» удается проигрывать с таким вратарем? – Эндрю хорош, да? Хотя в прошлом году он почти все время провел в запасе. – Ники пожал плечами. – Когда Ваймак взял нас в команду, третий голкипер ему был не нужен, так что Эндрю полировал скамейку до ноября. А потом КРЭ пригрозил выкинуть «Лисов» из первого дивизиона, если мы не начнем хоть изредка выигрывать. Тренер уломал Эндрю спасти наши задницы – подкупил его хорошей выпивкой. – Подкупил? – Эндрю хорош, – повторил Ники, – но ему все равно, выиграем мы или проиграем. Чтобы он играл на результат, его надо стимулировать. – Да не может вратарю такого уровня быть все равно. – Ты прямо как Кевин. Скоро набьешь те же шишки, что и он в свое время. Этой весной Кевин дал Эндрю хорошенько просраться, – пояснил Ники по пути в раздевалку. Аарон первым подошел к питьевому фонтанчику, а Ники, не сводя глаз с Нила, прислонился к стене. – После этого Эндрю целый месяц не выходил на поле и пообещал сломать себе пальцы, если тренер снова заставит его работать с Кевином. При мысли о том, что Эндрю сознательно закапывает свой талант, у Нила сжалось сердце. – Но ведь теперь он играет? Как только Аарон отошел от фонтанчика, Ники сделал несколько торопливых глотков и утер рот рукавом. – Только из-за Кевина. Когда Кевин стал одним из «Лисов» и с клюшкой в правой руке вышел на поле, вслед за ним вернулся и Эндрю. Раньше они грызлись как кошка с собакой, а теперь не разлей вода, чуть ли не фенечки друг другу плетут. – Но почему? Кевин повернут на экси, а Эндрю его одержимость раздражает. – Черт его знает. Как разберешься, свистни. – Ники подвинулся, уступая Нилу фонтанчик. – Я давно бросил ломать голову. Можешь спросить у них сам, но ни один, ни второй тебе не ответят. Хочешь бесплатный совет? Прекрати пялиться на Кевина. Мне стремно за твою жизнь. – В смысле? – Эндрю страшно ревнив. Помню, я сказал, что мечтаю хорошенько напоить Кевина, чтобы он забыл, что натурал, и уложить в койку… Так Миньярд мне врезал! – Ники показал на лице место удара. – В общем, мне придется подождать, пока Кевин ему не надоест, а до тех пор переключиться на более безопасные объекты, то бишь на тебя, поскольку Мэтт занят, а я себе не враг, чтобы подкатывать к Сету. Так что поздравляю. – Успокойся уже, извращенец проклятый, – вздохнул Аарон. – А что такого? – удивился Ники. – Прекрати, Ники. Мне насрать на твою ориентацию. Мне это не интересно, – с обеспокоенностью сказал Нил, он не знал, что творится в голове у этого беты и лучше бы ему не знать. Дверь, ведущая со стадиона в раздевалку, распахнулась: наконец явился Эндрю. Он обвел всех троих долгим взглядом, словно не понимал, почему они еще здесь. – Кевин спрашивает, где вы застряли. Забыли дорогу? – Ники фантазирует, как трахнет Нила, – сообщил Аарон. – План не без недостатков, но рано или поздно он что-нибудь придумает. Нил лишь закатил глаза, прекрасно зная, что ни за какие коврижки не ляжет под Хэммика. – Ну ты и мудак, – вздохнул Ники и направился к выходу. – Ого, Ники, – хмыкнул Эндрю, – быстро ты на этот раз. В воздухе вдруг появился резкий запах горького шоколада. Нил начал судорожно вспоминать, кому он принадлежит, и тут его осенило: единственный феромон, который он еще не чувствовал, был Эндрю. Впав в ступор, он пытался понять, что заставило Миньярда вдруг выпустить феромон. – Разве меня можно винить? – с этими словами Хэммик многозначительно посмотрел на Нила. Он лишь на секунду отвел взгляд от Эндрю, но этого хватило. Миньярд тут же бросился на него, схватил за майку, грубо толкнул к стене и прижал всем телом. Ники охнул, но даже не попытался освободиться. Очнувшись от своих мыслей, Нил вопросительно посмотрел на Аарона, но тот и бровью не повел, словно такая вспышка агрессии его ничуть не удивила. Нил снова перевел взгляд на Эндрю, ожидая развязки. – Эй, Ники, – громким шепотом произнес Эндрю на немецком, – не трогай его, усек? – Ты же знаешь, ничего плохого я ему не сделаю. Но если он сам согласится… – Я сказал, не трогай. – Какой же ты жмот, – фыркнул Ники. – У тебя уже есть Кевин, зачем… Он вдруг умолк, но до Нила не сразу дошло почему. Эндрю приставил к джерси Ники короткий нож. Откуда у Миньярда взялось оружие, Нил не представлял; страшно даже подумать, что Эндрю прячет его под формой и выходит с ним на поле. Это наверняка против правил. Меньше всего Нилу хотелось, чтобы Эндрю пырнул кого-нибудь в разгар матча – после такого «Лисов» просто дисквалифицируют. – Ш-ш-ш, Ники, ш-ш-ш, – Эндрю словно успокаивал трудного ребенка. – Что за кислый вид? Все будет хорошо. Нил наблюдал за этой странной сценой, пытаясь уложить в голове происходящее. Феромоны, агрессия, нож под формой – все это казалось сюрреалистичным, но в то же время пугающе реальным. Он чувствовал себя посторонним наблюдателем в чужой драме. Нил размышлял, как таблетки влияют на Эндрю. Сможет ли тот проявить хоть каплю скорби на похоронах Ники, или его обычная отстраненность сохранится? И вообще, есть ли от этих лекарств реальная польза? Нил пытался понять, что стоит за агрессией Эндрю: болезнь или побочные эффекты? Может, он настолько под воздействием препаратов, что не осознает своих действий? Или же лекарства лишь добавили ему невозмутимости, а склонность к насилию – это его истинная натура? Он бросил взгляд на Аарона, надеясь на его вмешательство. Брат Эндрю напряженно, но молча наблюдал за лезвием в руке своего близнеца. Нил выждал еще мгновение, но понимал, что медлить нельзя. Любая мелочь могла спровоцировать Эндрю, и Нил не собирался проверять, что именно вызовет его срыв. – Хватит, – обратился он к Эндрю, стараясь говорить спокойно. – Тихо, – прошептал Ники на английском, пытаясь успокоить всех. – Все под контролем. – Эй, – повторил Нил, пытаясь подобрать нужные слова. Что сказать, чтобы не усугубить ситуацию? Засомневаться в психическом состоянии Миньярда или спровоцировать его – и Ники окажется в беде. Но и делать вид, что ему нравятся намеки Хэммика, чтобы успокоить Эндрю, Нил не мог. Нужно было отвлечь его, переключить внимание на что-то более значимое. Или, точнее, на кого-то. – Мы идем играть или как? – спросил Нил. – Кевин ждет. Эндрю уставился на него, словно не веря своим ушам. – Точно, идем, мы и так задерживаемся. Эндрю отпустил Ники, резко развернулся. Нож исчез под одеждой еще до того, как он взялся за дверную ручку. Выходя, Аарон ободряюще сжал плечо Ники. Тот потрясенно смотрел вслед близнецам, но, заметив взгляд Нила, выдавил улыбку, в которую Нил совершенно не верил. Нил, выходя из зала, бросил взгляд на трибуны. Белла, как и прежде, сидела на своем месте, полностью поглощенная игрой Кевина и, казалось, не замечая присутствия отца. Подойдя к ней, Нил ласково провел рукой по ее волосам. Белла подняла на него взгляд, озарив его сияющей улыбкой. Нил ответил ей тем же, попросил оставаться на месте и направился на поле. На поле Кевин уже распределил игроков для игры два на три: он с Аароном против Ники и Нила, при пустых воротах. Игроки заняли свои позиции. Эндрю, стоявший на воротах, выбил мяч. Нил рванулся за ним, опередив Аарона. Кевин же остался на средней линии, а Аарон не стал ловить отскок. Нил поймал мяч, но Кевин мгновенно отобрал его сильным ударом, причинив Нилу боль. Кевин забил первый гол, легко обойдя Ники. Эндрю не предпринял никаких действий для защиты ворот. В следующей атаке Эндрю снова вышел из ворот, а Кевин предоставил Нилу разбираться с Аароном. Аарон использовал силовой прием, толкнув Нила, и отдал пас Кевину, который забил еще один гол. Ситуация повторялась, Эндрю игнорировал игру. К двадцатой минуте Кевин начал давить на Нила, призывая его шевелиться. Нил с трудом пытался играть, но неподготовленность и необычный стиль игры, диктуемый правилом десяти секунд владения мячом, делали его легкой добычей для Кевина и Аарона. Нил испытывал раздражение, но даже его редкие голы в пустые ворота не приносили удовлетворения. Через сорок минут Кевин неожиданно остановил игру и указал клюшкой на защитников: – Выметайтесь с поля. Вы оба, живо. – Слава тебе господи, – простонал Ники и потрусил к выходу. После того как Аарон закрыл за собой дверь, Кевин сгреб Нила за решетчатое забрало на шлеме и потащил его к воротам Эндрю. Миньярд наконец-то заинтересовался происходящим и выпрямился. Когда Нил встал на отпечаток лисьей лапы, обозначающий линию штрафного броска, Кевин его отпустил. – Мяч сюда, – приказал он. Эндрю выполнил команду. Кевин ткнул мячом в грудь Нила. – Будешь стоять тут и бить по воротам, пока Эндрю не выдохнется. Может, разок даже попадешь. – Ой-ей, – засмеялся Эндрю, – боюсь, это плохо кончится. Кевин развернулся и ушел с поля, громко хлопнув дверью. Закатив глаза, омега в который раз послал Дэя на три буквы. Этот тупой альфа действительно думает, что он будет бить по воротам? Как самонадеянно. Хоть экси он и дорожил, но не настолько. – Пошли, я не собираюсь заниматься этим дерьмом, – сказал он Миньярду и пошёл к выходу с поля. – Оу-оу, как же Дэй будет истерить, – с насмешкой ответил Миньярд, но пошёл следом. – Не мои проблемы, – подойдя уже к трибунам, сказал омега, беря дочь на руки, зная, что Эндрю ждет его. Он крепче прижал к себе Беллу, чувствуя, как ее маленькое тело расслабляется в его объятиях. Он знал, что Эндрю ждет, но сейчас ему хотелось просто побыть с дочерью, почувствовать ее тепло, отвлечься от напряженного дня. Он поцеловал ее в макушку, вдыхая знакомый запах ванили. Зайдя снова в раздевалку. На них троих вопросительно уставился Ники. Отмахнувшись от него, омега посадил дочь на скамейку. И принялся расстегивать снаряжение. Не успев нечего снять, его резко схватили за плечо и развернули на 180 градусов. Этим человеком оказался Кевин. Его лицо было красным от злости, словно помидор. – Какого хрена ты творишь? – зло сказал Дэй, а от самого исходил феромон мяты, от которого Джостена тянуло блевать. – Отпусти меня, – рассерженно сказал омега, пытаясь вырваться из хватки альфы. Кевин сжал плечо Нила еще сильнее, его пальцы впились в ткань формы, а взгляд горел яростью. – Ты что, оглох? Я сказал тебе бить по воротам! Ты что, не понимаешь, что это приказ? – голос Дэя был низким и угрожающим, а мятный феромон становился все более едким, вызывая у Нила тошноту и головокружение. – Я не твоя собака, чтобы выполнять каждый твой приказ, – прошипел Нил, пытаясь вырваться. Он чувствовал, как его собственное раздражение нарастает, смешиваясь с отвращением к запаху Кевина. – И я не собираюсь тратить свое время на бессмысленное занятие. – Бессмысленное? – Кевин рассмеялся, но в его смехе не было ни капли веселья. – Ты называешь это бессмысленным? Ты вообще понимаешь, что такое экси? Ты думаешь, что можешь просто так взять и уйти, когда я тебе что-то говорю? Нил почувствовал, как его терпение лопается. Он резко дернул плечом, пытаясь освободиться, но Кевин был сильнее. – Отпусти меня, Дэй, – повторил Нил, его голос дрожал от гнева. – Или я тебе клянусь, ты пожалеешь. Кевин лишь усмехнулся, его хватка не ослабевала. – Ты мне угрожаешь, Джостен? Ты? В этот момент Эндрю, который до этого молча наблюдал за происходящим, сделал шаг вперед. Его глаза были холодными и острыми, как лезвия. – Дэй, – произнес он ровным, спокойным голосом, который, однако, заставил Кевина вздрогнуть. – Отпусти его. Кевин повернул голову к Эндрю, его лицо все еще было искажено злостью. – Не лезь не в свое дело, Миньярд, – прорычал он. – Это между мной и Джостеном. – Нет, – ответил Эндрю, его голос стал чуть громче, но оставался таким же спокойным. – Это между тобой и мной. Отпусти его. Сейчас же. В воздухе повисло напряжение. Ники, который до этого стоял в стороне, наблюдая за сценой с широко раскрытыми глазами, нервно переминался с ноги на ногу. Белла, сидящая на скамейке, испуганно смотрела на взрослых. Кевин посмотрел на Эндрю, затем на Нила, затем снова на Эндрю. В его глазах мелькнуло что-то похожее на колебание, но затем он снова сжал плечо Нила. – Я не закончил с ним, – упрямо сказал он. Эндрю сделал еще один шаг, сокращая расстояние между ними. Его взгляд был настолько пронзительным, что Кевин невольно отступил на полшага. – Ты закончил, – сказал Эндрю. – Отпусти его. Или я заставлю тебя. В этот момент Нил, воспользовавшись секундным замешательством Кевина, резко вывернулся из его хватки. Он отшатнулся назад, потирая ушибленное плечо. – Я сказал тебе, отпусти меня, – повторил он, его голос был полон ярости. – Я не собираюсь терпеть твое дерьмо. Кевин, ошеломленный тем, что Нил вырвался, на мгновение замер. Затем его лицо снова покраснело, и он сделал шаг к Нилу, явно намереваясь продолжить конфликт. Но Эндрю встал между ними, преграждая путь. – Достаточно, Дэй, – сказал Эндрю. – Ты перегнул палку. Кевин посмотрел на Эндрю, затем на Нила, затем на Беллу, которая теперь плакала, испуганная криками. В его глазах мелькнуло что-то похожее на осознание. Он тяжело выдохнул, и мятный феромон начал рассеиваться. – Ладно, – пробормотал он, отступая. Нил лишь закатил глаза, не удостоив Кевина ответом. Кевин, бросив на Нила последний гневный взгляд, развернулся и поспешно вышел из раздевалки, громко хлопнув дверью. Ники, облегченно выдохнув, поспешил к Белле, чтобы успокоить ее. Нил же, потирая плечо, посмотрел на Эндрю. – Спасибо, – произнёс он тихо, ощущая, как напряжение постепенно покидает его тело. Эндрю лишь слегка кивнул, не теряя бдительности. Он перевёл взгляд на Беллу, которая уже успокоилась и теперь сидела на коленях у Ники. – Мне нужно переодеться, – сказал Нил, направляясь к своему шкафчику. Эндрю отошёл в сторону, предоставляя ему пространство. Пока Нил снимал форму, он чувствовал на себе внимательный взгляд Эндрю. Не обращая на это внимания, он снял экипировку и направился в душ, прихватив с собой одежду. Быстро смыв с себя пот, он сразу же переоделся. Когда Нил вышел из душа, он подошёл к Белле и взял её на руки. Девочка тут же прижалась к нему, уткнувшись носиком в шею. Эндрю кивнул и вышел из комнаты, а Нил и Ники последовали за ним. В машине уже сидели Аарон и Кевин на заднем сиденье, позже к ним присоединился Ники. Нил занял место на переднем пассажирском сиденье вместе с Беллой. По дороге домой Нил чувствовал себя опустошённым, но одновременно и облегчённым. Конфликт с Кевином был неизбежен, но он не ожидал, что всё случится так быстро и резко. Он крепче прижал к себе Беллу, ощущая её тепло и спокойствие. Она была его опорой, его смыслом. Высадив их у дома Ваймака, Эндрю уехал. Зайдя в квартиру, Нил не обнаружил хозяина, вероятно, тот был в своей комнате. Пройдя в гостиную, Нил поспешил переодеть Беллу в пижаму и уложил её на диван у стены. Тишина квартиры казалась почти осязаемой, словно сама атмосфера впитывала усталость и напряжение последних часов. Нил сел рядом с дочерью, осторожно обнял её, чувствуя, как её маленькое тело расслабляется в его руках. Он поцеловал Беллу в лоб, шепча слова, которые казались ему одновременно обещанием и молитвой: «Больше такого не будет». Внутри него всё ещё бурлили эмоции – смесь облегчения, тревоги и некой горечи. Он понимал, что конфликт с Кевином – лишь вершина айсберга, отражение более глубоких проблем, которые им предстоит решить. Но сейчас, в этот момент, главное было сохранить спокойствие и дать Белле почувствовать безопасность. Нил взглянул на спящую девочку и позволил себе на мгновение отпустить все заботы. Её безмятежное лицо, мягкий ритм дыхания – всё это напоминало ему, ради чего он борется, ради чего стоит идти вперёд, несмотря ни на что. Он тихо встал, чтобы не разбудить Беллу, и направился к окну. За стеклом медленно опускалась ночь, город погружался в сон, а он стоял, прислонившись лбом к холодному стеклу. Нил глубоко вздохнул, позволяя себе на мгновение раствориться в тишине, которая казалась одновременно тяжёлой и исцеляющей. В этом спокойствии он искал ответы, которые не давали ему покоя последние дни. Он понимал, что впереди будет много сложных разговоров, много борьбы – не только с внешними обстоятельствами, но и с самим собой. Внутренние сомнения, страхи и неуверенность то и дело подкрадывались, пытаясь затмить свет надежды, который он так бережно хранил ради Беллы. Её безопасность стала для него не просто приоритетом – смыслом существования. Каждый её вздох, каждый тихий сон напоминали о том, что он не один, что у него есть ответственность, которую нельзя игнорировать. И в этом была сибол–сила, которая помогала ему идти вперёд, несмотря на усталость и боль.