Глава 11

Началом учебного года в расписании значился четверг, двадцать четвертое августа, поэтому вечерняя тренировка в среду вышла немного скомканной. Нил совсем запамятовал, что перед началом семестра Лисы обязаны посетить университетского психолога Бетси Добсон. Ваймак разбил команду на пары и распределил посещения так, чтобы отсутствие игроков не сказывалось на тренировке. Первую пару составили Мэтт и Дэн, далее шли Аарон с Кевином, за ними – Сет и Элисон, потом Ники и Эндрю. Нил и Рене были последними. Тренер вызвал их с поля, как только вернулись Ники и Эндрю. Миньярд ожидал Рене во внутренней зоне, чтобы вручить ей ключи от машины. – Спасибо, – улыбнулась Рене. – Я буду ее беречь. – То есть Кевину водить твое авто нельзя, а Рене – можно? – спросил Нил. – Просто люблю говорить Кевину «нет», – недобро ухмыльнулся Миньярд. – Эндрю пускает за руль только Рене и меня, – прибавил Ники. Глядя, как Рене крутит ключи на пальце, он улыбнулся, но в глазах его стоял холод. Ники говорил о Рене лишь хорошее, однако Нил давно подметил, что никому в команде, включая Ники, не нравится ее дружба с Эндрю. По всей вероятности, Хэммик разделял мнение старшекурсников, считавших, что на добросердечную Рене Эндрю оказывает дурное влияние. – А как же Аарон? – удивился Нил. – Не заставляйте Би ждать, – бросил Эндрю и уже собираясь уходить. – Подожди, – сказал Нил заставляя остановиться альфу. – Возьми Беллу с собой. Упомянутая отпустила руку отца и развернулась лицом к нему, сложила руки на груди и вопросительно посмотрела на Нила. – Джостен, боишься, что Би и у неё в голове покапаеться? – усмехнувшись спросил Миньярд, заставляя Нила раздражительно выдохнуть. – Миньярд, прекращай. Пропустив слова Джостена мимо ушей, он продолжил: – Я не нанимался в няньки. Но сейчас у меня будет возможность не заниматься этой чертовой тренировкой. – задумчиво произнёс альфа. - Будешь должен. – Ага, – устало сказал Джостен, – Белла, иди к Миньярду. Я ненадолго отлучусь. Переведя взгляд с отца на Эндрю, Белла вздохнула, но подошла к блондину. И подняла руку, чтобы альфа взял её в свою. Несколько секунд Миньярд смотрел вопросительно на неё. Но Рене всё же подсказала ему: – Эндрю, она хочет, чтобы ты взял её за руку, – как всегда она улыбаясь сказала ему. – Как же с вами сложно, – протянул он, но всё же взял её за руку. – Пошли, крольчонок. Нил наблюдал за тем как они уходят и ему даже стала завидно. Встреча с мозгоправом, которую он возможно возненавидет. Печально вздохнув, он повернулся к девушке и спросил: – Ну, что едем?

***

Медицинский центр разделился на две зоны: впереди раскинулось терапевтическое отделение, а в глубине – царство психологии. Отметившись за двоих на ресепшене, Рене и Нил направились по коридору к кабинету Бетси. В холле Нил безвольно опустился на бледно-голубую кушетку, отчаянно избегая взгляда на часы. С каждой секундой напряжение в груди нарастало, грозя вырваться наружу. Тридцать минут наедине с психологом казались ему вечностью, сводящей с ума. Казалось, прошла целая эпоха, прежде чем Рене появилась из кабинета, сопровождаемая психологом. Доктор Бетси Добсон обладала светло-каштановыми волосами до подбородка, мягко завивающимися у лица. Морщинки вокруг ее губ говорили о частых улыбках и добром сердце. Она была бетой, и в ее облике сочетались дружелюбие и едва уловимая сила. Взгляд карих глаз, пронзительный и ясный из-под тонкой оправы очков, остановился на Ниле. Нил невзлюбил ее с первой секунды. Взвинченное состояние и общая неприязнь к представителям этой профессии сделали свое дело. – Ты, должно быть, Нил, – произнесла она, протягивая руку. – Здравствуй. Нил с трудом поднялся с кушетки. Бетси, так ее звали, пожала его руку с неожиданной силой. Рене, улыбнувшись, словно пытаясь его приободрить, отошла в сторону. Нил, подавив желание вытереть ладонь о штаны, первым зашагал по коридору. Единственная открытая дверь вела в кабинет Бетси. Внутри – простое кресло напротив небольшого диванчика, разделенные журнальным столиком с горшком растения. На диване и кресле – аккуратно разложенные подушки. Письменный стол в углу был почти пуст: лишь электроплитка и чайник. У стены – невысокий стеллаж: три нижние полки заставлены книгами, а верхняя – сверкает чистотой, уставленная стеклянными безделушками, расставленными так искусно, что каждая была видна. Доктор вошла следом. – Меня зовут Бетси Добсон, но можешь звать меня как угодно: Бетси, док или даже «эй, как вас там». Что предпочитаешь ты – Нил или мистер Джостен? – Как пожелаете, – ответил Нил. – Тогда Нил. Если почувствуешь дискомфорт или что я переступаю границы, просто скажи, и мы сменим формат. Идет? – Бетси помолчала, затем добавила: – Устраивайся поудобнее, а я пока приготовлю какао. – Но ведь август, – заметил Нил, присаживаясь на краешек дивана. – Шоколад хорош в любое время года, разве нет? – Я не люблю сладкое. Бетси достала кружку и банку с какао. – Сегодня мы просто познакомимся. Это не обычный сеанс, где я анализирую каждое твое слово. Так что расслабься. Ты когда-нибудь ходил к психологу? – Нет, – ответил Нил. – И не понимаю, что вообще здесь делаю. – Несколько лет назад в Пальметто ввели такое правило. Администрация университета возлагает большие надежды на всех студентов, особенно на спортсменов. Наши беседы – способ снять психологическое напряжение. – То есть ректорат следит, чтобы их инвестиции окупались? – уточнил Нил. – Можно и так сказать. – Бетси размешала напиток, взяла кружку и села в кресло напротив. – Расскажи о себе, Нил. – Что именно вы хотите знать? – Откуда ты? – Милпорт, Аризона. – Не слышала о таком. – Маленький городок. Местные либо слишком стары, либо слишком юны, чтобы уехать. Делать там нечего, кроме спорта и лото. Мы переехали туда, потому что он на полпути между Тусоном и Финиксом. Мать работала в Тусоне, отец – в Финиксе. – Чем занимаются твои родители? В Милпорте Нил не распространялся о семье, но в Аризону приехал с готовой легендой о Джостенах. От одноклассников и тренера он ее скрывал, но для Бетси она подходила идеально. – Мать – инженер, отец учится на курсах водителей грузовиков. – Они приедут на твою первую игру? – Нет, а с какой радости? – изобразил удивление Нил. – Они спорт не любят. – Но ведь экси занимает важное место в твоей жизни, а ты – их ребенок. Твои последние результаты поразительны. Естественно, если мама с папой приедут тебя поддержать. – Нет. Они… – Нил неопределенно махнул рукой, подбирая слова. – Мы не настолько близки. В школе они следили за моим здоровьем, проверяли оценки, но имен учителей не знали и на матчах за меня не болели. Они даже переложили на меня ответственность за Беллу, ссылаясь на свою занятость. Так что и в университете ничего не изменится. Они живут своей жизнью, я – своей. И всех это устраивает. – Уверен? – Если я это сказал, значит, уверен. К тому же, я не хочу обсуждать наших родителей. Бетси невозмутимо перешла к следующему вопросу: – Как у тебя складываются отношения с товарищами по команде? – По-моему, большинство из них – психически нездоровые люди. – Ты хочешь сказать, они тебя пугают? – Я хочу сказать, что они странные, и вы это знаете лучше меня. В пятницу мы, скорее всего, позорно проиграем, но вряд ли кого-то это удивит. – Ты готов к игре? – И да, и нет. Я понимаю, что не дотягиваю до уровня первого дивизиона, но все равно хочу попробовать. Я часто смотрел игры по телевизору, но никогда не был на настоящем стадионе, на настоящем матче. В Аризоне мы играли на поле с трибунами, вмещавшими едва две тысячи зрителей. Тренер сказал, что на первую игру сезона все билеты уже распроданы. Я мечтаю увидеть «Лисью нору», забитую болельщиками до отказа. Уверен, это будет невероятно. – К тому же, в пятницу твой дебют, – добавила Бетси. – Комитет пошел на большую уступку, позволив Дэвиду не раскрывать свои карты до начала сезона. Представляю, что начнется, когда тебя представят публике. Нил не сразу понял, о ком идет речь. По имени Ваймака звала только Эбби. Непринужденность, с которой Бетси назвала его Дэвидом, намекала на более близкие отношения, чем просто тренер и командный психолог. Возможно, Бетси просто уделяет подопечным Ваймака много времени, но Нил в этом сомневался. Он смутно припомнил свой первый ужин в Южной Каролине, когда Эбби упомянула, что пригласила и Бетси. Видимо, троица дружна, а для Нила это может быть опасно. Как часто они обсуждают «Лисов»? – Вы дружите с тренером, – озвучил свою догадку Нил. – Мы с Эбби учились в одной школе в Чарльстоне и с тех пор поддерживаем связь. Это она познакомила меня с Дэвидом, – пояснила Бетси. – Да, мы друзья, но как врач я соблюдаю конфиденциальность в отношении своих пациентов. Все, о чем мы с тобой беседуем, останется между нами. Эбби и Дэвид никогда не зададут неэтичных вопросов, и я тоже им ничего не скажу. Ты мне веришь? – С чего бы? Я вас впервые вижу. – Что ж, это ваше право. Будем надеяться, со временем я смогу завоевать ваше доверие. В любом случае, дальнейших встреч с Бетси Нил не планировал, поэтому отделался нейтральным: – Будем надеяться. Он бросил взгляд на часы, прикинул, как долго здесь находится, и сдержал вздох. Бетси, если и заметила это, никак не прокомментировала и до конца встречи болтала о грядущем игровом сезоне и учебном годе. Нил продолжал выдавать отрепетированные ответы, призванные утолить любопытство психолога, а сам мысленно отсчитывал минуты до конца. Когда отведенное время истекло, Нил встал и покинул кабинет. Бетси проводила его до коридора, а затем остановилась и пожала ему руку. – Приятно было познакомиться. – Взаимно, – солгал Нил. Рене встала с кушетки, еще раз попрощалась с доктором, и они вдвоем вышли на улицу. Отперев машину брелоком, Рене взглянула на Нила поверх крыши. – Все прошло неплохо, да? А Эндрю утверждал, что для тебя это будет катастрофа. Мы с ним даже поспорили на деньги, что ты возненавидишь Бетси. – На деньги? – Нил удивленно нахмурился. – Вы вдвоем спорили? – Да, – кивнула Рене. – Кроме нас, никого не было. Нил провел все лето, скрывая правду от товарищей по команде, но полчаса в обществе Бетси окончательно его вымотали. Сил держать оборону больше не было. Утешало лишь то, что в данном случае его честность обернулась для Рене проигрышем. Эндрю, конечно, псих, но его раскусить легче, чем Рене с ее вежливой улыбкой. – Надеюсь, ты не много поставила. Кстати, как вы с Эндрю вообще уживаетесь? По идее, вам стоило бы ненавидеть друг друга. – Ты либо слишком хорошо думаешь обо мне, либо слишком плохо - об Эндрю, – сказала Рене, усаживаясь за руль. Нил занял пассажирское сиденье. Пристегнувшись, Рене повернула ключ зажигания. – Вера не всегда позволяет мне разделять его мнение, но мы с ним понимаем друг друга. За приветливостью Рене и ее крестиком на шее наверняка крылось что-то серьезное, раз уж Ваймак взял ее в свою команду отбросов. Но что именно? Нил перебирал самые разные варианты, от раздвоения личности до клинического безумия. Все его теории казались маловероятными, но хотя бы помогли скоротать обратную дорогу. Их возвращение на стадион ознаменовало перерыв на обед. Лисы перекусили прямо на трибунах, разделившись на группы. Подойдя к монстрам, Нил увидел занятную картину: его дочь играла в чей-то телефон, а Никки и Эндрю сидели по обе стороны от нее. Хэммик что-то объяснял ей, тыкая в гаджет. Миньярд же сидел с закрытыми глазами, но явно не спал. Увидев отца, Белла отдала телефон Никки и бросилась к Нилу, уткнувшись ему в ноги. Погладив ее по голове, Джостен присел перед ней на корточки. – Скучала? Кивнув, она обвила отца за шею и уткнулась носом в его плечо. Нил поднял ее и сам сел на трибуны. Открыв глаза, Миньярд взглянул на Джостенов с издёвкой. – Повеселился? – Ну а как еще, – саркастично ответил Нил. – Каждый день бы к ней ходил на приемы. Усмехнувшись, Миньярд снова закрыл глаза. Оставался почти час на отдых и переваривание пищи, а затем их ждала изматывающая двухчасовая кардиотренировка. Обычно они тренировались до самого ужина, но, поскольку завтра стартовал учебный год, Ваймак отпустил всех пораньше. Выйдя из душа последним, Нил обнаружил, что команда и его дочь собрались в комнате отдыха и ждут только его. Ваймак жестом пригласил его сесть. Нил занял свое обычное место рядом с Беллой. Он недоумевающе огляделся: остальных этот неожиданный сбор, казалось, нисколько не тревожил. Компанию Эндрю куда больше занимал сам Эндрю, который спал без задних ног, хотя всего пять минут назад был бодр. Всю неделю он сдвигал прием таблеток, приспосабливаясь к новому режиму, но организм еще не перестроился, и время от времени Эндрю просто вырубался. Ваймак мирился с этим как мог. – Слушайте сюда, засранцы, – Ваймак щелкнул пальцами, привлекая внимание команды. – С завтрашнего дня начинается учеба, а значит, меняется и время тренировок. По утрам в шесть часов встречаемся в зале; с пятнадцати ноль-ноль - на стадионе. Ваше расписание я видел, все успевают, поэтому опозданий не потерплю. Это ясно? – Да, тренер, – хором подтвердили Лисы. – В университете вы теперь не одни, – продолжал Ваймак, – все факультеты в сборе. Соответственно, придется уживаться с большим количеством народа. Штат полиции кампуса увеличен вдвое, но на нее особо не рассчитывайте. Не совершайте глупостей, будьте бдительны. Если кто-то пытается до вас доколебаться, зовите на помощь. Если начнут липнуть репортеры, отвечайте, что не имеете права давать комментарии до субботнего шоу Кэти. – Кэти? – переспросила Дэн. – Кэти Фердинанд. – Ваймак скользнул взглядом по недоуменному лицу Даниэль и раздраженно бросил Кевину: – Ты что, им не сказал? – Не было повода, – буркнул Кевин. – Вы про утреннее шоу с Кэти Фердинанд? – догадался Мэтт. – Именно, – кивнул Ваймак. – Пора, в конце концов, о себе напомнить. Плюс это часть соглашения с Чаком и комитетом. Кевин выбрал Кэти, потому что она согласилась подождать, пока мы отыграем первый матч. Так что в субботу утром дружно едем в Рэйли на эксклюзивное первое интервью. – Она, наверное, грохнулась в обморок от счастья, когда ты сказал «да», – глядя на Кевина, ухмыльнулся Мэтт. – Ты вообще когда в последний раз появлялся на публике? – Четвертого декабря, – угрюмо ответил Дэй. – Чего же вы раньше не сказали? – удивилась Дэн. – Я специально встану пораньше, чтобы посмотреть. – Лучше поезжай в студию вместе с нами, – предложил Ваймак, проигнорировав мрачный взгляд, посланный ему Кевином. – Кэти пригласила на передачу всю команду, обещала посадить нас в первый ряд. В любом случае, едем на автобусе, так что мест хватит. – Ты хотел, чтобы мы остались дома? – спросила Рене у Кевина. – Да без разницы, – пожал плечами тот. Ники с ухмылкой потянулся через спящего Эндрю к Кевину и похлопал его по плечу. – Просто он понимает, что перед камерой придется притворяться душкой, и не хочет, чтобы вы узнали, каким он может быть воспитанным. А представляете, что случится с фанатами, если они увидят настоящего Кевина Дэя? – Улыбаться-то не разучился? – усмехнулся Мэтт. Кевин хмуро зыркнул на него исподлобья, но Мэтт лишь расхохотался. – Пожалуй, на это стоит посмотреть. Лично я поеду. – Я возьму в дорогу пончиков, – пообещала Дэн. – Рене, Нил, вы как? – Спасибо, я пас, – отказался Нил. – Нет уж, тут решать мне, – отрезал Ваймак. – В пятницу утром комитет обнародует информацию о твоем переходе. Пока не уляжется шумиха, от меня ни на шаг. – Я сам могу о себе позаботиться, – упирался Нил. – Страшно за тебя горд. Теперь твое дело – играть, а заботиться о тебе будем мы с Эбби. Будь добр, разберись с приоритетами. – Ваймак немного помолчал, а потом удовлетворенно кивнул и посмотрел на команду. – Вопросы, предложения, просьбы? Нет? Отлично, тогда выметайтесь. Всем как следует выспаться! Кевин, разбуди этого ненормального, только осторожно, а то самому прилетит в бубен. Не хватало еще, чтобы ты заявился на первый урок с фингалом. – Я разбужу. – Состроив недовольную мину, Хэммик энергично встряхнул Эндрю за плечо. Эндрю, мирно проспавший все собрание, моментально вскочил на ноги. Он еще не проснулся, а его кулак уже влетел в грудь Ники с такой силой, что Нила при виде этого зрелища чуть самого не скрутило от боли. Хватая ртом воздух, Ники захрипел и привалился к подлокотнику дивана. Эндрю поерзал на подушке, открыл глаза и уставился на Ники. Нил не рассчитывал прочесть на лице Миньярда раскаяние, но и такого оторопелого удивления тоже не ожидал. – Ники, ты умираешь? – осторожно спросил Эндрю. – Я в порядке, – проскрежетал Хэммик. – Собрание окончено, идем, – сказал Кевин. Эндрю обвел взглядом помещение и товарищей по команде. – Я пропустил всю говорильню, – констатировал он. – Кевин потом тебе перескажет, – сухо отозвался Ваймак. – Валите, пока я не заставил вас пробежать еще с десяток кругов. Лисов как ветром сдуло.