Его сердце

Утро пришло серым и тяжелым, как и все утра в этом городе. Макс не спал. Он сидел на диване в своей квартире, смотрел в одну точку и не мог пошевелиться. Руки все еще дрожали, хотя прошло уже несколько часов. Он не помнил, как вернулся домой. Как вышел со склада. Как сел в машину. Просто оказался здесь, в этой комнате, с этим пустым взглядом и с этим звуком, который не выходил из головы. Звук падения. Глухой удар об асфальт. И тишина. В какой-то момент в дверь постучали. Макс не открыл. Потом зазвонил телефон. Митчелл. Макс сбросил. Потом пришло сообщение: «Макс, ты где? Мы нашли тело. Алекс Албон. Ты был там? Ты в порядке?» Макс не ответил. Через час Митчелл пришел сам. Дверь оказалась открыта. Зашел внутрь, увидел его сидящим на диване, и остановился. — Макс, — сказал он тихо. — Ты в порядке? Макс не ответил. — Мы нашли тело Алекса, — продолжил Митчелл. — И еще одно тело. Внизу, у склада. Расселл. Джордж Расселл. Он… он прыгнул? Макс медленно поднял голову и посмотрел на него. Глаза были красными, опухшими. — Да, — сказал он. Голос был хриплым, почти безжизненным. — Он прыгнул. Митчелл сел рядом. Молчал. — Он был убийцей, — сказал Макс. — Все это время. Все эти убийства. Он. Джордж. Митчелл не удивился. Он только кивнул, будто что-то понял. — Я так и думал, — сказал он. — Слишком часто он появлялся там, где не должен был быть. Макс закрыл глаза. Через час он поехал в квартиру Джорджа. Митчелл предложил поехать с ним, но Макс отказался. Он хотел быть один. Он хотел увидеть это место, где все началось, где все закончилось, где остался последний след человека, которого он любил. И ненавидел. И не мог забыть. Квартира Джорджа была открыта. Полиция уже побывала здесь, но ничего не тронула. Внутри было пусто. Тишина. И запах — тот самый запах, который Макс знал так хорошо. Запах Джорджа. Он прошел в гостиную и остановился. Рабочий стол Джорджа был завален бумагами. Они лежали везде — на столе, на полу, на стульях. Статьи. Черновики. Вырезки из газет. Фотографии. Все, что Джордж собирал годами. Все, что он использовал, чтобы создавать свои тексты. Чтобы создавать себя. Чтобы создавать их. Макс подошел к столу. На самом верху лежала стопка распечатанных статей. Те самые. Про Томпсона. Про Стролла. Про Леклера. Про Пиастри. Все, что Джордж писал за последние месяцы. И рядом — новый файл. Последний. Статья, которая должна была выйти сегодня утром. Макс взял его в руки. В статье Джордж писал о своем пути. О том, как он понял, что мир устроен несправедливо, и решил это исправить. О том, как он убивал тех, кто уходил от ответственности. О том, как он писал о них после смерти, показывая всем их истинное лицо. И о том, как он работал рядом с Максом. С лучшим полицейским, которого он знал. С человеком, который был для него всем. «Я знал, что рано или поздно это кончится, — писал Джордж в финале. — Я знал, что не смогу остановиться. И я знал, что Макс придет. Он всегда приходил, когда был нужен. Он был моим светом в этой темноте. И я хочу, чтобы он знал: я не жалею о том, что сделал. Я жалею только о том, что причинил ему боль. Прощай, Макс. Спасибо за то, что ты был рядом.» Макс смотрел на эту статью и не мог дышать. Джордж поставил ее на автоматическую публикацию. Он понял, что сейчас, в эту минуту, ее читают тысячи людей. Читают и понимают, что все это время они читали статьи убийцы. Он открыл ноутбук Джорджа. Зашел на страницу издания. Комментарии под статьей росли с каждой секундой. «Я не могу поверить, что читал его статьи. Я думал, это просто журналистика. А это был он. Убийца. Я в шоке.» «Я всегда знал, что с ним что-то не так. Слишком много он знал, слишком гладко писал. Будто сам там был. А он и был.» «Я разочарован. Я уважал его. Я цитировал его статьи. А он просто использовал нас всех, чтобы оправдать свои убийства. Это отвратительно.» «Он был хорошим журналистом. Плохим человеком. Но хорошим журналистом. Жаль, что все так закончилось.» Макс закрыл вкладку. Смотрел на стол, на бумаги, разбросанные по всей комнате. Подошел ближе, начал перебирать их. Статьи, заметки, выписки. Даты, имена, адреса, документы, которых не было в официальных сводках. Джордж знал все. Все это время он знал больше, чем полиция. Он был на шаг впереди. Всегда. На полу, под стопкой газет, лежала фотография. Старая, потертая. На ней было двое — Джордж и Алекс. Маленькие, смеющиеся. Алекс улыбался во весь рот, а Джордж, с его странной, немного неловкой улыбкой и щеками, сжатыми в уточку, смотрел в камеру. Настоящий. Живой. Макс поднял фотографию, посмотрел на нее. Провел пальцем по лицам. Потом положил на стол и вышел из квартиры. На улице было ясно. Солнце пробивалось сквозь облака, и все вокруг казалось светлее, чем должно быть. Слишком светло для такого дня. Макс вышел на тротуар, остановился, достал сигарету и закурил. Смотрел на ясное небо. На город, который продолжал жить своей жизнью, даже когда внутри Макса все рухнуло. Он выдохнул дым в прозрачный воздух и закрыл глаза. Думал о том, что все это время он был рядом с Джорджем. Что все это время он был частью его жизни. Что все это время он не знал, кого любил. И что теперь, когда он это понял, уже слишком поздно. Но он не плакал. Не мог. Он просто стоял и смотрел на облака, которые медленно плыли по небу, и чувствовал, как внутри, на месте той пустоты, что осталась от Джорджа, начинает что-то новое. Что-то, чему он еще не мог дать имя. Он стоял так долго, пока не докурил. Потом бросил окурок в урну, развернулся и пошел в сторону участка. Работа ждала. Жизнь продолжалась. Даже когда казалось, что она должна остановиться.