Чувство в груди

Первый классный суд завершён, все без исключения опустошенны, а вокруг царит траур. Как только Нагито мог так поступить? Он казался таким хорошим человеком, они с Хинатой расследовали дело вместе, а до убийства проводили много времени вместе. Сейчас ему было тяжело доверят настолько, что Сода подговорил Некомару просто заковать парня в том доме, где был убит Бьякуя по его вине. Мало кто оценил эту идею, но если быть честным, большинство из них бы сделали тоже самое, будь они только посмелее и менее осознанными. Хаджиме думал об этом и все никак не мог понять, был бы он в числе тех большинства? С одной стороны, Нагито и правда разочаровал и не хило напугал его и не только, а с другой, это как то очень не по человечески: избить его, связать и оставить больше чем на сутки одного в холодном доме на полу без еды и воды. Нагито явно представлял угрозу, но раз все итак в курсе этого, разве он мог что нибудь сделать? Ответ ни на что не был ясен, причём никому, но было прекрасно ясно: оставлять беднягу там на совсем нельзя. Мало ли это сочтут за убийство и всех казнят? Так было принято решение приносить Нагито еду и воду, пока его одноклассники не решат окончательно, что с ним делать. Кормить Нагито пришлось Махиру и та не хотя делала это, до одного момента. Хаджиме вышел из своего коттеджа и направился к столовой, где весь класс встречался по утрам, там его встретила Коидзуми с подносом еды для Нагито. Она спешно передала его Хинате и под предлогом важных дел, отправила его покормить Комаэду. Хаджиме не был готов к такой резкости, но в каком то плане он был даже не против. Ему явно хотелось поговорить с Нагито по многим причинам. Основная это непонимание его действий и мыслей, но помимо нее он просто хотел провести время с вроде бы другом, к которому он испытывал сочувствие и явное желание стать ближе. Нагито был невероятно странным человеком, во многих моментах неприятным, но помимо того он был жертвой обстоятельств, судя по всему обделённым вниманием, поддержкой и в принципе любым положительным контактом с обществом, и самоненавистником, конечно. Пропустить его колкости о том, какой он жалкий, никчёмный мусор и отброс, недостойный жить было невозможно. В общем он был явно тем человеком, которого хотелось утешить, обнять, просто пообщаться с ним. Подходя к зданию, погруженный в свои мысли Хината только заметил, что конкретно он несёт: стакан молока и кусок хлеба. Серьезно? Он не знал точно, сколько раз Нагито приносят еду в день, но точно не настолько часто, чтоб ему хватало такой порции. Так даже заключённых на пожизненном не кормят, камон. Его это удивило и даже как то задело, хотя количество еды, которую ест Нагито вообще никак не было связано с ним. Но ведь запасы еды пополняются каждый день и им всем за глаза ее хватает, не уж то одноклассники хотели ещё сильнее помучать итак очень настрадавшегося по его мнению парня? Но так как Хаджиме вообще не знал подробностей об этой ситуации, он решил не вмешиваться, пока не спросит самого Нагито, либо Махиру, может он просто напридумывал все это, будучи погруженным в жаления Комаэды. Он вообще не должен так много думать об этом. Каким бы добрым не показался Нагито в их первую встречу, он уже раскрыл настоящего себя и ему стоит смириться, что он навряд ли измениться в обратную сторону. Зайдя в темную комнату, с ним сразу поздоровался объект его размышлений. — Ох, Хината-кун, доброе утро! Или сколько уже времени? — Парень был прикован цепями к полу, он лежал все это время в одной позе? Какого хрена он тогда был таким спокойным?! Он так быстро смирился со своим положением или это не первый подобный раз в его жизни? — Я думал, что ты больше всех разочаровался во мне и не захочешь видеть больше никогда.. Ах! Тебя наверное заставили, да? Прости, я совсем не подумал об этом.. В любом случае, я рад, что ты пришел, мне было бы стыдно просить девушку покормить меня. — Нагито явно был доволен его приходом не только по этому, но возможно он просто стеснялся или не позволял себе думать, а тем более говорить о чем то больше. — Меня не заставляли! Я сам согласился прийти. — Это было правдой лишь на половину. Махиру без предупреждения сунула ему поднос и убежала, но он также не был против зайти к Нагито и не отказался от этого. Хината точно был убежден, рассказав он правду и подорвал бы самооценку парня ещё сильнее, хотя ниже уже некуда. Хината присел рядом на корточки и поставил поднос на пол. По ногам дул ветер и по коже шли мурашки, хоть снаружи было тепло и местами даже жарко, здесь был будто другой климат. — Я развяжу тебя. — Постой! Разве можно? Не хочу, чтоб тебя отчитали потом из за меня. — Даже если и отчитают, то явно не из за тебя, я же сам решил тебя развязать, ты не причём. — Хаджиме грустно улыбнулся. Все таки Комаэда был настолько отстранённым, что даже милым. Почему же его так обделяли вниманием раньше? Навряд ли он вел речи о надежде и пытался кого то убить, чтоб стать ступенькой в повседневной жизни. Если так подумать он и на лицо симпатичный... Хаджиме развязал узлы на его руках и Нагито наконец мог ими пошевелить. — Ты правда не менял позу все это время? — На это и был расчёт, я думаю, иначе бессмысленно пытаться помучать меня. — Нагито хихикнул, он будто правда привык к такому отношению.. — На самом деле, я правда удивлен, что ты согласился прийти. Ты ведь Абсолютный, ты можешь заняться чем то более полезным, чем времяпрепровождение со мной, любое занятие было бы как минимум лучше, чем это. — Тебе не стоит говорить так, к тому же я не помню своего таланта, вдруг он самое ужасное, что только может быть или его вообще нет.. — Любой талант прекрасен, он дарит людям надежду и я не могу приравнивать себя к Абсолютным. Я как и мой талант - мусор! Прости, Хината-кун, но тебе тоже не стоит считать меня чем то большим. — Слушай, Комаэда, я очень переживал за тебя, пока ты был здесь и.. — Хаджиме посмотрел на лицо Комаэды. Каким бы миленьким он не был, сейчас он выглядел крайне бледным и усталым. Оно и понятно, он навряд ли спал полноценную ночь в этот период, да и ел он мягко говоря мало, а если считать и его первый день здесь, так он не ел вообще. Хината положил руку на его щеку. Тот заметно вздрогнул и посмотрел на него. Его явно смутило это и даже напугало. — Хината-кун.. — Да ты горячий! — Я-я.. У тебя странные вкусы, но, эм.. — Нет, я не об этом! У тебя температура! — Хаджиме приложил вторую ладонь к его лбу. По ощущениям температура правда была и не такая уж и маленькая. Нагито выглядел порозовевшим сейчас, его смутило больше прикосновение и беспокойство о нем, чем то, о чем он изначально подумал. — Хината-кун, твои руки.. — Ой, извини!! — Хаджиме отдернул руки он лица Абсолютного Везунчика. Он был готов к тому, что Нагито не привык к прикосновениям, но совсем не подумал, что он могут быть просто неприятны ему. Тем более к лицу. — Давай я развяжу тебе ноги, поищем Цумики и отведем тебя назад в коттедж. — У-угу..

***

В коттедже Нагито чувствовал себя куда лучше, чем на полу в том доме, но его пока не отпускала та ситуация. Он был смущён и в недоумении. Не каждый день за него так переживал кто то Абсолютный! Да и любой другой человек тоже не стал бы о нем так заботиться. Везунчик чувствовал себя на удивление хорошо, лёгкая эйфория расползалась в груди от любой мысли о том моменте, ему бы очень хотелось, чтоб что нибудь такое повторилось, но он не смел и думать отнимать время у Хинаты. До того момента, все Абсолютные были для него равной надеждой, он восхищался ими в независимости от их талантов, характеров, внешности и не выделял себе любимчиков. Нагито в принципе не задумывался о том, с кем ему приятнее находится, кто нравится ему как человек, а не объект для восхищения. Сегодня в новинку для него было всё. — Комаэда, можно войти? — Хаджиме постучал в дверь от чего Нагито вздрогнул. Ещё одно потрясение для него сегодня - объект его размышлений, тот, кто вывел его из колеи и поселился в его голове, не оставляя теплых ощущений и восторга снова решил увидеться? Везунчик ещё не отошёл от предыдущего акта заботы, а он хочет продолжить с ним общение? Он очень надеялся, что не ошибся с доводами, что он правда не вызывает отвращения. — Да! Конечно, Хината-кун.. — Комаэда открыл дверь и сразу же отвёл взгляд. Улыбка сама лезла на лицо и щеки краснели. — Цумики сказала ничего серьезного. Отлежишься дома и выпьешь жаропонижающие. — Цумики-сан такая добрая. Согласилась помочь мне даже после того, что я сделал.. Впрочем как и ты, Хината-кун, мне правда.. Очень приятно это. — Не так уж это и удивительно, Комаэда, меня больше удивило, как с тобой обошлись. Я понимаю их опасения, но честно говоря, ты не кажешься мне кем то опасным и с тобой точно не стоило так поступать. — Хината грустно улыбнулся, Нагито видел эту улыбку только один раз до этого, но она уже невероятно полюбилась ему. Хаджиме такой милый... — Кстати, как ты себя чувствуешь? Голова не болит? — Нет, все в порядке! Вам правдо не стоит так волноваться. — Я не только поэтому так волнуюсь. Ты мало ешь и в последнее время почти не спал. И мне показалось, что тебе заметно обделили.. ну, вниманием?.. Ты слишком принижаешь себя и я.. — Хаджиме замялся, он чего то разошелся и совсем не подумал, что несёт. Но раз уж начал, то позориться до конца. — В общем, я переживаю за тебя, Комаэда, мы можем поговорить, если хочешь или я просто останусь с тобой... — Он покраснел, а что уж говорить о Нагито - тот вообще стоял в ступоре. Что за хуйня сейчас происходит!? Почему он так заботиться?? Как его только можно не любить... — Да! Я т-только за! Если ты не против остаться со мной.. — Ещё пару секунд они оба просто стояли и только потом Хината зашёл в коттедж вместе с Нагито. Они сели на кровать. Нагито мялся, но хотель что то сказать. Хаджиме сидел рядом, как и обещал. — Хината-кун, я.. Я очень странно себя чувствую.. Это так тяжело описать... — Хаджиме вдруг забыл всевозможные слова поддержки, он взял его за руку, будто пытался сказать, что он слушает, но скоро опомнился, Нагито же вроде не нравятся прикосновения, да? — Ох, прости!! Уже второй раз.. — Он замахал руками. — Н-нет, можешь.. Продолжить.. — Несколько секунд они молчали в недоумении, а потом Хината обнял его, положил вторую руку на голову. Нагито опешил и попытался сориентироваться. Он обнял его в ответ и положил голову на плечо. Чувство эйфории заполнило грудь. Это до ужаса приятно, так хорошо... — Мне наверное очень нравятся прикосновения, Хината-кун. — Он совсем не понимал, что вызвало у него такие бурные эмоции. Прикосновения, забота, а может это просто бы он? — Я рад, если могу помочь тебе таким образом. — Хаджиме улыбнулся, ему действительно очень нравится видеть и слышать Нагито счастливым. Милым он все таки был, так краснел и улыбался.. Было приятно даже просто смотреть на его выражение лица. — Да, спасибо... И я кажется люблю тебя.