Арка Шестая. Путь Титана. Глава 21. Огонь х Хаос. Часть Третья

Огонь х Хаос

Часть Третья

Ярость Титана

      Разлом Измерений содрогнулся от первого столкновения. Локи, осознав, что в открытом бою его кости превратятся в труху от одного касания Шина, вскинул руки, сплетая пальцы в сложнейшую печать. — ХАОС АСГАРДА: ПРИЗРАЧНЫЕ ОКОВЫ! — взревел бог лжи.       Из пустоты материализовались тысячи чёрных, поглощающих свет цепей. Они двигались подобно живым змеям, пытаясь захлестнуть конечности Шина и сковать его движения. Каждое звено этих цепей несло в себе проклятие замедления и разрушения воли. — Ты слишком медленный для этого места, Локи! — голос Шина прозвучал как удар колокола.       Я активировал Ядро Прометея на полную мощность. Мой доспех вспыхнул ослепительно-белым пламенем, которое начало буквально выжигать окружающую пустоту. Цепи Локи, едва коснувшись этого жара, с шипением испарялись, не успевая даже натянуться.       Пока враг был ошеломлён Я рванул вперёд, используя реактивную тягу костюма, подпитанный титанической маны. Скорость была на грани фола — мои чувства едва успевали фиксировать изменения в пространстве, но мой новый бьякуган, Бьякуган Провидения вел меня сквозь магические ловушки, считывая возможные вероятностные совпадение меня с препятствиями, словно по навигатору. — БУМ! БУМ! БУМ!       Серия моих ударов пришлась в защитный барьер Локи. Каждый удар усиленный «Усилением», заставлял бога лжи отлетать на сотни метров назад, хаотично кувыркаясь в вакууме.       Локи, тяжело дыша и вытирая свою кровь с подбородка, оскалился. Его светящиеся глазницы бешено вращались, анализируя мои показатели. Он наконец осознал это... физически ему не победить это «солнечное» чудовище. Его магия пасовала перед моей «массой», а его хитрость разбивалась об мой напор. — Ты... ты просто грубая сила, Дракон! — прошипел он, и в его глазах вспыхнул зловещий, фиолетовый огонёк. — Но любое пламя начинается с искры. И мне нужно всячески потушить твою искру! — Партнёр, будь начеку! — пробасил Драйг. — Он меняет тактику. Он понял, что броню Титана ему не пробить, и теперь нацелился на то, что внутри неё!       Локи медленно развел руки в стороны, и пространство между нами начало вибрировать, превращаясь в гигантское, искаженное зеркало.       Секунду спустя эта зеркальная аномалия разразилась сокрушительным шквалом стихийной магии исходящих от множества рунных печатей. Локи атаковал со всем своим божественным высокомерием, стремясь стереть меня в порошок. Но колоссальная, непробиваемая мощь Титана-Дракона встретила этот выпад абсолютной, непоколебимой стеной. Раздался оглушительный грохот, и иллюзорный мир Локи разлетелся на тысячи осколков, обращая его же собственную силу против него самого.       Локи, тяжело дыша, отлетел назад. Его божественные одежды были опалены, а изо всяких ран и порезов начало ещё больше сочится крови. — Глупый Дракон... — прошипел он, и его глаза вспыхнули ядовитым фиолетовым пламенем. — Ты думаешь, твоя броня защитит то, что тебе дорого? Пока ты здесь играешь в героя, в Асгарде пируют мои дети!       Он резко развел руки, и пустота Разлома вокруг Шина начала искажаться, превращаясь в гигантские, сочащиеся тьмой зеркала вещания. — СМОТРИ, ДРАКОН! СМОТРИ НА СВОЙ ПРОВАЛ! — взревел Локи.       Шин моментально взглянул в одно из зеркал, и его сердце пропустило удар. Бьякуган не мог разобрать иллюзия это или действительность, транслируя показанные образы прямо в мозг Шину.       Камеру Асгарда затопил первобытный ужас. Шин, будто присутствуя, застыл в тот момент, когда Хати с омерзительным хрустом вырвал руку Медузы из плечевого сустава, бросив оторванную конечность дергаться на залитых кровью каменных плитах. Сколль в это время уже выломал Мидзукумэ её золотые хвосты, вывалянные в собственной крови и внутренностях, безвольно волочились по полу. А прямо за этим... перед Шином задыхалась Эйр. Её пальцы ещё светились магией жизни, но зубы чудовища уже перемалывали её шейные позвонки, превращая истошный крик о помощи в захлебывающийся предсмертный клокот. — Нет... — крикнул Шин, и его Ядро Титана на мгновение дрогнуло, выбрасывая нестабильные сполохи пламени. — Да-а-а! — Локи торжествовал, видя, как Шин захлебывается в собственном отчаянии. — Твои женщины испускают дух, а ты заперт здесь со мной! Ты — не спаситель, и не титан. Ты просто неудачник, который не успел!       Образы в зеркалах стали ещё более детальными: звук ломающихся костей, предсмертные хрипы, запах крови Медузы... Локи бил в самое больное, надеясь, что Шин выжжет сам себя изнутри от горя, превратившись в неуправляемую сверхновую. — Партнёр, НЕ СЛУШАЙ ЕГО! — взревел Драйг, пытаясь перекрыть шум иллюзий. — Это обман! Твоё Ниншу... почувствуй его! Они живы!       Но Шин уже не слышал дракона, из-за нахождения в другом измерении, Ниншу ощущало связей с ними. Тишина Разлома наполнилась тихим, пугающим рычанием, исходящим от самого Шина. Его кожа начала темнеть, а из пор доспеха повалил густой чёрно-красный дым, смешанный с золотыми искрами.

***

      Воздух вокруг Доспеха парнёра перестал вибрировать — он начал распадаться. Зеркала Локи, показывавшие гибель моих близких, пошли трещинами, не выдерживая того давления, что начало исходить из центра моей души. — Локи... если ты меня слышишь, начинай молиться уже сейчас! — сообщил ему Драйг и его голос вместе с Шином превратился в многослойный рык, от которого само пространство Разлома стонало в агонии. — Так как ты совершил очень большую ошибку! — УСИЛЕНИЕ! УСИЛЕНИЕ! УСИЛЕНИЕ! УСИЛЕНИЕ!       Счётчик усиления перестал щёлкать — он превратился в сплошной, непрерывный рёв. Из стыков доспеха, словно из открытых ран, вырвались мириады зеленых огоньков. Это были души прошлых пользователей Усиливающего Механизма. Они не просто светились, но они всхлипывали, рыдали и стенали, наполняя вакуум звуками вечного страдания и жажды мести. — Я ПРОБУДИЛСЯ! — издал голос сам доспех, и его пластины начали деформироваться, увеличиваясь в размерах, превращаясь в живую плоть и металл колоссального Дракона. — Началось... Похоже, началось... — голоса прошлых носителей синхронно зазвучали в моём сознании, вытесняя моё «Я», заполняя пустоту своей вековой яростью.

«Я — Небесный Дракон, который попрал Превосходство Бога!»

— мои губы двигались сами собой, чеканя слова древнего проклятия.

«Так было всегда! Верно, так было всегда!»

— вторил хор призраков.

«Я смеялся над неизвестностью и беспокоился о мечтах!»

      Локи, застывший в ужасе, пятился назад, видя, как передо мной разверзается бездна. Его магия Хаоса просто испарялась, не в силах коснуться этого безумия.

«Чего желает Мир? Что он отвергает?»

«Я должен стать Красным Драконом Превосходства!»

      Золотое пламя Прометея смешалось с багровой аурой Драйга, создавая невообразимый, кроваво-солнечный ореол вокруг моей новой формы.

«Вечную Силу! Вечную Любовь!»

«Какой бы путь ты ни избрал — всё ведет к разрушению!»

«Я отправлю тебя в БАГРОВОЕ ЧИСТИЛИЩЕ!»

— ДЖАГГЕРНАУТ ДРАЙВ!!! — последним, срывающимся на крик голосом Драйга отозвалась бездна.       Огромное существо, рождённое из стали и титанического жара, расправило крылья, закрывая собой всё пространство Разлома. Бьякуган Шина погас, сменившись бездонными колодцами яростного огня. Перед Локи больше не было жертвы. Перед ним была Погибель. — Р-Р-Р-А-А-А-Х!!!       Пространство за спиной колоссального Дракона смялось, как сухая бумага. Джаггернаут рванул вперёд, преодолевая дистанцию мгновенно. Локи даже не успел вскрикнуть, когда когтистые лапы, пропитанные жаром Прометея, сомкнулись на его бедрах. Одним рывком чудовище вырвало нижнюю половину тела бога, лишая Трикстера опоры и половины его божественной маны. — Ах ты ж мразь! Да как ты посмел поднять руку на бога?! — в агонии заревел Локи, захлебываясь золотой кровью. — Не смей меня недооценивать!       Он вскинул обрубки рук, пытаясь сплести последнее, самоубийственное заклинание Хаоса, но Шин больше не дал ему шансов. — ВСПЫШКА! ОКАМЕНЕНИЕ! — прогрохотал голос из недр доспеха.       Ядро Титана в груди Джаггернаута полыхнуло нестерпимым белым светом. Ослепленный Локи закричал, а в следующую секунду сила, некогда поглощенная у Медузы, прошило его плоть. Ткани бога на глазах начали превращаться в безжизненный, серый гранит. Руки Локи застыли в воздухе каменными изваяниями, рассыпаясь под собственной тяжестью.       В центральной части брони с гулким лязгом разошлись пластины, обнажая пульсирующее Ядро Прометея. Оно начало всасывать в себя окружающую тьму Разлома, концентрируя энергию для финального аккорда. — УСИЛЕНИЕ! УСИЛЕНИЕ! УСИЛЕНИЕ! УСИЛЕНИЕ!       Счетчик усиления достиг своего апогея, и воздух вокруг Шина начал плавиться, превращаясь в жидкий огонь. — ПОГЛОЩЕНИЕ ТИТАНА! — взревел Драйг, сливаясь с голосом Шина.       Из груди Джаггернаута вырвалась колоссальная гравитационная воронка. Она исказила саму структуру Разлома, превращая вакуум в гигантскую всасывающую спиральную структуру колоссальной мощи. Локи, лишенный ног и рук, превращенный в обрубок камня и мяса, был абсолютно беспомощен. Его затягивало в воронку, как щепку в жернова. — ХР-Р-Р-УМ-М-М!       С глухим звуком схлопывающегося пространства последняя искра сущности Локи исчезла в недрах Шина. Абсолютная и полная Абсорбция. В ту же секунду гигантское тело Джаггернаута замерло. Яростное пламя угасло, сменяясь ровным багровым свечением, а тяжёлое дыхание зверя начало замедляться, пока в Разломе не воцарилась гробовая тишина.

*********

      Пока в реальности Разлома бушевало багровое пламя, в Чертогах Разума воцарилась противоестественная тишина. Здесь не было криков мёртвых душ, не было рева Драйга — только бесконечное белое пространство и Шин, стоящий перед каскадами данных своей собственной сути. — Что?.. Где это Я? Ах да, точно... — Шин коснулся своего лица, чувствуя, как реальность здесь дрожит, словно плохо настроенный голографический экран.       Он поднял взгляд. Перед ним, словно в замедленной съемке, разворачивалась чудовищная метаморфоза: его доспех в реальности раздувался, превращаясь в костлявого, яростного Дракона, жаждущего лишь разрушения. — Нехорошо... ой, как нехорошо, — произнёс Архитектор, и в его голосе не было страха, только сухой аналитический интерес. — Этот режим сейчас выкачает из меня всю жизнь до последней капли. Сосуд не выдержит... если только не сменить топливо.       Шин взмахнул рукой, и перед ним возникли две сферы: пульсирующее белым золотом Ядро Прометея и хаотично-багровое Пламя Джаггернаута пожирающее тело Шина. — Перенаправить, срочно, энергию из источника Титана в потребление Драйва, — его пальцы заплясали в воздухе, переписывая магические контуры. — Вместо разрушительного залпа наружу... будет ПОГЛОЩЕНИЕ внутрь. Ведь это моё тело. И это моя способность.       Пространство Чертогов Разума начал мерцать фиолетовыми искрами — Хаос Локи уже начал просачиваться в систему, становясь идеальным изолятором для этой безумной реакции. Шин на мгновение замер, глядя на тени прошлых пользователей, которые маячили на границе его сознания, словно помехи на старой пленке. — Как выберусь отсюда... — Шин прищурился, и в его взгляде промелькнула опасная, почти титаническая решимость. — Обязательно поговорю с вами, «старейшины». Пора навести порядок в этом общежитии.       Он закрыл глаза, позволяя новому, гибридному коду встроиться в его нервную систему. В ту же секунду Чертоги схлопнулись, возвращая его в эпицентр битвы которая уже заканчивалась — уже не как жертву проклятия, а как его Повелителя.

*********

      В паре километров от эпицентра агонии Локи, среди парящих обломков реальности, замерла серебристая фигура. Вали Люцифер, облаченный в свой доспех Божественного Разделения, неподвижно висел в вакууме. Его дракон-партнёр Альбион внутри вибрировал от нестерпимого резонанса — они прибыли сюда, ведомые инстинктом, чтобы запечатлеть падение своего извечного врага. — Он должен был сгореть, Вали... — прошептал Альбион в сознании беловолосого демона-дракона. — Никто не выживает после такого всплеска ярости. Джаггернаут должен был пожрать его душу.       Но Вали видел иное. Он видел, как колоссальная туша Дракона-Титана начала медленно сжиматься, сбрасывая с себя багровое марево безумия. Вены Нового Титана, налитые фиолетовым светом Хаоса, пульсировали ритмично, подчиняясь воле Архитектора. Шин не просто выжил, он также приручил эту силу, переписав проклятие на благословение. — Что ж... должен признать, ты воистину достойный соперник, Шин! — негромко произнёс Вали, и в его голосе смешались разочарование хищника и азарт истинного воина.       Он поднял руку в сторону своего противника, формируя небольшую магическую печать, в которую вложил звук своего голоса. Щелчок пальцев — и светящаяся метка стрелой полетела сквозь пустоту Разлома прямо к затихающему Джаггернауту. Вали развернулся, используя крылья. Его время ещё не пришло.       Тем временем в центре Разлома Шин сделал первый осознанный вдох. В его голове больше не кричали души прошлых владельцев — их вопли заглушила холодная, расчётливая тьма Локи, которую он только что поглотил и ассимилировал в систему. — Я... я — Шин, — прошептал он, и его глаза, теперь имевшие тройной отблеск (золото Титана, багрянец Дракона и ультрафиолет Хаоса), сфокусировались. — Я — Архитектор этого мира. И меня ждут дома.       Печать Вали коснулась его плеча, и голос соперника эхом отозвался в шлеме. Шин лишь коротко ухмыльнулся, принимая вызов. — РАЗРУШИТЕЛЬ ИЗМЕРЕНИЙ!       Используя новообретенную способность Локи искажать пространство, Шин просто разорвал ткань Разлома руками. Перед ним открылся вид на тюремную камеру Асгарда.       Через мгновение он буквально ввалился в помещение, тяжело дыша. Доспех рассыпался искрами, обнажая его тело, покрытое странными татуировками, пульсирующими фиолетовым светом. Он поднял взгляд на ошеломленных девушек, которые только, что добили последних волков. — Я же говорил... — Шин оперся о стену, вытирая кровь с губ. — Что вернусь.