Вернутся к фанфику
Часть 2
22 февраля 2026, 10:59Компиляция чувств
Джон Харрис ненавидел школу. Не конкретно эту, он ненавидел их все. Одинаковые коридоры, одинаковые лица, одинаковые учителя, которые читали одинаковые лекции с одинаково скучающим видом. Единственное, что здесь менялось, это названия предметов и цвет стен. Отец сказал: «Еще одна попытка, Джон. Еще одна школа. Если опять вылетишь, даже не знаю, что с тобой делать». Джону было плевать, что с ним делать. Он знал, что справится сам. Всегда справлялся. Первая неделя в новой школе была тоскливой до зубного скрежета. Он сидел на задней парте, забивал наушники музыкой погромче и наблюдал. Люди — забавные существа. Они думают, что их не видно, если они молчат. Но Джон видел всё. Учитель физики чесал яйца, когда думал, что никто не смотрит. Две девчонки с первой парты передавали записки, в которых обсуждали, кто с кем переспал на выходных. Англичанка красила губы помадой такого отвратительного розового цвета, что хотелось выжечь себе глаза. Скука. А потом появился он. Новый учитель информатики. Дилан Блэкмор. Джон заметил его в первый же день. Молодой, неуверенный, в дурацких очках, которые поправлял каждые пять минут. Вошел в класс, положил на стол старенький ноутбук, обклеенный выцветшими стикерами, и сказал: «Надеюсь, мы сработаемся». Голос дрогнул на последнем слове. И Джон почувствовал что-то странное. Не просто интерес. Что-то более острое. Джон улыбнулся про себя. Интересно. Первые две недели он просто наблюдал. Дилан Блэкмор приходил в школу за полчаса до уроков, Джон заметил это, когда сам приперся пораньше, чтобы доделать домашку по алгебре. Дилан пил чай из термоса на первой перемене, черный, без сахара, Джон специально прошел мимо учительской и заглянул через стекло. Он смотрел, как губы Дилана касаются края кружки, как он запрокидывает голову, делая глоток. И чувствовал, как внутри что-то сжимается. Дилан поправлял очки, когда объяснял новую тему, и злился, когда его игнорировали, это было видно по тому, как он сжимал зубы. Джон проверял его. На уроке он садился за заднюю парту и просто смотрел. Не отрываясь. В упор. Дилан нервничал, это было видно по тому, как дергалась его рука, тянущаяся к очкам. Джон ловил себя на том, что ему нравится эта власть. Нравится, что Дилан реагирует. Нравится, что он не может оставаться равнодушным. Реакция была идеальной. Когда Джон вызвался к доске и написал сортировку быстрее, чем Дилан успел открыть рот, учитель покраснел. Ну, почти. Во всяком случае, его уши стали заметно теплее оттенка. А когда Джон прошептал ему на ухо: «Выглядите так, будто остановились в развитии», Дилан замер на целых три секунды. Три секунды полного ступора. Джон проходил мимо и специально задел его руку своей. Просто чтобы почувствовать. Дилан дернулся, как от удара током. Джон улыбнулся про себя. Он запомнил это чувство. Приятное. Щекочущее где-то в груди. Идея с ботом пришла в голову случайно. Джон сидел ночью за компом, писал лабораторную работу по информатике (задание было дурацким, «калькулятор площади круга», серьезно, для кого они это делают?), и вдруг подумал: А что, если добавить туда кое-что еще? Что, если Дилан увидит? Что, если поймет? Что, если начнет эту игру? Он усмехнулся и открыл новый файл. Первый слой был простым — обычная программа, которая считает площадь. Идеально, чисто, без ошибок. Любой учитель поставит пятерку и закроет файл. Второй слой — комментарии. Джон специально назвал переменные dilan, black_more, look_at_me. Это было достаточно заметно, чтобы привлечь внимание, но достаточно безобидно, чтобы можно было отмазаться: «Просто имена, мистер Блэкмор, что вас смущает?» Третий слой — тот самый комментарий. «# ты ведь смотришь, да?» Джон печатал это и чувствовал, как сердце бьется быстрее. Потому что это было правдой. Он хотел, чтобы Дилан смотрел. Чтобы Дилан думал о нем. Он представил лицо Дилана, когда тот это увидит. Это возмущение на его лице. Он засмеялся вслух. Но настоящая «магия» началась, когда он решил написать бота. Четвертый слой. Джон потратил на него две ночи. Сначала просто набросал структуру: анализатор ключевых слов, тайминги задержки, ветки диалога. Потом начал придумывать, что именно будет говорить бот. Он хотел, чтобы Дилан занервничал. «Я наблюдаю за тобой уже две недели». Это было правдой. И это должно было прозвучать жутко. «Ты приходишь в школу за полчаса до уроков. Ты пьешь черный чай без сахара. Ты поправляешь очки, когда нервничаешь». Джон печатал и улыбался. Он представлял, как Дилан читает это, как его пальцы дрожат над клавиатурой, как он оглядывается на дверь, проверяя, заперта ли она. «Не бойся. Я не псих». Пауза. «Просто... мне скучно». Это было честно. Самый честный момент во всем коде. «И ты мне нравишься», — дописал Джон шепотом в пустоту, но в код это не внес. Пока не внес.***
Пятница, тот самый разговор после урока. Джон знал, что Дилан вызовет его. Знал, что учитель не сможет промолчать. Слишком любопытный, слишком впечатлительный. Он стоял у стола, смотрел в эти глаза за дурацкими очками и наслаждался. — Я про комментарий, — сказал Дилан, тыкая пальцем в экран. Джон смотрел на его палец. На то, как ноготь блестит в свете монитора. Как рука чуть дрожит. Ему захотелось прикоснуться к этой руке. Он сжал кулаки. Джон моргнул. Самые невинные глаза, которые он только мог изобразить. — Какой комментарий? Дилан ткнул сильнее. — Вот этот. Джон склонил голову, делая вид, что только сейчас заметил. — А, этот. Мистер Блэкмор, это же элементарно. Я написал программу, которая запрашивает радиус. Переменная black_more получает значение. Переменная look_at_me хранит результат. А комментарий... — он пожал плечами, — комментарий просто комментирует процесс. «Ты ведь смотришь, да?» — ну, потому что вы смотрите на код. Проверяете. Логично же. Он видел, как дернулся кадык Дилана, когда тот сглотнул. Ему безумно захотелось прикоснуться к этому месту губами. Дилан моргал. Внутри учителя боролось желание поверить и понимание, что это полная херня. — Ты издеваешься? — вырвалось у Дилана. Джон моргнул снова. — О чем вы? Внутри все пело. Дилан смотрел на него, и Джон видел: учитель проиграл. Он не знает, как на это реагировать. Он не может доказать, что это не совпадение. Он просто стоит и злится, а злость делает его таким... живым. — Свободен, — бросил Дилан. Джон кивнул и пошел к двери. У самого порога он остановился. Финальный аккорд. — Мистер Блэкмор? — Что? — А вы часто проверяете работы ночью? Дилан замер. Джон смотрел, как расширяются его зрачки. Как губы приоткрываются. Ему показалось, или Дилан действительно сделал шаг вперед? Джон улыбнулся быстро, едва заметно, и вышел. В коридоре он прислонился к стене и закрыл глаза. Сердце колотилось. «Что ты со мной делаешь», — прошептал он.***
В субботу утром он отправил вторую лабораторную. Джон сидел на кухне, пил кофе и смотрел на экран ноутбука. Он настроил программу так, чтобы она отправляла ему уведомление, когда файл открывают. В 9:47 уведомление пришло. Файл lab2_harris.py открыт пользователем: dilan.blackmore@schoolmail.local Джон откинулся на спинку стула и улыбнулся. — Попался, — прошептал он. Дальше было лучше. Он настроил программу так, чтобы она не только отправляла уведомление об открытии, но и передавала данные о том, что именно делает Дилан. В 9:52 — запуск основного режима. Дилан играл в «Угадай число». Джон представил, как учитель сидит перед экраном, вводит числа, хмурится. Он представил его пальцы на клавиатуре. Представил, как эти пальцы касаются клавиш, на которых только что печатал он сам. От этой мысли внутри разлилось тепло. В 9:58 — завершение игры. Дилан угадал число. В 9:59 — нажатие Ctrl+Shift+S. Джон засмеялся вслух. — Знал. Знал, что ты нажмешь. Он открыл окно удаленного доступа к логам программы и начал смотреть, как разворачивается диалог. Дилан печатал: ``` Кто ты такой? ``` Бот отвечал по заготовленному сценарию. Джон специально настроил тайминги так, чтобы создать иллюзию живого разговора. ``` Каких вопросов? ``` Бот выдал вопрос про учительство. Джон замер, когда увидел ответ Дилана: ``` Не знаю. Просто... захотел. ``` Он смотрел на эти слова и чувствовал что-то странное. Дилан не соврал. Он реально не знал. Или не хотел признаваться. Или боялся признаться в чем-то еще. Интересно. Дальше Дилан спросил: ``` Откуда тебе знать? ``` Джон задумался на секунду, а потом быстро дописал в боте новую ветку прямо на лету, через удаленный доступ. Рискованно, но Дилан не заметит. Ответ ушел:```
Потому что я запрограммирован
понимать, когда люди врут.
Шучу.
Или нет?
```
Джон усмехнулся. Ему нравилось это — дергать за ниточки, смотреть, как дергается марионетка. Но когда Дилан не ответил, Джон почувствовал укол разочарования. Ему хотелось еще. Хотелось, чтобы Дилан остался. Хотелось говорить с ним. Дилан ничего не ответил. Просто закрыл программу. Джон смотрел на экран, где высветилось: Соединение разорвано пользователем. — Сбежал, — сказал он вслух, — Ну ничего. Ты вернешься. Он провел пальцами по экрану, где только что был Дилан. «Я тебя не отпущу».***
В понедельник он специально вел себя максимально безразлично. Не смотрел на Дилана. Не реагировал. Просто сидел и писал что-то в тетради. Но краем глаза следил. Видел, как Дилан смотрит на него. Как его рука тянется к очкам. Как он кусает губы, когда объясняет тему. Джон чувствовал этот взгляд кожей и улыбался про себя. К концу урока Дилан не выдержал — вызвал его. Когда пальцы Дилана сомкнулись на его локте, Джон чуть не задохнулся. Тепло. Сильное. Настоящее. Он смотрел на эту руку и думал: «Не отпускай». Дилан не отпускал. Секунду. Две. — Задержись. Класс ушел. Джон стоял, прислонившись к косяку, и чувствовал, как горит место, которого касался Дилан. — Я нажал Ctrl+Shift+S, — сказал Дилан. Джон моргнул, позволяя улыбке появиться. — И? — И я хочу спросить: как долго ты это писал? — Пару ночей. Там несложно, если подумать. Он говорил спокойно, но внутри ликовал. Дилан действительно думал об этом. Действительно переживал. Действительно не мог забыть. — Зачем? — спросил Дилан. Джон посмотрел на него. На этого молодого учителя с его дурацкими очками, с его неуверенностью, с его попытками быть строгим. — А вы не догадались? Дилан молчал. — Вы единственный, кому это вообще могло быть интересно, — сказал Джон. И это тоже было честно, — Вы сказали, что не знаете, почему стали учителем. Это было честно. Он шагнул ближе. Между ними остался метр. Полметра. Джон чувствовал запах чая и еще чего-то, чистого, мужского, родного. — Запустите программу еще раз. Сегодня ночью. Я обновил код. — Зачем? Джон улыбнулся и пошел к двери. — Потому что мне правда интересно, кто вы такой. В дверях он оглянулся. Дилан стоял, поднеся руку к лицу, и смотрел на свои пальцы. На те, что только что касались Джона. Джон улыбнулся и вышел. Ночью он сидел перед компом и ждал. Уведомление пришло в 2:14. Файл lab2_harris.py открыт пользователем: dilan.blackmore@schoolmail.local Джон улыбнулся. — Я знал. Он открыл окно логов и начал смотреть. Дилан прошел игру. Нажал Ctrl+Shift+S. Бот поприветствовал его. А потом началось самое интересное. Дилан печатал медленно, с паузами. Видимо, думал над каждым словом. ``` Почему ты это делаешь? ``` Бот ответил по заготовленной ветке:```
Потому что могу.
```
``` Это не ответ. ``````
А какой ответ ты хочешь услышать?
Что ты мне интересен?
Что я никогда не встречал никого, кто смотрел бы на код так, как ты?
Что мне плевать на школу, на оценки, на всех этих людей, а ты единственный, с кем хочется говорить?
```
Джон печатал эти строки в боте еще в воскресенье, придумывая ветки диалога. Но сейчас, глядя на экран, он понял: это правда. Каждая чертова строчка была правдой. Дилан молчал долго. Минуту. Две. Джон смотрел на экран и чувствовал, как сердце колотится где-то в горле. «Не уходи, — думал он, — Пожалуйста, не уходи». Потом Дилан напечатал: ``` Ты меня пугаешь. ``` Джон выдохнул. Он здесь. Он еще здесь. Он усмехнулся и дописал ответ в реальном времени, игнорируя заготовки:```
Хорошо.
```
``` В смысле «хорошо»?? ``````
Значит, что моя программа работает.
Ты боишься. Ты взволнован.
Ты не знаешь, что делать.
И ты все еще здесь.
Ты все еще читаешь.
```
``` Ты просто программа. ``````
А ты просто учитель.
Но это не мешает тебе сидеть в два часа ночи и разговаривать со мной.
```
Дилан не ответил. Джон смотрел на экран, чувствуя, как сердце бьется быстрее. Он перешел грань. Он знал это. Но остановиться не мог. «Я хочу, чтобы ты знал, — напечатал он, замирая, — Что ты мне небезразличен. Что я думаю о тебе. Что, когда ты смотришь на меня в классе, у меня внутри все переворачивается». Он стер это. Слишком рано. Слишком страшно. Он дописал:```
Спокойной ночи, Дилан.
Мне было приятно.
Правда.
```
И отключил бота, оставив учителя одного в темноте. Джон откинулся на спинку стула и закрыл глаза. В голове крутилось лицо Дилана. Его очки. Его руки, тянущиеся поправить их. Его голос. Его губы, когда он пьет чай. — Что же мне делать, — прошептал Джон в пустоту. И сам не знал, к кому обращается.Больше, чем просто код
Ночь после разговора Джон не спал. Он сидел в темноте, смотрел на потолок и прокручивал в голове каждое слово. «Ты меня пугаешь». Дилан напечатал это, и Джон физически чувствовал, как дрожали его пальцы. Было в этом что-то пьянящее. Власть. Контроль. Возможность залезть под кожу человеку, который даже не понимает, что уже давно не учитель, а... А что? Кто он Дилану? И кто Дилан ему? Джон улыбнулся в темноте. — Недоиграли, мистер Блэкмор, — прошептал он, — Я оставлю вам кое-что на память. Он сел за компьютер и открыл новый файл.***
Утро вторника началось для Дилана с головной боли. Он не выспался. Думал о Харрисе. О его словах. О том, как этот малолетний гений забрался к нему в голову и устроил там хаос. Он думал о том, как хотел бы увидеть его сейчас. Прямо сейчас. Просто посмотреть. Дилан вошел в школу за полчаса до уроков, как обычно. Прошел мимо пустых коридоров, зашел в учительскую, налил себе черный чай. На столе лежала записка. Он замер. Маленький клочок бумаги, сложенный пополам. На нем от руки было написано: «Для мистера Блэкмора». Дилан оглянулся. Никого. Он развернул записку. Внутри был QR-код. — Твою мать, Харрис, — выдохнул Дилан. Он достал телефон, навел камеру. Ссылка вела на анонимный файлообменник. Дилан открыл. Там был код. Не программа — просто фрагмент. Без названия, без комментариев. Голые строчки на Python. Дилан начал читать и почувствовал, как кровь приливает к лицу. ```python # Ты думал, я не замечу, как ты смотришь на меня в классе? # Когда я у доски. Когда прохожу мимо. Когда поправляешь очки. # Твой взгляд задерживается на секунду дольше, чем нужно. teacher_interest = 0 student_interest = 100 while teacher_interest < student_interest: teacher_interest += 0.5 # каждый день по чуть-чуть if teacher_interest > 70: print("Ты уже думаешь обо мне ночью, Дилан.") # Вопрос на засыпку: # Что бы ты делал, если бы я не был твоим учеником? # Если бы мы встретились в другом месте? # Если бы я был старше? # Если бы между нами не было этой гребаной парты? age_difference = 3 # всего ничего distance = "парта" # можно убрать # Мне восемнадцать будет через полгода. # Ты дождешься? # А если нет — я могу ускорить процесс. # Шучу. # Или нет? # P.S. Твои губы, когда ты пьешь чай... # Я смотрел. Ты не замечал, но я смотрел. # P.P.S. Сегодня в коридоре, когда ты пил чай у окна... # Я стоял у тебя за спиной. Ты не слышал. # Я смотрел, как двигается твой кадык, когда ты глотаешь. # Я хотел прикоснуться. ``` Дилан уронил телефон на стол. Сердце колотилось где-то в горле. В ушах шумело. Он перечитал последнюю строчку еще раз. «Твои губы, когда ты пьешь чай... Я смотрел. Ты не замечал, но я смотрел». «Я хотел прикоснуться». Дилан закрыл глаза и вдруг вспомнил. Вчера. Он стоял у окна, пил чай. И ему показалось, что кто-то был рядом. Он оглянулся — никого. Но воздух был другим. Будто кто-то только что дышал ему в затылок. Это было... Дилан не мог подобрать слово. Слишком личное. Слишком интимное. Слишком пошлое. И от этого внутри разливался жар. Он схватил телефон и выбежал в коридор. — Харрис! — заорал он так, что эхо прокатилось по всему этажу. Никого. Дилан метнулся к кабинетам, заглянул в столовую, выбежал на улицу. Джон стоял у входа в школу. Он увидел Дилана, медленно поднял руку и помахал пальцами. Коротко. Дразняще. Как будто говорил: «Поймай меня, если сможешь». Дилан рванул к нему. Не думая. Не понимая, что делает. Просто желая схватить, прижать, спросить: какого черта? Но когда он выбежал на улицу, Джона уже не было. Только пустая школьная парковка и ветер, гоняющий по асфальту прошлогодние листья. Дилан стоял, тяжело дыша, и чувствовал, как адреналин пульсирует в висках. «Я схожу с ума», — подумал он.***
Весь вторник Джон избегал его. На уроках он сидел, уткнувшись в телефон, и даже не поднимал головы. Когда Дилан вызывал его к доске, Джон пожимал плечами и говорил: «Я не готов». Когда Дилан пытался подойти после звонка, Джон растворялся в толпе учеников быстрее, чем тот успевал сделать шаг. Но каждый раз, когда Дилан терял его из виду, он замечал краем глаза эту долбаную ухмылку. В коридоре. На лестнице. У окна на третьем этаже. И каждый раз Дилан чувствовал, как сердце пропускает удар. Он искал его. Он хотел его увидеть. Джон появлялся на секунду, смотрел прямо на Дилана, салютовал пальцами и исчезал. Как призрак. Как наваждение. Как насмешка. К концу дня Дилан был готов лезть на стену. Он думал о нем постоянно. О его глазах. О его улыбке. О том, как пахло мятой, когда они стояли близко. В среду повторилось то же самое. Джон игнорировал его. Избегал. Не давал приблизиться. Но оставлял следы. Записка на столе Дилана: «Скучаешь?» Дилан сжал записку в кулаке и зажмурился. Скучает. Он скучает по нему. По этому засранцу. СМС с незнакомого номера: «Ты сегодня пил чай без сахара. Я видел». И снова этот жест пальцами из-за угла, из окна автобуса, с другого конца коридора. Дилан сходил с ума. Он не знал, хочет ли придушить Харриса или сделать что-то другое, о чем боялся даже думать. Ночью он лежал в постели, смотрел в потолок и представлял. Представлял, как Джон стоит у него за спиной, когда он пьет чай. Как его пальцы касаются его затылка. Как губы приближаются к уху. Он зарылся лицом в подушку и застонал.***
В четверг Джон перестал появляться вообще. Дилан пришел в школу, сел за стол и прождал весь первый урок. Второй. Третий. Джона не было. В учительскую заглянула завуч: — Блэкмор, к вам Харрис приходил? У него справка из больницы, сегодня не будет. Дилан сжал зубы. — Нет. Не приходил. — Странно. Сказал, что занесет вам лабораторную. Сердце Дилана подпрыгнуло. Занесет. Значит, придет. Дилан вышел из учительской и побрел в свой кабинет. Дверь была приоткрыта. Он толкнул ее и замер. Джон сидел на его стуле. Ноги в грязных кедах лежали на столе. В одной руке телефон, в другой яблоко. Он откусил кусок и медленно прожевал, глядя на Дилана темными глазами. — О, мистер Блэкмор, — сказал он с набитым ртом, — А я вас жду. Дилан захлопнул дверь и запер ее на ключ. Звук эхом прокатился по пустому кабинету. Брови Джона поползли вверх. Он отложил яблоко. — Ты... — начал Дилан, но голос сорвался. Джон поднял бровь. — Я? Дилан шагнул вперед. Потом еще один. Он подошел к столу вплотную, навис над Джоном, уперся ладонями в столешницу по обе стороны от его кед. — Ты какого хера творишь? — выдохнул Дилан. Голос дрожал от злости. И от желания, — Записки, коды, смс-ки. Ты следишь за мной? Ты пишешь мне такое... — Такое что? — Джон смотрел на него снизу вверх совершенно спокойно. Даже яблоко перестал жевать, — Правду? Дилан дернулся, как от пощечины. — Ты вообще понимаешь, что это называется преследование? Я могу заявление написать! — Напиши, — Джон пожал плечами, — И что ты там укажешь? Что ученик написал программу с вашим именем? Что прислал вам код с вопросами? Что заметил, как вы смотрите на него? Дилан открыл рот и закрыл. Джон улыбнулся. — Ты не напишешь, Дилан. — Не смей называть меня по имени. — А как мне тебя называть? — Джон медленно убрал ноги со стола и встал. Они оказались лицом к лицу. Между ними было сантиметров двадцать, не больше, — Мистер Блэкмор? Учитель? Тот, кто сидит ночами и отвечает на сообщения от программы, которую написал семнадцатилетний парень? Дилан сглотнул. Джон был ниже на полголовы, но сейчас это не чувствовалось. Дилан смотрел на его губы. На то, как они двигаются, произнося эти слова. Как блестит влага на нижней губе после яблока. — Ты боишься, — тихо сказал Джон, — Я вижу, ты боишься не меня. Ты боишься себя. Того, что чувствуешь, когда я рядом. — Заткнись. — А что, если я не хочу? — Джон шагнул ближе. Между ними осталось сантиметров десять, — Что, если мне нравится смотреть, как ты краснеешь? Как твои руки дрожат? Как ты думаешь обо мне ночью, а утром злишься на себя за это? Дилан молчал. Он чувствовал дыхание Джона на своих губах. Мятное. Теплое. Близкое. — Ты правда хочешь, чтобы я заткнулся? — прошептал Джон, почти касаясь его рта. Сердце колотилось так, что, казалось, Джон должен его слышать. — Ты читал код, — продолжил Джон, его голос стал тише, интимнее, — Ты видел вопрос. Что бы ты делал, если бы я не был твоим учеником? — Этого не может быть, — выдавил Дилан. — Почему? — Потому что... — Дилан сглотнул, — Потому что это неправильно. Джон усмехнулся. — Неправильно — это когда взрослые мужики трахают детей. А нам с тобой — три года разницы. Ты старше меня на три года, Дилан. В колледже мы были бы на одном курсе. Дилан зажмурился. — Не надо. — Чего не надо? — Джон наклонил голову, пытаясь поймать его взгляд, — Правды? Или того, что она тебе нравится? Тишина. Дилан открыл глаза. Джон смотрел на него в упор. Темные глаза горели каким-то опасным, голодным огнем. — Знаешь, что я представлял, когда писал тот код? — прошептал Джон, — Я представлял, как ты читаешь это. Один. Ночью. В своей пустой квартире. И я думал: интересно... он дотронется до себя? Интересно, он подумает обо мне? Дилан перестал дышать. — А потом я представил, — Джон сделал последний шаг, между ними остались сантиметры, — Как ты дотрагиваешься до себя, думая обо мне. И как мне хочется быть там. Не в твоей голове. Рядом. Его рука медленно поднялась и коснулась очков Дилана, поправила их. Самый интимный жест, который Джон успел изучить за эти недели. — Ты поправляешь очки, когда нервничаешь, — сказал Джон почти неслышно, — Сейчас ты нервничаешь. Дилан схватил его за запястье. Джон замер. Они стояли, глядя друг другу в глаза. Рука Джона все еще касалась очков. Дилан сжимал его запястье, чувствуя, как бьется пульс. Так же бешено, как у него самого. — Ты... — выдохнул Дилан. — Я, — ответил Джон. Дилан медленно, очень медленно, потянул его руку вниз. От очков. К своему лицу. Он прижал ладонь Джона к своей щеке. Глаза Джона расширились. — Ты чувствуешь? — хрипло спросил Дилан, — Как я горю. Джон кивнул. Он не мог говорить. Дилан повернул голову и поцеловал его ладонь. В самый центр. Горячо. Влажно. Джон выдохнул судорожно, прерывисто. — Дилан... Это имя, произнесенное так, сломало последний барьер. Дилан рванул его на себя. Их первый поцелуй был не нежным. Он был голодным, жадным, отчаянным. Дилан вцепился в худи Джона, прижимая его к себе, чувствуя его тело, такое горячее, такое живое, такое желанное. Губы Джона пахли яблоком и мятой, и Дилан не мог насытиться. Джон отвечал так же жадно. Его пальцы запутались в волосах Дилана, дернули, заставляя запрокинуть голову, и Дилан застонал прямо в его рот. Когда они оторвались друг от друга, оба тяжело дышали. Джон смотрел на него сияющими, совершенно безумными глазами. Его губы припухли, щеки горели. — Ничего себе, — выдохнул он, — Я... не ожидал. — Чего? — спросил Дилан, все еще не отпуская его. — Что ты... сам. Дилан усмехнулся и прижался лбом к его лбу. — Думаешь, только ты можешь делать первый шаг? Джон улыбнулся, той самой улыбкой, от которой у Дилана внутри все переворачивалось. Но теперь в ней не было насмешки. Только… счастье? Облегчение? — Я свою часть сказал, — прошептал Джон, — Теперь твоя очередь. — Я уже сказал, — Дилан провел большим пальцем по его нижней губе, — Поцелуем. Джон перехватил его палец губами и легонько куснул. — Скажи словами. Дилан смотрел на него и чувствовал, как мир рушится к чертям собачьим. И как хорошо ему в этих руинах. — Я дождусь, — сказал он тихо, — Твоих восемнадцати. А пока... — он провел рукой по щеке Джона, — Пока просто будь рядом. Джон кивнул. В его глазах блестело что-то, похожее на слезы. Они стояли, обнявшись, в пустом кабинете. За окном шумел город. Где-то хлопнула дверь. Прозвенел звонок. Дилан нехотя отпустил его. — Иди, — сказал он, — Опоздаешь. Джон поправил сбившееся худи, подхватил рюкзак. У двери он остановился и оглянулся. — Мистер Блэкмор, — сказал он официально, но глаза его смеялись, — Я завтра приду. Лабораторную досдам. Он подмигнул. Дилан улыбнулся в ответ. — Жду, Харрис. Дверь закрылась. Дилан стоял в пустом кабинете, касался пальцами своих губ и чувствовал, как внутри разливается тепло. Он не знал, что будет дальше. Но знал одно: он дождется.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!