Глава 24: Паркур, Пилы и Удар Милосердия

Это был самый долгий, самый громкий и самый болезненный день в моей жизни. Если Ад существует, то это не котлы со смолой. Это Белый Дворец. Бесконечный, стерильно-белый коридор, где играет грустная арфа, а мимо ушей со свистом пролетают циркулярные пилы. — Серьезно, батя? — думала я, отскакивая от шипов и делая двойной прыжок над вращающимся лезвием. — Ты построил это для семьи? "Дорогая, осторожно, не наступи на бензопилу по пути в туалет"? Это не дворец, это БДСМ-клуб с евроремонтом. 1. ИКЕА для мазохистов Я умирала. Много раз. В этом сне смерть не окончательна. Ты просто появляешься на скамейке, теряя часть рассудка. ВЖЖЖЖ. Моя маска трещала. Хитин дымился. Мои пальцы (на реальных руках, если бы они были) стерлись бы в кровь. Но я шла. Я использовала Теневой Рывок, проходя сквозь пилы. Я использовала Крылья Монарха, чтобы перелетать пропасти. Я била гвоздем вниз по шипам (pogo-jump), отскакивая от них, как мячик. Я нашла Секретную Комнату. Там не было пил. Там было тихо. Там стояла колыбель. Маленькая, пустая. И рядом — форма для отливки... чего? Игрушки? Или брони для нас, Сосудов? Я увидела силуэт Короля. Он стоял над колыбелью. Не гордый монарх, а уставший старик. Он коснулся края кроватки. — Никаких затрат слишком велико... — прошептал призрак памяти. — Но цена... цена всегда выше. — Лицемер, — сплюнула я (метафизически). — Сначала любишь, потом выкидываешь в мусорку, а потом строишь мемориал. 2. Тронный Зал Наконец, я добралась до верха. Последний коридор. Последняя серия пил (самая жесткая). Я пролетела её на чистом адреналине и ненависти. Ворвалась в Тронный Зал. Там было ослепительно светло. На высоком троне сидел Он. Бледный Король (The Pale King). В оригинальной игре мы находим его труп. Высохший, почерневший. Но здесь... таймлайн сдвинут. Мы пришли почти сразу после запечатывания Полого. Король был жив. Едва-едва. Он сидел, сгорбившись, его сияние тускнело с каждой секундой. Его белая мантия была похожа на саван. Корона сбилась набок. Он отдал весь свой свет, чтобы создать Печати. Он выгорел. Он поднял голову, услышав мои шаги. Его глаза... черные провалы... расширились. — Ты... — его голос был похож на шелест сухих листьев. — Ты вернулся? Нет... ты другой. Он увидел мои рога-полумесяцы. Мои крылья. Мою женскую форму (да, даже в броне видно). И Тень, что клубилась вокруг меня. — Пустота... обрела форму? — прохрипел он. — Эволюция... Или ошибка? Я подошла к трону. Медленно. Гвоздь я убрала. Он мне не нужен. Король попытался выпрямиться, призвать свою власть. — На колени! Я твой Создатель! Я твой Король! Но магии не было. Только жалкое мерцание. Я встала перед ним. Вплотную. Он был маленьким. Без своего трона и ауры он был просто червяком в тряпках. — За Бездну, — подумала я. — За братишек, которых ты выкинул. — За Полого, которого ты обрек на муки. — За Хорнет, которую ты оставил сиротой. — И ЗА ГРЁБАНЫЕ ПИЛЫ В ПРИХОЖЕЙ! Я размахнулась ногой. И со всей силы, вложив вес своего хитинового ботинка и всю злость украинского студента, у которого отняли будущее, ударила его между ног. Ну, или туда, где у Вирмов находится "центр принятия решений". В нижний сегмент торакса. ХРЯСЬ! Звук был глухой, но сытный. Король, Великий Вирм, Бог Халлоунэста, издал звук, похожий на сдувающуюся резиновую утку: «Ииииик!» Его глаза выпучились (если бы могли). Он согнулся пополам, хватаясь лапками за ушибленное место, и скатился с трона, как мешок с картошкой. Он лежал на полу, свернувшись калачиком, и хрипел. — За что... — простонал он. — Я же... благо хотел... — Благими намерениями вымощена дорога в Бездну, папаша, — ответила я (он меня понял, у нас же ментальная связь через Гвоздь Грёз). Из складок его мантии выпало ОНО. Вторая половина Души Короля (White Fragment). Она сияла так же, как та, что дала мне Белая Леди. Я подняла её. Достала свою половину. Соединила их. ЩЕЛК. Вспышка Света и Тьмы. Амулет сросся. Душа Короля (Kingsoul) получена. Теперь во мне билось сердце двух богов. Бесконечная мана (медленный реген). Власть над механизмами. Право на трон. Король затих. Его тело начало рассыпаться в белую пыль. Он уходил в небытие, оставив после себя только корону и синяк на самолюбии. Мир Грёз начал рушиться. Стены дворца пошли трещинами. Пилы остановились. — Пора домой, — сказала я. Я очнулась в Древнем Котловане, у трупа Стражника. Хорнет сидела рядом, держа меня за руку. Она выглядела обеспокоенной. — Ты дергалась, — сказала она. — И рычала. И... сделала ногой странное движение, будто пинаешь мяч. Я открыла глаза. На моей груди сиял полный Kingsoul. Он пульсировал белым светом. Но этот свет... он жег мне панцирь. Пустота внутри меня (моя суть) конфликтовала со Светом Короля. — Ты сделала это, — выдохнула Хорнет. — Ты объединила их. Ты теперь... наследница. Я встала. Меня шатало. — Это еще не конец, — показала я жестом. — Эта штука... она слишком светлая. Мне нужно её "покрасить". Я знала, что делать. С Душой Короля открывается проход на самом дне Бездны. Там, где лежит яйцо (или сфера), отражающая тебя. Мне нужно спуститься туда и превратить этот белый амулет в Сердце Пустоты (Void Heart). Только тогда я смогу объединить все Тени и стать Лордом Теней. Только тогда я смогу убить Сияние окончательно.