Решительные меры

— Ну и что мы тут делаем? — недовольно спросил Том. Он сидел на диване в гостиной Поттера, куда переехал сразу же, как Перкис увлекся маринованием мяса на заднем дворе. Постоянная вонь чеснока и дыма не способствовала его душевному спокойствию. Поэтому вот уже целую неделю он вдыхал ароматы грязных аврорских носков и начинал думать, что сильно поторопился с переездом. Рядом сидела стерва Грейнджер, а сам Гарри занял свое любимое кресло сбоку и смотрел на них с умилением. Столик перед диваном ломился от закусок и выпивки, на большом настенном телевизоре замерла заставка с ярко-розовыми иероглифами. — Мы находимся на примирительной вечеринке! — хлопнул в ладоши сияющий Гарри. Том принципиально не разговаривал с женщиной на работе, а передавал сообщения через секретаршу. Даже если Грейнджер стояла прямо перед его столом. — Я не буду извиняться, — Грейнджер сложила руки на груди и задрала подбородок. — Если бы я не отправила Тома в архив, вы до сих пор бы избегали друг друга! — Скажи это мистеру Краучу, — зашипел Том. — Он был весьма удивлен и разочарован моей ссылкой. Ты хоть представляешь, как мне пришлось вертеться, чтобы доказать, что я не совершил ничего, за что следует наказывать? — Эй, эй! — Гарри оборвал их перепалку, подняв руки в воздух. — Никто не будет извиняться! Мы просто выпьем все вместе, расслабимся и посмотрим несколько фильмов. Вот и всё. Постарайтесь держать себя в руках, ради меня. Когда он так улыбался, Том готов был простить ему всё, даже убийство с отягчающими обстоятельствами и нестиранные носки по углам. — Ладно, — буркнул он. — Хорошо, — точно так же буркнула Грейнджер. — Вот и замечательно! — Гарри снова хлопнул в ладоши, схватил пульт и нажал на кнопку. Замелькали титры с иероглифами, какая-то мерзкая тетка писклявым голосом начала что-то лопотать, пока на экране узкоглазый мальчик ел зеленые чипсы, внизу появились субтитры. — Эм, — нахмурился Том. — А перевод в этом фильме не предусмотрен? — Ты что! — улыбнулся Гарри. — Надо смотреть в оригинале! Ты привыкнешь к субтитрам. Том схватился за бутылку вина, откупорил её и плеснул в свой бокал щедрую порцию. — И мне плесни, — с посмурневшим лицом процедила Грейнджер, протянув свой бокал. — Лей, лей… Да лей ты до самого края, не жадничай! Сначала Том подумал, что у неё проблемы с алкоголем. Но когда на экране появился главный герой — тощий, узкоглазый, с огромными торчащими ушами, и сходу начал рассказывать, как влюбился в своего кузена, Том подлил вина до краев и себе, осознав, что Грейнджер опытнее в плане просмотров любимых фильмов Гарри. — Так, а кто из них Чон Пы? — на середине фильма спросил Том. — Вот этот, с ублюдской бородкой, — ответила Грейнджер, чьи щёки раскраснелись после трех бокалов вина. — Я думал, это Чон Сы, — нахмурился Том. — Так и кого тогда любит Пын? — Кажется, вон того коротышку, похожего на домового эльфа, — неуверенно ответила она. — Эй, вы вообще фильм смотрите? — возмутился Поттер из своего кресла. Том переглянулся с Грейнджер и активно закивал головой, открывая третью бутылку вина. — Надо было взять бокалы побольше, — пробормотал он себе под нос, глядя на экран, где коротышка в ужасной плюшевой пижаме с единорогами обнимал подушку и плакал. — Не поможет, — протянула Грейнджер. — Поверь. — А почему они постоянно ноют? — отважился шепотом спросить Том у Грейнджер спустя ещё десять минут просмотра слез азиатского народа. — Это у них менталитет такой, — авторитетно заявила она ему на ухо. — Вроде как они чувствительные. Хотя я думаю, это просто режиссер был с придурью. — А-а-а-а, — протянул Том. К концу фильма Гарри сидел и утирал повлажневшие глаза носовым платком, а Том с Грейнджер допивали четвертую бутылку. — Ну что, как вам фильм? — спросил Поттер. Том с опаской посмотрел на Грейнджер. — Очень… душещипательный, — осторожно ответила она. — Такой душещипательный, что мне захотелось в бар. Знаешь, горе залить. — Да, точно, — поддержал её Том. — Вторую часть мы сегодня не осилим, слишком уж… пробрало. Бедный Чон. И Гын. И Пын. Все бедные. — Я знаю одно местечко, где подают водку в ананасах, — Грейнджер вскочила с дивана, и Том последовал за ней. — Отличная идея, Грейнджер! Люблю водку. И ананасы. — Зови меня Гермиона, Том. Том подумал, что это разумно, после четырех бутылок вина и нескончаемого двухчасового страдания в компании друг друга. — Конечно, Гермиона. Он готов был подружиться хоть с самим министром, если после этого его не заставят смотреть на страдающих азиатов в плюшевых пижамах. — Я рад, что вы поладили, это очень важно для меня, — улыбнулся совершенно трезвый Поттер и обнял их обоих за плечи. — Тогда в бар? — В бар! — хором воскликнули Гермиона с Томом. В конце концов, Грейнджер и правда оказала ему огромную услугу — свела с этим придурочным любителем мелодрам и слежки. Том обязательно купит ей самый большой ананас с водкой, а себе — самый большой топор, чтобы разбить чертов телевизор.