C yjdsv ujljv!

      Снег опадал большими хлопьями, создавая громадные сугробы. Зима в этом году была по-своему холодна. Или так только казалось. Сквозь окна машины была видна лишь белая пелена, покрывшая весь город. Лишь уличные фонари грели душу своим теплым светом. Илья наблюдал над пролетающим мимо столбами.       Сегодня 31 декабря: соответственно, новый год. Его пригласили несколько дней назад на мелкую тусовку среди своих. Впрочем, Коряков все равно никак не планировал праздновать начало 2024-ого года. Нет былого желания и "новогоднего настроения". А пообщаться по душам в кругу, уже как родных, людей, он никогда не был против. Подобная мысль заставила слабо улыбнуться, отводя взгляд от окон и погружаясь в музыку, что играла в наушниках, с головой. Несмотря на всю суровость зимнего холода, сегодня ему точно будет тепло.       Витая в облаках, Илья и не заметил, как прибыл в пункт назначения. Он поблагодарил таксиста, пожелал счастливого нового года и пошел в сторону нужного подъезда. Снег громко хрустел под ногами, а ветер обдувал лицо, за считанные секунды делая щеки красными.       Звонок в домофон, подъезд, лифт, и тот уже у нужной квартиры. Два стука и дверь раскрылась, в проходе которой стоял Коля.       —Оо, явился наконец-то, — тот отступает, чтобы впустить Илью и жмёт ему руку. — Привет. Нормально доехал?       —Та, нормально. Холодно пиздец, правда — Он улыбается, снимая с себя шапку. Лида хлопает его по плечу, со словами, а-ля "мы ждём тебя в зале" и ретируется.       Илья, сняв всю верхнюю одежду, осматривал квартиру, будто был тут в первый раз. Подняв ладонь в качестве приветствия, он зашёл в зал и принялся разглядывать каждого в помещении. До кого смог дотянуться — тому пожал руку, а после упал на свое место рядом с Денисом. Стример быстро смог влиться в диалог, довольно скоро потянувшись за алкоголем на столе.

***

      Звонкий, и не очень, смех разносился по комнате, пока кто-то из ребят страдал откровенной хуйней, кривлялся и тому подобное. Музыка играет из колонок на фоне. Люди разделились на кучки, каждый обсуждал что-то своё: кто-то спокойно разговаривал о чём придется, а кто-то активно махал руками, чуть ли не громя полки.       На одном из диванов сидел Даня, внимательно слушая истории, что рассказывали его знакомые, иногда вкидывая свои шутки или заливаясь громким, ровным смехом. Его волосы переливались под мелькающим светом, то красным, то синим, то ещё каким-то. А Илья смотрел. Будто дырку насквозь прожечь в нем хочет. Времени прошло достаточно, а выпитого алкоголя — ещё больше. Ну, наверное, он не считал, и сейчас вообще не до этого. Изящные, активно жестикулирующие руки, одна из коих была забита татуировками — вот что его интересовало. Как Даня умеет подбирать нужный жест под нужную ситуацию. И делает это необычно, по-своему. Волосы, которые он каждый раз теребит, беспокоясь о виде прически, хотя, по мнению Ильи, как бы его волосы не легли — он все равно смотрится прекрасно. Они, наверное, мягкие на ощупь. Хотелось перебирать, щупать, гладить. Много чего хотелось, но Илья мог только смотреть.       —Илья.       Смотреть на прекрасную улыбку, от которой на душе сразу тепло становится, и самому не улыбнулся невозможно.       —Илья-я-я.       В глаза, вечно прищуренные будто. Но утонуть в них можно было с головой. Особенно, под хорошим освещением, где они завораживают тебя своим ярко-голубым цветом.       —Илья, блять!       Очнулся. Коряков повернул голову в источник шума, моргая часто, будто его разбудили. За плечо потряс его Денис, что все ещё сидел рядом, хоть и увлекся разговором с другими.       —Все нормально вообще? Сидишь, втыкаешь в одну точку уже минут 20.       Дрейк свёл брови к переносице, смотря на друга своего. А тот в голове слова ещё раз прокручивает, пытаясь понять о чем его вообще только что спросили.       —А, да, да, все хорошо. Задумался просто.       Илья слабо улыбается в доказательство. Денис молчит недолго, но кивает, возвращаясь к своим. Ну, а что его трогать-то, тем более пьяного.       Брюнет поворачивает голову обратно к своему предмету обожания, но его на месте не обнаруживает. Коряков вертит головой во все стороны, ища глазами рыжую макушку, пока не оборачивается назад, видя закрывающуюся дверь балкона.       Илья машинально поднялся с дивана, говоря краткое "я ща вернусь" и медленно поплелся в сторону окон. Пол под ногами скрипит еле слышно. Рука замирает около ручки двери, пока в голове крутится "нахуй я вообще это делаю?", но дверь все-таки открывает.       Холодный воздух ударяет в лицо, освежая. Балкон, видимо, был складом всяких ненужных вещей, ибо пыли тут предостаточно. Лунный свет частично пробивался через окна, красиво падая на пол. А ещё на Даню. Тот сосредоточенно зажигал сигарету, прикрывая от ветра, что с окна дул. Илья захлопнул дверь, отделяя их от шума. Благо, в кармане свои сигареты нашлись, а то как придурок выглядел. Доставая одну из пачки, он подходит к окну около Кашина, попутно ища зажигалку.       —Блять, — еле слышно шепчет брюнет, обыскивая все карманы и не находя в них нужней вещи. Видимо, в куртке осталась.       Тот уже было хотел уйти, но перед лицом оказалась чужая рука с зажигалкой. До парня не сразу дошло, стоял он и втыкал секунд 5.       — Спасибо, — тихо произнес Илья, аккуратно забирая предмет из чужих рук. До них, кстати, очень даже хотелось коснуться. Но лишнее касания явно могут показаться странными.       Втягивая в измученные лёгкие никотин, он наблюдал за падающим снегом. Идёт уже который день без остановки. Звёзды лишь изредка мелькали на небе под облаками. А свет луны все ещё ярко бил в окно. Красота безусловная, но долго Коряков на ней не зациклился.       Не разворачивая голову, он продолжает смотреть на Кашина, на его расслабленное лицо, на губы, слабо сжимающие меж собой сигарету. У Дани был талант курить красиво и в коем роде элегантно. Это тоже завораживало Илью. За каждым действием, пожалуй, он был готов наблюдать вечность.       Даня ощущал на себе чужой взгляд, но повернуться не решил. Ещё в комнате он заметил, как его буквально пожирают глазами. Все-таки, такая тишина терзала его, и казалась жутко неловкой.       —Как успехи с альбомом?       Низкий голос резко прорезал тишину, заставляя вздрогнуть.       —А? Что?       —Ты говорил когда-то, что альбом писать начал.       —А, да, точно. Там немного совсем, но, потихоньку...       Илья путал слова и говорил довольно замято, толи из-за неожиданности диалога, толи из-за алкоголя в организме.       —А ты? — Брюнет наконец-то повернул голову в сторону собеседника. Теперь хорошо было видно его очертания лица.       —Хуй знает, уже какой год пишу, сам знаешь, — Он усмехается и тушит бычок о край подоконника.       Илья тоже хихикает тихо, после вздыхая. Даня улыбается и смотрит в глаза напротив. Голубые, яркие глаза, подсвеченные лунным светом захватывают и так не трезвую голову. Молча они смотрят на друг друга, пока слышно лишь чьи-то шаги снизу.       —У тебя веснушки красивые.       —Чё?       Даня улыбается, а после и вовсе заливается смехом. Таким же громким и ровным как обычно. Илья тоже подхватывает, понимая весь бред ситуации. Он выкидывает сигарету, успокаиваясь и улыбаясь. Стеснительность как рукой сняло. Он уже набрал воздух, чтобы объясниться, но не успел и слова сказать.       —А у тебя родинки.       Рыжий шагнул немного ближе, засовывая руки в карманы. Улыбается тоже. Но хитро, будто насмехается. Коряков слегка сменился в лице: брови свелись к переносице, но улыбка с лица не спадала.       — Серьезно? — он развернулся всем телом к собеседнику       — Да.       Глаза в глаза, не отрывая. Смотрели и улыбались как придурки. Илья шатнулся чуть ближе, резко осмелев. Сердце что-то чаще забилось.       — Спасибо.       Шёпот дошел до ушей Дани, и тот аккуратно взял Илью за талию. Глаза прикрываются медленно, наблюдая как резко сменилось чужое лицо. Илья глазами лишь хлопает глупо, пока губы их не соприкасаются. Тепло расплылось по всему телу, что аж ноги подкосились. Он аккуратно поднял ладони, кладя их на щёки чужие, поглаживая слегка. Поцелуй их был нежный и невинный, без какой-либо пошлости. И время замедлилось будто, а сердце вовсе остановилась. Снится, что ли? Илье все ещё не верится. Голова совсем не смыслит.       Салют и крики за окнами заставляют их оторваться от друг друга. Кашин глядит в окно, а после на часы: ровно 00:00. Сразу несколько салютов распускались в небе красивыми цветами и исчезали, заменяя себя следующими. Обняв Илью покрепче, он слабо хихикает       — С новым годом.       — Ты еблан?       Даня в очередной раз смеётся в голос, отлипая от другого тела. А у брюнета лицо ещё смешное такое, недовольное и пьяное, от чего ещё смешнее. Вздыхая, он нежно берет чужую ладонь, сплетая пальцы свои и чужие меж собой. Руки рыжего теплые, совсем немного шершавые. Проделывая то же самое и со второй рукой, Илья целует кратко щеку веснушечную.       — Я тебя люблю.       Три самых искренних слов которые он произносил когда-либо прозвучали тихо, около уха Дани. На душе особенно хорошо было лишь от присутствия этого человека рядом с собой.       — И я тебя.