Поговорим?

      Ребята долго не могли друг от друга отлипнуть. Наверное, минуты две вот так молча сидели в обнимку. Вроде только двое суток не виделись, но за этот маленький промежуток времени успели многое осознать, обдумать… И определённо в их взаимоотношениях начало что-то меняться. Казалось бы, куда ещё? Но сейчас что-то действительно трещало по швам, это чувствовали и Эмиль, и Дима. Да что уж тут, все остальные тоже ощущали что-то подобное. Единственное, что пока не было понятно точно — хорошо ли это? Вроде думаешь, что вопросов по этому поводу не должно возникать: взаимная любовь, проблемы потихоньку исчезают… Но не всё так очевидно. Масленников нехотя отстранился, посмотрев на Эмиля с тёплой улыбкой, и тот ответил тем же. Сердце при взгляде в глаза сначала замирает, а потом бьётся о грудную клетку часто-часто, настолько часто, что кажется, будто вот-вот выпрыгнет. Ноги словно становятся ватными, тяжёлыми. А в голове — спутанный клубок мыслей, таких разных, обрывчатых, но посвящённых лишь одному человеку. Иманов, будто выйдя из какого-то гипноза, только сейчас снова обретя волю над собой и своим сознанием, проморгался и отвёл взгляд в сторону. Глупая улыбка всё ещё виднелась на смущённой мордашке парня. — Как доехали? — будничным вопросом решил сменить обстановку на более привычную и спокойную. Хоть бы сердцебиение и дыхание восстановить. — Нормально, я даже выспался в самолёте. Вы тут как? — Дима понял младшего. Выучил уже его поведение, повадки, привычки. Напрягать парнишку не стал, решил ему подыграть. — Да неплохо, ничего нового… А, ну, кроме Даши. Ты вроде таки взял её в команду, да? — Угу, довольно талантливая девчуля. Только пока на испытательный срок, так, чтобы не расслаблялась. Эмиль ухмыльнулся, выгнув бровь. Он знал, что «испытательный срок» — просто громкое высказывание в устах Димы. Нужно же новому члену команды показать, какой у них грозный и строгий начальник. Хотя на деле он по большей части тот ещё пушистый кот, который идёт на компромисс, мягко указывает на ошибки. Но это только если его не злить. — Она где-то в двенадцать придёт, — вздохнул кудрявый, сползая с дивана. — Вот и прекрасно. Дам ей материал, она уйдёт монтировать, а я вам как раз про замок расскажу. — Не считаешь это неправильным? — изменился в лице младший, скрестив руки на груди и насупившись. Его обидело такое отношение к новой знакомой, хоть это и выглядело по-детски, словно ребёнку отказали в том, чтобы купить шоколадку. — Что именно, котёнок? — Дмитрий же напротив стал в одно мгновение серьёзным, готовым выслушать претензию Иманова. От ласкового прозвища Эмиль заметно растаял, поза его сразу стала открытой, а на лице даже скользнула тень улыбки, но парень тщательно старался её скрыть, чтобы вид был максимально серьёзным. — Ну, смотри, — он встал у столика, опёрся о стеклянную поверхность руками и взглянул на Масленникова исподлобья, — Мы будем в красках обсуждать твою ночёвку в замке во Франции, а Даша, будто чужая, в другой комнате будет вкалывать. Раз уж она теперь какой-никакой член команды Димы Масленникова, то давай не будем списывать её со счетов. Старший выгнул бровь, ухмыльнулся, глядя на Эмиля заинтересованно. Повторил его позу, но с другой стороны столика, стекло под большими сильными руками, казалось, вот-вот треснет. А лица парней находятся в неприличной близости, но сейчас это не напрягает, а, наоборот, привлекает. — Хорошо, но где гарантия, что Дарья не расскажет подписчикам информацию, что узнает от нас? Мы ничего о ней, считай, не знаем. Может, она стервочка. — Ты что, нашему прекрасному менеджеру не доверяешь? — «Доверяй, но проверяй», — цитировал Дима, отчеканивая каждое слово пугающим низким голосом. В другом конце комнаты раздался шорох. Иманов и Масленников одновременно повернули головы в сторону звука, недовольным взглядом выискивая источник. А им оказался Артём, который, заметив небольшую перепалку ребят, решил пройти в другую комнату тихо и незаметно, но под ногами, как назло, очутилась какая-то коробка. — Помешал? — неловко усмехнувшись, Чернец поднял руки в примирительном жесте, моля всех Богов, чтобы ему не досталось сейчас. — Совсем чуточку, — сквозь зубы процедил младший, сдерживаясь от того, чтобы не наорать на друга. Он ненавидит, когда его от чего-то отвлекают. Потом сложно сосредоточиться. А так как иногда у Иманова проблемы с агрессией, все уже давно дружно создали негласное правило: не трогать кудрявого, когда тот работает. И кто здесь начальник? Сейчас, конечно, Эмиль не работает, но и от такой интересной дискуссии с Димой тоже не хочется отвлекаться. — Понял, ухожу, — и Артём быстренько скрылся из виду. Масленников тут же уставился на парня перед собой, сщурившись, взгляд насмешливый и игривый. Иманов, попавшись в капкан этих серо-голубых глаз напротив, стушевался и опустил голову, нервно облизнув губы. Вот же хитрый лис. Знает, как эти гляделки на него действуют, и продолжает так пристально смотреть. «Иди к чёрту, Масленников!» — пронеслось в голове младшего. — Ну, так что? Есть предложения? — улыбнувшись, обнажив ровный ряд белоснежных зубов, поинтересовался Дима. Его эта ситуация совсем не смущает и не напрягает, он спокоен, как удав. Но это только с виду. Внутри у старшего всё выворачивается наизнанку, когда Эмиль опускает голову, смущаясь, от нервов кусает такие манящие губы. Так хочется переступить эту чёртову грань дружбы, прикоснуться к потресканным губам младшего, зарыться пальцами в мягкие каштановые кудри… — Да, мы можем пойти на компромисс, — собравшись с мыслями и силами, Иманов снова посмотрел в хитрые глаза напротив, — Я дам малой ноутбук, она на нём будет монтировать, но здесь, в гостиной, где мы будем обсуждать новый выпуск госта. И она уже сама решит, хочет ли послушать. — Хорошо, пускай будет так. Вот же ты умный, а, сучёныш, — усмехнулся Дима, после чего резко выпрямился и потянулся, — Ладно, идём работать.

***

Семь дней миновало с того дня, как ребята вернулись из Франции. Каждый член команды окунулся в работу с головой, даже минутки свободной не удавалось найти. Артём и Даша неплохо спелись, как монтажёры, и парень даже стал помогать новенькой в некоторых моментах. Алексеева также хорошо сдружилась с Эмилем, часто крутилась возле него, а один раз они даже вместе ушли из офиса и отправились тусить в клуб неподалёку. Некоторые начали заикаться о том, чтобы брать Дашу как участницу в роликах. А вопрос о том, чтобы создать свой собственный сквад Дима поднял на первое место в списке дел. На студии всё чаще стали мелькать лица Яны, Егора и Столярова. И всю неделю всё было хорошо. Только вот в этот понедельник атмосфера в офисе совсем другая. Тяжёлая, напряжённая, она давит на всех в помещении, ощущается каждой клеточкой кожи. А главная причина этой смены обстановки — Дима. Сегодня он особенно хмурый, злой, неразговорчивый. Сидит в кабинете в наушниках и втыкает в монитор, ни разу ни с кем не заговорил первым с утра. Арина стоит в дверном проёме, глядя на Масленникова и нервно кусая нижнюю губу. Её напрягает настроение не просто начальника, а хорошего друга. Очень уж редко можно увидеть его в таком состоянии, и поэтому, зная Диму, можно предположить, что случилось что-то действительно серьёзное. — Дииим, — ласково позвала девушка, медленно приблизившись к креслу охотника за приведениями. Тот снял наушники, вопросительно взглянул на менеджера, — может, тебе кофе сделать? — А с чего это ты первая предлагаешь? — на лице парня мелькнула слабая улыбка, и Шульц порадовалась этому. Ещё не всё потеряно. — А потому что ты какой-то мрачный. Случилось что-то, а, Димка? — осторожно спросила Арина, положив руку на мужское плечо, чтобы хоть как-то задобрить друга. — Ничего не случилось, просто нет настроения. Хорошо, что съёмки уже прошли, а то я бы не стал светить на камеру кислой миной. — Ясненько… Ну, прикол не в этом. Понимаешь, ребята напряжены, вот о чём я. И не могут сосредоточиться на работе, — выдохнула спокойно девушка, затем указала рукой на дверь, — Ты бы хоть натянул слабенькую улыбку. Может, растормошишь. — Договорились. Всё, иди, у тебя дел невпроворот. И Арина, подмигнув, ушла в свой кабинет, прикрыв дверь. Дима облегчённо выдохнул, закрыл глаза ладонью, пытаясь настроиться. На самом деле, ему хоть и легко далась эта полуправда, на душе спокойнее не стало. Как бы ни старался, избавиться от плохих мыслей и гадких ощущений внутри не получается. Однако Масленников понимает, что ради остальных членов команды придётся хотя бы наигранно улыбаться. А в чём же причина резких перепадов настроения? Очевидно, что Эмиль. А точнее, взаимоотношения Эмиля и Даши. За неделю эти двое уж слишком быстро спелись, стали проводить друг с другом почти всё время. Банальная ревность. Тем более, обоснованная. Видно невооружённым глазом, что Алексеева посылает Иманову далеко не дружеские мимолётные взоры, чуть дольше нужного длятся прикосновения. И это дико раздражает. Вроде бы младший ничего Диме и не должен, они даже не встречаются, поэтому он может делать всё, что пожелает. Но что уж поделать, если старший — жуткий собственник…

***

В конце дня все, как обычно, начали потихоньку расходиться. Дима провожал каждого до входной двери, но в какой-то момент понял, что не видел двух до боли знакомых лиц. Вышел из коридора и тут же наткнулся на две пропажи. А они лежат на диване, задремав. Дашина голова на плече Эмиля, а его рука на талии девушки. Масленников вдохнул поглубже. Видеть этих двоих сейчас в обнимку на диване словно получить кулаком под дых. Но и устраивать истерику парень не стал, а лишь подошёл к парочке и слегка начал трясти девчушку. Дарья почти мгновенно разлепила глаза. — Ой, я заснула… — провинившийся тихий голосок подействовал на Диму, как успокоительное. Всё-таки перед ним полулёжа находилась не соперница, а беззащитная малышка, поэтому парень только тяжело выдохнул и запретил себе срываться на Дашке. — Ничего страшного, ты устала, я понимаю. Тебе домой нужно, наверное? — А который час? — Алексеева аккуратно поднялась с дивана, чтобы не разбудить Эмиля, и взглянула на Масленникова. Ей пришлось поднять голову, чтобы видеть глаза парня. Вот и зачем эти мужчины такие высокие?! — Восемь. — Бляха-муха, да я уже должна была дома быть, — закудахтала девушка и побежала собираться в коридор. Дима лениво поплёлся за ней, даже посчитав милым такое поведение. Малая быстро напялила куртку, сапожки и шапку, накинула на одно плечо рюкзак и лишь на секундочку задержалась, чтобы взглянуть на себя в зеркало. — Всё, пока, Дима, спасибо, что разбудил, — Даша улыбнулась, подошла к Масленникову и смазанно чмокнула его в щёку, встав на носочки, после чего упорхнула из студии. Старший ещё несколько мгновений простоял на месте, озадаченный случившимся, глядя на входную дверь. Что сейчас сделала эта кроха? В щёку поцеловала? «Ладно, возможно, она не такая уж и стерва, как я думал», — сделал вывод старший, затем ушёл в гостиную, где на диване до сих пор дрых Иманов. Масленников сел на диван чуть поодаль от спящего красавца, начав его разглядывать. На душе тоскливо. Он так близко, рукой подать, но в то же время так далеко… И ведь ни в чём Эмилька не виноват. Не виноват, что в него влюбился его же лучший друг, не виноват, что оказался в каком-то ебаном любовном треугольнике… Как и не виноват в том, что Дима неуправляемый под властью ревности. Младший, будто почувствовав на себе пронзительный колкий взгляд, проснулся. С недовольным мычанием сел на диване, оглядывая комнату, вспоминая, где он и кто. Заметив Масленникова, слегка улыбнулся. — Я кимарнул, да? — разминая затёкшую шею, спросил кудрявый. — Кимарнул, да. Причём не один, — безэмоционально бросил старший, взглянув куда-то в сторону, словно боясь сейчас встретиться взглядом с другом. — А кто ещё? А, малая. Кстати, где она? — Только что ушла. Вы так красиво в обнимочку спали, — процедил сквозь зубы старший, нахмурившись. Его, видимо, совершенно не волнует, что такими словами только делает хуже. Так мало того, он ещё и выдаёт тот факт, что парнишка ему не равнодушен. — Так… Я щас не понял. Почему у тебя такой тон, будто я сильно набедокурил? — смерив Масленникова сощуренным недоверчивым взглядом, Эмильен поёрзал на месте, настраиваясь на серьёзный разговор. Ему не нравилось настроение парня. Более того, он не готов ссориться с таким важным ему человеком. — Ну, знаешь, у меня ощущение такое появилось, что вы с Дашей перешли грань дружбы. Она к тебе заметно клеется, а ты вроде как и не против. А знакомы всего неделю, — Дима посмеялся, что больше походило на начинающуюся истерику. Иманова эти колкие фразы почему-то дико разозлили, и он вспылил. — И что? Может, и так. Тебе-то какое дело? Это вообще тебя не должно волновать! — не особо задумываясь над своими словами, прорычал младший, активно жестикулируя. — Да что ты говоришь?! — Что слышал! — Знаешь что, — начал было Масленников, всё больше впадая в агрессию, как заметил на запястье Эмиля ровные тёмные линии. Взял его руку в свою и начал разглядывать внезапно появившуюся метку, но парень тут же отдёрнул свою руку, видимо, обидевшись. Дима сидел в ступоре. Злость и ревность куда-то испарились в одно мгновение. Держал в голове эту метку в виде молнии, хмурясь. Сейчас он был похож на загнанную в угол беззащитную крыску, которой не оставили пути отступления. — Ты… Почему не сказал, что у тебя метка проявилась? — старший выглядел разбитым, напуганным и озадаченным. Младший же, наоборот, слишком разозлился, поэтому действовал, не раздумывая. А зря… — Хотел сначала своего соулмейта попробовать найти. И нет, прикинь, это не Даша! А сейчас я пойду, потому что не имею ни малейшего желания находиться сейчас рядом с тобой! И Иманов выскочил в коридор, прихватив с собой телефон со стола, оставив лучшего друга в полном недоумении. Он уже жалел, что вообще начал весь этот цирк, и почувствовал вину и стыд перед Эмилем, на которого так легко сорвался. Всё больше поглощал страх, что он сейчас разрушил дружбу с человеком, которого успел полюбить больше жизни. Ведь кто знает, может, они больше не смогут восстановить крепкую связь, которой так упорно добивались все эти годы…