Скандальное интервью (трагикомедия)

      Журналист - молодой парень, который годился Томасу в сыновья, был весьма настойчив. Особенно его интересовала тема сексуальной ориентации Андерса и их с Дитером отношения. И не важно, что бывшему солисту Modern Talking уже шестдесят, а сама группа давно канула в небытье. Вёл парнишка себя нагло, задавал каверзные вопросы, игнорируя попытки певца спрыгнуть с неудобного разговора. Воспитание Томаса не позволяло ему выставить бессовестного гостя за дверь. Растерявшись под его напором, мужчина только и смог, что предложить кофе, продолжая оправдываться, дескать он не гей. Но хитрый амбициозный журналюга сразу смекнул, что герр Андерс юлит и что-то недоговаривает. А какой самый действенный способ разговорить человека? Правильно, плеснуть ему стопку-другую чего-нибудь покрепче. Изобретательный парень пошел дальше и просто подлил Томасу в кофе коньяка, пока тот отрезал гостю кусок торта, приготовленого собственноручно. Если бы он только знал, чем всё кончится!       Когда чашка Андерса опустела до половины, его язык, наконец, развязался, а в глазах появился озорной блеск. Дело в том, что певец никогда не употреблял ничего крепче вина. Разве что, пиво. И то очень редко. Поэтому, совершенно естестественно, что его организм оказался не готов к такому количеству оборотов. Вместе с языком развязалось и поведение.       - Я ему говорю :"Ты по чучуть давай". А он как запердолит! У меня аж глаза на лоб вылезли! - охотно рассказывал Томас про их с Дитером сексуальную жизнь, показывая руками неприличный жест, означающий половое сношение. - Вы понимаете, какая штука получается. Он же ебанутый у меня. Выдержав непродолжительную театральную паузу, Андерс искренне добавил:       - И мне это ужасно нравится. Жить без него не могу. Психика молодого человека оказалась не готова к таким подробностям суровой мужской любви. Как и психика зрителей, смотрящих интервью в прямом эфире.       - Ой, а знаете, как случился наш первый раз? - спросил, вдруг, певец, умиляясь собственными воспоминаниями. Кристиан (так звали горе-репортёра) протестующе замахал руками, мол не надо нам больше никаких подробностей, но пожилой мужчина имел его мнение... ввиду.       - Я, тогда, на копоративе, случайно нюхнул пробку от шампанского. Это же шоу-бизнес, ну вы понимаете... А я тогда ещё непропитый зелёный был. Едва восемнадцать исполнилось. Проснулся на слудующее утро голый, без памяти. Рядом Дитер спит, тоже голый...       Герр Болен, слушавший всю эту поеботину за рабочим ноутбуком у себя в домашней студии, чуть не удавился бутербродом. Постучав себя по груди, блондин сокрушенно изрёк:       - Вот суки... Прознали, всё-таки, как его разговорить... Многолетняя конспирация накрылась пиздой. Фанатки Томаса меня убьют. Не подозревая, насколько он прав, продюссер отправился спасать своего ненаглядного из лап коварной прессы.       В гостинной Болен столкнулся с Кариной.       - Извращенец! - отвесив ему звонкую пощёчину, женщина выбежала из дома, громко хлопнув дверью. Значит, тоже видела этот трэш. Грустно вздохнув, мужчина вышел на улицу. Там его встретили взбешенные воздыхательницы Томаса, размахивая вилами, косами и требующие линчевать ненавистного Дитера Болена. Впервые в жизни блондин бежал от женщин. Залезая на дерево, он увидел бегущего по улице Андерса. За ним гнались фанаты Дитера. Болен помахал любовнику из укрытия. Несказанно обрадовавшись такому везению, певец забрался к нему. С высоты мужчины увидели, во что превратился Гамбург: по всюду были руины, горели машины, витрины магазинов разбиты...       - Лжецы!       - Лицемеры!       - На кол их посадить! - кричали фанаты, объеденившись. В музыкантов полетели гнилые помидоры, тухлые яйца и яблочные огрызки.       - Прости меня, Дитер, я не хотел... - проскулил Томас, прячясь за его плечо.       - Я знаю, малыш, - утешал своего возлюбленного продюссер. - Не бойся, мы и это переживём. Тут, кто-то из проходившей мимо толпы любителей чёрного металла крикнул:       - Modern Talking - говно!       - Музыка для педиков! - смеялись его товарищи. - И сами они педики! Происходящее в городе весьма забавляло их. Не стерпев такого кощунства, поклонники обеих поп-титанов накинулись на металлистов:       - Никто не смеет обсирать их, кроме нас! Завязалась драка.       - Это наш шанс! Бежим! - воспрял духом Болен. Андерс вспомнил, что у него дома есть подвал с железной дверью и с запасами еды. Спрыгнув по-молодецки с дерева и поймав любимого "поросёночка", блондин потащил его туда.       У дома Андерса стояла машина скорой помощи. Медики выносили оттуда на носилках рыжего парнишку. Певец узнал того журналиста, который брал у него интервью.       - Доктор, что с ним?!       - Инсульт, - сухо ответила медсестра, закрывая дверь машины.       - Мамочка, можно мне обратно в детский садик?.. - бормотал, пуская слюни, Кристиан. Растерянные мужчины стояли молча, провожая взглядом уезжающую скорую. Томас искренне надеялся, что с молодым человеком будет всё хорошо.

***

      К счастью, всё закончилось так же внезапно, как и началось. Подравшись между собой и с любителями металла, наделав беспорядков в городе, фанаты успокоились. А через пару дней и вовсе забыли о шокирующем признании герра Андерса. Того журналиста врачам удалось откачать. Кристиан больше не хочет сенсационных интервью. Теперь он рисует картины. А его оператор лепит скульптуры из глины.       - Слава, штука непостоянная. Сегодня тебя боготворят, а завтра - кидают в тебя помидорами, - философски заметил Дитер, чистивший таранку на газете с тем самым интервью Томаса. - Будешь? После такого Армагедона нужно было успокоить нервы.       - Нет, спасибо, - сдержанно отказался тот. Певец удовольствовался апельсиновым фрешем.       - Только любовь вечна, - добавил Болен, мечтательно прикрыв глаза.

~Конец~