Хочешь прогулять уроки?

      Пронзительный школьный звонок оповестил учеников об окончании урока. Значительная часть учащихся мгновенно выбежала из класса, оставив за собой бумажные самолётики и записки с признанием в любви.       Коридоры тут же заполнились оглушительными голосами, разговорами о том, как они оторвутся в эти выходные, и едкими сплетнями о новой парочке. Все были чем-то заняты, во что-то вовлечены и кем-то заинтересованы. Будняя рутина из-за дня в день продолжалась, но не всем она была по душе.       Быть впечатанным в металлический шкафчик - это не то, что хотел Квакити в данный момент. Удар пришелся на правое плечо, в котором отозвалась яркая вспышка боли, заставляя брюнета поморщиться и оглянуться на того, кто сделал это. Лишь размазанные силуэты торопящихся подростков предстали перед карими глазами. Что-то блеснуло сбоку и заинтересовало характерным хлопком. Боясь еще раз стать одним целым с шкафчиком, Алексу пришлось ретироваться в ближайшее укрытие — в туалет.       Распахнувшаяся дверь хлопнула об разбитую плиту и вынудила вздрогнуть от нерассчитанной силы. Пëстрые граффити, наслоенные друг на друга отталкивали, как и.. Уилбур.       Потрескавшиеся губы зажали фильтр, и живой огонёк задел фитиль сигареты, лёгкий дым, поднимаясь к потолку, запутался в кудрявой шевелюре. Мозолистые пальцы плавно ударили по стержню, когда Сут поднял на вошедшего свои миндальные глаза.       Знакомая и такая мерзкая улыбка расплылась по лицу парня. — Кваааакити, — чуть-ли не пропел шатен, — Как я рад тебя видеть, — его низкий голос был пропитан насмешкой.       Уже пожалев, что его нога сунулась в это помещение, Квакити скинул свой портфель на кафель. Недра сумки треснули, а звуки кроссовок заполнили уборную. — Лично я надеялся, что не услышу твой голос ещё как пару месяцев, — устало проговорил темноволосый и встал рядом с шатеном. — Зачем ты так говоришь? — скорчив мордочку «просящей собачки», Уилбур надул губки, — У, малышки, что-то случилось? — Заткнись и поделись сигаретой, иначе я не выживу на уроке Шлатта, — прислонившись спиной к холодной стене, Алекс прикрыл глаза и выставил руку, куда почти сразу упала нетронутая никотиновая палочка, но зажигалки за ней не последовало.       Почти прожигая руку взглядом, Квакити все-таки хмурится и подает голос. — Ты, кажется, кое-что забыл, — почти прожигая руку взглядом, Квакити все-таки хмурится, подавая голос. Со стороны Сута слышится хриплый смешок, и с ним, в сторону темноволосого тянется горький дым. Через время в ладонь падает потёртый чикфаер.       Зажимая сигарету в губах, слышится щелканье зажигалки, но вместо полноценного огня, последовали лишь искры. Повторяя движения раз за разом, Квакити отбрасывает теперь уже бесполезную вещь в мусорку. — Чëрт, кажется, топливо закончилось, — раздражения сдержать не удалось, когда сигарета осталась незажëнной, — Во имя Прайда! Ничего не может пройти нормально,— стискивая в зубах бумажную трубку, простонал Алекс.       Уже потянувшись для того, чтобы выкинуть ее в мусорку, в след за использованной зажигалкой.. как внезапно Квакити остановили сжавшие подбородок фаланги пальц Уилбура. В одно мгновение лицо парня приблизилось, и одни лишь сигареты разделяли их губы от прикосновения. Табак приятно зашипел и начал загораться, поднимая к потолку струйки дыма.       Казалось что время остановилось, как и сердце в груди. Сквозь дымку и свет можно было разглядеть умиротворëнные карие глаза. Ухмылка тронула лицо Сута, да так, что показались зубы. Щеки предательски загорелись. Проклятье.       Давно забытое чувство близости снова наполнило грудь, когда их глаза встретились. Уилбур втянулся и его сигарета запылала, поджигая чужую. В нос стукнул запах никотина.       Со стороны двери послышались рядом проходящие шаги , вырывая Алекса из собственных мыслей. Фигура спереди начала отдаляться, и в мгновение происходящее ударило в голову. Быстро прокручивая события за последнюю минуту, скрыть стыдливо пламенеющих щек удавалось с трудом. Дымящиеся сигарета переместилась с губ в руки.       Как бы не хотелось признавать Квакити, ощущение Уилбура рядом было приятным. Что-то в его образе манило, притягивало, как магнит. Слетающие с уст колкие слова не обижали, а наоборот, влекли и заставляли отвечать на них тем же. С каждой встречей, с каждой минутой, проведенной рядом с ним, низкорослый парень все больше увязал в этом. Хотелось большего. Желание получать мерзкие подколы перерастающий в грязный флирт росли. Стремительно росли.       Неловко прокашлявшись, Квакити стучит по сигарете и затягивается. Ему срочно нужна разрядка. Пепел прилипает к пальцам и приятно обжигает кожу. Взгляд цепляется за всё, кроме Сута. — Прогуляем уроки? — легко срывается с уст высокого, будто не они минуту назад затягивались от одной сигареты и были так близки. — Что? — потеренно переспрашивает Квакити. — Спрашиваю, не хочешь ли ты прогулять уроки. Но, по всей видимости, я был так неотразим, что оглушил тебя, — с хрипцой смеется Уилбур. Дымка поднимается выше и окутывает кудрявые локоны. Он действительно неотразим.       Выражение лица Алекса приобретает красный оттенок и с хмурой гримасой он отвечает, — Заткнись. С каких это пор я должен идти с тобой куда-то? Ты последний человек, с кем бы я предпочел прогулять уроки. — Даже с Техно? — снова "вампирская" ухмылка трогает его губы.       Парень пониже не отвечает, а Уилбур только заливается мерзким хихиканьем. Он щёлкает пальцем по сигарете, и пепел падает на его потрепанное пальто. Кажется, на нём даже можно заметить следы потухших об него же никотиновых палочек. Все время ли он стоял в этом пальто? — Я так понимаю, ты уже собирался уходить, верно? — поднимая взгляд с заплаток на верхней одежде Сута, отмечает черноволосый. Оно определенно ему шло, но он никогда не признается об этом вслух. — Хорошо подмечено, Шерлок, — его тонкая рука тянется к плитке, и сигарета затухает. Пепельный след остался на стене, а окурок полетел в плесневелый угол, — Так что? Ты согласен?       Не успев разомкнувшиеся губы Алекса произнести и звука, как школьный звонок оглушительно прервал его. С каждой секундой казалось, что ударная пластина бьет не по колоколу, а по мозгу. С окончанием шума, вызванного звонком, утихли и коридоры. — Думаю, этим всё сказано. *** — Мы точно попали.. ты ведь знаешь, как Шлатт серьёзно относится к пропускам! — Сцепляя руки в своей олимпийке и пиная камень, тревожно пробормотал Кью. — У меня сегодня не было его урока, поэтому мне все равно на твои страдания, — хихикнул под боком кудрявый. — Но разве мы не в одном группе по истории?       Уилбур улыбается, — Я променял урок истории на участие в школьном мероприятии. Буду играть на гитаре, — высоко подняв голову вверх, кинул он. — ЧТО, — замирая на месте и открывая рот настолько широко, насколько позволяет его челюсть. — Прикрой рот, drogi, муха залетит. — Гори в аду, — с глухим шлепком камень прилетел в спину Сута. ***       Солнце пробиралось сквозь крупные листья пальмы. Безоблачное небо принесло с собой тепло. Припекало так сильно, что приходилось прятаться в тенях величественных деревьев. Руки горели, а по лицу Алекса катилось пару капель пота. Но, кажется, мучался только темноволосый, потому как в другое время Уилбур посвистывал и развалисто шел под боком. — Ты так и будешь строить из себя гордого, или наконец, снимешь свою шапку? — не глядя, присвистнул кудрявый. — Тебя ли это волнует? — продолжая борьбу с сырой прядью прилипвшей ко лбу, спросил Алекс. Это не увенчалось успехом, и он простонал, срывая шапку со своей головы. Мокрые и длинные тёмные волосы встретились с лёгким флоридским ветерком. Запуская пальцы в чёлку, позволяя бризу бушевать и охлождать кожу головы. Это было намного лучше, чем сидеть в душном классе и слушать причитания Шлатта. Возможно, он пожалеет об этом позже. Возможно... — Я ведь говорил, — самодовольно прозвучало рядом, — Почему ты прячешь свои волосы под шапкой? — неожиданный вопрос сбил с толку. — Какая разница? — Закатывая глаза, проворчал Квакити. Что вызвало новую порцию смеха у Уилбура *** — Тебе следует закрыть глаза, — немного слишком возбуждено произнес кудрявый. Но, заметив нахмуренные брови, Сут игриво ударил ударил темноволосого, — Да ладно тебе, ты можешь мне доверять. Ну, по крайней мере, сейчас.       Квакити стоял спиной к ржавому гаражу в старом заброшенном автопарке. Он анализировал лицо парня напротив и пытался найти подвох в ухмылках, который тот кидал. — Почему я должен тебе верить? Всё твоё существование кричит, чтобы я был скептически настроен к тебе и бежал подальше, — скрещивая руки на груди, проворчал Алекс. — Так и почему ты не бежишь? — Не перескакивай с темы на тему, — он трет переносицу и выдыхает, судя по всему, сдаваясь, — Если ты бросишь меня в пруд, ты пожалеешь. Уилбура это не напугало. Это было даже смешно.       Как только глаза парня пониже смыкаются, Сут нежно протягивает ладони и вкладывает их в чужие. Он сжимает их и тянет человека на себя. квакити неуверенно качается и шипит, когда его дёргают слишком сильно. — Прекрати это делать! Я открою глаза, если ты еще раз меня так дёрнешь, — Типичный хриплый хохот прямо перед ним не меняется, но в этот раз с ним обходятся мягче. Алексу пришлось долго адаптироваться в новой обстановке, и прошло некоторое время. — Ты можешь открыть свои глаза, — отпуская руки, довольно мягко проговорил Уилбур.       Квакити незамедлительно открывает глаза и видит.. Уилбура перед собой, груду мусора справа и пара заброшенных ретро машин слева. — Это место много значит для меня... — То-есть, свалка много значит? Не ожидал ничего другого, — Сута бесцеремонно перебивают. — Тебе следует обернуться, — не смотря на грубость, он продолжает хихикать с раздражительности Алекса.       Черноволосый сомнительно хмыкает и поворачивает голову через плечо. Его глаза расширяются, и он в одно мгновение поворачивается, полностью рассматривая каждую деталь.       Сотни заросших мхом машин стояло на свежем воздухе, прямо рядом с модным автосалоном. Никто никогда бы не мог подумать, что здесь существует такое. Солнце отбрасывало сразу несколько солнечных зайчиков от битых лобовых стёкол.       Было что-то прекрасное в этом всем. Уединение, свобода и простор. Никто не мог найти их здесь. В этом месте они могли позволить себе все, без осуждения других. — Впечатляет, да? — слышится шёпот за спиной. — Они всегда здесь были? — восхищение сочится из уст Алекса, он просто не верил своим глазам. — Нет, специально для тебя привез. — Ты единственный, кто умеет одним единственным предложением испортить атмосферу... — Не злись, а следуй за мной, — Уилбур сворачивает и идет между машинами. Его ладонь скользит по металлу машин и смахивает слои пыли, накопившиеся за годы. Ботинки приминают травку, когда он останавливается у небольшого такого же покинутого людьми пруда, — Добро пожаловать в мое скоромное место.       Алекс встает рядом и осматривает местность. У самого пруда стоит старенький Меркьюри Бобкэт, и он с непониманием разглядывает лицо Сута.       Уилбуру не нужно слов, чтобы понять, что Квакити в замешательстве.       Кудрявый подходит к машине и со скрипом открывает пассажирскую дверь. С заднего сиденья он достает гитару и плед в шахматный принт. Он захлопывает дверь и во все стороны летит пыль, Сут начинает кашлять и махать рукой. Алекс хихикает под боком.       Справившись с приступом кашля, Уилбур расстилает плед на верхушке Меркьюри, гитара лежит рядом. Кудрявый протягивает руку с крыши, чтобы помочь низкорослому парню подняться. Тот цепляется за нос машины и ставит ботинок на шину. Он принимает руку помощи и его тянут наверх.       Квакити плюхается рядом с Уилбуром и выдыхает. Он бы никогда не подумал, что где-то здесь может быть место подобное этому. Черноволосый понимает, почему это место особенное для Сута. — Я часто зависаю здесь, когда хочу побыть наедине с собой, поэтому здесь всегда есть моя гитара. Может ты хочешь, чтобы я сыграл для тебя?       Алекс не отвечает, но кивает. Мазолистые пальцы перебирают струны, и первый аккорд уносится ветром. Мелодичные звуки заменяют скрип сломанного мусора. Атмосфера сменилась на мягкую и пушистую.       Why must I feel numb, done what I've done       I've taken my cues, what I'm supposed to do       Naively assume the narrative's doomed       When I hold the pen, it's throttling you       Хриплый по началу голос Уилбура гармонично слился воедино с игрой. Квакити замер, прислушиваясь к каждому прерывистому вздоху в паузы мелодии. Он опëрся на руку и наклонился в сторону высокого.       You never liked me when drunk, I start to believe       You never liked me at all and so I agree       And I'll say "Fuck you," 'cause I know if I don't       I'll probably say something stupid and true Фаланги пальцы легко скользили по металлическим нитям. На удивление, хрипота вскоре исчезла, заменяясь и опускаясь на плавный тембр. Маленькие флоридские птички посвистывали, пролетая где-то рядом и это сливалось в единую компазицию. Кажется, что солнце начало светить ярче или как можно объяснить теплоту в душе?       К концу песни Алекс вжился и начал тихо подпевать пару слов. Он чувствовал себя хорошо, чувствовал себя "дома". Ему не хотелось, чтобы этот момент заканчивался, но всему есть свое логическое завершение и Уилбур играет свой последний аккорд и замолкает. — Это было прекрасно. Хорошо, я прощаю тебя и позволю участвовать в мероприятии с гитарой, если позже увижу запись с твоей игрой. — О, Боги! Благодарю вас, Квакити, за то, что разрешили мне участвовать, — с насмешкой отвечает Сут. ***       Было что-то привлекатльное в том, что они просто вдвоём сидели в заброшенном автопарке и болтали обо всех вещах на свете. Прямо сейчас Уилбур просто бренчал на своей гитаре и обсуждал грядущую вечеринку по случаю день рождения Джорджа. — Ты, должно быть, шутишь? Разве ты забыл прошлую вечеринку Дрима, когда ты пьяный разбил свою гитару? Это было нечто! — Квакити активно жестикулировал и руками, не скрывая своих эмоций, — Мне пришлось на пару с Дримом убирать все твои осколки, пока ты пьяный валялся в туалете. — Может быть, мне жаль, но не забывай что ты тоже участвовал в этом, — Рука кудрявого полезла в карман за сигаретой, — Да и разве ты забыл о нашей игре в бутылочку? Как можно было три раза подряд поцеловать Карла? — ЭТО КРУТИЛ КАРЛ, НЕ МОЯ ВИНА! да и.. не по настоящему все было, — Смущённо надувая губки, защищаясь проворчал Квакити, — И вообще, поделись сигареткой. — А был ли у тебя когда-то «настоящий поцелуй», Квакити? — Наклоняясь ближе и вставляя никотиновую палочку в губы Алекса, мгновенно заставляя его покраснеть, — Не играя в бутылочку.       Черноволосый хмурит брови и зажимает сигарету в пальцах, — Доставай зажигалку.       Сут фыркает и ловким движением спрыгивает с машины и с характерным щелчком открывает бардочок. Он достаёт новый чикфаер и захлопывает дверь, но не спешит залезать обратно на крышу. Он прислоняется к металлу и сам тянется к Квакити. — Ну-ка, наклонись, — манит его пальчиком Уилбур. Квакити покорно подчиняется.       Пока ровные зубы зажимают сигарету, Сут щёлкает зажигалкой, и искры летят в направлении ветра. Палочка загорается и пепел падает на Меркьюри. Дым поднимается между ними, когда их глаза встречаются. Фаланги пальц кудрявого находят руку чуть ниже и скользят во внутреннюю часть. Квакити наклоняет голову и теперь смотрит на него под уклоном. — И что по твоему ты делаешь? — с ухмылкой на губах спрашивает темноволосый. — Помог моему дорогому другу в трудной минуте и зажёг ему сигарету? Нет? — Уилбур складывает руки на крыше машины и укладывается головой на ней, не разрывая зрительного контакта.       Алекс улыбается такой глупости и приближается, — Когда ты так трогаешь меня, то ты мне тоже помогаешь?       Кудрявый фыркает и отстраняется, его взгляд скользит по траве, и он замечает кунти. Он срывает маленький цветок и вновь тянется к парню, находящегося на крыше. Белые лепестки красиво гармонируют с чернотой волос Алекса, когда цветок вставлен за его ухо.       Щеки Квакити приобретает лёгкий розовый оттенок. — Ты пытаешься меня задобрить, чтобы я потерял бдительность, и ты совершил что-нибудь глупое? — Но, кажется, это работает, потому что он все-таки смягчается, — Ты знаешь, что... — Его резко тянут за воротник вниз, и сигарета выпадает из его рта, но что-то влажное и шершавое заменяет это.       Когда потрескавшиеся губы Уилбура накрывают уголок губ Алекса, кажется, что мир останавливается. Неожиданный поцелуй вывел его из коллеи, и разум затуманился, будто сигаретным дымом. — Что..? — Сумев совладать со своим ртом, прошептал Квакити, когда маленькое касание губ завершилось, — Ты лишил меня сигареты, придурок. — О, мы переживаем только по этому поводу, да? — Его также нагло прерывают, как мгновение назад он сделал это с Алексом. Но уже полноценным поцелуем.       Не замечая неудобности позы, не прохладного ветерка, не слишком яркого солнца — на душе было тепло. Грубые руки дотянулись до щёк и сжали их, чуть приближая к себе.       Поцелуй не был страстным, но и не был нежным — он был особенным. За годы общения в нём скопились все чувства, что те хранили в себе. Переживания, злость и соперничаство — всё это отражалось прямо сейчас. Это было не идеально, но им было достаточно.       Руки Квакити нашли узкие плечи Сута и облокотились на них. Почти ложась на машину, чтобы быть под лучшим углом, Алекс обжёгся об сигарету, что недавно упало туда из-за их первого неожиданного соприкосновения. — Ай, черт, — Отстраняясь черноволосый, сразу же бойко потерая ожог на логте, — Целоваться с тобой одни проблемы. — О, нет. Дай мне третий шанс, — Жалостливо попросил его высокий парень, но он ни капли на расстроился на самом деле. Он просто наслаждался моментом.       Низкорослый парнишка усмехнулся и постучал по крыше рядом с собой, — Залезай, и мы поговорим об этом по-подробнее. — Если я залезу, и ты не поцелуешь меня еще раз, то я заставлю Шлатта отчитать тебя. — Будто этого не случилось и без твоей помощи, — мягко хихикнул Алекс и заметил, как Уилбур двинулся к началу машины...