Невеста для Избранного

Марволо нервничал. Хотя нет, он откровенно психовал. Во-первых — его жутко напрягала атмосфера в отдельном ритуальном зале Певерелл-гарда. Хмурый Снейп, не менее хмурый Геллерт, чем-то озабоченная Трисс. Всё это действовало на нервы не хуже Круциатуса. Во-вторых они собирались сегодня переносить его в новое тело. И хотя ему не нравилось настроение магов вокруг, перенос нервировал куда больше. Они проверили всё не по разу, просчитали все риски. Но от надвигающейся паники осознание этих моментов не спасало. Впервые за всю жизнь Марволо искренне молился, чтобы всё прошло удачно. Чтобы сработали зелья, чтобы ритуал оказался верно просчитан, чтобы сама Магия не оставила его на этом пути. Взгляд помимо воли прикипел к тельцу, что плавало в колбе. Мальчик лет пяти, как он и хотел. Черноволосый, хрупкий, словно хрустальная статуэтка. Он не помнил своего отражения из детства, но почему-то казалось, что новое вместилище не сильно отличается от оригинала. «Если я правильно помню проекцию, у меня будут зелёные глаза. Хотелось бы конечно тёмные, но и так неплохо… Стану маленькой копией Гарри Поттера!» Голем тихо хихикнул, стараясь не отвлекать магов от приготовлений. «Наверное будет забавно всё вспомнить, когда мне исполнится шестнадцать. С одной стороны мне немного совестно бросать их всех. А с другой… Я действительно очень устал. И ведь ещё одного шанса пережить детство мне больше не представится. Остаётся надеяться, что мои воспоминания помогут им всё решить…» Трисс как раз установила кристаллы, на которые с помощью вторичного ритуала скопируются все воспоминания Марволо. Поставив последний на треножник, девушка осторожно отошла, стараясь не наступать на линии магической звезды. — Ну… Всё готово. Геллерт с Северусом проверили всё по списку и кивнули друг другу. Для ритуала им требовалось только три мага, так что остальных погнали прочь из зала. Мужчины поместили в центр голема и новое тело в уменьшенной версии колбы. Увы, но пока душа не привязана, без нужных зелий оно просто не протянет и минуты. Глубоко вдохнув, Трисс решительно шагнула на один из лучей, остальные заняли ещё два. Дождавшись кивков от магов, девушка затянула первый катрен, начиная обращение к Матери. С первой же секунды воздух буквально спёрло от всколыхнувшейся магии. Трисс усилием воли заставила себя петь дальше. Если она прервётся сейчас, то всё пойдёт насмарку. Северус внимательно следил за Марволо, которого начало тянуть в сон — а значит всё шло как надо. Девушка замолчала, ожидая знака от Геллерта, следящего за показателями. И, как только тот кивнул, начала петь следующие строки. Магия то успокаивалась, ластясь к ногам, то начинала реветь, словно раненый зверь. Трисс закончила катрен и настала оглушительная тишина. На миг девушке показалось, что они провалились. Но зелье вдруг взбурлило, а тельце, лежащее в колбе, выгнулось дугой. Северус тут же оказался около колбы, и руками, защищенными перчатками из драконьей кожи, достал тело. Геллерт так же быстро отнёс её на стол, чтобы не мешала, и маги снова встали на лучи звезды. На сей раз катрены читал уже Северус — у Трисс не было нужных талантов в легилименции и окклюменции, так что на её долю пришлось наблюдение за кристаллами. Вот вспыхнул один, второй, пятый. Всего они рассчитывали заполнить около десяти, но на всякий случай увеличили количество вдвое и оказались правы — когда ритуал завершился, пустым остался только один камень. Северус вытер вспотевший лоб рукавом, едва не забывшись и не коснувшись обнажённой кожи перчаткой, которую попросту не успел снять. Трисс прикусила губу, наблюдая за Геллертом и Северусом, которые проверяли показатели тела. Всё было в норме и решили, что можно будить «пациента». Тихо прозвучало заклинание и тут же — натужный кашель. — О, Мордредовы кальсоны… — Мал ещё так ругаться, Мариус. — У вас получилось? — У нас получилось. Трисс с облегчением выдохнула, подходя ближе к центру. Геллерт поднял ребёнка на руки, укутав в тёплое одеяло и отнёс в угол зала, где они специально поставили небольшую кушетку и несколько кресел. Перед тем, как запечатывать сознание, нужен был отдых и дополнительные проверки. Мариус-Марволо, едва его усадили на кушетку, выпростал руки из-под одеяла и принялся их разглядывать. — И правда, получилось… — Посиди спокойно, надо завершить диагностику. — Северус чуть нервно облизнул губы, взмахивая палочкой. — Ядро в норме, магические каналы тоже. Показатели в норме. О, Магия, всё просто отлично! Трисс усмехнулась, глядя на улыбающегося мальчишку с чересчур взрослым взглядом. Расслабляться она себе не позволяла, потому что им ещё предстоял второй ритуал, точнее ритуал будет поддерживающим — и то для Северуса. Они отдохнули, выпили по стакану воды и снова направились к магической звезде — на сей раз в центре стояли Северус и Марволо, а Геллерт с Трисс были лишь проводниками силы. Девушка чуть поморщилась, когда почувствовала отток магии. Зельевар буквально танцевал на лезвии ножа, запечатывая сознание бывшего сюзерена. Бывшего — потому что вместе с переносом сгорели и все обязательства, добровольные и не очень, клятвы. А ещё освобождённый от многочисленных оков разум, хоть и принадлежал взрослому человеку, находился в максимальном смятении. — Соберись, пожалуйста. — Северус с усилием потёр глаза, заслезившиеся от напряжения. — Иначе ритуал придется прервать, пока ты не стабилизируешься. Они продолжили ровно через минуту, когда Марволо, продышавшись, медленно кивнул, поднимая взгляд на Снейпа. Дальше всё стало чуточку проще, но всё равно после завершения всех манипуляций зельевар едва стоял на ногах. Мариус — теперь уже окончательно Кастор Мариус Гриндевальд, в том числе и магически — спал, отключившись от перенапряжения. Трисс с лёгкостью подняла ребёнка на руки и, с улыбкой поправив ему чёлку, чтобы не мешала, направилась в Мёрк-холл, точнее в новую детскую, которую они обустроили рядом с покоями Поллукса. Северуса взялся переправлять Геллерт — у зельевара попросту отказывали ноги и пришлось подхватывать заклинанием. Когда активных участников ритуала устроили на сон и приставили к ним домовиков, Трисс вернулась в Певерелл-гард. Кристаллы, на которых была записана жизнь Тома Марволо Риддла, осторожно упаковывались в ячеистые шкатулки, обитые бархатом. Когда она принесёт их в Мёрк-холл, к ним будут допущены только старшие Малфои, Геллерт, Северус, Барти и она с Примроуз. И только после того, как они их просмотрят, вычленят нужное и основательно запрут остальное, они покажут «фильм» остальным или просто расскажут на словах. Благодаря роду Принц у них были все инструменты для подобных манипуляций, но вот смотреть придётся в уединении — кристаллы оказались довольно капризным артефактом. Ещё и не узнаешь сразу, что выпало тебе, потому как запись шла пусть и в порядке хронологии, но узнать, с какого началось, а где закончилось, не выйдет. Но начнут просмотр они только завтра, потому как и она, и Северус с Геллертом вымотались до ужаса. Так что на транспортировке кристаллов сегодня приключения закончатся.

~На следующий день~

Трисс, облизнув губы, глубоко вдохнула и нырнула в артефакт, смутно напоминающий Омут Памяти. Только вот с помощью этого можно было прочитать только воспоминания, записанные именно на кристаллы. Она ещё не успела прийти в себя, как воспоминание уже началось. — А я тебе говорю — пошёл вон, полукровка! «О, кажется, это времена учёбы». Трисс огляделась, тут же зацепившись взглядом за худенького, одетого в мантию явно не по размеру, мальчишку. Красивого, словно сошедшего с фрески ангела. Падшего, потому как злость, сверкающая в глазах юного Риддла, ангелочку именно с небес не подходила вовсе. Мальчик проводил взглядом прошедших мимо старшекурсников, шмыгнул носом и, тут же вздёрнув его повыше, начал собирать книги, разбросанные по полу. Трисс чуть повела рукой в сторону, ускоряя движение времени. «Нет, всё-таки Принцы были гениями. Если бы не все эти примочки — мы бы сто лет смотрели всё это! А так может за несколько дней управлюсь». Она то и дело останавливала «фильм», если что-то цепляло взгляд или слух. К ускоренной речи пришлось привыкать, но зато дальше это только ускорило процесс. Чаще всего она останавливалась на моментах, где присутствовал Дамблдор. Видеть молодого ещё, рыжеволосого и в целом довольно симпатичного директора было, мягко говоря, непривычно. Но Трисс с лёгкостью отмечала все признаки того, что этот человек уже поставил себе цель. И идёт к ней, не особо заботясь об окружении. Она отмечала и косые взгляды, и кривые, полные довольства улыбки, когда директор видел неудачи Риддла. Конечно, мальчик, а впоследствии и юноша, не мог знать о планах директора. Но настроение читалось даже чересчур хорошо. Первый кристалл, полностью посвящённый школьным годам, она просмотрела за сутки. А вот вот на втором задержалась почти на три дня. Потому как ей в руки попал кристалл, где были воспоминания уже из «сферы», в которой дух просидел долгие годы. Дамблдор, видимо, был свято уверен в том, что раз Риддл уже на его крючке, то и никогда не сорвётся с него. А потому охотно разговаривал со сферой, пусть и не рассказывая всего, что задумал. Перестраховывался, не иначе. И, хоть многое приходилось проматывать — директор появлялся в хранилище своих ценностей довольно редко — ей удалось вычленить самое главное. И цель Дамблдора была совершенно за гранью её понимания.

~В воспоминаниях Тома Риддла ~

— А знаешь, Том! — Дамблдор откровенно наслаждался, издеваясь над врагом, поскольку знал о неприязни Риддла к собственному имени. — Сегодня прекрасный день! Юный Поттер, наконец, поступил в Хогвартс, да ещё и на Гриффиндор, так что я вполне могу начинать действовать! Сфера ответить не могла, но директору это и не требовалось. Он с довольной улыбкой перебирал пузырьки зелий, откладывая некоторые в отдельную кучку. Явно готовился опаивать совсем ещё мальчишку. — Ах, если бы я знал раньше, Том, что мне достаточно просто вас всех привести в негодность, что называется. Многого бы не случилось. И Дары стали бы моими куда раньше. А теперь ещё ждать, пока мелкий щенок подрастёт… Но ничего! Всего каких-то три года и мантия станет окончательно моей. Юного Гарри очень жаль, но дело Света, сам понимаешь, требует жертв. Старик любовно оглаживал каждый пузырёк, складывая их в шкатулку. После чего перешёл к полке с книгами и, достав одну из них, углубился в чтение. Через какое-то время, видимо, найдя нужную информацию, он аккуратно снял свои очки и осторожно подкрутил едва заметное колёсико, спрятанное на дужке. Трисс чуть нахмурилась, не понимая, что делает маг. Но запомнила название книги, решив поискать её в библиотеках родов. В следующий раз Альбус появился в хранилище почти через месяц, на сей раз не забирать зелья, а наоборот, пополняя запасы. Расставляя пузырьки на полке, он сетовал на то, что Северус окончательно отбился от рук. — Ты представляешь, Том, он вообще меня не слушает. Пришлось давить на обеты и буквально приказывать, а я так этого не люблю… Ещё и не опоишь ничем, всё чует своим клювом! Вот с Минни работать одно удовольствие, никаких споров, никаких ругательств. Пара капель нужного зелья в лимонные дольки — и лучший сотрудник готов! Мне даже пришлось её останавливать, иначе бы она исключила щенка Поттера за ту историю с метлой. А нам это не надо, не-е-ет… — Альбус критически обозрел дело рук своих и кивнул сам себе. — Думаю, с ним хорошо сработает тактика, которая не сработала на тебе, мой мальчик. Но у тебя не было главного ингредиента, который есть у мальчишки. У него есть слава! И эта слава отлично поработает на всеобщее благо. То ли у Альбуса были ещё хранилища, то ли просто не требовалось посещать единственное, но до следующего раза Трисс пришлось перематывать в самый конец учебного года. Смотреть на грустно мигающую оттенками серого сферу было малоприятно. — Мордред! — Дверь распахнулась с таким грохотом, что Трисс даже вздрогнула. — Чёртов мальчишка! Как вот он умудрился? Высококачественный инфери, еле уговорил этого сраного толстосума создать! Столько денег! А он просто сжёг его! Ну ничего, щенок, посидишь всё лето с родственничками, они уж выбьют из тебя всю эту тёмную заразу! Альбус бесился ещё минут десять, пару раз даже порываясь брякнуть сферу об пол, но вовремя останавливался. И вдруг старика словно осенило! Замерев, он осторожно поставил вместилище Риддла на полку и отошёл к заваленному бумагами столу. Трисс отвесила самой себе подзатыльник — могла ведь обратить внимание и рассмотреть поближе! А теперь придётся и смотреть, и слушать одновременно. Благо что потом можно будет пересмотреть собственные воспоминания, пусть и в них многое смажется. Она подошла к столу и начала старательно вглядываться в листы, замирая на минуту-две, чтобы картинка чётко отпечаталась в памяти. В основе своей это были малопонятные почеркушки, словно Альбус просто записывал поток мыслей, но встречались и более чёткие заметки. Над одной из них Трисс замерла надолго, неверяще глядя на название. «Воспитание Героя». И примерный план на каждый год, что делать и как. Подробное описание всех эмоциональных качелей, которые он устраивал Гарри! Девушка почувствовала, что её начинает потряхивать и старательно задышала, успокаиваясь. Ещё не хватало повредить кристалл своими эмоциями! Северус её тогда с потрохами сожрёт. Когда дыхание успокоилось, а мысли перестали метаться от немедленной казни Альбуса к сценам сжирания трупа мерзкого старикашки, Трисс снова вернула своё внимание к воспоминанию. Альбус, наконец, нашёл в завалах нужный листок и победно усмехнулся. Трисс заглянула через его плечо, но только удивлённо изогнула бровь. На желтоватом пергаменте были такие каракули, что она не могла разобрать ни одной буквы. — Смотри, Том! Вот оно, моё спасение! В следующем году этого щенка ждёт удивительное приключение! — Старик патетично потряс рукой. — Только вот кого назначить жертвой… Альбус задумался, а Трисс начала перебирать в памяти, что же случилось на втором году учёбы Гарри. И снова чуть не сорвалась. Василиск! Эта скотина бородатая лично, своими руками, всё подстроил? — Думаю, девчонка Уизли в самый раз. Ей ничего не грозит, и так уже Печать есть, а вот для будущих уз спасение бедной девы из лап чудовища самая благодатная почва! Даже если щенок сдохнет, то мне это только на руку. А не сдохнет — будет повод в будущем обвинить его в тёмной магии! Главное уговорить Артура, Молли мне не даст ничего сделать… Трисс с ужасом смотрела на старика, который бормотал себе под нос примерный диалог с главой клана Уизли. В её голове просто не укладывалось — как можно быть настолько чёрствым? Как можно с довольной улыбкой рассуждать о смерти ребёнка? Не выдержав, она вышла из воспоминания. Минут пять она просто смотрела в идеальную гладь потустороннего тумана, стараясь взять себя в руки. А после, достав палочку, отправила Патронуса Антонину. Ей необходимо было сбросить пар.

***

К работе над кристаллами она вернулась только на следующий день. Отдохнув, от души помутузив отца на ристалище и основательно накачавшись блокираторами. Иначе, судя по её ощущениям, Дамблдора ждала бы немедленная расправа. Больше всего её раздражало то, что даже в суд на этого урода не подать! Именно с его подачи воспоминания, собранные не аврором, нельзя было предоставлять в качестве доказательства. И менять этот закон Визенгамот просто отказывался, отговариваясь тем, что всё правильно и вообще воспоминания можно подделать! — Суки… Вот закончу с этим дерьмом и возьмусь за вас. Всех повыкидываю к Мордредовой бабушке! Лорды мне в этом только помогут, особенно леди Лонгботтом. — Девушка с силой потёрла лоб, стараясь взять себя в руки. — Я же двойную дозу блокиратора выпила, что за хрень? Успокоившись, Трисс молча нырнула в воспоминания, безошибочно находя момент, на котором остановилась. Альбус больше ничего не произносил, раздумывая и черкаясь на очередном листе. Так что девушка уделила особое внимание бумагам, разложенным в хаотичном порядке. Но, кроме «плана воспитания» больше ничего интересного обнаружить не смогла. Летом Альбус вообще не появлялся в хранилище. Вновь маг зашёл внутрь только после Рождества и был на удивление мрачен. Исподлобья посмотрев на сферу, он вздохнул и рухнул в стоящее у стола кресло. — Вот что за холера, а? Никто не желает меня слушать. Даже Минни начала паниковать, хотя я убеждал всех, что всё под контролем. Я же Великий Светлый! Почему меня игнорируют, Том? Как ты вообще умудрился подчинить себе этих сраных аристократишек? Эх, надо было тебя сразу в голема пихать, хоть поговорить можно было бы. Хотя, зная тебя, ты бы наверняка попытался сбежать. А этого мне совсем не надо. Визиты в хранилище в 1993 становились всё реже и реже. Но в конце учебного года, словно повторяя события прошлого года, Альбус ворвался в состоянии близком к истерике. — Живучая шавка! Меня едва Хогвартс не выкинул с поста из-за этой мелкой твари! — Старик трясущимися руками схватил один из пузырьков и опустошил его одним глотком, после чего рухнул в кресло. — Мордред, едва успел отправить Фоукса… Ещё бы несколько минут — и пропали все мои планы. А для моей миссии мне надо остаться здесь! Трисс навострила ушки, но директор замолчал, как назло. Вздохнув, девушка дождалась, пока директор уйдёт и снова начала перематывать время. Она думала, что и это лето будет «пустышкой», но вдруг Альбус ворвался в комнатушку, едва не танцуя. — О, это просто великолепно, Том! Этот блохастый идиот сбежал из Азкабана! Всё Министерство на ушах! Ах, какой прекрасный день! О, Сириус определённо сыграет свою роль на полную! Мозги — каша, характер отвратный, ненависть к аристократии на максимуме! Осталось найти этого идиота и обработать. Старик мерзко захихикал, потирая ладони. У Трисс почему-то всплыла ассоциация с мухой, сидящей на куче отменного дерьма… Но практически весь оставшийся год всё было спокойно, как и в первой половине 1994. Летом директор в хранилище не появился ни на миг, зато в сентябре она снова имела удовольствие наблюдать истерику «Великого Светлого». И причиной была её скромная персона. — Вот ведь… Да что это такое, право слово! Сначала эти коротышки, теперь какая-то девчонка! Ещё и влезла на Гриффиндор, Шляпа, сволочь! Сказал же: всех, кто мной не одобрен, куда угодно, только не туда! Ладно, посмотрим, что будет. Уизли точно отпугнут эту заразу от щенка, как бы он не ластился к ней. Надо подкинуть близнецам идею, что хорошо бы потравить новенькую… «Вот ведь скотина старая, а! Интересно, а насколько у него вообще развёрнута вся эта сеть «Блокировки Избранного», а? Если я правильно помню, за три года обучения Гарри ни с кем особо и не сдружился, кроме одобренных стариком людей…» Через месяц после её появления в Хогвартсе Дамблдор притащил в хранилище множество книг. Большая часть из них относилась к алхимическим наукам и девушка догадалась, что директор начал искать способ создания голема. Но видимо ни таланта, ни умений у него не оказалось. Так что ещё через месяц книги исчезли, а вместо них появился откровенно наспех сделанное тельце младенца, которое она помнила ещё с кладбища. Переселение не заняло много времени, но Трисс недовольно поморщилась — Альбус делал всё настолько топорно, что даже она ощущала отголоски боли. Через какое-то время, убедившись, что дух надёжно укрепился в глиняном теле, директор передал его Петтигрю. Множество диалогов после этого сосредоточились на нытье Крысы. Бедный несчастный Питер, как ему всё надоело и прочая, прочая. Но даже среди нытья попадались крупицы нужной информации. Именно Крыса ляпнула фразу, по которой можно было примерно понять цель Дамблдора. — Эх, надеюсь, скоро всех этих красавчиков перемелет! Как вы меня все достали, а! — Питер с остервенелой злостью пнул корзинку, в которой вошкался Риддл. — Никак передохнуть не можете… Ну ничего, ещё годик потерпеть и можно будет вздохнуть свободно. Наверняка и старик тоже следом помрёт, наконец я буду абсолютно свободен! Мужчина вдруг замер, глядя в пустоту стеклянными глазами. Пожевав губу, он вдруг развернулся к корзинке, словно и правда спрашивал совета у Риддла. — А если не сдохнет? Мордред, может ему подсунуть какую гадость? — Питер вздрогнул. — Не-е-ет, эта старая сволочь меня враз раскусит. Проще заавадить, когда он будет слаб после ритуала… О, за что мне все эти страдания! Второй кристалл закончился на моменте, когда Риддл уже был готов к переселению. Ничего интересного там не было, хотя Трисс позабавилась, наблюдая за капризами голема. Остался последний и что оказалось на нём — Трисс даже не могла представить. Потому что судя по словам остальных, им попались совершенно разные отрезки жизни, от года до десяти лет в зависимости от насыщенности событий. И, опять же, они уже почти всё просмотрели. — Ну, поехали. Она была готова ко всему: что на этом кристалле окажутся самые страшные секреты Риддла, что память, в попытках защитить скрытое, до последнего удерживала какие-то травмирующие сцены. Но всё оказалось куда прозаичнее… Словно калейдоскоп, одно воспоминание сменялось другим. Пара мгновений, не больше. Размытое лицо женщины, что улыбнулась ему так устало. «Наверное, это Меропа». Первый друг в приюте, мальчик такой же маленький, как и сам Риддл. Улыбки, похвалы, яркие моменты из жизни — на последнем кристалле оказались самые светлые мгновения, что сохранились в памяти мага. Трисс с удивлением обнаружила и сцены из Мёрк-холла. Немного навязчивая забота Солье, их перепалки с Риддлом, споры с Гермионой и Анастази. Трисс с силой прикусила губу, когда перед ней встала сцена, где Риддл просит оставить его ребёнком. Тогда она даже внимания не обратила на то, сколько усталости в голосе «Страшного Тёмного». — Нет уж, такое я точно никому показывать не буду… — Девушка со всей осторожностью упаковала кристалл в отдельную шкатулку и запечатала своей кровью. — Это слишком личное.

***

Они всё-таки собрали кусочки воспоминаний, чтобы продемонстрировать их всем, кто находился в Мёрк-холле. Мариус ещё спал и, по словам Северуса, должен был проспать ещё минимум пару дней. Гарри так и вовсе появится дома нескоро. Так что в зале собрались все остальные, исключая Поллукса и младших девочек, которых решили не впутывать в эту грязь ещё больше. — Итак, господа и дамы. — Трисс улыбнулась. — Отныне Тома Марволо Риддла нет, как вы уже в курсе. Есть мой младший брат, Кастор Мариус Гриндевальд, но сегодня мы не о выполненной работе, а о воспоминаниях уже точно бывшего Тёмного Лорда. Мы сумели выяснить многое, хотя и не всё. После «фильма» ярость в зале стала такой концентрированной, что её можно было есть ложкой. Беллатрикс, на удивление, была одной из самых спокойных. Больше всего ярились Нарцисса и, внезапно, Луна. Две блондинки готовы были разорвать директора на много-много маленьких Альбусов и сыграть в «Ударь крота». Или сплясать чечётку, на крайний случай. Успокаивать пришлось всем миром и, после того как дамы слегка остыли, начался совет. — Я не совсем понимаю, чего он хочет достичь. Ему нужны все три Дара, но становление Повелителем явно не конечная цель. — Судя по словам Крысы, Альбус хочет истребить чистокровных под корень, оставив полукровок и маглорожденных. — Но для чего? Магии от этого больше не станет, Паук не превратится во всесильного мага, люди всё так же не будут смотреть на него с безоговорочной любовью. Трисс отошла к окну, задумавшись над последними словами. Петтигрю мог и не знать настоящей цели своего покровителя. Альбус был любителем полутонов и намёков, а так же умело замешивал правду и ложь в нужных пропорциях. — Магии больше не станет… А что если в этом и есть его цель? — Ты о чём? — Гермиона нахмурилась. — Это же бред, Трисс. Он сам маг, зачем ему уничтожать самую магию? — Нет, не магию. Магов. Носителей силы и потенциальных противников. — Это нереально. — Нарцисса побледнела. — Ведь для этого ему надо уничтожить вообще всех! Даже сквибов! Все задумались — каждый о своём. Кто-то пытался осознать весь масштаб проблемы, кто-то искал выход, а кто-то раздумывал над уже сказанным. И вдруг осенило Антонина. — А если он хочет не уничтожить, а буквально лишить магии? И Дары он хочет использовать не для себя, а для какого-то ритуала, как жертву? Артефакты древние, через столько рук прошли — магии в них хоть отбавляй, откуп выйдет щедрый. — В любом случае Альбуса надо убирать. Причём, чем быстрее — тем лучше. Мордред его знает, что ещё ему взбредёт в голову! Дальше произошло самое обидное не только для Трисс, но и для остальных членов отряда — их попросту выставили из зала, заявив, что справятся и без детишек! Правда, заводилами всего этого балагана были Лестрейнджи и Малфои, а вот остальные даже пытались сопротивляться. Пусть и только для вида. Подростки, переглянувшись, направились в кабинет Трисс. Молча расселись по своим местам и уставились на девушку, что встала во главе стола. — И чего вы на меня смотрите? Ждёте, что я побегу прямо сейчас Дамбику голову откусывать? — Это вполне в твоём характере, заметь. — Мио тихо усмехнулась, когда Трисс недовольно зыркнула на неё. — Ещё скажи, что я не права? — Никто никому ничего не будет откусывать, хотя мне действительно сильно этого хочется. Но если я это сделаю, увы, меня ждёт встреча с дементором и явно не жаркие ночи в его компании. Гарри мне такого не простит. Так что давайте думать, господа, что делать будем. — А разве мы не оставили это на взрослых? — Тео непонимающе моргнул. — Нет, просто все так ушли… — Они ничего не смогут сделать официально, вот в чём беда. А для неофициального не опустятся. Так что будем действовать сами и надо успеть его грохнуть до Рождества. Гермиона вздрогнула, услышав последнюю фразу из уст Трисс. И насколько горели злостью глаза девушки, настолько же и кровожадно прозвучали сказанные слова. — Трисс, ты уверена, что его надо именно… Грохнуть? — Да, Мио. Иначе эта старая сволочь так и продолжит портить нам жизнь. Нет, я, конечно, его допрошу перед тем как сожрать, но не думаю, что изменю решение. — А разве нельзя использовать слова Петтигрю? Мы же отправили его в Аврорат! — Угу. И что ты слышал о Петтигрю с тех пор, Блейз? — Парень смущённо почесал в затылке. — Вот именно. Нам только и сообщили, что его допрашивают. И всё. Больше ни словечка. Трисс вздохнула, запуская пятерню в волосы. Хотелось со всей силы дёрнуть себя за копну, только вот при нынешних силёнках как бы лысой не остаться после таких выкрутасов. Девушка отошла к окну, задумчиво прикусила губу, раздумывая над ситуацией. Но других выходов не видела — Альбуса надо убирать, какие бы цели у него не были. Во благо её семьи он точно действовать не будет, а ей больше и не надо причин. — Жаль только, что у нас нет шпиона рядом с директором. Хотелось бы отслеживать телодвижения Альбуса во избежание внезапных сюрпризов. Ладно, раз гениальных мыслей ни у кого нет, на сегодня мы закончим. Дождёмся возвращения Гарри, тогда и обсудим всё. Нам действовать проще, простора больше. На крайний случай я и правда попросту откушу директору голову и скроюсь где-нибудь на время.

***

Кастор открыл глаза ровно через два дня после ритуалов. Малыш сел на кровати и закрутил головой, оглядываясь. Тут же появилась домовушка, которая помогла ребёнку умыться и переодеться. — А кто ты? — Солье, маленький хозяин, ваша няня. — А где моя мама? — Она и вся остальная семья ждут вас в столовой, так что одевайтесь скорее. Мальчик, кивнув, старательно засопел, натягивая штанишки. Когда он был причёсан и осмотрен со всех сторон, Солье протянула ему лапку. Они оказались около длинного стола, за которым сидело так много народа, что Кастору стало немного не по себе. Но ощущение беспокойства тотчас отпустило его, когда он понял, что все присутствующие ему знакомы. Только вот откуда — он не мог понять. Впрочем, странные мысли быстро покинули его голову, стоило ему увидеть черноволосую женщину, что улыбалась ему, вставая со стула. — Мама! — Здравствуй, малыш. — Примроуз подняла Кастора на руки и чмокнула в вихрастую макушку, после чего усадила рядом с Поллуксом, который с интересом косился на новообретённого соседа. — Как спалось? — Хорошо! Кушать хочу! Беллатрикс с Нарциссой только переглянулись — в их головах пока плохо укладывалось то, что вот этот чудесный малыш когда-то был Тёмным Лордом. А Рабастан тихо порадовался тому, что у Мёрков хватило наглости и мозгов стребовать со всех Непреложный, мешающий даже случайно болтнуть о прошлой жизни ребёнка при нём или при посторонних. Северус незаметно отслеживал показатели малыша, одно за другим накладывая диагностические. Но Кастор явно был чувствителен к магии, потому что то и дело ёжился, словно от ветерка, а потом и вовсе уставился на зельевара чуть насупившись. — Дядя, хватит! Мне щекотно! — Прости, Кастор. Но ты долго спал, и мне надо было проверить, всё ли с тобой хорошо. — Ладно… Но больше так не делай! — Не буду, обещаю. Примроуз, посмеиваясь, положила детям кашу с фруктами. Мальчишки, переглянувшись, дружно скривились, но послушно взялись за ложки. И тут же замерли, когда услышали грустный вздох Примроуз. В очередной раз женщина напомнила Поллуксу о том, что он не должен заставлять себя есть то, что ему не нравится. — А мне тоже можно выбрать? — Конечно, Кастор. — Тогда хочу омлет с беконом! Люциус едва заметно хмыкнул, заметив светящийся восторгом взгляд ребёнка. Дальнейший завтрак прошёл в спокойной обстановке. Детей отправили играть, а Трисс решила сходить в хранилища. Что её туда потянуло? Что она хотела найти? Она и сама не знала ответа на эти вопросы. Но когда ноги привели её к огромному стеллажу, на котором стояли яйца разнообразной расцветки, девушка только вздохнула. И пошла вдоль полок, пока взгляд не споткнулся об одну из кратких инструкций. Ехидная усмешка расплылась на губах девушки, когда она нашла второе похожее описание. О, кто бы ни был следующим директором Хогвартса — он взвоет, когда мальчишки поступят в школу! Главное, чтобы им не стал Северус. Иначе быть ей поротой, несмотря на близкое совершеннолетие.