Объятия цветов.

Что такое Ханахаки? Почти никто не знает ответ на этот вопрос. Этот термин скорее сказочный и мифический - в мире ещё не встречали людей с этой удивительной "болезнью". Ну, или думали, что не встречали. Возможно, такие люди и правда были, но о них никто не знал или просто не верил им. Кто знает. Саше сейчас было и вправду тяжело. Упадок зрителей на твиче, расставание с Каечкой - всё это било, словно ножом, по сердцу и зажившим ранам на нём. Даже Лёша появлялся в его жизни реже, чем раньше - у него была, вроде бы, счастливая жизнь с Аней, он стабильно запускал стримы и был вполне себе счастлив. Но на стримы, почему-то, не звал. От этих мыслей Парадеевич постоянно старался уворачиваться, но выходило не очень хорошо. Он накручивал, что тот, кто считал его самым близким человеком и то отдаляется, и теперь Леша даже не нуждается в нём так, как раньше. Саша хоть и не показывал этого особо, но он очень ценил Лёшу - он всегда отвечал на его сообщения даже в шесть утра, когда все давно спят, дарил какие-либо подарки и уж точно не обделял вниманием. Он всегда был готов прийти на помощь, как и Кореш. Но что-то поменялось. Парню казалось, что он больше не нужен ему. Не нужен никому, кроме своих родителей и сестры, которые и так далеко. Даже зрители, кажется, не так яро поддерживают его, нежели чем раньше. Это больно. На улице светило слепящее солнце. Вот оно, начало весны. Парадеевич шёл на долгожданную встречу с Лешей. Они довольно давно не собирались, так что это должно было стать для зрителей нечто великим - наконец-то два лучших друга встретились! Саша же в это время не был так рад. Его сердце неутомимо билось и кажется, болело от мысли, что сейчас он снова встретит того, кто был важной частью его жизни, а затем просто исчез. Его разум терзали мысли «А что, если я скажу что-то не то? Что, если он решил собраться просто ради стрима, а я воспринимаю эту встречу столь близко к сердцу?» Сердце с каждым шагом и приближением к месту назначения билось всё сильнее и больнее. Эта боль, вроде бы, была и физическая, и моральная в том числе. Войдя в ворота ТЦ «Авиапарк», Парадеевич вздохнул и, взяв телефон в руки, увидел сообщение от Леши «Я на месте :) Жду тебя». Сердце дрогнуло. Сейчас ему нужно было подняться на второй этаж торгового центра и собраться с мыслями. Пройдя к эскалатору и встав на ступеньку, платиноволосый пытался думать о чём-то позитивном, пробовал нацепить на себя маску улыбки и выглядеть просто не столь подавленно. У него получилось, но в груди все также отчаянно билось сердце. Поднявшись на второй этаж и сжав телефон в руке, он улыбался, будто ничего и не произошло. Увидев Лёшу уже в реальной жизни, его руки начали неумолимо трястись. Он пытался дышать более спокойно, размеренно, чтобы успокоиться. Кореш же в это время стоял спокойно возле какого-то столба, и стримя свое лицо, отвечал на какие-то вопросы в чате. Кажется, он был действительно счастлив. Улыбка с его лица не спадала ни на секунду, он смеялся и говорил что-то. Саша же подходил к месту назначения все ближе и ближе. Увидев лицо давнего друга, Леша резко сменился в лице и побежал к Саше, и разогнавшись достаточно хорошо, буквально полетел к нему в объятия. Крепко сжав Парадеевича, Кореш уткнулся ему в шею и что-то пробубнил. Саша ничего не понял, но улыбнувшись уже искренне, обнял его со всей силы, которая у него была. Темноволосый в ответ на это что-то прокряхтел. - Мы так давно не виделись! – Леша был очень счастлив. У него от улыбки, кажется, скоро рот порвется. - Да-а-а… Я так скучал. – сказано это было с небольшой грустью в голосе. Саша действительно был рад встрече, но от осознания того, сколько они не виделись, было грустно. - Ну, я думаю это надо исправлять! Куда отправимся? Может поедим для начала? Я так поздно проснулся, поэтому чтобы успеть собраться даже не ел. - Пошли. А куда пойдем-то? - Да тут неподалеку Сёрф Кофе. Помнишь, мы там уже покупали когда-то? Например, когда костюмы брали и потом катались на банане зимой. От этих счастливых воспоминаний у Саши сердце забилось чаще. Он вспомнил искреннюю улыбку Леши в его адрес, его теплые объятия тогда, согревающие зимой и то, как он его целовал в щеку. От этого, почему-то, закололо где-то в сердце. «Кажется, пора перестать думать о таком.» Спустя какое-то время они уже сидели на какой-то деревянной лавочке, держа в руках по соку, смузи и макарону. Парадеевич преодолел дискомфорт и уже без всяких барьеров разговаривал с Корешом. Это его, наконец, начало радовать. Пока Саша задумался, Леша откусил половину его макарона. - Ты че, афигел? – произнес пепельноволосый с шуточным наездом. - Нет… - Леша опять улыбался во весь рот. Эта ситуация его веселила. - Щас ты у меня получишь! – Парадеевич встал с лавочки, положил на нее стакан и упаковку с уже лишь половиной макарона. Леша, увидев, что ему и его макарону сейчас достанется, быстро вскочил и положив стакан, побежал вместе с телефоном и едой куда-то в сторону, лишь бы Сашка до него не достал. Саша же в это время подорвался с места и побежал вслед за другом. Пробежав буквально метров десять, он понял, что у него появилась сильная одышка. - Что? Какого… - в мыслях Александра сейчас крутилось множество вопросов. Как спортивный человек, бегал он явно быстрее всех остальных; по времени тоже обгонял своих соперников, но в данный момент легкие словно полыхали ярким пламенем. - Я ведь пробежал совсем немного… Еще и колит в груди. Остановившись, Парадеевич решил отдышаться и дальше бежать. Но резкий кашель думал по-другому. Истошно кашлянув пару раз в руку, он почувствовал что-то на ладони, и взглянув на нее, увидел небольшой бордовый сгусток крови с… лепестком? Его глаза резко сузились; он испугался того, что это увидит Леша. Сжав ладонь и убрав руку в карман, он взглянул на Кореша. - Ты что, бегать разучился? Ха-ха-ха! – Алексей стоял за пять метров от Саши; он ничего так и не понял, и просто искренне смеялся над тем, что его друг совсем мало побегал и уже откинулся. - А… Да я просто резко в туалет захотел, щас обоссусь! - чтобы и Леша, и зрители его услышали, ему пришлось почти орать, - Я сейчас приду! Побежав в ближайший туалет на этаже и чуть не поскользнувшись на кафеле, он тут же вытащил руку из кармана и раскрыв ладонь, подставил ее под воду в раковине. Кровь тут же смылась и перед ним предстал маленький чуть розоватый лепесток; совсем как настоящий, возможно даже от ромашки, только розовый. Сашу одолела паника. Он действительно не понимал, как он мог откашлять сраный лепесток в начале весны. В Москве еще даже цветы расцветать не начали, а он каким-то образом выкашлял лепесток от них. Не мог же он вдохнуть семена так, что аж в его легких начали расти цветы? Это физически невозможно! Подержав руки под водой еще пару минут, он решил высушить их и выйти. «Надо будет потом сходить к врачу, если еще раз такое будет. А вообще, наверное, может из-за HQD каких-нибудь. И без разницы, что я парил их пару раз. Кто знает.» Выйдя из туалета, он уже обычным шагом пошел к Корешу. Увидев его, опять-таки стримящего себя и общающегося с аудиторией, он резко подбежал сзади и напугал его. От обыкновенного и громкого «Бу!» Леша вздрогнул и чуть не уронил свой макарон. Наклонившись и протиснув голову к руке Алексея, Саша быстро откусил какую-то часть его десерта и с довольной улыбкой сел на лавочку. - Ну ты блин… Дурак! – сказано это было в виде жирной шутки. – Ладно, я понимаю, что это была твоя месть… Мне остается только смириться. – произнес Алексей с наигранной грустью. - Ну вот и все! А нечего было откусывать мою половину. – Саше это было лишь в радость. *** Спустя пару часов стрим был закончен. Вздохнув с облегчением, Леша убрал свой телефон в карман куртки и взглянул на друга. Саша стоял неподвижен на холоде, о чем-то задумавшись, и было ощущение какой-то недосказанности. Кореш лишь смотрел на него, но смотрел с явным вопросом и ожиданием дальнейших действий. - Что будем делать? Может, ко мне поедем? А, хотя мы с Анькой хотели кино посмотреть. Так что, наверное, не получится… - сказано это было с явной досадой. – Давай тогда по домам, что ли? - Я думаю да. Мне еще надо разбираться с ОБС, я делал пост, что сегодня из дома небольшой стрим запущу. – Саша замялся и нахмурился, - я тогда такси вызываю. Спустя несколько минут немного неловкого молчания подъехало такси. Обняв друга, Саша сел в машину и задумался. Ведь буквально минут двадцать назад их границы почти стерлись, и они разговаривали, как обычно. Но как только стрим закончился, вся эта атмосфера дружбы пропала. Почему? Они ведь так долго не виделись, вроде должны быть рады друг другу, но эта радость длилась совсем немного. «Дело даже не в Леше, а скорее во мне. После такой долгой разлуки мне, почему-то, все еще сложно его видеть. Учитывая, что он сам по своей воле перестал мне писать так часто как раньше и просто звать куда-то – меня это обижает. Наверное, так и есть. Блин, вот я обиженка конечно. Надо будет это как-нибудь исправить.» В окне такси немного отражалось лицо Парадеевича. Он выглядел довольно уставшим. Он хоть и ухаживал за собой: также ходил на химическую завивку волос, мылся, красил волосы, одевался в чистую одежду и следил за своим лицом – почему-то он все равно выглядел уставшим, «я даже будто постарел…». Скорее всего события, случившиеся относительно недавно, так повлияли на него. Наполовину его смыслом жизни был контент – он так привык работать, постоянно стримить и что-либо делать, что без этого всего он будто чах. На улице уже было довольно темно. Воздух был свежим и чуть сырым – днем была капель и лужи, которые ночью подмерзали и превращались в лед, беспощадно заставляя людей поскальзываться и падать на самое мягкое и больное место. На ночном небе красовались серые тучи, которые было еле видно; они маскировались под темное небо, скрывая за собой звезды и луну. Саша вышел из такси и повернувшись, проверил, не забыл ли он ничего в машине. Закрыв дверь, он вдохнул морозный воздух и направился к своему дому. Дома его как всегда ждало ровно ничего. Полное одиночество, угнетающее его. Так непривычно жить без Каечки. Только лишь редкие домашние стримы его спасали – он тогда чувствовал, что кто-то есть, что его смотрят его зрители, и что он не одинок. Сняв куртку и ботинки, он плюхнулся на диван и начал копаться в телефоне. Как всегда какие-то глупые сообщения в директе, «деловые» предложения в телеграме, эдиты и мемы в тиктоке. Последнего, кстати, стало меньше. Когда Хазяева начали появляться друг у друга на стримах меньше – эдитов и мемов стало тоже меньше. Это, Сашу, на самом деле печалило. «Надо бы снова всем вместе собраться, я по ним так скучаю. Леша был тем, по кому я скучал больше всего. Хоть с ним встретился.» Перекатываясь с боку на бок, он листал ленту инстаграма. Резко место где-то в районе рёбер начало сильно чесаться. Хотелось расчесать это место до крови, до мяса, чтобы там не осталось кожи вообще, лишь бы просто ничего не чесалось. Подняв футболку, Парадеевич увидел маленькие язвочки, словно семена, рассыпанные по его груди, наполняющиеся белой жидкостью. Его опять охватила паника. «Что за хуйня происходит? Это уже серьезно. Я не знаю, что с этим делать. То кашель, то эта чесотка. Это что, эволюционировавший коронавирус? Осложненная версия? Почему я выхаркиваю то свои легкие, то чешусь почти до крови. Завтра пойду в поликлинику и запишусь к врачу.» Вздохнув, он лег ровно, и заблокировав телефон, положил руки на живот. Саша просто смотрел на потолок и думал обо всем подряд. Эти мысли каждый раз закапывали его еще глубже, в пучину липких и мерзких предположений, которые тянули его куда-то на дно разума. Он ворочался, поворачивался, словно пытался увернуться от результатов размышлений, но по итогу уснул. *** Раннее утро. Кажется, около восьми утра. Солнце просачивалось сквозь незашторенное окно. Парадеевич проснулся; и нет, даже не из-за столь яркого солнца, а из-за зуда и жжения в груди. Еле разлепив глаза, он первое, что сделал, так это взял телефон в руки. Увидев на экране блокировки «8:13», он задался вопросом «Почему я так рано проснулся?», и встав с дивана, пошел в туалет. Встав перед раковиной с зеркалом, он открыл кран и решил наконец-то прокашляться. Начав кашлять как обычно, он закончил кашлять как человек, болеющий чем-то серьезным. Взглянув на раковину, он увидел омерзительно надоевшие сгустки крови и снова пару лепестков. Вздохнув и помассировав глаза, он снова взглянул на раковину. Ничего не поменялось. Подняв взгляд к зеркалу, он увидел обычного себя, только заспанного и с кровоподтеками у рта. Вытерев их и помыв руки, он пошел на кухню. Увидев в холодильнике вчерашний салат «Цезарь» Саша решил его доесть. Елось, кстати, крайне тяжело. Даже горло начало жечь. «Ну все, я щас точно поеду к врачу. Я устал.» *** - Честно, я без понятия, что это может быть, - врач смотрел на монитор с МРТ легких Александра. – у вас тут какие-то кровоподтеки и сгустки, будто вы вдохнули ядовитые пары и одновременно болеете болезнью, поражающую легкие. По МРТ мало что можно понять, но на первый взгляд пока всё сложно. Вам стоит сдать анализы. – врач повернулся к пациенту. - Хорошо, когда все это можно сделать? И где, куда подходить? – голос Парадеевича дрожал. Он и правда боялся за свою жизнь. - Подойдите завтра к десяти утра в триста пятый кабинет. Там вам сделают уже почти полноценное обследование. – доктор написал что-то на бумажке и протянул ее Саше. Взяв её, Александр направился к выходу из кабинета, а затем и к выходу из поликлиники. В кармане что-то провибрировало. Кажется, Саше что-то написали. Взяв телефон в руки, он увидел сообщение от Лёши «Привет, Саса! Чё делаешь сегодня?». Ответив, что он сегодня особо ничем не занят, он хотел убрать телефон, как ему практически моментально поступил ответ. «А, понятно! Может ко мне щас приедешь? Анька ушла с подругами гулять своими, сделала вот кальян, да и стрим можно было провести совместный. Давно хотел. Потусим вместе наконец-то!1!!!» Улыбнувшись, Парадеевич напечатал «Ооо, сейчас прибуду!!» и зашел в приложение с такси. Вызвав себе машину, он спрятал лицо за шарфом, поежившись. На улице становилось все холоднее и холоднее. Хорошо, что сейчас он поедет к своему драгоценному другу и будет сидеть в тепле и уюте. Тепла, на самом деле, хотелось не только физического, но и морального тоже. Чтобы может кто обнял, просто прислонился или взял за руку – Саша так долго был в отношениях с Кайей, что ему уже непривычно быть настолько одиноким. Со стороны зрителям казалось, что Александр не столь чувственный человек, что он не такой тактильный, как Лёша, да и вообще холодно относится ко всем, кроме своей девушки, проявляя какую-то заботу и эмпатию лишь в крайних случаях. Но это не так. Он часто волнуется обо всех своих друзьях, очень их ценит и любит, но выражать эти чувства словами и действиями ему крайне сложно. Ему очень нравится, когда тот же самый Кореш его целует в щеку или сильно обнимает, почти до хруста костей, но сделать что-то подобное в ответ ему довольно сложно. Мысли прервало подъезжающее такси. Сев в машину, Саша начал оттаивать. Руки с ногами наконец-то начали ощущаться и по ним разливалось небольшое тепло, сопровождавшееся небольшим неприятным, как это иногда называют, «шумом». Зажмурившись от неприятных ощущений, Парадеевич взял телефон в руки и написал Корешу краткое «я скоро буду, встречай». *** Дома было тепло и уютно, как и предполагал Александр. Он окончательно согрелся и уже расположился на диванчике перед столом с компьютером, на котором был открыт ОБС и шёл стрим уже как полтора часа. «Осталось совсем немного,» - подумал Парадеевич, - «снова кашлять хочется. Причем, это происходит тогда, когда Леша, побыв рядом со мной, уходит куда-то дальше, чем на пять метров. Что за херня?..» Выдернул его из мыслей голос Кореша где-то под ухом: - Эх, Сашка, - Лёша замялся, - я так тобой дорожу. Мы так давно нормально не виделись и не общались, но ты все еще остаешься моим са-а-амым лучшим другом! – он обнял Парадеевича почти до хруста костей и сжатия органов. Да что на него опять нашло?! - Да-да, - прохрипел Саша, - я тоже тебя.. – а вот тут он уже замялся. Может стоит сказать не «люблю», а «дорожу»? – тобой дорожу. Поверь мне. А теперь отпусти меня, мне очень тяжело дышать… - он и правда еле-еле дышал. - Ой, извини, - темноволосый рассмеялся в привычной для него манере, - я, похоже, перестарался. Кстати! – Кореш привстал с дивана, - стрим идет уже час сорок. Мы, на самом деле, - он мимолетно взглянул на Парадеевича, - уже устали. Так что наверное закончим этот чилловый стрим на такой счастливой ноте. – Леша положил руку на мышку и навел курсор на значок окончания потока. - Да-а-а, - Саша улыбался, как мог, чтобы люди не замечали его усталость от жжения и боли в груди, - пора бы уже сворачиваться. Пасиба всем большое ребят, всё, всех жду на ИРЛ стримах, всех целую, обнимаю, пока! – стрим был окончен. Леша тут же развернулся обратно к Сашке. - Саш, мне тут нужно быстренько забрать от курьера кое-что, что мы с Анькой заказывали. Он подняться сюда, почему-то, не может. Подождешь чуть-чуть? – он нежно улыбнулся после сказанных слов. - Да, конечно, без проблем. Быстренько напялив на себя куртку и ботинки, Кореш вышел из квартиры и побежал на улицу. Александр же в это время мигом побежал в ванную, чтобы прокашляться. Как он и предполагал, после ухода Леши ему, почему-то, стало намного хуже. В груди уже практически жгло, а сердце начало биться быстрее в два раза. С каждой секундой становилось всё хуже и хуже. Начав кашлять, Саша не мог остановиться. С него с каждым разом выходило все больше и больше крови, сгустков и лепестков. Это было невыносимо. Тело постепенно немело, и парню становилось все жарче и жарче. Ему казалось, что даже смерть для него является уже не такой и заоблачной мыслью. Легкие пылали и истошно болели. Их хотелось просто вырвать, чтобы больше не чувствовать такого никогда. Лёша же в это время поднимался обратно. Забрав посылку, он неспешно ехал на лифте. Приехав на свой этаж, он чуть нахмурился, услышав громкий кашель. Пройдя к квартире, он понял, что звуки доносятся оттуда. Холодный пот пробил его. Вроде кажется, что ничего необычного, может Сашка просто заболел, или же, подавился? Но это хрип и ужасный лающий кашель не давали покоя. Поторопившись, он зашел в квартиру и бросив коробку у входа, быстро разулся и побежал в ванную. Зайдя в нее, его зрачки резко сузились, а сердце забилось чаще. Вся раковина была в крови и сгустках. Взяв себя в руки, он подошел к Саше, и повернув его лицо к себе, он увидел, что его лицо бледное, как снег. - Саша, что с тобой? Саш… - Корешу становилось настолько страшно за него, что к глазам подступали слезы. Сердце бешено колотилось, а дышать было крайне сложно. – Пожалуйста, держись, я сейчас вызову скорую! – отпустив лицо друга, Лёша достал из кармана свой телефон и набрал номер скорой помощи. Объяснив ситуацию и назвав адрес, он положил свой айфон обратно в карман. Опять взглянув на друга, он понял, что все плохо. Парадеевич буквально повалился с ног и сел на пол. Перестав кашлять, он просто откинулся на бортики ванны и тяжело дышал. С его рта текла струя крови, а сам он смотрел полузакрытыми глазами на друга, бесконечно испуганного и стоящего перед ним. - Не волнуйся, Лёш, - прошептал Саша и из последних сил натянул на себя улыбку, - со мной всё будет хорошо, перестань так испуганно смотреть на меня. - С-Саш, ты видимо не понимаешь, как ты выглядишь со стороны, - голос Кореша сильно дрожал, а он сам утирал свои же слезы с щёк. - Ха-ха, - он тихонько посмеялся, - да. Знаешь, я ведь давно не видел остальных – Илью, Костю, Влада, Сашу… Я по ним так скучаю. Навестите меня потом в больнице, хорошо? - Парадеевич чуть прикрыл глаза. – а еще знаешь что? На самом деле я тебя тоже очень люблю и ценю. Хорошо? - Да. Я тебя тоже люблю, правда. – сказал темноволосый, всхипывая. Из-под мокрых от слез ресниц он увидел, что Саша закрыл глаза. Грудная клетка не поднималась. Леша испуганно распахнул глаза; в нем теплилась надежда, что на самом деле ему лишь кажется, что его друг не дышит. К сожалению, уже было поздно, ведь его слова остались неуслышанными, и больше никогда услышаны не будут. Лёша тут же подлетел к нему и померив пульс, всё понял. Он держал два пальца на шее до последнего, ведь вера в то, что ему лишь кажется, оставалась непоколебимой. Убрав дрожащие руки, парень закрыл руками лицо. Смерть. Такое короткое слово, но имеет в себе такое большое значение. Это слово устрашает многих, ведь самое ценное, что есть у человека – это его жизнь, а смерть – это противоположность ей. Лёша, на самом деле, сейчас даже и забыл, что такое смерть. Смотря на своего мертвого друга, он просто перестал мыслить. Он не понимал, что сейчас происходит. Он пытался всеми силами отрицать то, что это сейчас произошло. Ему захотелось вернуться во времени назад, помочь ему, или же просто провалиться под землю и исчезнуть, чтобы не испытывать такого больше никогда. Его душа билась в агонии, метаясь в грудной клетке, словно пытаясь покинуть этот свет вслед за другом. Воздух в легкие просто отказывался нормально попадать, а ноги его просто больше не держали. Скатившись по стене на пол, Лёша закрыл глаза и просто молился, чтобы это был сон. Он отказывался принимать действительность такой, какая она есть. Слезы из его глаз катились уже просто так, без какого-либо согласия владельца тела. От Кореша будто оторвали сердце – вот что он чувствовал сейчас. «Пожалуйста, нет… Я не хочу, чтобы всё было так… Я не хочу жить в мире, где его нет. Я ведь и так решил общаться с ним меньше, чтобы подрезать всю влюбленность на корню и остаться в стабильных отношениях с Аней. Нет, пожалуйста… Я ведь не знал, что всё так обернется. Он ведь наверняка… умер, даже без понятия, что я его люблю. Я просто не могу… » Никто из них так и не понял, что это за цветочная болезнь. Ни Лёша, ни Саша не знали причины, почему она появляется и почему прогрессирует. Любовь – главный катализатор. Она может как и вылечить, так и усугубить состояние. Безответная любовь Саши, к сожалению, убила его самого.