Неспокойная ночь.

Лунный свет мягко сочился сквозь приоткрытые шторы. На улице держала свое превосходство жестокая зима, что беспощадно охватывала морозом любого, кто прогуливался в такое время по дорогам ночного города. Но, к счастью, на улице царила умиротворенная тишина, лишь метель завывала, усиливаясь с каждой минутой. В такую погоду единственным правильным решением является лишь оставаться дома и ложиться спать, предусмотрительно закрыв окна и включив обогреватель. Так и поступало большинство людей, за исключением одного, крайне нервного человека. Твик съежился под одеялом, обхватив руками колени, и слушал завывание метели, дрожа то ли от холода, то ли от стресса. Оцепенение и страх завладели им, не давая даже вздохнуть. В руках Твик мертвой хваткой держал телефон, где красовались 25 звонков Крейгу, на которые тот не ответил. Такого раньше никогда не было, ведь, зная умение Твика раскручивать обыденную ситуацию до масштабов ядерной войны, Такер удосуживался хотя бы написать короткое сообщение, если не мог ответить на звонок. Но сейчас – от него ни слуху, ни духу. И именно факт того, что на улице царила ледяная зима, а Крейг должен был вернуться домой еще 2 часа назад, пугал его больше всего. «А вдруг он потерялся по пути домой?!», «А может его украли?!», «Или...Он мне изменяет?!Аргх, слишком большой стресс!». С каждой приходящей парню в голову мыслью становилось еще страшнее. И вот, спустя несколько минут, что казались Твику вечностью, ключ в дверном замке поворачивается, и в квартиру очень тихо входит брюнет. Он аккуратно закрывает за собой дверь, смахивает снег с насквозь мокрого пальто и вешает верхнюю одежду на вешалку. После этого переобувается и сразу идет в ванную, захватив из шкафа в коридоре сменную одежду. Твик уже нервничает чуть меньше, но дрожь в теле никак не прекращается, ведь в комнате ужасный сквозняк, а парня защищает от снежной бури лишь пуховое одеяло, в которое он укутался с головой, словно в кокон. У Твика от нервов и стресса не осталось сил даже на то, чтобы подойти к окну и закрыть его, а потому ему оставалось лишь попытаться уснуть, не обращая внимания на то, как бешено бьется его сердце, и как сильно стучат его зубы. Но вот, в комнату, тихо открыв дверь, входит Крейг, и тут же ежится от холода. Он быстро подбегает к окну, и, наконец, закрывает его с огромным усердием, после чего прибавляет температуру на обогревателе. Затем, Крейг остановился около кровати, будто что-то обдумывая, после чего подошел к шкафу, достал оттуда теплый плед, и, подойдя к половине, на которой расположился Твик, аккуратно накинул его на фигуру, что заметно подрагивала. Сам Твик был на грани истерики, но не хотел тревожить наверняка уставшего Крейга своими расспросами, потому лишь учащенно моргал, сдерживая слезы. Тут, матрас рядом с Твиком заскрипел. На кровать опустился Крейг, предварительно накинув на свою половину еще один плед, и, натянув его по грудь, повернулся к Твику. Зная то, насколько редко и чутко спит его парень, Такер решил не пугать того прикосновениями, а лишь лечь ближе к, казалось бы, спящей фигуре. Сначала он думал, что ему послышалось, а после, прислушавшись, парень понял, что Твик сильно всхлипывает, и явно не спит. - Милый, ты не спишь?, - Крейг кладет руку на дрожащее плечо, - что случилось? В ответ лишь молчание, а после слышится еле слышный голос. -Я-я думал, что…Ты… - Голос Твика заглушается новым приступом всхлипываний и заиканий. Крейг придвигается ближе и аккуратно за плечо разворачивает к себе парня. По щекам того стекают слезы, а губы явно подрагивают. Он молчит, не способный сказать больше ни слова, а на него смотрят янтарные глаза, полные беспокойства и любви. Крейг, поняв состояние парня, придвигает его ближе к себе и крепко обнимает, зарываясь носом в белокурую макушку. Твик, в свою очередь, цепляется пальцами за ночную рубашку Такера, словно за спасательный круг, и уже не сдерживает слезы. Ему нужно куда-то деть накопившиеся эмоции, и Крейг помогает парню, поглаживая того по дрожащей спине свободной рукой и давая понять, что он рядом. Порой, именно нахождение рядом дорогого тебе человека помогает найти выход из трудной ситуации, разобраться в эмоциях или же просто успокоиться. Вот и Твик, что пару минут назад был готов взорваться от накопившихся переживаний, сейчас лишь тихо всхлипывал и слегка подрагивал. Наконец, аккуратно отодвинувшись от Крейга, Твик смог пронзить того серьезно обеспокоенным взглядом, и тихо прошептать: - Я тебе з-звонил и писал. На улице такая м-метель, что я, аргх, думал, что ты, гх, - Твик отвел взгляд и замолчал, явно не желая заканчивать фразу. Крейг, в свою очередь, поняв свою вину за случившееся, аккуратно взял холодные руки Твика в свои, и начал аккуратно их поглаживать, согревая. - Твик, милый, прости меня. Сегодня я задержался на работе и опоздал на последний автобус, а телефон, как назло, сел как раз в тот момент, когда я писал тебе об этом. Мне так жаль, что из-за меня ты так волновался. Прости, я такой - Крейг не успел договорить фразу, как Твик вырвал свои руки из чужих и обхватил ими лицо Крейга, обеспокоенно его осматривая. - о Боги! Ты, наверняка, сильно замерз?! Ты устал? О Господи, кто же оставляет работников допоздна на работе, аргх! Такой стресс! - Мне намного легче справляться с трудностями на работе, зная, что дома меня ждет такой заботливый и милый парень, как ты. - Крейг мягко улыбнулся и поцеловал Твика в лоб, чем смутил блондина. - Я-я не такой уж и милый, как ты говоришь… - Именно такой, не скромничай. Ты наверняка устал, тебе нужно куда-то идти с утра? -Нет, моя смена в к-кофейне только вечером. – Твик поправил пуховое одеяло и накрыл им их обоих. - Замечательно. Значит, эту субботу мы проведем вдвоем. Погуляем по парку, посидим в той кафешке в паре кварталов отсюда, которую ты так любишь, а потом придем домой и посмотрим какую-нибудь сопливую мелодраму. А для начала хорошенько выспимся. Идет? – Крейг накрыл ладонь Твика, покоящуюся на подушке, своей, не отрывая взгляда от блондина. - Хорошо, Крейг. – Твик, воодушевленный предстоящим досугом, с улыбкой прикрыл глаза и придвинулся ближе к брюнету, Крейг, в свою очередь, свободной рукой приобнял блондина за талию, и, пожелав тому доброй ночи, провалился в крепкий сон. Лунный свет все также сочился сквозь шторы сиреневого цвета. Метель ушла, оставив после себя лишь падающие белоснежные хлопья. Улица все также пустовала, одинокие фонари тускло светили, иногда моргая. Город умиротворенно спал, до рассвета еще есть время, а это значит, что пора наслаждаться редким теплом в такое холодное время года. Ведь лучше любого камина согревает именно близость с любимым человеком. И такие моменты надо ценить.