Terra nova

***41*** — Лена, можно к тебе? — Мэй прошла в дом и постучала в библиотеку, на двери которой ей кивнула Марфа. — Конечно, — Лена отложила книгу и кивнула Мэй. — Что-то случилось? — Не то чтобы случилось, — замялась Мэй, уже сомневаясь, что правильно сделала, что пришла. — Просто скажи, обещаю, что без твоего согласия разговор не покинет этих стен, — сказала Лена. — Дело в Иване? — Ага, — вздохнула Мэй. — Тебе неприятно его внимание, ты хочешь, чтобы он отстал от тебя? — предположила Лена. — Нет! Нет. Мне нравится Ваня, — то, как мягко Мэй произнесла его имя, сказало Лене о многом, — дело в том, что я его не всегда понимаю. — В смысле? — В том смысле, что он разговаривает как человек из другого времени. Мне сложно понимать его речь, у меня мозги закипают от него. — Странно, — удивилась Лена, откидывая косу за спину. — Хочешь, чтобы я поговорила с ним? Мэй кивнула, и Лена тут же попросила деда Михея сходить за Борзовым. Вообще, Лена была рада за Мэй, ей очень хотелось, чтобы единственная девушка в отряде Брока первой нашла свое счастье. Иван пришел быстро, окинул взглядом сидящих на диване девушек, подошел к Мэй, спрятав ее руки в своих больших ладонях, и спросил: — Что-то тревожит твое сердце? — Что-то тревожит ее ум, — хмыкнула Лена, обращая на себя внимание. — Покажи мне свой переводчик. Иван, который и сам хотел выбрать время, чтобы поговорить с Леной насчет своего артефакта, без возражений стянул его через голову и протянул Лене. На витой, потемневшей от времени цепочке висела хрустальная бусина в старинной оправе. — Батюшки-светы, — изумилась Лена, держа в руках старинную вещицу, — сколько же ему лет? — Прадедов толмач, — ответил Иван. А Мэй переводила взгляд с одного на другую, совершенно их не понимая: на русском она улавливала только маты, и то благодаря интонации. — Менять надо, Мэй тебя плохо понимает. Подожди, я сейчас принесу другой, а этот храни, — Лена вложила переводчик в ладонь Ивану, а сама сходила в спальню и принесла новенький переводчик для Ивана, который тот тут же надел и спросил у Мэй: — Ну, горлица, теперь ты меня лучше понимаешь? — Мэй кивнула, едва сдерживая смех, потому что странные словечки все равно остались в речи. Скорее всего, с ними нужно будет просто смириться. Мэй с Иваном ушли, а Лена, немного подумав, решила, что нужно сходить и посмотреть на то место, куда она хотела заманить титана. Но одна она, естественно, не пошла. Баки, словно чувствуя ее желание, появился рядом, притянул к себе и спросил: — Куда-то собралась, любовь моя? Ласковые словечки и так легко произносимые признания от Баки, да и от Брока, отключали напрочь мозги у Лены. Единственное, о чем она могла думать рядом с любым из них, так это о том, чтобы остаться наедине. Она посмотрела на Баки, который действовал на нее совершенно сокрушительно. Он был по-настоящему красив: глаза дымчато-серые, глубокие и затягивающие, губы влажные, улыбающиеся, которые сводили с ума, про тело и вспоминать не стоит, даже его артефактная рука, от которой Лена была в восторге, и что было очень приятно самому Баки. Вот Брок не был классически красивым, он был безумно горячим и харизматичным, причем харизмы у него одного было на троих минимум, а Баки был красив, и она, как всегда, тут же залипла на нем, уже забыв и то, куда собиралась, и то, о чем спросил Баки. — Мне нравится твой взгляд, — хрипло выдохнул он ей на ушко, пустив сонмы мурашек вдоль по позвоночнику. — Что? — Лена чувствовала себя растерянной, она не могла собраться с мыслями. — Принцесса, может… Лена с трудом взяла себя в руки, укусив до боли губу для этого, тряхнула головой и сказала: — Я хотела… Хотела… — К твоим услугам, детка, — Баки безумно нравилось то, как Лена на него реагировала. Как темнел ее взгляд, как она начинала глубже дышать, как неосознанно облизывала губы, потому что и сам терял голову от нее. И время не смягчило эту реакцию, да и вряд ли смягчит когда-нибудь. — Отпусти, — Баки тут же выпустил ее, и она отошла на пару шагов, с трудом возвращая самообладание, и сокрушенно покачала головой. — Это ужас, я становлюсь рядом с вами пускающей слюни идиоткой. — Это взаимно, душа моя, — Брок подошел сзади и обнял ее. — Нужно пойти и посмотреть на место, куда я хочу заманить Таноса, пока я не забыла, — выпалила она, прижимаясь спиной к Броку. — Бак, бери палатку, мы там задержимся, — сказал Брок и повернул Лену к себе. — Родная, тебе не стоит бояться выглядеть глупой, слабой или влюбленной, нас таких трое. Расслабься. — Мгм, — качнула головой Лена, — и получай удовольствие. — Именно, — кивнул Брок, тихо хохотнув. В Долине Смерти утро только начиналось. Воздух был чист и прозрачен, а небо на востоке едва розовело. Лена оглядывалась, узнавая то самое место из своего сна. Синие горы, едва виднеющиеся в синей дымке, кристаллы соли, отражающие небо и перенимающие его цвет. Абсолютно гладкая поверхность, где невозможно спрятаться или что-то утаить. Идеальное. — Что, душа моя? — спросил Брок. По большому счету, ему было все равно, где встречать титана, но если Лена уверена, что всё должно произойти именно здесь, то так тому и быть, ведь не зря она сюда так рвалась. Вообще, Брок привык доверять ей, за всё время их знакомства она пока ни разу не ошибалась. — Здесь, — кивнула она, — я видела это место во сне. — Принцесса, палатку расставлять? — спросил Баки. Она качнула головой. Ей не хотелось оставаться здесь. Это место почти на всех Землях называлось примерно одинаково, и оно угнетало ее. Лена открыла портал к небольшому озеру в Альпах, и они прошли туда. — Хочу в нем искупаться, — сказал Брок, едва увидев молочно-бирюзовую воду озера. — Вода ледяная, — предупредила она, а Баки тут же расставил палатку и увлек в нее Лену. Брок присоединился к ним спустя время — холодный, с влажной кожей, но с таким горячим взглядом янтарных глаз, что все остальное показалось несущественным. В лагерь они вернулись только следующим утром. *** Сказать, что Локи был удивлен, — деликатно промолчать. Он ходил по лагерю и поражался тому, как удобно устроились здесь обычные люди. Воины жили в походных условиях, но со всеми необходимыми удобствами, а леди и пара колдунов обосновались в домах. Ему тоже выделили место в одной палатке с Роджерсом, который, что удивительно, не пытался выяснять с ним отношения, не обвинял ни в чем. Его вообще никто ни в чем не обвинял. Да и относились не то что терпимо, а тепло и даже своеобразно опекали. — Локи, — к нему подошел здоровенный мужик, как потом выяснилось, это был Джек Роллинз, и сказал: — Пошли, нужно тебя переодеть, не будешь же ты мучиться в доспехах. На самом деле его доспехи были иллюзией. Всеотец первым делом лишил Локи именно их, велев выдать взамен холщовую рубаху и штаны. Конечно, Локи мог наколдовать себе любой вид, но чувствовал себя он при этом именно в тех обносках, в которых был в заключении. — Буду премного благодарен, — Локи изобразил изящный поклон, на что Роллинз криво улыбнулся и сказал: — Проще будь. Нам твои поклоны… — Привычка и воспитание, — вздернул подбородок Локи. — Как хочешь, — Роллинз пожал плечами и открыл дверь в спортзал, где в углу лежали сумки и коробки с вещами, которые не были нужны вотпрямщас. Он вытянул парочку и начал доставать стандартные комплекты одежды и обуви. Бойцы по привычке запаслись всем необходимым, начиная от белья и заканчивая мыльно-рыльными принадлежностями. — Спасибо, — кивнул Локи, взял вещи и ушел в свою палатку, совершенно оглушенный. Да, у асов он ни в чем не нуждался, но и нормального отношения почти никогда не получал, все время находясь где-то сбоку от всех. И хоть матушка… Фригга старалась сгладить углы, он все равно постоянно замечал странное и пренебрежительное отношение именно к себе, что не добавило ему любви и сочувствия к асам. — Ты чего такой? — спросил у него Стив, сидящий на бревне возле их палатки и что-то рисующий в небольшом блокноте. — Скажи, почему ты не ненавидишь меня? Я же… Я принес столько смертей твоим соотечественникам, столько проблем твоим друзьям, а ты… — А я начал жизнь с чистого листа, — перебил его Стив, — на этой Новой Земле. И не хочу тащить за собой вражду из прежней жизни, Локи. И ты так можешь. Если они приняли тебя, если решили, что ты часть нашего нового мира, то тебе стоит перестать ждать от нас всех удара в спину или поминания прежних «заслуг», потому что есть что «хорошего» припомнить каждому из нас. Просто живи. Если можешь быть чем-то полезен — будь. Если ты в чем-то нуждаешься — скажи. — Так просто? — не поверил Локи. — Так просто, — кивнул Стив. — Я попробую. Локи переоделся в палатке, скинув ненавистную тюремную робу, и решил обойти лагерь, чтобы найти то, чем он может заниматься, потому что праздное безделье было не для его деятельной натуры. Его не гнали, с ним разговаривали, доступно объясняли, кто чем занят. Локи так и бродил бы целый день от одного к другому, если бы не набрел на колдуна, который, установив на улице под навесом рабочий стол, что-то мастерил. — Могу я поинтересоваться, чем ты занят? — спросил Локи, увидев крошечный домик, которому колдун ладил крышу. — Проходи, — Денис мотнул головой на стул, не отрываясь от работы. — Дома делаю. Я думал, что их будут устанавливать по мере производства, а они хотят все разом. Вот теперь тороплюсь, чтобы все быстрее переехали. Локи с изумлением смотрел на искусно сделанный, почти кукольный домик. Сначала он не мог понять, о чем толкует Денис, а потом присмотрелся к домику, с удивлением обнаружив на нем довольно занимательную волшбу. — Умно придумано, — кивнул он и ткнул пальцем куда-то в фундамент. — Только вот этот узел можно было сделать намного проще. Локи придвинул стул вплотную и указал Денису на связку заклинаний, попутно объясняя, как он это видит. Денис внимательно слушал, перебивал, уточнял, с чем-то соглашался, к чему-то отнесся категорически отрицательно, отстаивая свою позицию. Позже к ним присоединился и Ярик, которого позвал Денис, и они уже втроем работали над новой модификацией заклинаний для домов. Так они и просидели до позднего вечера, пока Василиса не пришла их звать на ужин. — Завтра продолжим? — спросил Ярик, покоренный Локи и готовый впитывать щедро даваемые им знания. — Несомненно, — кивнул Локи, а Денис, опустив большую и тяжелую руку ему на плечо, сказал: — Проще будь, — случайно повторив дословно слова Роллинза, сказанные утром. И именно эти слова словно расслабили пружину внутри души, которая мешала и давила. Локи расправил плечи, глубоко вздохнул и кивнул Денису. — Спасибо, буду. — И, ярко улыбаясь, пошел к столу, где устроился рядом с Роджерсом и спросил. — Что ты рисовал сегодня? — Да так, — Стив пожал плечами, — ничего особенного. — Слушай, Денис дома для всех делает, не хочешь в них свои картины повесить? — предложил Локи. Он заметил, что Роджерс еще тоже не полностью освоился здесь, и решил, что им стоит друг друга поддерживать. — Думаешь, это хорошая идея? — спросил Стив, а когда увидел, что Локи кивнул и выжидательно смотрел на него, продолжил: — У меня ни красок, ни холстов, ни кистей… — Попросим ведьму, чтобы принесла, — Локи пожал плечами. — Ее зовут Елена, — сказал Стив, — и просить у нее я ничего не буду. — Почему? — Не поверишь, но я ее опасаюсь, — шепотом ответил Стив, а Локи хмыкнул. Леди Громова на многих производила неизгладимое впечатление, как и ее мужчины. Ошеломляющие!