Персональный тренер

      Чхон Мён сидел на диване, обнимая любимую подушку в виде ласки и поедая печенье из открытой пачки. Чан Мун ушёл на кухню, оставив ребёнка наедине с телевизором по которому крутили повтор передачи для школьников об альфах, омегах и бетах в обществе. Детские ручки потянулись к пульту, чтобы переключить «скучную передачу для взрослых» и включить забавный мультфильм про ласку, но кнопки заело. Оставалось только ждать, пока Чан Мун придёт и починит его за просмотром передачи.       — Юные школьники, вы уже знаете о том, что общество делится на три типа: альфа, омега и бета. В древние времена наши предки не могли вовремя определить свой тип и попадали в конфликтные ситуации. Из-за этого даже возникали войны. Но теперь, по достижении четырнадцати лет, каждый проходит проверку. Кто-то из вас её прошёл и влился в общество, а кому-то ещё предстоит это волнующее событие. Будьте внимательны и лучше изучайте—       Чан Мун вернулся с кухни и помог переключить канал, попутно пожурив Чхон Мёна, который липкими руками нажимал на кнопки, но ребёнок уже завороженно смотрел мультфильм.       Даже спустя несколько лет, в свои четырнадцать, когда он получил письмо с результатом «бета», он не расстроился, в отличии от других одноклассников с тем же «клеймом». Кто-то бросал сочувствующие взгляды на бедняг, кто-то стремился расстаться со второй половинкой, потому что тот не был «истинным», он был всего лишь бетой.       Он не чувствовал себя обделённым, ведь у него, сироты, был чудесный отец, крыша над головой и заначка со сладостями. Друзья, которые видели в нём «Чхон Мёна», а не бету. Он ничем не отличается от других в обществе.       Ну, до поры до времени он так и думал.       — Чхон Мён, спорт больше подходит альфам. Они от природы сильней, это их призвание. А ты… бета.       — Чхон Мён, ты действительно хороший человек. Но мы оба беты, романтика не для нас. Почему бы не сосредоточиться на учёбе?       — Мы не можем принять Вас в институт, потому что…       Он гребаная бета.

***

      — Чхон Мён, там пришёл твой новенький.       — Ровно в 20:00. Сама пунктуальность. Спасибо, Ю Исоль.       К двадцати пяти годам Чхон Мён пусть и не попал в большой спорт, но связал с этим жизнь, став тренером в одном фитнес клубе, благодаря знакомству с Ю Исоль. Это была работа для бет. Они не чувствовали излучаемые феромоны, которые могли неосознанно выпускать во время физических нагрузок альфы или омеги, и могли сосредоточиться на работе, а не о том как завалить партнёра на ближайшую горизонтальную поверхность. Чхон Мён как раз шёл для того, чтобы встретить своего нового подопечного, альфу.       — Вы Пэк Чхон? — получив утвердительный ответ, он представился, — Чхон Мён, Ваш новый тренер. Сегодня наш клуб принимает только альф, поэтому можете не беспокоиться и сосредоточиться на занятии.       — Простите, а Вы…       — Бета. Чтобы наши подопечные не испытывали дискомфорт от излучаемых феромонов более сильного альфы или омеги, все тренера являются бетами и поддерживают дистанцию между людьми.       — Во всех спортивных клубах такая продуманная система? — поинтересовался Пэк Чхон, пока они шли через зал.       — Ну, с каждым годом вводят всё больше и больше правил для предотвращения конфликтов. К примеру, большая часть персонала в больнице — беты. Для того, чтобы омегу или альфу допустили к работе с пациентами, требуется специальная лицензия.       — Правда? Никогда не задумывался об этом, но звучит логично, — мужчина улыбнулся, — Пока остальные крутят шашни, беты работают.       — Ага, и правда, — Чхон Мён остановился в конце зала, — В анкете сказано, что Вы хотите поддержать мышечную массу. Разомнёмся и я покажу какие тренажёры подойдут.       — Как скажете, Старший Чхон Мён.       Изначально Чхон Мён не обратил внимания на Пэк Чхона. В отличии от его друзей, среди которых были все типы, мужчина выглядел тем самым «я — альфа, я пуп мира». Он любил дискутировать и во время всех тренировок пытался выпендриваться, играя своими мышцами и осиливая достаточно тяжёлые тренажёры даже для его типа. Единственное, чего хотелось в первые встречи Чхон Мёну, так это закатить глаза и сказать: «Здесь в радиусе пятидесяти метров нет ни одной омеги. Хватит так улыбаться!» Но со временем, когда с усилием воли Чхон Мён закрыл глаза на излишнюю пернатость своего подопечного, Пэк Чхон оказался интересным собеседником, а ещё…       — Дон Рён?       — Да… — протянул Пэк Чхон, — Это уже десятый раз! Вы обещали, что не будете меня так называть.       — Обещание — это клятва на мизинчиках. Так что, Дон Рён, давай-ка ещё два подхода и заканчиваем на сегодня.       Ещё из него чудесный собутыльник, потому что он единственный, кто остаётся трезв из них двоих.       — Чхон Мён, Вы же профессионально занимаетесь споротом. Алкоголь это…       — Да брось! Живём всего раз, к чему такие ограничения? Лучше подлей и расскажи ещё историй с тренировок.       Некоторое время назад Пэк Чхон занимался плаванием и очень даже успешно. Если бы Чхон Мён интересовался миром спорта или читал бы иногда те журналы, что приносит Ю Исоль, то узнал бы что Пэк Чхон принёс Южной Корее не одну золотую медаль. Но забавные истории с тренировок его интересовали больше, чем какие-то соревнования между людьми (альфами).       — Чхон Мён, Вы перепили. Какой у Вас адрес? Я отвезу.       — Не-е. Там Тан Бо. Не хочу! — он развернулся с немного порозовевшим лицом, — Поехали к тебе. Ты не дорассказал, что было дальше.       — Боже, Вы такой…       Пэк Чхон интересный собеседник, непроблематичный подопечный, отличный друг. Его квартира просторная, там удобный диван, на котором можно прилечь прямо на плечо хозяина. А ещё он хорошо целуется…       Погодите-ка.       — Погоди-ка, — Чхон Мён оторвал от себя чужое лицо, смотря на человека над собой, — Что ты делаешь?       — Чхон Мён, — он снова припал к губам, — От тебя так приятно пахнет…       — Идиот, я бета, — он стукнул по голове ребром ладони, чтобы привести в чувство Пэк Чхона.       — Я знаю, — он наклонился ещё ниже, приникая к телу и обвивая руками, — Но ничего не могу поделать. Ваш запах так дурманит… ещё с первой встречи.       «Из нас двоих пил я!» — хотел воскликнуть Чхон Мён, но лишь приглушённо прошипел, почувствовав зубы на своей шее, — Ты псина или кто, Пэк Чхон!       — Прости, Чхон Мён, — снова укус, — Но если я этого не сделаю, то другой альфа уведёт тебя.       — С какой стати?! Ауч!.. Ну хватит уже. Как мне теперь на работу идти? — Чхон Мён лишь легонько толкнул тело над собой за плечи. Почему-то он считал очаровательным как Пэк Чхон тычется ему в шею своим носом, выдыхая ноздрями горячий воздух, и составляет одному ему понятные логические цепочки, где Чхон Мёна пытается увести каждый мимо проходящий альфа. Настоящий сторожевой пёс.       — Не надо прятать. Пусть видят. Чхон Мён мой.       — Но я не твой, Дон Рён, — Пэк Чхон остановился, поднимаясь и смотря на разукрашенную шею, — Ты хороший человек. Нет, правда замечательный. Скоро ты найдёшь свою «истинную» омегу и…       — Не хочу, — он вновь уткнулся в шею, втягивая знакомый запах, — Мне нужен только Чхон Мён. Только ты. Если хочешь, то давай встречаться. Можешь переехать ко мне. Или помолвка, свадьба. Всё, что угодно.       — Эй-эй, аккуратнее со словами. Потом пожалеешь же…       Пэк Чхон вскинул голову, вперив взгляд прямо в Чхон Мёна. Нет, он не пожалеет.       — Ладно, — Чхон Мён выдохнул, — Тогда будем считать это началом отно, — его перебили поцелуем, — шени-й. Пэк Чхон!       — Нельзя, ккома-я? — о этот взгляд, который покорил не одно сердце.       — С тебя завтрак, — согласился Чхон Мён, чувствуя своей ногой, к которой тёрся инородный объект, что поцелуями и укусами дело не закончится.       Пэк Чхон не мог оторваться от губ, раздвигая, кусая, проводя языком, хватая вылетающие стоны. Руки проникли под футболку, оглаживая подтянутый, благодаря каждодневным занятиям, живот, проходясь по костям таза и скользя выше. Он стянул через голову футболку, осматривая проделанную работу и отмечая новые места на коже, которые необходимо покрыть поцелуями, оставить укус, пометить. Он приложил свой лоб к Чхон Мёну, смотря прямо во влажные глаза напротив, и легонько чмокнул в покрасневшие губы:       — Ты мне доверяешь?       Чхон Мён состроил гримасу, будто хотел прийти в спортивный комплекс и крикнуть на весь зал: «Мой парень идиот». Этого было достаточно, чтобы Пэк Чхон отстранился, вставая с дивана, чтобы достать содержимое тумбочки в другой комнате. Это заняло меньше минуты, но для Чхон Мёна, чьё сердце готово было рваться наружу и плясать чечётку, не прошло и половины этого времени; тело по-прежнему чувствовало касание ладоней, будто Пэк Чхон и не уходил в другую комнату, будто всё это время был рядом и по-прежнему терзал его губы и водил руками, исследуя. Это было так… ново.       Пэк Чхон вернулся, вновь нависая сверху. Его руки вновь огладили костяшки и поднялись к лицу, чтобы закрыть глаза куском белой ткани. Чхон Мён прохрипел:       — Что это?       — Я прочитал несколько статей от специалистов, — в процессе объяснения он наблюдал как Чхон Мён вертит головой, чтобы проверить видимость и привыкнуть к новым ощущениям, — Беты не ощущают феромоны альф и менее чувствительны к ласкам, поэтому лучшим решением будет временно лишить их других чувств.       Чхон Мён лишь протянул «О» в знак понимания, пока его кисти связывали у груди. Теперь, когда он не может видеть, ощущение прикосновений к коже действительно ярче. Вот подушечки пальцев провели по рукам, проверяя узел и не натирает ли ткань. Прошлись по животу, останавливаясь, чтобы вывести некий узор на тазобедренных костях и опустились к джинсам. Звук расстегивающийся ширинки был чётким, а исчезнувшее трение заставило выдохнуть воздух. Нижнее бельё также не стало преградой, оставляя только налившийся член, ожидающий разрядки. Эти же подушечки пальцев, что недавно водили по животу, взяли у основания, а горячее дыхание опалило головку. Это было хорошо. Это было невероятно хорошо. Тело невольно извивалось, а бёдра просились выше, глубже, больше, но оставались пригвождены к дивану.       — Мм-Ах!.. Дон… Дон Рён… сейчас…       Перед глазами рассыпались звёзды, а тело выгнулось от напряжения, которое тут же спало и Чхон Мён повалился обратно на диван, тяжело дыша. Пэк Чхон вытер струйку слюны со рта и сперму с живота. Пока Чхон Мён приходил в себя, он стянул до конца джинсы с нижним бельём и открыл лубрикант, выливая жидкость на пальцы и приставляя к проходу.       — Если почувствуешь жжение и боль — скажи мне.       — Ага, — вяло отозвался Чхон Мён, который ещё не до конца пришёл в себя. Даже введённый внутрь палец не вызывал особого раздражения. Лишь когда Пэк Чхон ввёл второй палец, растягивая проход, Чхон Мён очнулся, — Сомнительное удовольствие. Минет был лучше.       — Если тебе не понравиться дальнейшее, то обещаю отсасывать тебе до конца жизни, — Пэк Чхон слегка хохотнул с хрипотцой.       — Очень романтично, — Пэк Чхон согнул пальцы и по телу Чхон Мёна прошлась молния, — Неплохо. Но до оргазма далеко.       Пэк Чхон предсказал и это: в одной из статей было сказано, что из-за меньшей чувствительности, в отличии от омег, бет до оргазма таким образом не довести. Приятно, но ничего больше. Но касается это только пальцев.       Закончив растягивать внутренние стенки, Пэк Чхон надел презерватив на себя и Чхон Мёна, поливая смазкой свой член. Он навис над Чхон Мёном, увлекая его в поцелуй и входя наполовину. Грозное мычание и упёршиеся в грудь руки были отличным ответом, но Пэк Чхон лишь отвлекал от неприятных ощущений внизу, успокаивающими поглаживаниями по телу и рассыпавшимися поцелуями по лицу:       — Ты в порядке?       — Засунь своё «в порядке» в жопу! Двигай давай своей волыной.       — Как прикажешь, Старший.       Пэк Чхон медленно продвигался глубже, давая привыкнуть, и выходил, чтобы проникнуть дальше. Чхон Мён хмурил брови или бросал острые комментарии, но лившийся смазкой член у его живота говорил, что Пэк Чхон делает всё правильно. Когда мошонка полностью приникла к заднему проходу, движения ускорились, постепенно набирая темп.       — Д-дон… Ах… ты…       — Чхон Мён, — Пэк Чхон остаивл на груди яркую отметину, — Мой Чхон Мён.       Чхон Мён излился в презерватив, откидываясь на подушки под головой. Он слишком устал, чтобы думать о событиях дня. Хотелось в душ и спать. Или хотя бы спать. Пэк Чхон последовал за ним и, сняв презерватив с себя и Чхон Мёна, скрутил их и временно убрал на стол:       — Чхон Мён, пошли в душ, — он поцеловал его в лоб, снимая повязку с глаз и рук.       — Только с твоей помощью.       — Хорошо, ккома-я.       — Не называй меня так.       — Ккома-я.       — Пэк Чхон!