secrets of our destiny

— Как много первокурсников в этом году, — японец разглядывал малышей с теплой улыбкой. — Смотри, они такие милые.       — Да, очень мило, — но Джейк просто смотрел вперед. — Когда уже начнется это распределение?       — Хён, тебе нехорошо? — вдруг проговорил младший, нахмурившись. — Ты можешь пойти и…       — Ничего не нужно, — тяжело вздохнув, Шим попытался успокоиться. — Профессор Чон не отстанет от меня, если я уйду вот так.       Собеседник лишь промолчал, не понимая, что происходит.       Джей, конечно, еще утром говорил, что с австралийцем что-то не так, но все же что именно, понять не удалось.       То ли парень не выспался, то ли что-то еще.       А может все из-за инцидента с летучей мышью перед отъездом.       — Слизерин!       Распределительная шляпа кричала на весь зал, а студенты названного факультета принимались хлопать каждый раз.       Джейку казалось странным то, что распределение проходит на виду у всех. Зачем смущать детей, которые и так трясутся так, будто их вот-вот съедят?       Но это, конечно же, давняя традиция школы. Никто не может ее изменить, даже если очень хочется.       — Слизерин!       Шляпа все еще кричала, а студенты уже во всю шептались, пользуясь случаем. И чуть ли не все они говорили об одном и том же.       — Так много слизеринцев.       — Наверняка это Пак Сонхун их так заколдовал.       — От него можно ожидать что угодно.       Перешептывания пронеслись по всему залу. Утихали они только тогда, когда зал погружался в тишину. Только потом продолжался дальше.       — Пуффендуй!       Кажется, никто уже не обращал особого внимания на шляпу. Она все кричала и кричала, отправляя студентов на нужные факультеты.       Даже первогодки косо поглядывали в сторону Пака, который даже бровью не повел. Вот он, ледяной принц всея Хогвартс.       — Как шумно, — от голоса темноволосого весь Слизерин замолк. — Мы же на распределении. Проявите хоть долю уважения.       — О, хён, — Сонхун даже улыбнулся, увидев своего единственного друга, — опаздываешь.       — Всех старост задержали, — то лишь указал на трех парней, что тоже спешили успокоить свои факультеты. — Не моя вина.       Был только один единственный человек, который всегда был на стороне того, кто называли «сыном Драко Малфоя». Этот человек — Ли Хисын.       Темные волосы, вечно равнодушный вид и идеальные оценки по всем предметам. Вот он какой.       Многие желали подружиться со студентом выпускного курса. Но как только видели рядом с ним блондина, сразу разбегались в разные стороны, словно муравьи.       — Не обращай внимания на все сплетни, — Ли как всегда мило улыбался, глядя на своего друга. — Они просто завидуют тому, насколько ты красив.       — Скажешь тоже, — да и младший иногда приподнимал уголки губ от чужих фраз. — Какие-то проблемы у старост?       — Да нет, — прозвище его было «похуист», и Хисын всегда соответствовал ему. — Сказали что-то вроде: «Пусть первогодки учатся… бла-бла-бла. Пусть не шастают по коридорам… бла-бла-бла».       — Что им еще делать, если телефоны не работают? — второй, услышав еще раз «Слизерин!», принялся хлопать.       — Вот и я о том же, — темноволосый оглядел весь зал, останавливаясь на столе Гриффиндора. — Я слышал, что произошел какой-то случай на платформе девять и три четверти.       — Мистер Пушок ускользнул от меня, — без раздумий проговорил Пак. — Чуть было не напал на того популярного парня.       — Боже мой, это же целая постановка, — старший даже пустил смешок, услышав что-то подобное. — «Внебрачный сын Драко Малфоя» чуть было не убил «преемника Гарри Поттера».       — Не удивлюсь, если это появится на страницах «пророка», — но Сонхун лишь фыркнул и закатил глаза. — Ты же староста. Утешь меня.       — Ничего страшного. В этот раз не удалось убить, так в следующий получится.       — И кто тебя назначил на эту должность, боже мой?       На самом деле, всем было интересно, кто же выбирает старост. В последние десять лет старосты менялись каждый год, ведь назначали выпускников.       Но только в этом году случилось небольшое исключение в Когтевране. Ведь на эту должность поставили шестикурсника.       — Что ж, дорогие мои, — директор, у которого волосы были растрепаны в разные стороны, поднялся с места, чтобы сказать что-то сверх важное, — поздравляю всех вас с началом нового года обучения.       Студенты сразу же хлопали в ладоши, из-за чего мужчина приподнял уголки губ.       — Факультеты пополнились новыми людьми. Да и этот замок словно снова ожил, — его речь каждый год был одинаковым, но к этому уже все привыкли. — Для кого-то это — первый год, для кого-то последний, а для кого-то год, когда определится его судьба.       Австралиец вдруг шелохнулся. Он ведь никогда не обращал внимания на эти слова. Так почему же именно сейчас его сердце забилось как бешеное?       Возможно, у парня паранойя. Да, это ведь хорошее объяснение.       Кому в голову придет разрушить замок и всех его обитателей?       К тому же, зачем это Пак Сонхуну?       Неужели убийство профессора было лишь началом?       Может ли быть такого, что он и правда намеревается сделать то, что проделал в его сне?       Но по какой причине?       — Э-э-эй, — Джей помахал перед лицом друга, который слишком сильно задумался. — Земля вызывает тебя.       — Что? — только очнувшись от мыслей, австралиец взглянул на него вопросительно. — Что-то случилось?       — Поешь уже, — кажется, Пак начал беспокоиться за него. — Ты и по дороге ничего не кушал, и сейчас сидишь как истукан. Тебя что-то беспокоит?       — Ничего такого, — увидев перед собой огромное количество блюд, австралиец только понял, что проголодался. — Задумался.       — Если реально что-то беспокоит, — в разговор вмешался Рики, который медленно поедал свое любимое пюре, — то расскажи нам, хён. Ты ведешь себя так, будто готовишься к смерти.       — Почему ты говоришь такое, милашка? — внезапный голос Ким чуть было не заставил парня подавиться своим ужином. — Аккуратнее.       — Сону, — Шим даже усмехнулся от этой сцены, — так ты нашел себе жертву?       — Конечно, — а синеволосый включил свое обаяние и мило улыбнулся. — Но нам с Вони нужно идти. Проверим, все ли в порядке в нашей спальне. А-то от старших жалобы поступают.       — Удачи, — хлопнув его по руке, выдал Джейк. — Быть старостой сложно, по всей видимости.       — Еще как, блин, — американец кивнул, как только услышал эти слова. — Когда мне учиться, если на плече столько обязанностей?       — Хён, ты никогда не учился.       — Завались.