Другая история

От лица Лили

Глаза не хотели разлепляться. Все тело ныло, в голове гудело, горло пересохло. Казалось, в нем светило сумерское солнце, яркое и нещадно палящее. Уф! Глаза открылись! Наконец-то! Я оказалась в неизвестной комнате на мягкой кровати. Вокруг шторы. Я в богатом доме. За дверью раздались шаги и дверь открылась. Вошла симпатичная шатенка и приветливо улыбнулась. — Ты очнулась. Слава Барбатосу! — Вы кто? — Ну вот, едва понятный сип… Тем не менее, девушка все поняла и ответила: — Я Аделина, главная горничная на винокурне «Рассвет», которая принадлежит семье Рагнвиндр. Вот, возьми. Тебе надо поесть и попить, тогда станет легче. Опять шаги. — Аделина! Она очнулась? — Да, мастер Рагнвиндр. — Могу я войти? — Разумеется, это же ваш дом! Приятная собеседница поспешно выскочила и вместо нее вошел высокий красноволосый мужчина лет сорока. — Меня зовут Крепус. Теперь я могу, несомненно, если ты захочешь, удочерить тебя. Но, если тебе есть куда идти — Я не буду удерживать. Только заставлю выздороветь. — Мне некуда идти. — Ого. Не знала, что все это время пила и ела. — Предсказуемо. Ой, я не хотел сделать тебе больно, прости… — Все в порядке. Разумеется, все в порядке! Моя семья мертва, я неизвестно где, больна, и вообще, жизнь идеальна! — Конечно. Я же вижу. — Его лицо стало мягче, стала заметна некоторая седина, морщины и он стал… печален. — Я тоже когда-то потерял семью. Но они умерли своей смертью, без мучений хотя бы. — Крепус содрогнулся. — Мы отомстим Фатуи. Обещаю. — Не надо. Они не виноваты. Только вершине. Все остальные — лишь пешки. — Добровольные. Видимо, он из того типа людей, которых не переубедишь. Ладно… — Пап! В комнату заглянула точная копия Крепуса. — Это мой сын, Дилюк. Теперь он твой брат. Сынок, позови Кэйю. Юноша послушно кивнул и исчез, чтобы через минуту вернуться в компании своего ровесника с синими волосами. — А это — Кэйа. Мальчики, теперь у вас есть сестра. Кэйа просиял. — Всегда мечтал! Все свои двенадцать лет жизни! Мне остается лишь покориться судьбе…

***

Дилюк, его брат и их отец вышли, осторожно и бесшумно закрыв дверь. Малышка умоталась — не каждый же день ты принимаешь столько всего на свои плечи…