think slowly decide quickly

— А вот эта не подойдет? — Спросил Минхо, подсовывая под нос очередную книгу. Джисон устало перевел взгляд в сторону друга, уже ни на что не надеясь. «Кровопускание как метод лечения при простуде» — Нет, Минхо. Эта точно не подойдет. — Обреченно простонал Джисон, откидывая в огромную стопку новый бесполезный фолиант. Уже несколько дней они проводили свое утро в крохотной комнатке, отведенной под библиотеку. Приходилось вставать на пару часов раньше привычного подъема, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание и иметь возможность посидеть в тишине. Минхо впервые искренне жалел, что летом они не ходят в воскресную школу. Он помнил огромные стены величественной библиотеки, расположенной перед алтарной абсидой. Конечно, он не был частым посетителем этих двух помещений, но точно был уверен, что там бы они нашли что-нибудь гораздо полезнее, чем этот бесполезный хлам. Перебирая в руках потрепанные страницы, Минхо взял в руки последнюю книгу. — А эта? — Не теряя надежды, еще раз попробовал старший. Джисон даже не повернул головы в этот раз. Бесполезно. Он практически с самого начала знал, что они ничего не найдут. Он устал. Голова болела нещадно, а мысли о страшном проклятии съедали его голову. Как долго Минхо будет с ним возиться? Вдруг внутри Джисона спрятано что-нибудь гораздо более ужасное? Захочет ли Минхо с ним остаться, не бросит ли? Небольшой зуд, пришедший одновременно с его волнениями, неприятно распространился на ладони парня, заставляя того нервно чесаться. Вдруг теплая ладонь медленно накрыла руку Джисона, останавливая этот поток самоповреждения, и заставил парня вынырнуть из омута своих мыслей. — Я буквально могу чувствовать, как ты нагреваешь воздух своими мыслями. — Тихо сказал Минхо. — Прекрати. Если ничего не найдем — разберемся сами. — Да. Ты, наверное, прав. — Джисон в благодарность сжал чужую ладонь, и перевел взгляд на новую стопку книг, которая примостилась чуть поодаль. К ней Минхо почему-то не притрагивался. — А это что такое? — Ну в общем. — Минхо опустил свою голову, пряча взгляд. — Я нашел пару книжек про лучников. И… ну… Мне стало интересно. — Тебя заинтересовали книжки? Ничего себе… — Искренне удивился Джисон, пододвигая к себе маленькую стопку. — Хочешь почитаем как-нибудь? Ну… вместе? Все равно ничего полезного про мои раны не нашли. — Да, хочу! — Глаза Минхо загорелись, как загорались каждый раз при виде красивого цветка или не менее красивого Джисона. — Давай сегодня! Пойдем на поле и почитаем! — Попридержи коней, Минхо. — Успел перебить его Джисон. — Сегодня наша очередь помогать на кухне, ты забыл? Минхо заметно поник, лишенный возможности вновь вздохнуть свежий воздух, наполненный травяными ароматами и смехом Джисона. — Но я думаю, если к вечеру управимся, у нас останется пару свободных часов… — Задумчиво протянул Джисон. — И я думаю даже получится стащить что-нибудь съестное твоему коту… — Суни! — Вновь оживился Минхо. — А я говорил, что он тебе понравится! — Тебя бы лучше волновало, то, что он понравился миссис Тьюксберри. Я до сих пор не понимаю, как она разрешила тебе его оставить. — Все просто. — Минхо начал размахивать руками, будто объясняя сложную математическую задачу. — Темный затхлый приют — равно много мышей, а вот кот в темном затхлом приюте — равно ноль мышей. Простая математика! — Это вовсе не математика. — Поправил его Джисон, пряча за пояс парочку рукописей с вырезанными стрелами на кожаных обложках. — Но ведь сработало же! — Не унимался Минхо, все еще довольный своей идеей. — Пойдем, математик. Пора идти на кухню. — Джисон подавил улыбку, так и норовившую выскочить на его серьезном лице, и поднялся со стула. Взглядом Джисон все-таки зацепил последнюю книгу, предложенную Минхо. Она была в разы толще всех остальных и в разы потрёпаннее. Ветхий деревянный переплет её уже начал подгнивать, а кожаная обложка давно выгорела на солнце и вспучилась по углам. Немного приглядевшись, Джисон смог разглядеть стертый временем рисунок с золотым теснением. То была женщина, облаченная в огонь как в покрывало. Взяв книгу в руки, Джисон повертел её в руках в попытке разглядеть название под светом свечей и утреннего солнца. «Тайный Дневник Забытых Времен: Ведьмы и Магия» Быстро полистав желтые слипшиеся страницы, парень убедился, что, то был манускрипт, годами выгравированный большим количеством человеческих рук. Джисон мог поклясться, что по возрасту он не уступал ветхим стенам приюта и дубу на излюбленном Минхо поле. Заинтересовавшись, парень закинул его за пояс, к другим книгам и отправился вместе с Минхо на кухню. Преодолев пару витиеватых коридоров, парни уткнулись в железную кованную дверь — единственный остаток роскоши в приюте, и зашли во внутрь. Кухня представляла собой узкое и низкое помещение, заполненное атмосферой старины и бедной жизни. Стены, покрытые трещинами и сетками паутин, в детстве казавшиеся мистическими, теперь выделяют мрачную ауру. Потертый каменный пол от повышенной влажности приютил на себе несколько островков мха темно-зеленого цвета. У стены, позади длинного деревянного стола, к которому прижимаются несколько деревянных стульев, стоит грубый, но большой камин, потрескивающий углями. По сторонам от камина висят крючья с разнообразными котелками и разбитыми кружками. Оглядевшись, парни заметили лежащие на столе горстки ячменной крупы и неприглядной внешности овощи, которые нарезала миссис Тьюксберри. Сегодня на завтрак, обед и ужин у них снова похлебка. Закатив глаза и грустно вздохнув, парни подошли к смотрительнице приюта в ожидании указаний. Уставшее морщинистое лицо устремилось в их сторону, а рука жестом поманила к себе, приглашая сесть за стол. Как Джисону было известно, миссис Тьюксберри не была старушкой и в возрасте не достигала даже сорока лет. Удивительно, какие страшные вещи может сделать с человеком работа с сиротскими детьми. Возможно, это и было причиной её излишней жестокости по отношению к ним, но Джисон никогда на неё не злился. Она заменила ему родителей, когда его в младенчестве подкинули под двери церкви. Можно было даже сказать, что он был ей несколько благодарен. Ведь на тот момент, еще будучи прислужницей церкви, миссис Тьюксберри решилась выпросить у церкви подаяния на свой собственный приют. Так, заброшенный монастырь превратили в некое подобие жилья и со всего королевства к нему стали стекаться сироты низкого материального положения. — Сегодня на завтрак ячменная каша с варенными овощами. — Оповестила смотрительница. — Поставьте воду на огонь и помогите мне порезать морковь. Минхо сразу же подорвался выполнять первое поручение, лишь бы находиться подальше от смотрительницы. Многие в приюте её побаивались, а Минхо просто не хотел лишний раз попадаться на глаза, чтобы она вдруг не вспомнила про его рыжего друга и не передумала о своем решении. Чтобы набрать воды в чугунный котелок, пришлось идти на улицу. Избитый временем колодец находился в нескольких ярдах от центрального входа и, если быть честным, особого доверия не внушал. Подгнившие доски крыши кое-где обвалились, перестав выполнять свою защитную функцию. Во времена поздней осени, ребята питались кашей, перемешанной с грязью и опавшими листьями. Минхо не мог дождаться зимы, чтобы они наконец начали топить белоснежный снег и наконец пить чистую воду. Ну а пока, он поднимал котелок, подвешенный к вороту, и молился, чтобы грязи в нем было меньше, чем воды. Закончив со своим поручением, парень вернулся на кухню и обнаружил, что Джисон уже почти закончил нарезать овощи. Повесив котелок над догорающим камином, он подбросил туда пару поленьев и пошел помогать Джисону. Готовка каши не заняла много времени. Дождавшись, когда вода вскипит, они закинули ячмень с овощами в один котелок и присели за стол в немом ожидании. Примерно через полчаса миссис Тьюскберри ушла будить остальных сирот, мирно посапывающих в своих тесных комнатах, оставив Минхо и Джисона сервировать стол. Сервировать тут было особо и нечего. Глиняные тарелки, кое-где покрытые сколами и трещинами, быстро были расставлены по своим местам. За неимением ложек, ребята разложили рядом с тарелками кромки засохшего хлеба, чтобы было чем вытирать руки во время завтрака. — Поставишь еще кружки? — Попросил Минхо у друга, выходя из кухни с котелком поменьше в руках. — Хочу заварить бодрящий травяной чай. Я опять не выспался. — Конечно. Только не рви снова травы с палисадника, хорошо? Миссис Тьюксберри не любит, когда ты так делаешь. — Кинул Джисон вслед уходящему другу, но так и не получил ответа. — Минхо? Минхо! Снова проделав те же манипуляции с колодцем, Минхо отправился в их с Джисоном комнату. Там его встретил мирно посапывающий рыжик комок, расположившийся на его кровати. Поставив в голове отметку захватить что-нибудь с кухни для Суни, Минхо начал копаться в своих травяных залежах. Он хранил засушенные растения в небольшом сундучке под кроватью, куда не проникал солнечный свет. Быстро закинув в котелок несколько листьев черной смородины и мяты, Минхо откопал бережно хранимый чабрец и со скрипом на душе закинул и его тоже. Эти фиолетово-красные цветки очень редко росли на их землях, так что Минхо скрупулёзно собирал каждый цветочек, что ему попадался. Не хотелось делиться своими драгоценными запасами с остальными жителями приюта, но он слишком сильно хотел спать сегодня. Того и глядишь, он вырубится сразу же после ужина, а Минхо не хотел пропускать обещанные Джисоном вечерние чтения. Он был в предвкушении. Вернулся Минхо на кухню в хорошем расположении духа. Его ни капли не раздражали уже проснувшиеся сироты, столпившиеся у основания стола. Посчитав поведение Минхо подозрительным, Джисон подошел к нему заглядывая в котелок. — Не волнуйся, Сон-и. Я взял из своих запасов. — С еще более довольным лицом сказал Минхо, щелкая Джисона по его недовольному носу, и прошел к камину. Подвесив свой котелок над медленно потухающим огнем, Минхо осмотрелся. Сейчас обстановка напоминала некую идиллию. Сонные дети, в предвкушении трапезы, собираются у их извечного длинного стола, пока Миссис Тьюксберри даже с некоей любовью разливает по тарелкам их извечную ячменную кашу. Никого сейчас особо не волнует, что они едят её уже на протяжении нескольких лет — все просто хотят насладиться едой и помолиться вместе. Джисон как-то объяснял ему, что в королевстве сейчас небольшой кризис после нападений саранчи на фермерские поля. Еще год-два и в приюте снова появится свежий хлеб, телятина и молоко, как было в первые годы его основания. Джисон верил в это всем сердцем, а значит и Минхо тоже стоило верить. К моменту, когда вся похлебка была разлита по тарелкам, травяной отвар Минхо вскипел. Пришлось немного повздорить с миссис Тьюксберри, что травы в котелке — это не проделки Минхо с её клумбами. Так и не получив по шее, парень со спокойной душой разлил по кружкам приятного аромата напиток и уселся на свое место по левую сторону от Джисона. Сейчас его любимая часть трапезы — молитва. Он никогда не был религиозным человеком, как и его родители, но традиции он уважал со всей серьезностью. Как можно было противиться возможности подержать Джисона за руку? Его пальцы аккуратно протискиваются сквозь его раскрытую ладонь, и Минхо с наслаждением наблюдает как розовеют кончики ушей его друга. Так делал только он. Остальные же — быстро сжимали руки друг друга и так же быстро отпускали их, как только молитва заканчивалась. Минхо же, продолжал удерживать руку Джисона под столом до самого конца трапезы, благо его леворукость позволяла проворачивать подобное. В середине трапезы, под всеобщими разговорами, Минхо тайком стащил пару кусочков чёрствого хлеба для Суни и распихал по складкам в своей одежде. Джисон лишь придвинулся ближе к столу, чтобы загородить собой ловкие ручонки своего друга. После завтрака, когда большая часть сирот разбрелась по своим делам, Джисону и Минхо предстояло вымыть посуду и убраться на кухне. Нагромоздив в свои руки как можно больше посуды, Минхо выпрыгнул на улицу первым. Пока Джисон аккуратно выносил остальную часть тарелок и кружек, парень уже успел принести пару ведер из кладовой пристройки и ждал своего друга. — Ты какой-то излишне возбужденный сегодня. — Подметил Джисон, забирая из рук друга помятое ведерко. — Что-то случилось? — Просто не могу дождаться сегодняшнего вечера. — Ответил Минхо, наблюдая как его друг закидывает ведро в туннель колодца. — Почему? Мы же практически постоянно читаем с тобой вместе. — Недоуменно спросил младший, наваливаясь всем телом на рычаг колодезного ворота. — Я не знаю. Мне просто кажется, что сегодня какой-то особенный день. — Мечтательно протянул старший, поднимая голову к ясному небу. — У тебя каждый день — особенный. Посуду мой, чудик. — Со смешком кинул Джисон, ставя на пол наполненное до краев ведро с водой. И то правда. Минхо всегда старался радоваться любым мелочам, особенно если они связаны с Джисоном. Но сегодня было что-то другое. Он нутром своим чувствовал приближение чего-то важного для него, для них обоих. Возможно, с этим была связана небольшая шалость, которую Минхо планировал провернуть сегодня вечером, но он не уверен. — Возможно, это потому, что каждый мой день я провожу с тобой? — Игриво спросил Минхо, за что получил небольшой пинок под зад. Дальнейшее избиение друга прервал Суни, выскочивший из открытого окна их комнаты. Видимо, ушастого привлекло громкое копошение во дворе двух друзей, и он решил разведать обстановку. Джисон сразу же отскочил в сторону, скрывая свое раскрасневшееся лицо и вздымающиеся от глубокого дыхания плечи. Суни же на сердечные переживания Джисона было все равно, он сразу же подбежал к раскрытым рукам Минхо. Тот мгновенно достал из складок в одежде сворованный ранее хлеб, и чтобы не кормить кота куском камня, размочил его немного в воде. Под бесконечное недовольное бормотание Джисона и заливистого смеха Минхо, они закончили с мытьем посуды. Старший поднял голову к солнцу и примерно прикинул время. Еще несколько часов и они снова останутся с Джисоном наедине. Он дотерпит, даже если миссис Тьюксберри целый день будет гонять его метлой по всей территории приюта. Как он и сказал, сегодня особенный день. К великому сожалению Минхо, эти несколько часов тянулись так медленно, что ему казалось, будто в его волосах поселились несколько серых ниточек. Он точно постарел за сегодня. Под конец финальной уборки Минхо уже подпрыгивал в нетерпении и был готов умчаться с кухни со скоростью штормового ветра. — Минхо прекрати прыгать около посуды. — Осекла его миссис Тьюксберри. — Я волнуюсь за её сохранность. — Не переживайте вы так. — Не унимался Минхо, продолжая крутиться из стороны в сторону. — Что может случиться… В этот момент Минхо чуть более резко взмахивает рукоятью метлы, задевая ею лежащий на столе нож. Тот со стальным звоном прокатывается по поверхности стола и падает лезвием вниз, прямо на ногу Минхо. Джисон, весь день наблюдающий за странным поведением друга, бросается вперед, ловя на лету лезвие своей ладонью. В кухне настает гробовая тишина. Джисон, все еще держащий острый предмет за лезвие, отмирает первым. Переведя панический взгляд на Минхо, он откидывает окровавленный нож на стол и прячет поврежденную руку за спину. Им крышка. Если сейчас миссис Тьюксберри увидит зажившую руку Джисона… — О боже, Джисон! — Взвизгнула та, как только поняла, что произошло. — Я сейчас принесу повязки! — Нет! — Одновременно вскрикнули парни. Джисон машинально вскинул руки, в попытке её остановить. К его удивлению, ладонь все еще продолжала пульсировать и сочиться алой кровью. Развернув её к себе, он в непонимании уставился на рану, вместе с Минхо. — Вы, что, с ума вдвоем посходили? — Начала ругаться женщина. — Я еще с вами поговорю, после того как перевяжу рану. Как только женщина вышла из кухни, Джисона затошнило. Что происходит? Почему сейчас его рана не заживает? Дыхание участилось в такт дрожащим рукам. Хотелось сбежать отсюда прямо сейчас. Эти несколько дней, проведенные в попытках узнать больше информации ни к чему не привели, и Джисон просто по-человечески устал. Он устал задавать себе все больше вопросов, но не получать ни на один из них ответа. Минхо, слегка сбитый с толку, подавил в себе победную улыбку. Он, переборов свое колотящееся сердце, подошел к другу, хватаясь руками за неповрежденную ладонь. — Эй, Сон-и. — Тихо позвал он, заглядывая в глаза Джисона. — Это всё не стоит твоих нервов. — Да как не стоит, Хо? — Начал истерить младший. — С каждым днем все становится только хуже! Сначала раны заживают, теперь нет. У меня в голове столько вопросов, но ни на один из них нет ответа! — Тшш, Сон-и. — Минхо стал поглаживать плечо друга, в попытке успокоить. — Просто дай мне время, я разберусь. Миссис Тьюксберри влетела на кухню с охапкой льняных тряпочек в одной руке и бутылкой вина в другой. Парни сразу отскочили друг от друга в разные стороны. Краем глаза Минхо заметил, что его слова на Джисона все же подействовали, или он просто успел оценить физиономию миссис Тьюксберри. Её красные от бега щеки напоминали подгнившие помидоры, а брови были строго сведены к переносице. От её нервно-грозного вида Минхо повеселел. — Спаивать нас решили? — Решил развеять обстановку старший, указывая ладонью на бутылку вина. — Рано же нам еще. — Дурак! — Смотрительницу это разозлило еще больше. — Я же говорила тебе не крутиться вокруг посуды! И вино нужно для дезинфекции, ты то точно знать должен! Прежде чем повязки добрались до руки Джисона, они пару раз с силой ударили Минхо по голове. Данная жертва была оправданной — Минхо заметил на лице Джисона тень улыбки. Это означало, что парень окончательно успокоился. К сожалению, улыбка спала в момент, как алкогольная жидкость коснулась порезанной ладони. Все еще болит и не заживает. Навязчивые мысли вернулись в голову, но уже не тревожили так сильно. Обещание Минхо и правда помогло ему, нужно лишь еще немного подождать. Закончив с перевязкой, смотрительница отпустила неуклюжих друзей в комнату, решив закончить уборку самой. Минхо, придерживающий Джисона со спины, постоянно зачем-то оглядывался. — Куда ты вечно оглядываешься? — Недоуменно спросил Джисон, обернувшись тоже. Он не увидел ничего особенного, только миссис Тьюксберри, что закрывала кухню на ключ. — Проверяю, не потеряла ли твоя неуклюжая задница мои книги. — Ответил Минхо, опуская руку со спины на поясницу Джисона, где за поясом находились рукописи. — Это я-то неуклюжий? — Возмутился парень. — Это ты задел метлой нож и уронил его! — А ты его зачем-то поймал. Оба хороши. — Отмахнулся старший, открывая дверь в комнату, обернулся в последний раз. Оказавшись в комнате, Джисон вытащил из-под ремня книги, надеясь, что обещанное чтение поможет отвлечься от тревожных мыслей. Первая, вторая, третья. Не потерял ни одной. В руки попался загадочный манускрипт, что Минхо нашел сегодня утром. Небольшое предположение проскользнуло в сознании и Джисон начал беспорядочно листать страницы. — Эй, ты чего? — Подошел к нему Минхо, вглядываясь в рукопись в руках друга. — Ой, это та самая? Джисон не слушал. Ворох страниц мешался с ворохом его собственных мыслей в беспорядочном танце. Сила земли… лечение тяжелых болезней… укрощение огня… Снова ничего полезного. От бессилия Джисону захотелось швырнуть рукопись в стену. — Так! — Немного прикрикнул Минхо, забирая книгу из податливых рук. — Спокойнее, Сон-и. Что ты хотел здесь найти? — Я не знаю, Минхо. — Сдался младший. — Просто что-нибудь, что помогло бы понять… — Подожди… — Задумчиво перебил его друг, вдруг наткнувшись на что-то в книге. — Посмотри вот сюда. Джисон перевел взгляд на пожелтевшие страницы, в непонимании. «Серебро, как токсин для прислужников крови» — Ну и чем это может нам помочь? — Нож у миссис Тьюксберри из серебряного сплава! — Всплеснул руками Минхо, поражаясь плохой памяти друга. — Помнишь, она рассказывала нам, что это единственная драгоценность, оставшаяся от её работы в церкви? — Ну помню, и что? — До Джисона все еще не доходило. — Читай. — С громким вздохом, старший вернул рукопись другу. «Серебро в большом количестве притупляет способности ведьм. В старые времена его использовали для отлива кандалов, чтобы держать их в узде. При нанесении раны серебряным оружием — временно теряется восстановительная способность тканей, и раны заживают гораздо медленнее…» — Сними повязку. — Приказал Минхо, подходя вплотную. — Что, прости? — Не понял Джисон, инстинктивно отходя подальше. — Я говорю, сними повязку. И не дожидаясь пока это сделает Джисон, парень потянул перебинтованную руку на себя, самостоятельно снимая повязки. Книги в руках Джисона полетели на пол. — Минхо, стой! Нельзя их так рано снимать! — Протестовал младший, выдергивая руку из цепкой хватки. — Ты же сам говорил, что так можно занести инфекцию. — Да посмотри же! — Минхо поднял раненую ладонь вверх. — Видишь? Она заживает. Просто медленнее, чем обычно. И правда. Глубокий порез на всю ладонь, перестал пульсировать и заметно уменьшился в размерах. Там, где должны были виднеться открытые ткани — кожа почти затянулась, оставляя после себя еле заметный рубец. — О, господи! — Воскликнул Джисон. — Это, что же получается, я ведьма? — Видимо так, Сон-и. Видимо так. — Минхо звучал так, будто это открытие его нисколько не удивило. — Я думаю, довольно на сегодня переживаний. Хочешь немного отвлечься? После утвердительного кивка, старший поднял упавшие на пол книги, выбирая из них одну, что давно привлекла его внимание. — Это хорошо… — Шептал старший, усаживаясь на свою кровать. — Это очень хорошо… — Что прости? — Не расслышал друг. — Нет, ничего. — Отмахнулся Минхо. — Садись ко мне, я тебе почитаю. Джисон решался несколько секунд, но все же сел рядом с Минхо. Перед этим он аккуратно зажег жировые свечи, стоящие на столе ровной линией. Что-то в его поведении настораживало. Через чур заботливый и обходительный, он выглядит так, будто бы знает все секреты мира и не хочет делиться ими с младшим. Надеясь, что это лишь глупые предположения, не имеющие ничего общего с действительностью, Джисон попытался вникнуть в содержание книги, что читал старший. — Смотри, Сон-и! — Резко оживился старший, указывая пальцем в одну из страниц. — Тут сказано, что правый локоть должен быть немного приподнятым. Я всегда думал, что его нужно наоборот, опускать. Нежный голос Минхо расходился по комнате приятными волнами, окутывая Джисона словно теплое меховое одеяло. В какой-то момент Джисон перестал улавливать отдельные слова и полностью погрузился в неразборчивую мелодию из звуков. Нагулявшись, кот Минхо вернулся в комнату через открытое окно. Рыжий комок шерсти забрался на кровать старшего, пройдя через стол, и умостился на руках Джисона. Парень машинально опустил ладони на жесткую шерстку, вяло её поглаживая. — Вау, Сон-и, а ты знал, что на наконечнике стрелы вырезают небольшое отверстие, чтобы можно было зацепить за неё тетиву? — Доносилось отдельными фразами до сознания Джисона. — А я всегда думал, что у лучников просто хорошо получается держать стрелу в тетиве, а все так просто оказывается… Голос Минхо был настолько расслабляющим, что Джисон, не способный держать головы, уронил её на плечо старшего, прикрывая глаза. Громкое животное урчание под руками, лишь добавило меланхоличности в происходящее. — Ой, Сон-и. Тут даже нарисовано как сделать лук самому. Это выглядит не так сложно… Я думаю, если взять веревку с кладовой, и вот тут топором можно аккуратно вырезать стрелы из веток, то можно… — Минхо повернул голову в сторону младшего, чтобы поделиться своей спонтанной идеей. — Сон-и? Аккуратные пальцы медленно протиснулись сквозь густую шевелюру Джисона, медленно поглаживая кожу головы. Это не помогло вынырнуть из цепкого плена сна. Джисон лишь, подобно коту, начал ластиться к прикосновениям, пододвигаясь ближе. Где-то, за гранью сознания, промелькнуло громкое оповещение миссис Тьюксберри об отбое. — Эй, Сон-и, просыпайся. — Тихо пропел Минхо, продолжая поглаживать кожу головы. — Мы с тобой еще не закончили. Джисон что-то глухо промычал, утыкаясь носом в чужое плечо. По комнате тихим перезвоном прокатилась волна теплого смеха. Вся картина, представшая перед Минхо, вызывала яркое чувство, щемящее под сердцем. Будь сегодня другой день, он бы так и остался бы сидеть здесь всю ночь, лишь бы не потревожить сон Джисона ни на минуту. Но они и правда еще не закончили. — Нет уж, родной, давай поднимайся. — Минхо отложил книгу в сторону. — Мне нужно сделать это сегодня. Один легкий удар по бедру и голова Джисона уже взметнулась вверх. Суни сразу же зашипел на хозяина, выражая свое и чужое недовольство за потревоженный сон. Младшему понадобилось несколько секунд, чтобы окончательно прийти в себя и проснуться. — Я что уснул? — Вышло как-то хрипло и вяло. — Прости пожалуйста. Просто ты так размеренно читал, что я и не заметил, как… — Забудь. — Отмахнулся Минхо, резко поднимаясь на ноги. — Главное, не усни до того момента как я вернусь, ладно? — А ты куда? — Спросил все еще плохо соображающий Джисон. — Просто не усни, хорошо? — Ответил старший, находясь уже на пол пути к двери. — Я быстро. — Минхо, уже время отбоя. Куда ты собрался? — Кинул вслед младший, но остался без ответа. Минхо просто проигнорировал его и тихо вышел из комнаты. Со времени отбоя прошло где-то двадцать минут. По его личным наблюдениям, миссис Тьюксберри в это время уже находилась в своей комнате, в дальнем углу здания. А это значило, что Минхо может беспрепятственно дойти до кухни и не быть пойманным. План был идеальным, и сегодняшняя находка лишь еще больше сделало его таковым. Найденный раннее манускрипт, был прочитан Минхо полностью и, к его счастью, он оказался полезным. Оставалось лишь только случайно смахнуть серебряный нож на пол рядом с Джисоном и проверить. Теперь он абсолютно точно знал, что ему делать. У дверей кухни его ждала небольшая трудность в виде запертого на ночь замка. Таким образом миссис Тьюксберри оберегала скромные запасы еды от малолетних воришек. Но Минхо не нужна была еда. Минхо лишь нужно было увидеть куда смотрительница прячет ключ, когда запирает замок. Джисон смотрел лишь на свою поврежденную руку, когда шел в сторону своей комнаты, Минхо же наблюдал за движениями миссис Тьюксберри. Поэтому он, в полной темноте, сунул руку под большой цветочный горшок и издал тихий победный писк. Ключ у него. Осталось лишь преодолеть громкую скрипучую дверь, и он на месте. Свет от яркой луны рассеивался сквозь грязные окна, что делало кухню еще более мрачной. Серебряный блеск метала был виден сразу. Взгляд метнулся на верхнюю полку прямо над камином. Операция по краже ножа заняла чуть меньше минуты, и вот Минхо уже быстрым шагом несется обратно в свою комнату, молясь всем богам, чтобы он остался незамеченным. В комнате его встретил все такой же озадаченный Джисон с котом в своих руках. — Где ты был? — Парень уже окончательно проснулся, но в его сознании до сих пор творилась полная неразбериха. Вместо ответа Минхо вытащил из-за пазухи нож, позволяя огням свечей играться на его лезвии. Джисон тут же поднялся в абсолютном недоумении. Кот остался сидеть на его руках, как бы защищая парня от неизвестности поступков его друга. — Минхо? Ты чего? — Его захлестнуло несколько эмоций одновременно, и он не знал какие из них правильные. — Зачем тебе нож? Минхо снова не ответил. Он переминался с ноги на ногу, будто бы решаясь на какой-то важный поступок, а у Джисона в это время в голову лезли самые ужасающие догадки. Он пришел убить его? Вот так просто врал о помощи, пока сам планировал его убийство? Видимо его настолько напугала сущность Джисона, что он решил от него избавиться. Просто немыслимо! Нет, нет, нет. Этого не может быть. Это же его Минхо, самый родной человек на свете. Он не мог… В попытках образумить беспорядочный поток мыслей, Джисон бегал глазами по всей комнате и машинально пятился назад. Наконец, Минхо видимо на что-то решился и впервые заговорил с момента как он вернулся в комнату: — Слушай, Джисон. — Он попытался подойти ближе, но младший резко отпрянул в сторону. — Нет, стой! Ты послушай пожалуйста… — Что ты хочешь сделать? — На грани паники прошептал Джисон, переводя полные ужаса глаза на нож в руках своего друга. До Минхо видимо дошло как он выглядит со стороны, поэтому руки сразу же выкинули нож в сторону кровати и поднялись вверх в примирительном жесте. — Боже мой… Это совсем не то, о чем ты подумал, Сон-и… — Минхо снова сделал попытку подойти ближе, но младший снова отошел в сторону. Еще пару таких шагов, и он упрется в собственную кровать и отрежет себе пути отхода. — Так будь добр объясни, пожалуйста. — Начал закипать Джисон. Теперь даже к своему другу у него появились вопросы. — Что я еще должен был подумать? Сначала ты целый день бегаешь как самый счастливый человек на свете и говоришь мне о том, какой сегодня особенный день. А потом я вижу, как ты молча уходишь куда-то и возвращаешься с ножом, направленным на меня. Так, что да, я жду объяснений. Минхо снова замялся, не зная, как начать. В его голове все выглядело до безумия логично и правильно, но по реакции Джисона он понял, что это вовсе не так. — Помнишь, мы на днях читали книгу о клятвах и обязанностях? — немного издалека начал старший. — И как это относится к ножу в твоих руках? — Еще шаг назад и Джисон понял, что отступать ему уже некуда. И самое ужасное в этой ситуации было то, что, чтобы не учудил Минхо, Джисон никогда бы не смог сопротивляться и причинить ему боль. — Напрямую. — Минхо снова подошел ближе, но в этот раз удачно. — В этой книге был раздел о смешении братской крови, помнишь? Это нерушимая клятва верности, которую дают рыцари при дворе и воины-отцы для своих детей. Пока в голове Джисон вспоминал события минувших дней и содержания прочитанных книг, Минхо аккуратно забрал Суни с его рук и поставил на пол. Холодные от напряжения и переживаний ладони коснулись рук Джисона. Понадобилось пару рваных вдохов, чтобы решиться на следующие слова. — Я хочу… — Пришлось немного прочистить горло, потому что слова никак не шли. — Я хочу принести эту клятву тебе, Сон-и. Хочу смешать твою кровь со своей, в знак нашего единства. Я специально дал тебе этот манускрипт сегодня. Я читал его пару дней назад и меня привлек раздел о серебре. Так что я решил проверить сработает ли это на тебе. Мне нужен был способ, чтобы смешать нашу кровь до того, как твои раны зарастут… — Стой, подожди. — Информации оказалось слишком много для ушей Джисона. — Что? — Я говорю, что хочу принести тебе клятву верности, Сон-и. Ты еще не проснулся что ли? — Минхо увереннее сжал руки друга, смотря в его глаза с привычной теплотой. Медленной волной мысли наконец составляли нечто цельное и понятное для Джисона, но вся ситуация все еще выглядела абсурдной. Минхо хочет его защищать? Клятва верности? Для чего? Снова вопросы… — Но зачем тебе все это? — Джисон метался глазами по лицу Минхо, чтобы найти хотя бы один ответ. — Я не понимаю. Разумного ответа на этот вопрос у Минхо не было, поэтому он решил дать ему не разумный. Старший резко подался вперед, соединяя их дыхание воедино, и остановился в паре миллиметров от его губ. Руки старшего машинально легли на основание шеи Джисона, отчего тот едва вздрогнул. Снова прямой и более уверенный взгляд в ошеломленные глаза напротив. — Ты правда хочешь знать ответ? — Шепотом спросил парень, чем вызвал у Джисона волну мурашек. Медленный, но уверенный кивок напротив и Минхо подался ближе, стирая все границы дозволенного. Они оба никогда раньше не целовались, но Минхо знал слишком много любовных цветочных легенд, а Джисон его всегда очень внимательно слушал. Поэтому не было ничего удивительного в том, как правильно потянулись руки Джисона к талии старшего и схватили его за края рубашки. Его нельзя было судить за это. Еще немного и Джисон бы упал, неспособный совладать с собственными подгибающимися ногами. Минхо почувствовал слабость младшего и скользнул своими руками вверх, обхватывая голову и зарываясь в волосы. От неожиданности действия Джисон раскрыл рот, чтобы вдохнуть и случайно впустил длинный язык Минхо. Боже как же это было приятно! Небольшой аромат сандала, исходящий от свечей, перемешивался с естественным цветочным запахом Минхо, и на этом контрасте Джисон почти потерял сознание. Все его тело горело огнем, а мозг, в конец обезумевший, перестал нормально функционировать. У Минхо дела обстояли не лучше. Полный страхов и сомнений, что его Сони не поймет, отвергнет, уйдет, он наконец расслабился и полностью отдался чувствам. Когда воздух начал заканчиваться, старший притянул Джисона еще ближе, буквально впечатывая его в себя. Джисон, не в силах больше ясно мыслить и ровно дышать, чуть отстранился и уткнулся лицом в плечо Минхо. По комнате разносилось лишь рваное громкое дыхание и мирное посапывание кота. — Ты сумасшедший. — Все что смог выдавить из себя Джисон. — Я люблю тебя. — Послышалось в ответ. — Что? — Я люблю тебя, и, наверное, поэтому я хочу постоянно тебя защищать и оберегать. Я хочу помочь тебе со всем справиться и найти ответы на твои вопросы. Ты… — Он осекся, все еще переводя сбитое дыхание. — Ты можешь не говорить мне этого в ответ, но просто… Просто позволь мне быть рядом с тобой. Джисон не знал как правильно реагировать на подобные признания, ведь в своей жизни он их никогда раньше не слышал. Да он и не был уверен, что когда-либо испытывал подобные чувства. Но это его постоянное и непреодолимое желание касаться его рук, находиться рядом и придвигаться ближе. Маленькие электрические разряды, проходящие сквозь подушечки его пальцев, когда Минхо обнимал его. А еще это неизвестное теплое чувство, разливающееся в нем каждый раз, когда Минхо смотрел на него вот так, как сейчас… Может быть… — Я тоже. — Быстро сказал Джисон, но сразу же попробовал объясниться. — Я не знаю, что я точно чувствую, но я почему-то уверен, что это тоже самое. Поэтому я думаю, что я тоже люблю тебя, Хо. Яркая улыбка озарила лицо старшего, и он обрушил град поцелуев на лицо Джисона. Это была небольшая игра. Джисон дарил улыбки за каждый быстрый поцелуй в щеку, в нос или в лоб. Самая яркая улыбка дарилась за поцелуй в уголок губ. — Я пойму, если ты не захочешь проводить клятву, но я просто… — Чуть отстранившись, произнес Минхо, опуская свой взгляд вниз. — Я чувствую, что так правильно. Я по-другому не смогу… — Давай. — Одними губами прошептал младший, наконец получивший один из самых важных ответов в его жизни. — Что? — Давай сделаем это, Хо. — Более уверенным тоном сказал Джисон. Минхо завис на пару секунд, вглядываясь в глаза напротив. В них не было и капли сомнений. Джисон доверял ему во всем. И от этого осознания у старшего немного подкосились колени и закружилась голова. Он, на негнущихся ногах, подошел к своей кровати и взял нож в руки. Лишь бы только слова клятвы не забыть. Пару шагов и родные руки снова сцеплены вместе. Минхо дал пару лишних секунд Джисону, чтобы он мог передумать, а когда этого не случилось, легким движением провел ножом по своей ладони, выпуская несколько капель крови. Глубокий вдох, и нож уже проходится по правой ладони Джисона. — Обещаю своей верой, что буду всю жизнь хранить верность Хан Джисону, никогда не причинять ему вреда и буду оберегать его от всех невзгод жизни. Если я нарушу свою клятву, то пусть Бог покарает меня. — на одном дыхании вылетело с уст Минхо. Ладонь легла на ладонь и в эту же секунду Джисон почувствовал небольшой электрический разряд. От неожиданности он закрыл глаза, а когда открыл их — увидел свое собственное тело на полу без сознания. Взгляд упал вниз — одежда не его, руки тоже не его, все в нем изменилось. Что случилось? Присев на корточки, Джисон похлопал по собственному безжизненному лицу и ощутил фантомное прикосновение. Как такое может быть? И куда пропал Минхо? В панике, Джисон выбежал из комнаты, чтобы позвать на помощь. В один миг он добежал до комнаты миссис Тьюксберри и начал неистово молотить по двери. Заспанное и недовольное лицо просунулось через появившуюся щель и уставилось на парня. — Минхо, что случилось? Уже давно отбой, почему ты не в кровати? — Миссис Тьюксберри немного взволновано прошлась взглядом по лицу «Минхо» и опустила его немного ниже. — А что с рукой? Когда ты успел пораниться? Минхо? Нет, нет. Она перепутала. Просто пока еще не проснулась окончательно. Как он может быть Минхо? Опустив свой взгляд на руки, он только сейчас заметил множество небольших шрамиков, исполосовавших практически всю поверхность наружных сторон ладоней, и ужаснулся. Это не может быть реальным. — Минхо? — Чуть более настороженно спросила женщина. — Что случилось? — Эмм… Ничего серьезного, правда. Мне просто… Мне просто сон страшный приснился, что Джисон в опасности. А руку я, наверное, повредил пока бежал к вам. Я… Простите. Спокойной ночи. — Резко бросил Джисон и поспешил уйти в свою комнату. Громко хлопнув дверью и залетев в помещение, Джисон стал рыться в комнате в поисках любой отражающей поверхности. Она обозналась, точно перепутала. Этого просто не может быть… Взгляд упал на окровавленный нож, валяющийся на полу. Видимо его выронили в момент, когда Джисон потерял сознание. Схватившись за него до побеления костяшек, он поднес лезвие к лицу, чтобы в мутном отражении увидеть два темно-карих кошачьих глаза, наполненных ужасом. Суни, сидевший все это время около тела Джисона, подошел к ногам своего хозяина и, не заметив подмены, стал тереться своим маленьким телом о его ноги. Джисон от неожиданности подпрыгнул и отскочил от кота, случайно задевая лезвие подушечками пальцев. Не успел он поморщиться от резкого укола боли, как в ту же секунду увидел напротив себя озадаченного Минхо с ножом в руках. — Минхо? — надрывным шепотом позвал Джисон, все еще не осознающий произошедшее. — Джисон? — В таком же тоне спросил Минхо, наконец поворачивая свою голову в его сторону.