Кроваво-красные розы

Енина не понимала, что с ней происходит. Не понимала, почему так тянет к парню, который в интернете смеётся и издевается над ней. Конечно, проще перевести все в рофл, чем это всё и было изначально. Песня Ениной, её стримы и высказывания о любви к Дане Кашину – это действительно было больше как хайп и прикол. Только вот девушка сама не поняла, когда эти приколы успели перерасти в навязчивое чувство влюблённости. Подписчикам Ани несложно было заметить, что почти любой её стрим не обходился без упоминания Данилки. Хотя шипперы и сами были не против предложить Ане посмотреть новую реакцию ДК, на что та охотно соглашалась. После той судьбоносной встречи в Таиланде усугубилось в с ё. Енина уже давно мечтала встретить Даню в жизни, узнать, такой же он дерзкий шутник, как на стримах? Как оказалось, совсем нет. Он был очень робким и стеснительным, прятал свое смущение за смехом и шутками. Ещё и стырил у неё свечку, хоть Ане не было жалко подарить её этому очаровательному рыжику. Эта встреча зажгла в её груди какое-то новое, непонятное чувство. Первые «симптомы» безответной любви феминистка начала ощущать тогда, когда вернулась домой из путешествий. Конечно, с девчонками её мысли не были 24/7 заняты стримером, но по прибытию домой Аню не отпускали мысли о нём. Она размышляла, анализировала, снова возвращалась к переписке в директе, которая не зашла так далеко, как ей бы хотелось. Тогда, когда Кашин написал ей «спасибо за свечку» её сердце, казалось, было готово взорваться. Дрожащими руками она отписала парню ответ, но, как она и думала, общение парня не интересовало. Она часами разглядывала в их директе строчку «прочитано», думая, о чем же можно было написать стримеру, чтобы заинтересовать его. В голову ничего не приходило. Теперь Аня всё реже выходила в сеть, редко запускала стримы и выпускала видео. Она боялась, ни дай бог она закашляется, и кто-то заметит хоть один лепесток. Тогда всем всё станет ясно. Это пугало её больше всего. Пусть все и дальше думают, что её высказывания о Кашине, её влюбленность – это попытка ухватить хайп на их «отношениях». Тем временем, и сам Даня заметил, что с Аней что-то не то. Раньше чат частенько писал, что у его роднулькины вышло новое видео, просили посмотреть, но сейчас, если и мелькали сообщения о Ениной, это были слова о том, что та куда-то исчезла. Это было не похоже на девушку, которая любит выхватить дозу хайпа везде, где это было возможно. Однако, не так сильно это его и волновало. Енина же смотрела каждый его стрим, разглядывая парнишку внимательно, улыбаясь и хрипло смеясь с каждой его шутки. По уши влюблённой девушке находиться на его стримах было очень тяжело. Кашель с лепестками роз вырывался из легких непозволительно часто, Аня держалась за горло, пытаясь стерпеть раздирающую боль. Слезы стекали по её щекам, а по губам текли капельки крови. Кажется, она разодрала себе горло от такого сильного кашля. Смотря на объект своей любви, девушку грело беспредельное счастье, но в глубине души она была очень несчастна. Да, влюбиться во что-то талантливое – это не плохо. Плохо в этом было то, что она умирала от невзаимности, в прямом смысле этого слова. Но она больше не могла никого в этом винить, как привыкла делать всегда. Она гордо держалась за свою любовь к Даниле. Конечно, она прошла все стадии принятия своего состояния и последующей смерти. Это было подобно безысходности, так как нет такого исхода, в котором её любимый стример приехал бы к ней, сказал, что тоже любит, и все были бы счастливы. Такое, кажется, было только в сказках. Но вся боль от этих мыслей приутихла ещё тогда, когда до девушки только начинало доходить, что с ней происходит. По началу она безумно злилась на себя, на парня, на несправедливую судьбу. Нет, правда, как же так угораздило её быть соулмейтом человека, которого она так грубо называла «рыжей залупой»? Как говорят многие, жизнь – лучший сценарист. Тут Аня была полностью согласна. И пойти против такого сценария у неё не было никакой возможности. Спустя какое-то время, Аня полностью пропала из интернета. А вскоре, пропала и в действительности. О причинах знали только её близкие, с которыми она делилась своей любовью и своей болью. Возле её памятника всегда лежали лепестки ненавистных ей кроваво-красных роз. Теперь они навсегда ассоциировались с невзаимной любовью.