Влюбись в меня, если осмелишься

      Приезжать в компанию после долгого отпуска непривычно. Но дело даже не в этом. Осознание того, что придётся наконец встретиться с Хосоком лицом к лицу после всего, что произошло, как-то пугает, особенно то, что Юнги находится рядом. Его можно назвать терпеливым и сдержанным, когда дело касается работы, встреч с фанатами и другими людьми, но когда дело касается Тэхёна, то он превращается в кипящий вулкан, неспособный мыслить здраво и контролировать себя. Он обещал, что будет стараться не проявлять свою ревность по отношению к нему так бурно и вести себя прилично, но «стараться» не равно действительному обещанию. Он может взорваться в любой момент, может снести к чертям собачьим всё здание, избить Хосока до смерти и сжечь его тело в буквальном смысле этого слова — от него всё можно ожидать. Разумеется, ему важна его репутация, но никогда ведь не знаешь…       Сотрудники, артисты, коллеги — все рады видеть не только Тэхёна, но и Юнги. Даже директор Ли спустился в главный зал для тренировок, где собрались почти все, кто присутствует здесь сегодня. Тэ приятно их внимание — он радостно всех приветствует и обнимает, хотя Юнги, конечно, не даст кому-то прижиматься к своему парню слишком долго. Ненавязчиво отталкивать людей от Тэхёна и не обижать их он умеет прекрасно — всегда удивительно наблюдать, каким тактичным и дружелюбным он умеет быть на людях. Спокойный и адекватный Agust D, мудрый, временами милый, но этого грёбанного абьюзера и каким он может быть, видимо, знает только Тэхён.       Разумеется, Чон Хосок стоит у двери и смотрит со стороны, взгляд его кажется виноватым. Странно его видеть, и несмотря на то, что Юнги его пока не замечает, ведя дружелюбные беседы с артистами и продюсерами, Тэхён чувствует волнение, будто находится недалеко от обрыва, куда его могут случайно или неслучайно толкнуть, а в газетах напишут, что он сам спрыгнул.       Никто не в курсе, что главные лучшие друзья агентства больше не являются таковыми, поэтому один из артистов, певец по имени Джонхан, тянет Хосока поближе, чтобы тот не стоял в сторонке.       — Вы чего? — не понимает Джонхан, поглядывая то на одного, то на другого. — Даже не обнимитесь?       Немного неловко. Тэхёну бы не хотелось говорить при всех, что они больше не имеют между собой ничего общего, и ставить себя в такое положение, когда он станет падлой, отвернувшейся от лучшего друга. В данный момент рука Юнги, которая крепко сжимает собственную, как нельзя кстати.       — Давно не виделись, — хмыкает Юнги, просверливая дегенерата взглядом, — Чон Хосок.       — Я пришёл увидеть не тебя, Мин Юнги, — без особых эмоций говорит Хосок, продолжая смотреть на Тэхёна. — Можем поговорить наедине?       — У тебя до сих пор хватает наглости просить его остаться наедине с тобой? Да ты смелый, я смотрю, — на удивление Тэ Юнги пока остаётся довольно спокойным.       — Я не хочу с тобой ругаться, Юнги, — говорит Хосок.       — Тебе бы стоило хотеть только жить.       — Юнги… — Тэхён толкает его локтем, чтобы поубавил свой тон, раз они на людях.       — Ты выглядишь слишком хорошо для человека, у которого последняя стадия рака, — Мин игнорирует своего парня, обращаясь к Чону. — Надеюсь, хотя бы член отвалился.       Кажется, никто из присутствующих не понимает, почему в зале возникло такое напряжение, а заявление, что Хосок болен, так вообще приводит всех в ступор. Директор Ли застигнут врасплох, он никак не ожидал подобного. Он, конечно же, уводит Хосока, чтобы поговорить об этом не при всех, задать кучу вопросов, почему он не в курсе и предложить поддержку, так как она непременно необходима.       От коллег следуют бурные расспросы, правда ли это, ведь Хосок для всех здесь не последний человек, но ни Тэхён, ни Юнги не дают никаких ответов. Юнги пока что горд собой: он ведёт себя относительно хорошо, поэтому хвалится Тэ, обнимая его сзади.       — Я у тебя умничка? — ждёт он похвалы, как пёс, принёсший мячик.       — Умничка, — чмокает его Тэ в щёку. — Будешь и дальше себя так вести, то…       — Ну и что я получу?       — Видимо, у тебя есть конкретное пожелание, раз спрашиваешь, — озвучивает очевидное Тэ.       — Разумеется, принцесса. В математике ты стал хорошо разбираться.       — Посмотрим на твоё поведение, гопник, — подмигивает Тэ, и пока Юнги занят разговорами со знакомыми артистами, уходит к Шин Донхёку, к другу и одному из своих продюсеров в одном лице.       Донхёк захотел поговорить наедине, поэтому позвал покурить. Пусть Тэ не разрешают курить сигареты, но стоять рядом с курящими не запрещено, так что можно спокойно расслабиться и наслаждаться вейпом. Донхёк выглядит озадаченным и не держит свои мысли при себе. Конечно, он переживает за Хосока, расспрашивает Тэ о том, что за рак у него, но не может принято то, что его друг и коллега болен, ведь они ходят заниматься спортом к одному тренеру, который периодически запрашивает определённые анализы, ходят к одному массажисту, вместе посещают бани, различные места, даже гуляли всё это время, пили, знакомясь и уходя из клубов с кем-нибудь, и ни разу проблем со здоровьем у Чона не обнаруживалось. Наверное, эти анализы не покажут онкологию, но всё же они проводят много времени вместе — с Хосоком всё было в порядке.       — Я плохой друг, если не заметил, что он страдает от рака? — Донхёк считает себя виноватым. — Я не хочу верить, что он умрёт. Насколько всё плохо? Ты должен знать.       — Плохо, — кивает Тэ. — Когда он уезжал на два месяца, он был в Германии и…       — В Германии? Он был тогда на Бали. Они с Джексоном там вместе бухали каждый день.       — Откуда ты это знаешь? — хмурится Тэ. — Что за Джексон?       — Помнишь, я как-то рассказывал про моего знакомого китайца, который вечеринки устраивает? Я с ним недавно виделся, они, оказывается, с Хосоком на Бали тусили, а меня не позвали и…       Тэхён его пока что игнорирует и целенаправленно идёт в студию бывшего друга, не замечая даже Юнги, который зовёт его, ожидая у автомата с напитками. Слова Донхёка вселили в голову мысль, что Хосок, возможно, никогда болен не был, да и Юнги тоже не раз высказывал свои предположения. Тэ заходит в студию и открывает все шкафы по очереди, ищет лекарства и лезет во все папки с документами в поисках хоть одного доказательства, что Хосок проходит лечение. А не найдя, он достаёт телефон и заходит в приложение банка, в котором хранит деньги Чон. Да, у них всегда был доступ к счетам друг друга, так как доверие было, можно сказать, безграничным, и хоть Тэ особо не интересовался его доходами и расходами и не имел привычки лезть в чужой карман. Сейчас захотелось поднять выписку и увидеть собственными глазами, что он действительно тратил деньги в клиниках Германии.       — Ну и что ты здесь делаешь? — недовольно стоит в проёме Юнги, очевидно испытывая злость и раздражение.       — Юнги, ругайся сколько влезет, но позже, — даже не поворачивается Тэ, не отвлекаясь на монолог своего парня.       За те два месяца пока Хосок отсутствовал, никаких значительно дорогостоящих трат он не производил, а названия мест, которые указаны в выписке, даже близко не похожи на что-то, связанное с медициной. Покупку личных билетов Хосок всегда производил через агента, с которым уже несколько лет работал, а некоторые транзакции проходили на счёт компании именно этого агента, так что позвонить туроператору не составляет труда.       — Я обещал хорошо себя вести. Но может быть, ты не будешь держать спичку у бочки с бензином и не будешь здесь находиться? — напоминает о себе Юнги. — Я остаюсь спокойным, но если ты не прекратишь, я за себя не отвечаю. Что ты делаешь?       — Помолчи, пожалуйста, — перебивает Тэ, ожидая ответа по телефону.       Запросить данные, куда и когда покупались билеты легко, да и агент знает Тэ, легко даст ту информацию, которая необходима. Хосок действительно летал на Бали, проведя всё время там, а в Германию билетов не покупалось. Конечно, этого недостаточно. Тэ включает компьютер и лезет в почту в поисках электронных документов. Хосок хранит в этом ноутбуке абсолютно всё, и подделывать документы он умеет. Они с Тэ периодически это делали, когда появлялась необходимость.       — Ким Тэхён, ёб твою мать! — прикрикивает Юнги, хватая его за локоть, чтобы его услышали. И не потому что у него сейчас проснулась ревность, а потому что его нагло заткнули и игнорируют.       — Дай мне пять минут, Юнги, — злится Тэ, но не на Юнги, разумеется.       — Что ты нахрен делаешь?       — Ищу доказательства.       — Какие доказательства? Если у этого дегенерата есть твои личные фотографии, то я…       — Заткнись уже. На пять минут.       Электронные документы нашлись, правда нашлись и неотредактированные исходники. Видимо, Хосок подготовился, чтобы скорректировать их, распечатать и показать Тэ, если он попросит. Правда, облажался. В очередной раз.       — Я тебя прикончу… — Тэхён ждёт, пока распечатывается документ и нервно трясёт коленом.       Быстро хватая листы, он вскакивает и бежит к выходу, метаясь по коридорам в поисках Чон Хосока. Его некогда лучший друг нагло лгал ему. И это была настолько ужасная ложь, что хочется его не просто прибить, а по-настоящему воткнуть ему опухоль куда-нибудь в мозг, потому что его очередной поступок просто бесчеловечен. Разве нет?       Неважно, что Юнги бежит следом, раздражаясь и не понимая, что вообще происходит и почему его так нагло игнорируют, но пока что совсем не до него. Хосока Тэхён находит в кабинете директора и сразу же набрасывается на него, залепив пощёчину, затем вторую, третью.       — Тэхён, что ты делаешь? — вскакивает директор Ли. Но после просьбы Тэ оставляет их одних поговорить.       — Скажи мне правду, — ждёт Тэ, пытаясь поймать взгляд Хосока, пока присутствие Юнги ощущается сзади. И это приносит чувство безопасности. Юнги защитит, особенно от Хосока.       — Какую? — делает вид, что не понимает, Чон.       — Ты действительно болен и лечишься? Или ты солгал?       — Я выгляжу нормально, потому что лечение помогает и…       — Это наглая ложь! — повышает голос Тэ и кидает в бывшего друга листы бумаги. — Даже улики за собой подчищать не умеешь! Как ты мог? Как можно о таком врать вообще?!       — Тэхён, я…       — Если не рак тебя убьёт, то я точно это сделаю!       Тэхён кидается на Хосока и валит на пол, чтобы избить за подобное. Его обман не поддаётся объяснению. Как можно было такое придумать? Зачем? Зачем делать больно близкому человеку подобными «шуточками»? Из-за нехватки внимания? Из-за того, что у Тэ появился парень? Не хватает слов, чтобы передать свой гнев, а выплеснуть его физически — красноречивее любых слов.       Хосок защищает свою голову и плечи локтями, но ответных ударов от него не следует. Юнги пока что просто стоит и смотрит на это. Он следит и не даст Хосоку ударить Тэ, но не насладиться этим прекрасным, волшебным, чудесным и ласкающим глаза и уши зрелищем он не может. Не хватит прилагательных, глаголов, существительных, ни на корейском, ни на английском, ни на китайском, да на любых языках, чтобы описать хотя бы десять процентов того, насколько он счастлив. Да у него член встал от восторга, даже он ликует. Юнги и кончить может. Это зрелище лучше, чем любое порно. Нирвана, самая настоящая.       На самом деле у него были догадки и предположения, что дегенерат на такое способен, но Тэхён вряд ли прислушался бы к нему, а раз пиздюк действительно теперь никак не выйдет сухим из воды, то Юнги постоит в сторонке и будет улыбаться с нескрываемым удовольствием. Он бы и подрочил, честное слово. Ревности к пиздюку нет абсолютно никакой, будто она полностью сгорела в секунду, до такого тла, что даже пепла не осталось. Хотя стало отчасти жаль Чон Хосока. Насколько же в отчаянном положении он был, раз придумал себе болезнь и превратился в актёра без Оскара?       Увидев чрезмерное количество крови на руках Тэхёна, Юнги всё-таки решает вмешаться, потому что этого достаточно. Есть границы, которые лучше не переходить, чтобы не было последствий. В порыве гнева человека можно убить, и если бы не существовало законов, можно было бы это допустить, но законы существуют, к сожалению или к счастью — разлуку с Тэ Юнги не переживёт. Но, чисто для информации, если бы Тэ убил придурка, Мин бы лично закопал его тело. Возможно, слишком жестокие у него мысли, с полным отсутствием морали, но он не самый хороший человек. Чтобы не довести до не самых благоприятных последствий, он оттягивает своего парня назад и скрепляет его руки в замок, сдерживая его эмоции и позывы продолжить начатое. Тэхён — псих, шею Пак Чимину чуть не перерезал однажды, себя практически прикончил; от него не знаешь, чего ожидать.       — Тише, принцесса, — шепчет Юнги ему на ухо, благодаря своим фанатам зная, что его вибрирующий голос способен успокаивать. Он заботливо поглаживает пальцы на его руках, в крови. — Мой красный цвет на тебе прекрасно смотрится. А вот чужой — вульгарно.       — Чего ты добивался, Хосок? — немного успокоившись, спрашивает Тэ, пока Хосок принимает вертикальное положение, оставаясь на полу. — Наказывал за то, что я выбрал не тебя?       — Нет, Тэхён, я тебя не наказывал, — вытирает Чон кровь с лица, опуская взгляд. — Я понимаю, что мне нет оправданий.       — В этот раз можешь с ним поговорить наедине, — отпускает Юнги Тэхёна.       К своему огромному удивлению Юнги чувствует облегчение. Словно необъяснимая точка поставлена в предложении, которое никак не заканчивалось. Ни капли ревности, ни капли злости, ни капли раздражения. Лишь жалость. Настолько, что даже испытывает сочувствие к бедному избитому парню. Хосок один раз опустил палец в грязное болото, и оно его засосало, полностью.       Тэхён же, успокоившись, садится в кресло, выпивает залпом бутылку воды и ждёт объяснений и извинений. Ему обидно. Зло до сих пор не отпустило. Хосок молча сидит на полу довольно длительное время, а затем всё-таки поднимает взгляд.       — Тэхён, прости. Я не знаю, что сказать.       Чон Хосок виноват. Уже давно. И оправдываться глупо, потому что теперь приходится столкнуться с последствиями своих поступков, но он был в отчаянии. Был растерян, подавлен, в какой-то степени напуган. Он — мужчина, но дал слабину, а совершив один глупый поступок, уже упал в то состояние, когда на инерции совершаются и другие, раз всё двинулось не в ту сторону. Сам виноват, что отталкивал Тэ всё время, сам виноват, что упустил свой шанс, сам подтолкнул его согласиться на фиктивные отношения, сам дал Юнги в руки козыри. А когда шанс, возможно, и не был упущен на сто процентов, когда пошли с Тэ на свидание, то просто настолько нервничал, пытался торопиться, был настойчивым, сглупил, но опять же, из ревности к Мин Юнги. Он трусливо сбежал, когда понял, что Тэхён выбрал не его, а раз уже пошатнул дружбу с Тэ, то решил уехать и подумать о жизни, проводил дни и ночи в забвении в обнимку с бутылкой, игнорировал сообщения и звонки Тэ, потому что было стыдно и он не знал, что сказать. А когда нужно было возвращаться, то отчаяние придумало способ вернуть себе друга.       Когда близкие страдают, человек всегда ведь поможет и не оставит в беде одного, и Тэхён не исключение. Хосок верил в то, что любыми, даже подобными способами должен вернуть его. Скажет, что болен, Тэхён останется с ним — Чон не сомневался в этом, — они уедут вместе, чтобы путешествовать и исполнять предсмертные желания, а через несколько месяцев, когда Тэ забудет Юнги и его чувства остынут, можно будет сказать, что выздоровел. И лишь потому, что Тэхён был рядом и этому способствовал. Это бы только укрепило их отношения. Глупо? Очевидно. Хотя понял он это лишь тогда, когда был пойман Тэ в его квартире и когда он дал пощёчину, обещая, что никогда не простит.       Да, Хосок и Тэхён всегда были близки, абсолютно доверяя друг другу, между ними не было ни стеснения, ни барьеров, ни сомнений, лишь полное доверие. Бескорыстно заботиться о Тэхёне всегда было чем-то нормальным, но Хосок никогда не переходил границы, оступился лишь раз, о чём жалеет до сих пор. Мастурбировать на того, кто тебе нравится — не грех. Все это делают, просто молчат об этом. И лишь раз Хосок позволил себе залезть уж в слишком личное пространство, потому что не сдержался, нервы были накалены до предела. Конечно, на эмоциях оправдывал себя, наговорил глупостей, за что его и ударили, а затем хлопнули перед ним дверью.       План завоевать Тэхёна гнусной ложью и обманом потерпел неудачу. Всё перевернулось в его жизни с ног на голову из-за появления Мин Юнги, который разбудил в Хосоке все самые ужасные черты, побудил на отчаянные поступки, но Хосока это, разумеется, не оправдывает. Сейчас он это прекрасно понимает. Он не хотел причинить боль человеку, который всегда был ему дорог, но причинил, пока утопал в своих чувствах, жадности и эгоизме. Любовь к Тэхёну превратилась в озабоченность и одержимость, и за это теперь приходится расплачиваться.       — Мне пока нечего тебе сказать, — вздыхает Тэхён. — Я знаю, я не святой, как и Юнги, у нас токсичные отношения, мы ужасные, но ты всегда был хорошим человеком.       — Я знаю. Мне стыдно за это и мне жаль, что я причинил тебе боль. Хотел защитить тебя от Мин Юнги, но ослеп из-за своей ревности.       Какое-то чувство вины у Тэхёна, которое сидело внутри, раз бросил умирающего одного, исчезло, ведь всё было ложью. И это чувство ушло. Конечно, обидно за обман, но теперь закрыт гештальт, и можно отпустить наконец Чон Хосока из своей жизни без сожалений. Ему, видимо, это пойдёт лишь на пользу, учитывая то, что из-за Тэхёна он стал сам не свой. Разойдутся ли они навсегда? Возможно, нет, но даже Хосок хочет пока уйти в тень и взять тайм-аут.       Хосок хотел ранее поговорить с Тэхёном о том, что ему сделали предложение работать в Америке. Раньше тоже предлагали, он отказывался из-за Тэхёна, но теперь он точно уверен, что примет предложение — это для всех будет лучшим исходом. Сможет ли он когда-нибудь восстановить дружбу с Тэхёном? Не в ближайшее время.       Он всегда считал себя хорошим человеком, именно поэтому планку он поставил сам. Обычно, от «плохих» и токсичных людей ты всегда ожидаешь действий, подтверждающих их описание, и когда они творят ужасные поступки, ты это воспринимаешь как норму. Это как двоечник, который получил очередную «двойку». А вот отличник получить такую оценку не может — если вдруг позволил себе подобное, это сразу бросается в глаза, и в нём моментально разочаровываются. В школе Хосок был одним из лучших учеников и всю жизнь старался поддерживать свою репутацию, и теперь его ошибка погубила его полностью. Справедливо это ли или нет, уже неважно. Время не повернёшь вспять и ничего не исправишь.       Хосоку немного обидно. Мин Юнги совершал миллионы ужасных поступков по отношению к Тэхёну, но они не осуждаются, а если и осуждаются, то в итоге прощаются. Тэхён тоже не святой, но включать жертву глупо, поэтому лучшее решение для Хосока — уехать в Америку, подумать о своей жизни и привести мысли в порядок. Но дело не только в этом. Тэхёну будет легче жить, если их ничего не будет связывать. Возможно, когда-то всё изменится, и Хосок сможет получить прощение. Но явно не сейчас.       — Прости, Хосок, — нарушает молчание Тэхён. — Это из-за меня ты стал таким.       — Ты не виноват. Я сам всё испортил. Своими же руками. Сейчас я говорю от чистого сердца. Надеюсь, что твои отношения принесут тебе счастье.       Конечно, Юнги узнаёт об этой новости и не может скрыть своей очередной радости, да и не хочет. А как ему не радоваться? Прыщ наконец-то выдавлен, заноза вытащена из задницы, пиявка извлечена из кожи и не высасывает кровь и нервы, а принцесса целиком и полностью от кончиков его вьющихся волос до его изящных ногтей на пальцах принадлежит только Юнги. Он давно не был так спокоен. И теперь он будет спокоен. Их отношения станут наконец-то нормальными. Не так ли?

***

      Если вы думаете, что единственной проблемой в отношениях Мин Юнги и Ким Тэхёна был Чон Хосок, то вы глубоко ошибаетесь. Конечно, когда есть яркое чёрное пятно на белом полотне, то глаз падает лишь на него и на нём сконцентрирован, но когда оно исчезает, то все остальные пятна становятся заметны, сначала то, что побольше, и так далее: методом исключения. Отношения не становятся токсичными лишь из-за одного человека, они вбирают в себя все факторы, включая характер, и если хочется измениться, то необходимо прилагать для этого немало усилий.       Видимо, ревность Юнги никогда и никуда не денется, а верилось, что так и будет. Так же как его собственничество, желание всё контролировать и абьюзивные наклонности. Да, периодами он переключается и становится самым милым на земле человеком, который ходит за Тэхёном, как прирученный пёс, но в большей степени его можно назвать сторожевой собакой и отнюдь не милой.       Ремонт — одно из самых сложных испытаний в жизни абсолютно любой женатой или неженатой пары. Те, кто сталкивались с этим, поймут. Разумеется, они наняли дизайнера, который полностью займётся проектом под ключ, тем не менее, даже при его наличии есть всегда повод поругаться. Например, из-за разных вкусов. Тэхён предпочитает добавление цветов и акцентов, а Юнги настаивает на базовых оттенках без излишней вульгарности, так как это дом, а не ресторан, офис или сцена. Дом должен приносить ощущение спокойствия, гармонию и уют, а что-то модное не способствует этому. К тому же, мода приходит и уходит — лет через пять всё приобретённое будет не актуальным и будет казаться вульгарщиной. Тэхён не назвал бы добавление цвета в дом помимо белого, серого или бежевого чем-то вульгарным: он такой же ценитель классики, но на унылые стены и мебель каждый день смотреть не хочет, ибо дом должен радовать и вдохновлять.       Такие разногласия у них появляются каждый раз, из-за каждой комнаты, когда дизайнер приходит с вариантами для согласования. Дизайнер уже потерял все свои нервы, готов был отказаться от проекта, но Намджун и Соджун уговорили продолжить работу, убеждая, что этот дом станет отличной галочкой в его портфолио. Ну и увеличить стоимость договора тоже предложить не забыли. Деньги решают в этой жизни все проблемы, ради них на многое можно закрыть глаза.       — Моя гардеробная — это моё личное дело! — возмущается Тэ, пока сидит в новом доме на диване и пытается отстаивать свои права.       — Ты хочешь в цвета радуги стену покрасить?! — накидывается и Юнги. — Эта гардеробная — часть интерьера всего дома, а чёртова радуга там не в тему. Не один ты будешь заходить туда.       — Я всего лишь одну стену хочу покрасить, чтобы делать там фотографии. Когда мне надоест, я перекрашу в другой цвет.       — Нет, — мотает Мин головой. — Это слишком ярко. И это полный бред. Ты не ребёнок, чтобы заниматься такой ерундой. Захотелось радуги? Поешь Skittles.       — Юнги, я и так во многом пошёл на уступки! Моя гардеробная тебя волновать не должна!       — Ты знаешь, что я прав, Тэхён. Хватит капризничать. Трахаться перед радугой, которая глаза слепит, я не собираюсь.       — Ты в мою гардеробную вообще не зайдёшь, — хмыкает Тэ. — Это моё личное пространство.       — Я — твоё личное пространство, принцесса. И я буду заходить в твою гардеробную.       — Не будешь.       — Буду.       — Не будешь.       — Буду, — повторяет Мин и ещё несколько раз готов повторить, если нужно. — Сам вечно тащишь меня в свою гардеробную, когда приспичит. Так что ты в очередной раз просто капризничаешь, чёртова истеричка. Не надоело?       — Делай, что хочешь, гопник несчастный. Тебе плевать на моё мнение и на меня, — отворачивается Тэ, ища дизайнера, который, услышав споры, быстренько сбежал из дома во двор, не желая становиться свидетелем или невольным участником всей этой ситуации.       Конечно, Юнги идёт следом за Тэхёном.       — Ты хочешь своей манипуляцией надавить на жалость? — продолжает Мин. — Хорошо. Пусть будет грёбаная радуга. И ванную комнату покрасим. Спальню тоже хочешь? Вперёд. Только потом не жалуйся, когда ты опомнишься, и я скажу тебе: «А я говорил!».       — Я не говорил ничего про ванную и спальню! Ты всё катастрафизируешь! Абьюзер несчастный. Нахрена я вообще согласился покупать с тобой новый дом?       — Иди и покупай свой тогда. Чего ждёшь? Разрешения?       — Мне твоё разрешение даром не сдалось. Если я захочу уйти, я уйду.       — Хочешь уйти? Пиздуй нахрен отсюда, — указывает Юнги на выход.       — Ты хочешь, чтобы я ушёл? Серьёзно? — удивляется Тэхён. Юнги обычно говорит другое.       «Никуда ты не уйдёшь» — его обычное заявление, но сейчас он выгоняет. Ни разу за всё время, как они съехались, он не выгонял вот так. А они сейчас вообще на стройке. Этого Тэ и боялся, когда перевозил свои вещи к Юнги. Он может вот так сказать «уходи», будто у Тэхёна нет прав остаться. Но это их дом, общий.       — Ты же сам этого хочешь, — пожимает плечами Юнги, продолжая тыкать в дверь. — Вот и пиздуй.       — Если ты надеешься, что я приду к тебе, чтобы помириться, то не дождёшься.       — Как миленький приползёшь, — хмыкает Мин с уверенностью в глазах. — Как всегда.       Так и будет, разве нет? Тэхён всегда приходит первым, и Юнги не сомневается, что очередной спор не станет исключением. Он всегда прав, как он считает, хотя Тэ хоть и возвращается к нему с постоянным «прости, давай не будем ругаться», но лишь потому, что не хочет усугублять ситуацию. Кто-то ведь должен делать первый шаг.       С Юнги сложно. Он упрямый как баран, а если заведётся, то потом его сложно остановить, но несмотря на то, что считает себя вечно правым, когда Тэ «признаёт свою вину», он обычно смягчается и сам идёт навстречу. Это отработанная тактика примирения: они устраивают скандал, Тэхён уходит, Юнги игнорирует его, ожидая его возвращения, или наоборот названивает и «приказывает» вернуться — и Тэ возвращается, а далее они приходят к компромиссу. Это убивает кучу нервов, но оба уже привыкли к такой схеме.       На самом деле ругаются они не настолько часто, как кажется, хотя это относительно. Но. Неважно, с какой темы начинается спор, в итоге очередной заезженной пластинкой всегда становится ревность.       — Тебе нравится всё, что предлагает дизайнер, — обиженно нарушает молчание Юнги. — Ни с одной моей идеей не соглашаешься из-за его грёбанных советов.       Некоторое время Юнги был спокоен, казалось, что он наконец нашёл внутри покой, но он не вечен. Тэхён согласился участвовать в съёмках фильма не так давно, где партнёром выступил иностранный актёр по имени Тайлер, который не был в курсе что у Тэ есть парень. Он пригласил на ужин, и Тэ согласился, чтобы наладить отношения с коллегой, не подумав о том, что Тайлер под дружеской встречей подразумевал свидание. Конечно, Тэ сразу же дал понять, что он не заинтересован, раз состоит в отношениях, но тот всё равно отправил огромный букет цветов; а то, что он сделал это в качестве извинения, Юнги даже слушать не хотел.       Ревность вновь проснулась в нём, и, видимо, не прекратится, пока съёмки не закончатся. Когда есть возможность, Юнги сидит за кадром и грозно следит за всем, что происходит, и это дико напрягает, ведь не получается сконцентрироваться на работе, особенно, когда Тэхёну нужно снять сцены близости: держаться за руки с партнёром, обняться, находиться слишком близко или ещё хуже поцеловаться. Юнги старается не быть категоричным, так как это работа, и он вроде бы это понимает, но не всегда. Тэхён специально согласовал график, чтобы выбрать день для съёмок сцены с поцелуем тогда, когда его парень уезжал в командировку, но ему ведь доложили. Хрен знает кто! Соджун этого не делал, но кто-то из стаффа, видимо, стал его долбанным шпионом.       Юнги выбесило не то, что Тэхён делал свою работу и играл роль, где он должен был поцеловаться с актёром, а то, что хотел это скрыть и отправил Юнги в ссылку в этот момент. Скандал? Разумеется, он был, да такой, что от сервиза посуды не осталось ни одного более или менее цельного кусочка, вино в бутылках впиталось в шторы, телефон был как обычно разбит. Юнги крушит всё вокруг, потому что агрессивен, но руку на Тэхёна ведь никогда не поднимет. Наверное, ругань из-за этого не уничтожила все нервы, потому что после скандалов секс просто потрясающий. И чем больше эмоций во время ссоры, тем их больше во время секса. Это ведь прогрессия. Человек такое существо, которому всегда нужно больше, чем уже есть. Желание подобного адреналина увеличивается с каждым разом, и итогом должна быть смерть, не так ли? Хотя каждый, кто родился, и неважно, какую судьбу имеет, приобрёл билет в один конец. Всё зависит только от времени, которое он проведёт на этой земле.       Нездоровые отношения — это плохо, с точки зрения морали. Все умрут, так какой смысл пытаться быть нормальным, если можно прожить жизнь, заполненную неимоверными эмоциями, пусть она даже будет короче, чем у других. Так считает Юнги, так считает и Тэхён. Правда, всегда наступает такой период в жизни, когда хочется перемен. Сначала привыкаешь к одной модели поведения, но её должна сменить другая, и так по ступенькам выше и выше. Это называется рост.       Сейчас Юнги ревнует к дизайнеру, признался в этом сам, хотя Тэхёну непонятна подобная эмоция, так как никаких поводов он не давал для этого. Даже обстоятельства не складывались таким образом, что должна была возникнуть причина для ревности.       — Тебе не надоело, Юнги? Мне хватает пока того, что ты ревнуешь к Тайлеру, — напоминает Тэ о своём партнёре по съёмкам. — Через пару месяцев закончатся съёмки, ты успокоишься. Как и обещал.       — Я тебя не ревную. Ты воспринимаешь меня всерьёз только в музыке. Ты соглашаешься с дизайнером по поводу всего. Ты не замечал? На мои предложения сразу идёт отказ. Ты даже не рассматриваешь их, потому что дизайнер всегда прав. Ты не соглашаешься со мной не потому, что тебе не нравится моё видение интерьера, а потому что ты мне не доверяешь.       — Хватит искать во всём подвох!       — Я говорю фактами. Ты их не видишь.       — Ты мне надоел со своими обвинениями, серьёзно. Сказал мне свалить? Я пошёл.       — Никуда ты не пойдёшь, пока мы не договорим.       — Сам меня послал! — Тэ направляется к выходу, но его, конечно же, не пускают. — Я делаю то, что ты хотел. Отпусти, гопник несчастный!       — Тебя к столбу привязать, чтобы ты не истерил, истеричка недоделанная?       — Да хоть к стене приклей! Ты начинаешь ругаться на ровном месте, так что ругайся сам с собой!       — Так кто меня провоцирует?       — Пусти, говорю!       Справедливо ли обвинять Тэхёна в том, что он всегда провоцирует? Наверное, нет. Его тоже провоцируют постоянно. Как и сейчас. Вырваться из хватки Юнги поможет только пинок в его святое достоинство, но тот уже давно привык к подобному, так что рефлекс самозащиты работает прекрасно. Тэ всё же находит способ, поэтому хватает влажную кисть, которая лежит в банке для краски и мажет ею лицо Юнги, отчего тот вынужден его отпустить.       Очищать лицо от грима и макияжа Мин привык, да даже от туалетной воды, которой одарил когда-то Тэхён, а вот вытаскивать вонючие ворсинки изо рта и из носа пока не приходилось. Оба знают, что начнётся математика, и Тэ даже не удивляется, когда эта серовато-бежевая краска идеального оттенка, который подбирали несколько часов, льётся по телу с головы до ног.       — У меня съёмки сегодня! — пытается Тэхён вытереть лицо, чтобы густая жидкость не попадала в глаза.       — Ты первый начал, — пожимает Мин плечами, но тут же оказывается с ног до головы белым от сухой шпаклевки.       — Мы вышли в ноль, — вздыхает Тэ. — Я пошёл.       — Нет. Ты в минусе.       — Ты прав, ты слишком легко отделался, — поднимает Тэ баночку неизвестной прозрачной жидкости и кидает в Юнги. — Теперь — ноль.       Если бы Юнги согласился с этим, он не был бы Юнги. В ярости бежать за Тэ, который думает, что его не достанут на втором этаже, заодно очищая лицо — привычно. Точно не сказать, хорошо или плохо то, что в доме пока ещё нет мебели? Практически нечем друг в друга кидаться, кроме строительных материалов. Дизайнеру теперь понятно, почему их менеджеры просили назначать встречи и проверку работ без присутствия строителей, даже объяснять не нужно.       Подскользнуться, пока убегал, и чуть не упасть с лестницы? Тэхён это умеет, может, практикует, и его спасло лишь то, что его парень оказывается постоянно рядом. Оба лежат на полу, пытаясь успокоиться, но уже не пытаясь вытереться от грязи, краски, лака, да всего, что посчастливилось найти, чтобы облить друг друга.       Это тот самый момент, когда злость уходит, а за ним приходит возбуждение. Юнги молча поднимается, чтобы накрыть собой Тэ и поцеловать его, продолжить «примирение», но Тэ капризно — по мнению Юнги — отворачивает лицо.       — Мне на съёмки надо ехать, гопник несчастный, — отчаянно пытаясь вырваться, но посмеиваясь, шепчет Тэ. — Отпусти. Я из-за тебя опоздаю…       — Мне тоже надо ехать на встречу, но я люблю, когда ты делаешь вид, что сопротивляешься, — улыбается Юнги. — Задержимся или поедем? Тебе решать.       — Если только ненадолго…       — Ты сделал свой выбор, так что не обещаю…

***

      Сказать честно, Юнги почти никогда не давал повода сомневаться в нём. Пусть он собственник, абьюзер, газлайтер и тиран, которому даже Ким Ченын позавидует, он редко даёт повод для ревности. Конечно, был когда-то трейни по имени Пак Чимин, но это не считается, так как Юнги использовал его лишь бы позлить. Он верный. Так ведь?       В последнее время Юнги стал спокойнее. Либо, ему самому надоело вечно беситься из-за каждого столба, который дышит возле Тэхёна, либо это его работа над собой. И это определённо большой шаг в их отношениях, потому что причин для ругани практически нет. Это радует. Они счастливы быть и токсичной парой, но сейчас наступил такой этап, когда можно просто наслаждаться друг другом. Чем не рай? Ремонт в новом общем доме завершён, переезд закончен, появилось больше свободного времени, оба взяли несколько дней для отдыха, и вместо того, чтобы куда-нибудь съездить, они решили остаться дома. Прекрасный сон, вкусная еда, тихая и спокойная обстановка — идеально.       — Тебе нравится надо мной издеваться? — мычит сонный Юнги, пока отмахивается от чего-то щекочущего нос. Он довольно спал, но его разбудили.       — Сколько можно спать, гопник? Я проснулся, ты тоже должен.       — Если кофе принесёшь, тогда встану.       — Кофе делать не умею, могу минет предложить, — лезет к нему Тэхён.       — Мы всю ночь трахались, так что я выбираю кофе.       — Ха! — оскорблённо поднимается Тэ. — Вот приспичит тебе, даже не подходи ко мне.       — Я пошутил… — тянет его Юнги обратно и обнимает ногами и руками. — Давай ещё полежим немного, принцесса. Такой кайф…       — Тебе не кажется, что всё слишком спокойно? — поглаживает его Тэ по лицу.       — В каком плане?       — У нас всё слишком хорошо. Это странно.       — Разве мы не должны радоваться? Может быть, мы вышли из токсичных отношений и стали green flag парочкой?       Это вряд ли. Юнги в последнее время стал слишком уж милым, будто поймал «дзен». Он стал меньше ревновать, несмотря на участие Тэхёна в съёмках нового сериала. Актёрская карьера подразумевает близость с партнёром по роли, и он почему-то не ревнует или не выказывает свою ревность и сдерживается. В обоих случаях он умничка, как он обычно себя хвалит за хорошее поведение. Это очередная манипуляция, создание иллюзии стабильности, очередной «пряник», после которого непременно последует «кнут». Верно? Они, возможно, смогут когда-нибудь успокоиться, но красный флаг не изменится на зелёный. Он может лишь посветлеть и стать розовым. Во всём остальном Юнги тоже старается вести себя более или менее нормально.       Проверять телефон он вряд ли перестанет, но иногда он об этом забывает, а это прогресс. Он старается прислушиваться к мнению Тэхёна и не выдавать готовое решение сию же секунду, как обычно это делает. Это прекрасно, он меняется, но это странно. Он становится таким же, каким бывает с остальными людьми, и это вызывает тревогу. Наверное, когда ты привыкаешь к «особому» отношению к себе, то любое изменение будет казаться подозрительным. По классике как? Абьюзер на начальных этапах отношений слишком милый, носит на руках, задаривает подарками, а потом показывает своё истинное лицо, превращает партнёра в свою жертву и издевается над ним как эмоционально, так и физически; и не дай бог если всё это дойдёт до рукоприкладства и насилия. Но Юнги другой. Наоборот, он с первого дня, как они познакомились, не скрывал своего характера. И за всё это время не надевал масок, всегда оставался самим собой, а сейчас он слишком спокойный. В чём подвох?       Юнги в какой-то степени согласен с ним, но он старается меняться, потому что Тэхён меняется. Тэхён — истеричка, психованная и больная, вечно спорит доказывает что-то, в итоге соглашаясь, что Юнги прав. Но он тоже стал спокойнее. Он не провоцирует и не выносит мозг, не кричит по каждому поводу, старается прислушиваться к Юнги, иногда может без вопросов сделать так, как Мин хочет. Тэхён действительно не даёт поводов для ревности, и несмотря на то, что в Юнги всё равно периодически пробуждается это чувство, он сдерживает его внутри, не давая себе потерять контроль. Тэхён ничего не скрывает, его поведение говорит об этом, не пытается о чём-то умолчать — его умалчивания раздражают больше всего, — лишь бы Юнги не злился, а это тоже радует — это показатель доверия. И если ему нужна помощь, он обращается к Юнги. Это тоже важно. Мин Юнги всегда стоит у Тэхёна на первом месте. Он слишком хорошо себя ведёт. В чём подвох?       По правилам математики, оба пока вышли в ноль, и этот ноль положительно стабилен. Один дарит хорошее отношение — второй тоже. Юнги не жалуется, но когда Тэ озвучил свои мысли, что их общее прилежное поведение вызывает тревожность, он вдруг осознал, что чувствует то же самое. Внутри ощущение, будто чего-то не хватает. Чего? Секс всегда потрясающий, но вдруг и он потеряет изюминку, которая присутствует в их отношениях? Вдруг огонь в их отношениях совсем погаснет и они перестанут друг друга возбуждать? За последнее время они ни разу друг друга не покалечили, занимались сексом только дома, никого не ставили в неловкое положение. Даже Соджун и Намджун удивлены настолько, что не отмалчиваются лишь бы не сглазить, они прямо задают вопросы: «Что не так?», «Вы странные», «Нам бояться?».       Возможно, они правы. Это затишье перед бурей, но где-то в глубине души и Юнги и Тэхён ждут эту бурю. Правда, в этом они не признаются ни себе, ни своёму партнёру, ни менеджерам-друзьям, тем более им.       Тэхён решил не думать об этом. Все дни отдыха они так и пробыли дома, не выходя даже в магазин: в современное время всё могут доставить. Это детокс от всего: от информационного шума, от работы, от негатива, от хейтеров, от токсичных коллег-артистов, которые либо пышут завистью к тому, что новый дуэт Юнги и Тэхёна номинировали на Грэмми, либо чрезмерной заинтересованностью их отношениями. Почему-то многие не верят, что их отношения продлятся долго, хотя они встречаются уже больше года. «Из-за такого графика вы долго не протянете», — сказал как-то один из знакомых, но плотный график никак не мешает, если подумать. Да, периодически приходится разъезжаться по разным странам, но всегда можно скорректировать поездки, чтобы чаще видеться. Иногда они ездят друг к другу, когда появляется время, да и существуют телефоны в конце концов. Именно сейчас, наверное, пик карьеры, поэтому перерывов пока брать никто из них в ближайшее время не собирается, но настанет момент, и активностей они будут стараться брать меньше, так как человек не железный и должен периодически отдыхать. Как сейчас. Дом наполняет энергией, и благодаря этому можно двигаться дальше.       Сегодня состоится ежегодная церемония награждения престижной премии в Корее, и это одно из самых важных событий для артистов. Вся элита шоу-бизнеса собирается сегодня здесь, чтобы выступить и получить или не получить награды. Тэхён, разумеется, получит сегодня не одну статуэтку, как всегда, хотя на награды «Альбом года», «Песня года» и «Артист года» номинирован не только он, но и Юнги. С одной стороны, Тэхён порадуется, если его парень получит дэсан, но с другой, как айдол он не хочет отдавать свою победу кому-то другому. Можно разделить эти награды на двоих, так как «Песню года» точно заберёт их дуэт, раз он номинирован на Грэмми.       Фанаты ждут, разумеется, их совместного выступления, но господин Agust D будет выступать не только с V сегодня, но и с певцом с псевдонимом Джей, у которого в этом году вышел альбом, и одна из его песен была в дуэте с Юнги. Этот парень довольно симпатичен, но Тэхён не в самых лучших с ним отношениях. Почему? Потому что они как-то раз параллельно встречались с одним и тем же парнем, и несмотря на то, что они не были в курсе друг о друге, а падлой в их случае был Ли Минхо, который врал обоим, Тэхён и Джей, он же Чон Чонсон, всё равно с тех пор стараются даже не здороваться. Тэ не был особо рад коллаборации Юнги с ним, но это работа, а раз Юнги обещал, что не будет лезть в карьеру своего парня, то и он старается не вмешиваться. Песня получилась довольно неплохая, кстати, но на дэсан рассчитывать в этом году не может. И это радует.       Честно сказать, когда ты артист и приходишь на премию, ты не просто видишься с коллегами, ты видишь своих бывших и тех, с кем когда-то спал, поэтому Юнги рад, что они с Тэхёном встречаются официально — можно ходить за ним по пятам и следить за тем, чтобы к нему никто не лез. Хотя кто бы говорил? Тех, в чьих задницах побывал господин Мин Юнги, по пальцам точно не пересчитать. И пока Тэ сидит на своём месте, наблюдая за сольным выступлением этого Джея, очень интересная мысль крутится в голове, учитывая то, что шоу-бизнес — это сплошной круговорот людей, перетрахавших друг друга. Странно, что он не думал об этом раньше. Юнги знает Джея довольно давно, и вероятнее всего они спали. Из-за этого предположения внутри что-то пробуждается, и можно услышать запах пороха с бензином, пока тонкий, но он есть.       — Насколько хорошо вы друг друга знаете? — спрашивает Тэхён.       — В каком плане? — не понимает или делает вид, что не понимает, Юнги.       — В прямом, — уже с более серьёзным видом смотрит на него Тэ.       — Только не начинай, а? — закатывает глаза Юнги.       — Ты не ответил.       — А что я должен ответить?       — Значит, ты с ним трахался, — усмехается Тэ. — Ну и почему ты не сказал мне об этом?       — Мне тебе список составить?       — Я тебя сегодня прикончу, гопник, — шипит Тэ, ударяя его ногой. — Какого хрена ты песню ему написал?       — Тэхён, давай ты не будешь сейчас капризничать. Сейчас не время и не место для этого.       — Ну да… Тебе можно всегда и везде попрекать меня в моём прошлом, а мне — нельзя.       — Чего ты от меня хочешь? Мне с ним не выступать?       — Не выступай.       — Издеваешься? — теперь и Юнги злится.       — Тогда нахрена спрашиваешь?       — Я не буду обсуждать это сейчас. Когда закончится премия, и мы сядем в машину, тогда и выноси мне мозг.       — Хорошо, я тоже тогда со своим бывшим песню запишу, и в клипе снимусь. А потом буду выступать и с ним, и с тобой в один день на одной сцене.       — Твоя ревность необоснованна. Я тебе не изменяю. И даже когда он мне предлагал, я…       — Ох, то есть он к тебе подкатывал?       — В чём ты меня обвиняешь?       — В пизду иди, Мин Юнги. Твой газлайтинг в этот раз не прокатит.       Тэхён от него отсаживается, и Юнги не успевает к нему пересесть, потому что его просят пройти закулисы, чтобы готовиться к выступлению. В чём Тэхён не прав? Юнги имеет право ревновать к каждому столбу, устраивать скандал из-за каждого встречного, особенно, если этот встречный когда-то побывал в его постели, а Тэхёну нельзя? Да, он был прав: их гармония действительно была затишьем перед бурей. Правда сейчас навязчивые мысли давят на нервы. Что если Юнги стал таким милым и понимающим «паинькой» из-за этого долбанного Джея? Обычно же так бывает: человек компенсирует свои грешки хорошим поведением. Почему он не посчитал нужным сказать о том, что они спали? Потому что хотел что-то скрыть? Ещё хуже, вдруг он изменяет? Возможно, и нет, но Юнги должен признать, что он не прав. Мог бы сразу признать свою вину, попросить прощения, на этом всё бы и закончилось, но он снова начал газлайтить, перекладывая всё на Тэхёна. Прекрасной идиллии пришёл конец.       Конечно, Юнги отправил Намджуна, чтобы тот притащил Тэхёна к нему на бэкстейдж, но тот и сам не против туда попасть, потому что теперь грёбанного Джея одного со своим парнем не оставит. И этот Джей только рад видеть Тэ в гневе, пока Юнги пытается его успокоить.       — Чего такой недовольный, Тэхён? — улыбается он. — Я думал, ты знаешь. У нас, оказывается, было два общих члена, да?       — Может, мне тебе макияж подправить? — настойчиво тянется к нему Тэ, но Юнги сразу же хватает его за руки и прижимает спиной к своей груди, чувствуя, как в его теле поднимается температура.       — Замолчи, а? — морщится Юнги.       — Ты это мне? — возмущается Тэ.       — Я не тебе, принцесса. Чонсон, иди готовься, нам выходить через несколько минут.       — Я тебя кастрирую, гопник несчастный, — Тэхён хватает его за член, который даже сейчас встаёт. — Закончится премия, и твои яйца станут омлетом.       — Угомонись, истеричка, — Юнги строго осматривает его с ног до головы. — Насрать мне на Чонсона. Я даже не вспомню, когда мы с ним спали. Это директор Бан меня заставил работать с ним. А не говорил я, потому что знал, как ты отреагируешь. Мы же решили не ругаться.       — Ты не хочешь меня провоцировать? Раз так, что ещё от меня скрываешь, чтобы не ругаться?       — Ничего я не скрываю, принцесса. Ты ищешь повода, чтобы довести меня?       — Я ничего не ищу. Это ты даёшь повод. Пусти!       — Не ори, истеричка недоделанная. Мне выступать надо.       — Я прикончу тебя сегодня.       — Прости меня, душа моя, жизнь моя, — слишком ласково говорит Юнги. Но наиграно же. Да?       — Не манипулируй мной. Я слишком хорошо тебя знаю, — фыркает Тэхён, но немного всё-таки ведётся и успокаивается. Это же качели. Старые добрые качели.       — Меня дико заводит твоя ревность, — шепчет Юнги, — но не злись. Я выступлю, потом будешь жрать мои нервы.       — Ты можешь просто признать свою вину? Если признаешь, мы не поругаемся, обещаю, — просит Тэхён. Лучше всё-таки оставаться спокойными. Это зрелый и здоровый подход к жизни. Они пришли ведь к этой гармонии. Сами. Об этом они и мечтали. Они были в «чистоте», как наркоманы и алкоголики, которые стараются избавиться от своей зависимости, и если сейчас сорвутся, то…       — В чём я виноват-то? — отпускает его Юнги. — Я не виноват, что мы с ним когда-то переспали.       — Значит, если я, к примеру, захочу поработать с тем же Кихёном, то ты не будешь против, так?       — Какой нахрен Кихён?       — Обычный. Ты трахался с Чонсоном, и теперь с ним выступаешь. Я трахался с Кихёном, и тоже хочу с ним выступить.       — Что значит «хочу»? — заводится Юнги, хватает Тэ и уводит в угол, подальше от организаторов. — Ты хочешь с ним песню записать? Ты охренел?       — Вот видишь. Ты — эгоист, — пожимает Тэ плечами.       — Я не хотел с Чонсоном работать. Меня директор Бан заставил. Мне повторить свой вопрос?       — Я не хотел с Кихёном коллаборацию делать. Но теперь хочу.       — И почему из всех своих бывших ты вспомнил именно его, а?       — Почему бы и нет? Это то же самое. У тебя есть Джей, у меня будет…       — Это не то же самое. Вы с Джеем не общаетесь, а Кихён работает в моей компании, у нас с ним один круг общения.       — Ещё лучше. Будешь знать, что чувствую я, гопник несчастный, — Тэхён пинает его в пах, из-за чего Юнги морщась, съёживается. — Пиздуй на сцену.       — По-хорошему или по-плохому? — хватает его за шею Юнги. — Выбирай.       — Ты в минусе, Юнги. Не я. Математику не учил? Отпусти, иначе я…       Намджун подходит и гневно зовёт на сцену, так как осталось всего несколько секунд. На удивление Джун, оказывается, не отвык от их поведения.       — Я с тобой позже поговорю, принцесса, — Юнги тычет в него пальцем и быстро следует за менеджером.       Почему нельзя извиниться искренне и спокойно? Почему нужно доводить до истерики? Юнги не знает ответа. Да, включилась какая-то самозащита, когда Тэхён вдруг начал задавать вопросы, но правда ведь, не думал о Джее как о своём бывшем.       Сейчас, видя Тэ таким агрессивным из-за Джея, он видит самого себя, когда ревнует, как сумасшедший. Оказывается, со стороны это выглядит довольно глупо, а оправдываться приходится. Кажется, что не давал повода, но этого же не объяснить. Так себя чувствует Тэхён, когда у Юнги случается очередной приступ ревности? Но теперь Мин в ярости и гневе, потому что Тэхён «хочет» записать песню с Кихёном. Пусть он это сказал, чтобы выбесить, но он вспомнил именно его. Из всех бывших он вспомнил именно его. Почему? Юнги в курсе, что они спали когда-то, но теперь Тэхён открыл ящик Пандоры и вытащил паранойю. Теперь, пока Юнги не выяснит причину, по которой имя Кихёна было упомянуто, он вряд ли успокоится.       Спокойная жизнь прекрасна, бесспорно, но на данный момент, несмотря на собственную ревность, агрессия и ревность Тэхёна дико возбуждает. Что если обычная жизнь — это не про них? Возможно, они подсознательно притягивают к себе подобные ситуации, чтобы вызвать друг в друге тот огонь, который стал для них привычен. Может быть, им иногда нужны такие «небольшие» ссоры, чтобы потом эта энергия не накапливалась и не взорвалась в один момент? А возможно, сейчас тот случай, когда как раз таки вся накопленная за последние месяцы энергия взорвётся, как атомная бомба. Или они просто чокнутые и больные люди, не способные жить как все? Или они просто не доросли ещё до того уровня, когда им будет по-настоящему достаточно простых здоровых отношений?       Недолго думая, Юнги приходит к заключению, что нужно держать себя в руках и не ругаться с Тэхёном. Ни при каких условиях. Истеричка провоцирует, и нужно не поддаваться его манипуляциям. Последние пару месяцев были раем, и не хочется, чтобы этот здоровый этап отношений разрушился из-за очередного прошлого, которое возникло на горизонте. Внутри происходит борьба: одна сторона хочет сорваться с диеты и съесть запретный кусок торта, а вторая считает, что это вредно для здоровья и нужно себя контролировать. Единственное правильное решение — это спокойно посадить Тэхёна сегодня, вспомнить всех своих бывших и рассказать в подробностях обо всём, о том же самом попросить его, узнать, что за история с Кихёном, потому что именно прошлое триггерит больше всего, несмотря на то, что обоих оно, казалось, не заботило. Это здоровый подход. Наверное.       Тэхён думает о том же. Сейчас их мысли совпадают, и даже без слов ясно, что оба думают об одном. А раз так, то они наконец-то в чём-то согласны, и не нужно ничего доказывать. Так ведь? Они — взрослые и адекватные люди, которые любят друг друга и готовы идти на компромиссы. Нужно произносить это как мантру, чтобы освободить голову от навязчивых мыслей.       Пришло время выступления, и Юнги тихо-мирно убегает на сцену вместе с Джеем. Agust D прекрасен — можно любоваться им через экран на бекстейдже. Чёртов Джей бесит тем, что крутится возле него, но это всего лишь образ. Нужно просто не давать внутреннему шторму разрастаться. Фанаты довольны, и несмотря на то, что их кумир выступает с «чужим», они на удивление спокойны, так как его отношения с V стабильны. Тэхён сейчас эгоистично надеется, что есть фанаты, которые ревнуют Юнги, так же как он сам, и несмотря на то, что подобные посты в соцсетях не читал, постарается их найти, чтобы получить подтверждение: он не один такой. Это неправильно, наверное, но эти мысли уж точно не выкинуть из головы.       Нет, всё-таки шторм никаким образом не успокаивается, несмотря на то, что он пытался, потому что, пока Юнги по плану сидит в кресле, Джей садится к нему на колени. Судя по удивлённым глазам Намджуна, этого в сценарии не было, и это лишь доказывает: Юнги давал грёбанный повод этому Джею так себя вести. Вулкан внутри Тэ готов взорваться, он в буквальном смысле багровеет от злости, вены напряжённо вздуваются на шее, пытаясь себя контролировать, но он на грани. Намджун кладёт руку на плечо, немного сдавливая, явно пытаясь успокоить, но это злит лишь больше, потому что долбанный друг и менеджер всегда покрывает Юнги, хотя он ни в чём не виноват. Соджун тоже старается защищать Тэхёна.       Чонсону пришёл конец. Тэхён прибьёт его, когда он вернётся, а потом не только спустит свой фандом с поводка, но и фандом Юнги заодно прихватит, чтобы опустить песни Джея в чартах. Тэхён верен Юнги всем сердцем и душой, фандом V тоже верен, раз принял их отношения, так что им даже говорить и намекать не нужно: они сами раздавят комара по имени Джей, который присосался к Юнги. Фандом Agust D тоже ведь не останется в стороне. Это токсично, да, но сейчас нет других мыслей. Если и это не поможет, всегда можно использовать своего отца: Ким Тэхван угробит карьеру Джея всего лишь одним звонком, если потребуется.       Всё закончилось бы простым скандалом за кулисами, но этот Джей, как только заканчивается выступление и приглушается свет, вдруг тянется к губам Agust D слишком настойчиво, и этот грёбанный рэпер даже голову не отвернул, хотя бы на каком-то инстинкте. Сидит в своём кресле напару с Джеем, губы которого до сих пор не отлипли от губ Юнги, а тому хоть бы хны. Он даже не двигается, до тех пор, пока свет, направленный на них не приглушается полностью. Фанаты как-то притихли, и это даёт право внутреннему вулкану Тэхёна взорваться, как и всем кратерам. Раз фандом в шоке, то это выступление вышло за все рамки дозволенного. Айдолы далеко не актёры.       Намджун бы не смог остановить Тэхёна, даже если был бы самым сильным человеком на земле, потому что ярость превращает в Халка, и этот Халк сразу же бежит на сцену. Джей даже с колен Юнги подняться не успел, его тут же толкают и валят на пол. Конечно, тот не ожидал подобного, но не даст себя в обиду, в порыве эмоций сразу же встаёт и бросается на Тэхёна.       — Какого хрена ты делаешь?! — кричит Тэхён, хватая Джея за волосы в ответ.       — Это всего лишь выступление, псих ненормальный! — Чонсон ставит подножку, и Тэхён падает, но тот тащит его за собой.       — Этого не было в сценарии! Я тебя в морг отправлю, если ты к моему гопнику хоть на метр подойдёшь!       — Слезь с меня! Я просто импровизировал! Ты же актёр и должен…       — Твоей карьере конец! Я тебя по судам затаскаю за домогательство!       — Ты на меня первый напал ни за что, псих!       Ни Юнги, ни стафф сразу не среагировали, потому что не ожидали подобного, впрочем, как и артисты. На огромном стадионе стоит гробовая тишина, и только крики слышны на сцене. Юнги, конечно же, бежит прекратить драку, но Тэхён потерял контроль и его сложно оторвать от Чонсона, особенно когда эти двое крепко держат друг друга за волосы, катаясь по полу. Юнги и сам спотыкается из-за них, а те уже и за сцену упали.       — Тэхён, твою мать! — зовёт его Юнги, спрыгивая за ним и пытаясь дальше отодрать его от Чонсона. Он осуждающе смотрит на охрану, которая стоит вдоль ограждения от фанатов. — Что стоите как истуканы?!       Они сразу же реагируют, и пока Юнги тянет Тэхёна, они хватаются за Джея.       — Угомонись! — призывает Юнги к разуму, обнимая своего парня сзади и сдерживая его от очередного приступа гнева.       — Тварь крашенная, — шипит Тэхён, поглядывая на Джея.       — Больной придурок! — в ответ нападает Джей, пока его держат охранники и тащат подальше. — Тебе в психушку надо! Строил из себя ангела, но теперь твои тупые фанаты знают, какой ты!       — Ты мой фандом тупым назвал? Сюда иди, — вырывается Тэхён и снова хватает Джея за волосы. — Я тебе волосы вместе с языком отрежу нахрен, чтобы ни к моему парню ни к моим фанатам не лез! Ёбнутая пизданутная шалава, которая спала с…       Юнги закрывает ему рот и тянет назад в очередной раз, теперь уже применяя большую силу. Оставит на руках своего парня синяки, но другого выхода нет. Мало того, что устроил скандал прямо на сцене, превратил церемонию в октагон для боёв без правил, так ещё и решил ораторское мастерство своё продемонстрировать. Пришлось закрыть ему рот, потому что помимо оскорблений сейчас вылезет на публику не только личная жизнь V, Agust D и Джея, но и вся подноготная айдолов. А это будет уже не просто катастрофа, которая уже случилась, а крах всех, чьи имена будут произнесены вслух. Неважно, что правда, а что нет, СМИ всегда преподносят всё в выгодном для себя свете. А это точно случилось бы, раз были упомянуты слова «шалава» и «спал».       Ведущие и организаторы пытаются как-то выйти из положения, просто продолжая вести церемонию и приглашая следующего артиста, пока на бэкстейдже творится хаос. Все рвут и мечут, и понятно почему. Но Тэхёна это вообще не заботит. Их с Джеем растащили по разным комнатам, но от этого эмоции никуда не деваются.       Юнги закрывает дверь гримёрной, чтобы остаться с Тэхёном наедине, но стоит только повернуться, как получает пощёчину. Такую, что он на ногах еле устоял. Он ожидал этого, раз Тэхён буквально слетел с катушек и перешёл даже свои границы дозволенного, но сейчас Юнги себя тоже контролировать не может, потому что в водоворот этих вибраций все попали, не только они. За дверью крики и оры не прекращаются. Юнги хватает Тэхёна за руки и прижимает к стене.       — Ты совсем с головой не дружишь? — не кричит, но довольно громко говорит Юнги.       — Какого хрена ты с кем-то сосёшься, ещё и при мне?       — С кем я сосался? Он меня поцеловал, а я…       — А что ты? Сопротивлялся? Я видел, как ты сопротивлялся!       — Не ори на меня. Я ничего не сделал. Я не виноват, что он на меня набросился. Я был на сцене и…       — Я знаю, что ты был на сцене. И если бы ты хотел, ты бы что-то сделал, а не сидел с ним в кресле, пока он трётся о твой…       — Что я должен был сделать? Меня тоже подставили. Я просто не хотел создавать конфликтов на сцене. Выступление закончилось, и уже после я бы…       — Попроси прощения, — спокойно говорит Тэхён.       — За что? Я виноват? Это ты с цепи сорвался, и снова нашёл приключений на наши задницы. Карьеру свою угрохать хочешь?       — Мне плевать на карьеру. Признай свою вину и попроси прощения. Для меня сейчас важно лишь это.       Тэхёна он постоянно обвинял во всём, психовал, хотя Тэ никогда ничего нарочно не делал; обстоятельства складывались таким образом, что всё играло не в его пользу, но он всё равно признавал свои ошибки, приползал к Юнги не один раз, на коленях умолял не бросать и понять его, и это Юнги принимал за должное, но сейчас он должен хотя бы просто признать свою вину. Да, не он был инициатором, но он ничего не сделал и позволил этому случиться. Неважно, что Тэхён психанул и устроил скандал, который, возможно, погубил его карьеру, за это ответственность придётся нести самому, но Юнги тоже должен нести свою ответственность за свой проступок.       Вместо того, чтобы просто сказать «Прости меня, я был неправ. Я постараюсь не допускать подобного», Юнги молчит и злится. Юнги плевать на то, что он целовался с кем-то на сцене — он вообще не считает это проблемой, — а то, что Тэхён раздул из мухи слона, хотя сам поступает всегда так же. В этот раз Тэхён не станет играть в эту игру. Да, идиллия в их отношениях была, но ей настал конец, потому что Юнги не меняется. Уже давно неважно, что он долбанный абьюзер и тиран, но бесит то, что всегда и во всём он винит только Тэхёна. Даже сейчас виноват не он, не Джей, из-за которого по сути и произошёл конфликт, перешедший в драку, виноват Тэхён, потому что не сдержался и устроил скандал.       Заткнуть Тэхёна и перевести ругань в другое русло из-за дикого возбуждения? Юнги умеет, может, практикует. И Тэхёну сложно устоять. Повезло, что замки на дверях тут крепкие — люди, которые стучатся, зайти не могут. Сейчас не устроить, конечно, марафон по сексу, но одного раза вполне достаточно. Можно успеть до того, как их обоих заставят выйти отсюда. Тело сходит с ума. Когда ты настолько возбуждён, становится плевать абсолютно на всё. Неважно вообще, даже если бы кто-то зашёл, нужно закончить начатое. Смотреть, как Тэхён закатывает глаза, как задыхается, пока ловит кислород, как подпрыгивает на столике вместе с косметическими средствами, которые бьются о стену. Они сорвались? Это называется уйти во все тяжкие?       — Грёбанный псих, — шепчет Юнги, пока находится в диком блаженном забвении. — Я без ума от тебя.       Спокойствие. Сейчас, когда Тэхён кончил и выдохнул, ему полегчало. Впрочем, Юнги чувствует то же самое. Как всегда перевели ссору в секс, не решив ни одну проблему на берегу, но об этом они в очередной раз подумают позже.       Церемония награждения не отменена, слава богу. Пока что представители компаний успокоились, так как времени разбираться с данной ситуацией нет, и менять сценарий никто не будет, раз концерт движется к своему завершению. Организаторы хотели отменить совместное выступление Agust D и V, так как реакция зрителей может быть негативной, но фанаты ждут, раз выкрикивают их имена, и приходится дать им, что они хотят.       А вот после, когда всё закончено, директора Ли и Бан, а также директор Джея, Пак Джинён, собираются вместе со своими сотрудниками и артистами, превративших премию в непонятно что. Правда и на этой встрече Чонсон и Тэхён продолжают ругаться, но хотя бы не лезут друг к другу, чтобы продолжить свой спарринг.       — Мы окажемся в топе всех возможных новостей, — довольно спокойно трёт переносицу директор Ли. — Я даже пока не знаю, с каким официальным заявлением нашей компании выступить. Тэхён, ты перешёл все границы.       — Директор Бан, вы должны подать в суд на Чонсона, — пожимает плечами Тэ. — За домогательство. Я всего лишь защищал своего парня. Это самозащита.       — Самозащита? — возмущается Чонсон, его глаза на лоб лезут. — Ты напал на меня на сцене.       — Нехрен было «импровизировать», — Тэхён подкрепляет свои слова соответствующим жестом с кавычками. — Ну и зачем ты это сделал, мне интересно? Отомстить хотел за нашего общего бывшего?       — Я вошёл в роль, всего лишь, — хмыкает Джей. — Это не грех.       — Я тоже вошёл в роль. Это часть выступления.       — Заткнитесь, — шипит директор Ли. — И молчите, пока взрослые разговаривают.       — Фортуна на моей стороне, — Тэхён довольно укладывается на своём парне, который тихо-молча не лезет ни в какой разговор. А смысл?       — Твоей карьере конец, — напоминает Джей.       — Директор Ли всегда вытащит нас из любой жопы, — усмехается Тэ. — К тому же я ничего плохого не сделал. Я защищал своего парня. И люди это поймут. Мой фандом от меня не отвернётся.       — В данный момент вы втянули моего артиста в скандал, — включается директор Бан в разговор. — Директор Ли, с вами будем решать этот вопрос отдельно, но директор Пак, Чон Чонсон действительно не имел права импровизировать подобным образом на сцене. Вы знаете, как могут отреагировать фанаты, учитывая то, что Юнги и Тэхён в официальных отношениях. Мы будем действовать в интересах компании, хочу я того или нет. Ничего личного.       — Можно домой, а? — потягиваясь, спрашивает Юнги. — Сейчас ничего не исправить, давайте завтра решать все проблемы. Я хочу спать.       — Ты прав, — соглашается директор Ли. — Шихёк, пошли выпьем. Я из-за Ким Тэхёна скоро полысею.       — Простите, что я вас подставил, — шепчет ему Тэ. — Я всё компенсирую.       — Ой, главное, не уходи из компании. Со всем остальным, разберёмся, как всегда.       Видимо, карьера Ким Тэхёна не угроблена, раз директор Ли так его любит. Конечно, любит, раз V приносит ему кучу денег. Но в любом случае это скандал. Действительно, все только об этом и говорят, и реакция, разумеется, разная, хотя фандом Тэхёна расплавился в лужу, когда в соцсетях появились видео, как он защищал фанатов: «Ты мой фандом тупым назвал?», «Я тебе волосы вместе с языком отрежу нахрен, чтобы ни к моему парню ни к моим фанатам не лез!». Видимо, это стало ключевым моментом для них, потому что они рвут и мечут, в ответ защищая своего кумира, да и Юнги фанаты тоже рады, что Тэ защищал Agust D. Тех, кто осуждает подобное поведение тоже достаточно, да и поклонников Джея, вставших на его защиту, но есть, как есть. Как всегда, поговорят и забудут. Главное, официально опубликованы извинения со стороны каждого, письма написаны от руки и выставлены в соцсетях — это же показатель искренности по мнению периодически токсичного корейского общества.       Весь этот хаос в СМИ не так уж и важен. Важно другое. Тэхён и Юнги до сих пор не закончили выяснять отношения друг с другом. Для Тэ важно, чтобы его парень признал свою вину, а у Мина только одно имя сейчас не входит из головы: Чон мать его Кихён.       — Перед фанатами легко извинился, почему мне сказать «прости» нормально не можешь? Признай свою ошибку, — требует Тэ, пока они сидят в студии Юнги в его компании.       — Рассказывай про Кихёна, — Юнги спокойно сидит в кресле, постукивая пальцем по столу.       — Мне нечего рассказывать. Ты всё знаешь.       — Ты вспомнил именно его. Почему?       — У тебя паранойя, гопник. Лучше просто признай ошибку, мы помиримся, и вопрос закрыт.       — Я жопой чувствую, ты что-то скрываешь.       — Я ничего не скрываю. Я тебе рассказывал, что мы спали когда-то. Вот и всё.       — Подробнее.       — Я не помню, — отворачивается Тэ.       — Врёшь.       Кихён и Юнги не являются друзьями, да, они хорошо знакомы, потому что работают в одной компании, но они не особо общаются. Несколько лет назад Тэ с ним познакомился из-за совместного участия в одной из развлекательных передач, и Кихён начал за ним ухлёстывать. Тэ он понравился, так что согласился и на свидание, и на что-то большее, правда Кихён оказался девственником, и потерял он её с Тэхёном. Стыдился этого, конечно, но они с Тэ немного подружились, и Тэхён периодически использовал его как sex buddy, человека, с которым можно иногда снимать стресс, если приспичит. Юнги об этом в курсе, но единственное, о чём Тэ не сказал ему, так как не посчитал нужным, так это то, что он с ним спал во время их фиктивных отношений. Ещё в самом начале, когда Юнги чуть не скинул его с моста, они временно успокоились и перестали сильно конфликтовать. Тогда дико хотелось секса, особенно после того, как они чуть не потрахались в студии дома Юнги, так что в то время Юнги спал с Чимином, а Тэхён — с Кихёном, и то, всего один раз.       Несколько месяцев назад Кихён писал, спрашивал, как дела, предлагал «встретиться», и Юнги читал эти сообщения, но об их последнем разе не было ничего сказано. Тэ как-то не придавал этому значения. А зачем? Это вообще не важно. И когда во время последней ссоры с Юнги из-за Джея он вспомнил Кихёна, он тоже ничего не подразумевал, он просто встретил Кихёна на премии вместе с Юнги, они поздоровались, но на этом всё. Только поэтому он и пришёл на ум. Надо же было кого-то назвать. Но Долбанный Юнги всегда найдёт во всём скрытый смысл. Он, конечно, хорошо «читает» Тэ, этого не признать, но, блин! Сейчас Тэхён снова станет крайним?       — Говори по-хорошему или по-плохому, — снова повторяет Юнги.       — Не перекладывай всё на меня. Сначала закроем вопрос с Джеем, потом…       — Значит, «вопрос» с Кихёном всё-таки нужно закрывать, — хмыкает Мин. Он мог бы стать «шерлоком» из-за своей дедукции.       — Это было до тебя. Ты говорил, то что было до тебя, тебя не касается.       — Раз ты это подчёркиваешь, насколько до меня?       — Юнги, это было всего один раз.       — Я тебя спрашивал, сколько раз? Знаешь, почему ты прямо ответить никогда не можешь? Потому что ты всегда что-то скрываешь.       — Нет, просто ты всегда делаешь из мухи слона.       — Сказал человек, который устроил драку на сцене. Говори по-хорошему, — медленно, но грозно поднимается Юнги с кресла.       — Что в этот раз значит «по-плохому»? Побьёшь меня, абьюзер хренов?       — Я похож на человека, который поднимет на тебя руку?       — Да, вполне, — Тэхён, хоть и не боится Юнги, потому что Юнги никогда не ударит его, но всё равно встаёт с дивана. Хрен знает, что он захочет сделать, если взбесится. Ещё одну татуировку сделает? Скинет с балкона вместе с собой? Потащит к Кихёну, чтобы на глазах у Тэ расчленить его?       — Не надо обвинять меня в измене, — пятится Тэ назад, к двери.       — Я тебя сейчас обвинял?       — Дай мне выйти, — дёргает Тэ за ручку. — Ты сейчас не сможешь себя контролировать, а я стану виноватым.       — Не выйдешь отсюда, пока не ответишь.       — Ты тогда спал с Пак Чимином, так что не можешь предъявлять мне претензии. Это было всего один раз и…       — Это разные вещи!       Разве нет? Во-первых, Юнги спал с человеком из своего окружения, который с Тэ никак не связан; во-вторых, Юнги бы даже в фиктивных отношениях не стал бы трахаться с кем-то, с кем близко знаком Тэ; в-третьих, Пак Чимин с того времени вообще никаким образом не пытается напомнить Юнги о том, что между ними было. А вот Тэхён спал с Кихёном во время их фиктивных отношений, зная, что они с Юнги близко знакомы. На то, что было до него плевать, а это совсем другое. И самое главное: Кихён писал Тэ, приглашая его на свидание, зная, что он с Юнги. Он ведь не знал, что изначально их отношения фиктивны, так что по сути в его понимании он спал с Тэхёном, думая, что он изменяет Юнги. Для него это, получается, норма, которая его не останавливает. Так в чём очередная ревность Юнги и злость необоснованны? Тэхён снова от него что-то скрыл.       — Ты скрывал, что спал с Джеем. Ты не можешь обвинять меня сейчас.       — Я заебался, клянусь, — Юнги насильно усаживает своего парня за стол и кидает ему блокнот с ручкой. — Пиши.       — Что именно?       — Список. Всех, кто побывал в твоей постели и в чьей побывал ты.       — А если это было не в постели, а…       — Издеваешься?! — Юнги кидает в него лежащую под рукой сумку.       — Ты докапываешься до каждой мелочи. Поэтому я переспрашиваю. Ты тоже напишешь список? Тебе одного блокнота не хватит, — строит кислую гримасу Тэ.       — Ты сам напрашиваешься, — Юнги тоже берёт со стола ручку и исподлобья поглядывает на Тэ. — Если я когда-нибудь тебя убью, сам виноват. Считай это твоим суицидом.       — Говорю фактами. Спал со всем, что дышит, а мне выговаривает…       — Вот и посчитаем. Кто из нас… — замолкает он.       — Шлюха. Кто из нас шлюха. Говори прямо.       — Я никогда тебя так не называл. Я не думаю о тебе в таком ключе.       — Говорил, что у меня большая дырка. То же самое.       — Прости, — спокойно говорит Юнги, не поднимая взгляд.       — Забыли. Я говорил, что у тебя маленький член. В этом наша математика чиста.       — Не за это. За Чон Чонсона. Прости. Я признаю свою вину. Я был неправ. Я должен был сказать тебе. Должен был выйти из положения другим способом. Он застал меня врасплох. Это меня не оправдывает, потому что я никогда и никому не позволял портить мне выступление. Я не знаю, почему так вышло. Я должен был сразу извиниться. Поэтому… прости, — Юнги достаёт из кармана яблоко и кладёт на стол.       Это вызывает улыбку. По-корейски слова «прости» и «яблоко» пишутся и звучат одинаково, поэтому это вполне символично и похоже на Юнги. Раз притащил осязаемое извинение, то он искренен, и Тэхён в мгновение ока перестаёт злиться. Сделал бы так с самого начала, ничего бы не произошло.       — Тупой поступок, но спасибо, что поставил Чонсона на место и заступился за меня, — так же не поднимает взгляд Юнги, пока чиркает имена на бумаге, но улыбается. — Это тешит моё эго. Когда ты рискуешь всем из-за меня.       — Спасибо. Но Джей всё равно меня бесит, — бубнит Тэ. — Будь я на твоём месте, я бы встал с кресла и сделал бы вид, что так надо.       — Я говорил с Сокджином вчера. Он предположил, что я неосознанно хотел вызвать в тебе реакцию.       — Почему?       — Потому что мы с тобой озабочены другом другом, созависимы, эмоционально и физически. Выгода в этом — это секс, который происходит на таких эмоциях. В общем, Джин сказал, что нам нужно к психологу.       — Хочешь к нему пойти?       — А ты? — наконец поднимает взгляд Мин.       — Я первый спросил.       — За мной последнее слово. Так что отвечай. Если хочешь, мы пойдём.       — Если ты хочешь, мы пойдём.       — Решать тебе, принцесса.       — У тебя всегда есть готовое решение, манипулятор хренов. Вот и решай.       Очередная битва, и проигрывать не собираются. Легче всего спихнуть ответственность, чтобы потом говорить: «Ты же хотел, я только ради тебя согласился». Хочет ли Юнги? Пока не уверен. Он раньше проходил терапию, когда лечился от тревожно-депрессивного расстройства, но в тот момент он действительно хотел избавиться от проблем. А сейчас? Страшновато. Что если Тэхён и есть его проблема, а Юнги — проблема Тэхёна? Что если психотерапия избавит Тэхёна от Юнги, тогда Тэ «выздоровеет» и бросит его по-настоящему? Даже представлять не хочется. Возможно, он преувеличивает. Но если Тэ захочет пойти на терапию, он согласится, искренне станет верить в то, что им это нужно и они к этому готовы. Если Тэ примет такое решение.       Но Тэхён молчит, так как не знает, что ответить. Им стопроцентно нужен психолог, только не сейчас, да? Можно ведь сделать это в любой день, да? Пока что страшно идти к специалисту. Он залезет во все дыры и вытащит всю подноготную их отношений, и Тэ пока не готов отказаться от Юнги. Кажется, если они созависимы, то они должны будут расстаться. По своей воле или нет, неважно. А это невозможно. Они, конечно, периодами расстаются, но это «каприз», «шутка», это несерьёзно, ведь всё равно помирятся. Настоящее расставание пугает до дрожи. Они на самом деле вряд ли бы разошлись, если пошли бы к специалисту, но вдруг?       — Думаю, мы можем не торопиться, — говорит Юнги, ненавязчиво намекая, что не особо горит желанием. Но прямо не стоит говорить. — Сейчас куча других проблем.       — Согласен. Надо со СМИ разобраться для начала. И список написать, — улыбается Тэ, поднимая блокнот.       — Твоя очередь извиняться, принцесса, — Юнги откидывается в спинку кресла. — Чон Кихён очередной прыщ. Ты не замечал? Все твои пиздюки носят фамилию Чон. Их на одной фабрике печатали?       — Зато ты Мин, — подмигивает Тэ. — Как всегда отличился.       — Не меняй тему. Жду извинений.       Тэхён поднимается, садится на колени перед Юнги и раздвигает его ноги, наблюдая, как Юнги делает вид, что обижен, но доволен как удав. Любуется Тэ, который сам расстёгивает его брюки и вытаскивает родное достоинство. Как всегда возбуждённое.       — Яблока нет, — посмеивается Тэ, пока дразнит, легонько касаясь языком головки. — Вместо яблока могу предложить минет.       — Видишь, у нас идеальные отношения, когда мы срёмся.       — Когда мы срёмся?       — В смысле «не» срёмся. Это из-за тебя я говорить разучился, — Юнги бережно зарывается пальцами в его волосы. И поглаживает другой рукой губы Тэхёна. — Не нужен нам психолог, принцесса. Я без ума от всех видов тебя и любых твоих настроений. Ты возбуждаешь все клетки моего тела. Даже если ты захочешь убить меня, у меня встанет, пока ты будешь меня убивать, и я кончу ровно в тот момент, когда сдохну. Я не против такого исхода событий.       — Скорее всего, ты первый меня убьёшь, гопник. Но я потащу тебя за собой, так что на свободу в этой жизни не надейся.       — В пизду свободу. Но знаешь, кажется, Намджун с Соджуном нас с тобой расчленят и закопают в лесу первыми. Мы их достали.       — Это точно, — соглашается Тэхён. — Главное, чтобы нас закопали вместе.       — Это меня вполне устраивает…       Такая жизнь не для всех. Вряд ли кто-то сможет жить так, как они. Но они довольны. Возможно, ещё не дошли до той стадии отношений, когда достаточно гармонии в отношениях. Возможно, в будущем, когда пожар потухнет и шторм утихнет, им будет достаточно тёплой свечи в уютном доме возле успокаивающего ручейка. Их это устраивает. А раз их обоих это устраивает, то они в чём-то согласны.       Люди живут ради эмоций. Пища, сон, покупки чего-либо, дружба, секс — всё даёт эмоции. Для чего люди зарабатывают деньги и тратят их? Только для выживания? Нет, им нужны эмоции. Каждый человек зависим, иногда эта зависимость неизбежна, к примеру, питание, но это всё ещё зависимость. Кофе, никотин, алкоголь, наркотики, социальные сети, азартные игры, видеоигры, спорт, пластические операции, шоппинг, сахар, еда, адреналин, секс, лекарственные препараты, даже дети, к которым родители слишком привязаны, из-за чего появляется гиперопека — всё в этом мире может вызвать зависимость. И всё это может погубить человека тем или иным образом. Люди всегда в чём-то нуждаются, не только физически, но и эмоционально. И это выбор, а не стечение обстоятельств.       Пока Тэхён сидит на Юнги и рисует его кисточкой слово «прости» за очередную причину, из-за которой они поругались, имена на их руках касаются друг друга. Юнги думает о своей зависимости. Он выбрал Ким Тэхёна. Если подумать, он может отказаться и от кофе и от алкоголя, если потребуется. Возможно, он даже от музыки откажется, если возникнет крайняя необходимость. Сейчас он смотрит на свою принцессу, на его имя на своём запястье и в очередной раз понимает: Ким Тэхён всё-таки стоит у него на первом месте. И от него Юнги не откажется. Так же как Тэхён не откажется от него. А зачем?       Мин Юнги — red flag, но красный цвет на Тэхёне прекрасно смотрится.       Ким Тэхён тоже red flag, но… красный цвет на нём смотрится не менее прекрасно.