morally gray

      Рядом с головой что-то быстро промелькнуло. Тарталья засмеялся и прибавил шаг, слыша сзади крики подчинённых. Чьи-то шаги зазвучали на этаж выше, и руки его похолодели от предвкушения. Уверенность вселял ствол револьвера на поясе, ощущение лезвия в нагрудном кармане и какое-то тепло в сердце. «Не какое-то, а очень-то понятное, иначе мы ночуем в разных комнатах», — пропищал в голове девичий голос. Чайлд призывно облизнулся и повернулся навстречу крикам. Светлые волосы одного из «спасательной бригады для босса» напомнили о причине бега, попавшей в крупную передрягу.       Алан стоял перед толпой похожих людей в чёрном. — Сэр, вы не можете этого сделать!       Тарталья совершенно по-детски высунул язык и попятился к окну на лестничном пролёте. Заметив это, мафиози стали отговаривать его, просить не расставаться с жизнью. «Ну что за глупость, — недоумевал Чайлд. — Если бы я и захотел сдохнуть, то уж точно не так. Прямо представляю репортаж обо мне: Известный наркобарон, глава клана Фатуи, страх этого города… не выдержал проблем подруги и выпрыгнул из окна». Ну абсурд же!»       Поясницы коснулся холод стекла. Чайлд, не оборачиваясь, открыл окно, повернулся и свесил ноги. Кто-то подбежал его оттаскивать, но он, ловко вывернувшись, полетел вниз. Из проёма высунулась голова Алана. — Сэр! Как вы могли променять нас на бабу какую-то! От такой вопиющей реплики близкого советника Чайлд даже остановился во время карабканья по водостоку. Он набрал в грудь побольше воздуха и закричал: — Когда я вернусь, я устрою вам взбучку за такое поведение, чёртовы ублюдки!       Мафиози до отвращения бодро закричали что-то непонятное, а Тарталья мысленно исправил: «Если вернусь….»