Рутинные будни Горшка после смерти

— Где я? — пробормотал Горшок, только что открывший глаза, пытаясь встать. — Добро пожаловать в Ад! — громогласно поприветствовал его зловещий голос. Горшенёв поднял голову, в поисках источника звука. Над ним возвышалось нечто громадное, ярко-красное и, кажется, пылающее. — Я умер? — Представь себе, да. Я, кстати, Сатана, приятно познакомиться, — существо протянуло человеку большую когтистую ладонь. — Так ты меня щас пытать будешь? — мужчина недоверчиво пожал ему руку и теперь тряс ею в воздухе, пытаясь потушить. — Пытать? — Дьявол расхохотался. — Нет, конечно нет. Ты будешь работать. При жизни ты только и делал, что пел свои песенки, поэтому теперь я предоставлю тебе настоящую работу! — Настоящую? — скептически изогнул бровь мужчина. — Узри же! Твой новый офис! Сатана указал на маленькое здание среди адских развалин, огня, лавы и вопящих демонов. Бровь Горшка выгнулась максимально. — Последнее время у нас куча бумажной волокиты, — продолжал Лукавый, поправляя откуда ни возьмись появившиеся на носу очки, — на всех новоприбывших нужно оформить соответствующие документы. Но с этим и мои худо-бедно справляются. А ты будешь принимать заявления с жалобами и рассматривать их в штатном порядке. Боюсь, ты не разгребёшь их никогда, ведь ты столько недовольных наплодил и сразу в Ад их спустил. О ком речь Горшок не понял, но времени на размышления не было, потому что уже через секунду оказался в кабинете, в строгом деловом костюме. Он огляделся. В помещении стояли стол, пара стульев и большой шкаф с какими-то папками. Всё как в обычном офисе. Делать нечего и Михаил удобно расположился в мягком кресле за столом. А ничего, удобно тут у них! В дверь тихо постучали. — Э-э-э, да-да, входите, — Горшок оторвался от разглядывания адского пламени в котле в углу кабинета и устремил взор на дверь. Она отворилась и в офис вошла молодая девушка. Интересно, что такая красивая с виду девица делает в аду? Горшенёв вежливым жестом указал на стул подле своего стола. Девчушка села и протянула ему заполненный бланк. — Вы, собственно, кто? — спросил он, изучая бумажку. — Хозяйка старинных часов. Только отхлебнувший из подозрительного стакана Горшок чуть не поперхнулся. — Та-а-ак, — только и удалось вымолвить ему, придя в себя. — И на что жалуемся? — Как это "на что"?! — возмутилась она. — Да вы меня в прах превратили! Я требую компенсации! — девица бойко стукнула кулачком по столу. — Я?! — А кто?! — Ну во-первых, это был тот любопытный мужик, а во-вторых, сама виновата! Я отсрочил твою смерть лет на сто, а она ещё жалуется! — Хам! — девушка недовольно поджала губки и отвернулась. Он, не глядя, взял один из штампов, припечатал где-то в углу листа и поставил размашистую подпись. — От лица всего Ада выражаю вам свои глубочайшие извинения и обещаю, что заявление будет рассмотрено в порядке очереди, — саркастически сказал он, выдавив из себя вежливую улыбочку, скорее похожую на злобный оскал. Девушка недовольно фыркнула, но поднялась и вышла, хлопнув дверью. Михаил смял листок и запустил через всё помещение прямо в котёл. Пламя на секунду поднялось, а потом снова продолжило гореть равномерно, тихо потрескивая. И всё? Это так просто оказывается! — Следующий! — крикнул он, заметно повеселев. Через некоторое время в дверях возник ещё один персонаж. Этого Горшок узнал сразу, тут никаких вопросов возникнуть и не могло. Всё как по канону — был на руке застывший фак, из кармана торчал пиратский флаг. Правда, сам мужчина был каким-то полуразложившимся, гниющим и странно передвигался. Вдруг он замер посреди кабинета и заорал: — Хой! — Хуй! — огрызнулся Горшенёв. — Чего изволите, уважаемый анархист? — Челюсть долой! — Это я в курсе. — Хой! Челюсть долой! Хой! Челюсть долой! — повторял зомби как заведённый. — М-да, тяжёлый случай.. Подрастерял ты былое величие. Зови следующего. На удивление, анархист его понял, тут же развернулся и поковылял к выходу. Следующим пришёл мужчина лет тридцати, довольно приличного вида. Он деликатно побарабанил пальцами по косяку и вежливо спросил: — Можно? — Заходи, — призывно махнул рукой Горшок. — У меня проблема, — с ходу начал мужичок, протягивая свою жалобу. — Какая? Он повернулся спиной и показал на свой затылок, где среди красивых, густых волос красовалась здоровенная проплешина. — Ого, нехило он тебя, — присвистнул Горшенёв. — И что, не растут больше? — Не-а, — печально ответил мужик. — Что, вернуть никак нельзя? — Волосы-то? Ну помажь чем-нибудь, отрастут, — усмехнулся он. — Да с волосами понятно всё, что насчёт потерянных годов? — Не в моей компетенции, — развел руками Горшок. — А жаль. Ну ладно, приятно было поболтать, — человек ушёл, тихо прикрыв за собой дверь. "И ведь бывают ещё в аду адекватные люди," — подумал Михаил, но, пожалуй, поторопился с выводами. В помещение вломился следующий посетитель. С разбегу, головой в дверь. В зубах он держал измятый листок. — Иа-иа-иа-иа-иа-иа-иа! — торжественно провозгласил он, сжевав бумагу. — Эй, скотина неблагодарная! — Иа? — вопросительно посмотрел на него осёл. — Ну-ка пшёл отсюда! Животное напоследок махнуло коротким хвостиком и ускакало прочь. Буквально через минуту на пороге стояла ещё одна клиентка. Женщина бодренько подбежала к столу и со всей силы хлопнула на него свой бланк. — Да как ты посмел?! — высоким визгливым голосом начала она. — Меня! Уважаемую женщину! Любящую жену! Какой-то конюх несчастный! Убил! И дружкам своим скормил!!! Да я тебя сейчас вот этими вот руками! Она было кинулась душить Горшка, но тот сумел вывернуться из-под тяжёлой женской руки и ретироваться в противоположный угол офиса. — Женщина! Успокойтесь! — пытался докричаться до неё в свою очередь он, убегая. — Вы сами виноваты! — Ах так! Да я буду жаловаться!!! Подбежав к двери, Горшок распахнул её и сумасшедшая по инерции пролетела в дверной проём, а мужчина тут же захлопнул дверь и прижал её спиной. Последовало несколько глухих ударов, но прочное дерево выдержало. Напоследок обматерив автора злосчастных песен и пнув дверь для верности, жена конюха удалилась, громко цокая каблучками. — А мужик-то ещё терпел, — пробормотал Горшенёв, утирая пот со лба. — На его месте я бы её давно пристукнул. Там остался кто-нибудь? Он осторожно выглянул в коридор. На него с ненавистью воззрились две пары сотен глаз. Кто-то стоял по одному, кто-то парами, а некоторые целыми толпами. Он обратился к ближайшей кучке народа: — Вы кто такие и почему вас так много? Все одновременно загомонили: — Мы из кукольного театра! Верните нам наши деньги и жизни! Какие-то девицы что-то оживлённо обсуждали и иногда хихикали. — А вы, дамы? Девушки осеклись, а потом одна из них, скромно потупившись, ответила: — Мы под маску смотрели.. — А ты? — он ткнул пальцем в какого-то щупленького мужичка. — А я что? Я ничего! У меня никаких претензий, скала высокая, разбег быстрый, приземление убийственное! — Тогда чё ты здесь стоишь? — Ну дык... За компанию. Горшок только вздохнул: — Ладно, давайте по очереди, но потом у меня обед! Что ж, надо нести ответственность за своих "детишек". А значит, работы предстоит ещё очень много..