Любимый муж

Они словно женатики. А что если бы Кавеху пришлось притвориться девушкой? Нет. А как бы смотрелось на нём платье, обволакивало его фигуру? — Что это значит?! Аль-Хайтам? — он смотрел на своего соседа, а его щёки стыдливо пылали. — Всего разок — лёгкая улыбка появилась на лице учёного — Попробуй, как думаешь, тебе пойдут платья? Твоя фигура чудесная… — Да что с тобой?! — Кавех закрыл лицо, но стоял он вплотную к Аль-Хайтаму, так что через мгновение его схватили за запястья и руки опустили вниз. Щёки Кавеха были пунцовыми. — А на столе ты там не смущался — усмехнулся учёный — Хотя так… — Заткнись! Я что совсем надевать такое?.. — архитектор стыдливо смотрел на своего мужа, то и дело поглядывая на белое платье. И где он вовсе его достал? — Кавех… — лицо не выражало особых эмоций, лишь зрачки расширились от возбуждения — Удовлетворить меня не так сложно, лишь надень его… — Мать твою! — он опустил взгляд ниже, прожигая взглядом грудную клетку своего мужа — Я платье в шутку покупал! — Сначала свадьба, а потом что, м? — прошептал учёный — Ещё раз надень и мы об этом забудем, если это так сложно для тебя — тон голоса был тёплым и томным… Тело вдруг продрожало от кончиков пальцев ног до самых ушей. — Если только один раз — промямлил архитектор, переводя взгляд на лёгкое летнее платье. Под внимательный взгляд супруга он его быстро надел, было прекрасно видно его худощавые ноги и выпирающие ключицы, что пуще смущало архитектора. Его взгляд бегал по комнате. О архонты, если его кто-то сейчас так заметит, то… — Чудесно — лёгкая улыбка на лице Аль-Хайтама уверенности точно не придавала, но что не сделаешь ради любимого и неповторимого. — Тебе идёт. Он опустил взгляд, понимая, что под натиском всего этого, он…он сдаётся. — О Архонты! Аль-Хайтам, какого… Аль-Хайтам сделал пару шагов и почти вдавил в диван своего супруга, он нежно огладил его плечи и оставил там свой первый поцелуй. На красном следе от засоса, что остался ещё в прошлый раз. — Трахнуть бы тебя — он слегка сжал шею Кавеха, слышал его удивлённый вздох. — Трахни уже — сдавленно и смущённо он говорил. Аль-Хайтам, сжав открытые бёдра Кавеха, без прелюдий и предупреждений стянул с него бельё. Кавех слегка прикрывший глаза, томно выдохнул. — Вот и молодец — он вдруг провёл по мокрому члену по всей длине и уловил тут же хриплый стон архитектора. — Молодец? — дрожащим голосом спрашивал светловолосый, смотря на учёного. — Молодчина — прошёптал он и стал оставлять один засос, второй. — Как я их потом-… — его слова прерывал собственный стон — Как спрятать я их должен? — Захочешь — спрячешь — равнодушно он проговорил — Да? — Ага…- — его слова снова прервал, на этот раз уже высокий стон. — Угу… Взяв уже множество раз использованный крем, который уже давно лежал на столе и редко когда оказывался в другом месте, он смазал два пальца. Кавех был давно растянут, но со всей любовью и нежностью он делал это снова. Да и в любом случае, не на сухую ведь? — Ногу немного левее — это звучало, словно просьба, но не дожидаясь действий, учёный сам отодвинул ногу. И как любящий муж, он аккуратно и нежно вводил пальцы, и почти сразу попав по простате — на опыте, он давно запомнил каждый сантиметр тела Кавеха, что снаружи, что, отчасти, внутри. Стоны Кавеха были словно сладкий сироп, что поливали напрямую на душу Аль-Хайтама, что вскружало голову и заставляло расти любовь к нему ещё больше. К всему ему, что поглащало его полностью. — Какая красота — он улыбнулся сильнее, видя как извивается из-за его пальцев Кавех. — Иди ты-… — Аль-Хайтам грубо сжал бедро архитектора, оставляя там красный след ладони. Кавех начал словно задыхаться. — В задницу? В твою, полагаю? Уже громко усмехнулся учёный. — Ты от кого нахватался такого? — а ведь Кавех знал от кого. — От Сайно. Учёный долго не терпел и сняв с себя всё, что можно было, медленно вставлял свой член. И вдруг вошёл наполовину. Он тихо и хрипло простонал, на ухо супруга, что вызывало у того мурашки. А тот в унисон простонал в ответ. Его стон был куда выше и даже надрывистым. Не раз он срывал голос. Аль-Хайтам поднял голову, и войдя полностью он завлёк супруга в страстный и медленный поцелуй. Тепло разливалось по обоим телам. Им, видно, приятно. Целоваться им обоим всегда было приятно. Их запахи смешивались, что больше и больше дурманили и пьянили друг друга. Аль-Хайтам начал медленно и грубо вдалбливаться в тело любимого мужа. Толчок. Ещё один. А стоны их сливались в унисон. У одного были хриплые, у другого всё выше и выше. Тело Кавеха продрогло, его глаза покрылись туманной пеленой. Аль-Хайтам же прикрыл глаза, и оставшись в своём любимом муже остановился. Устало вдохнув, он вышел из него полностью и быстро, под удивлённый вскрик Кавеха развернул его задом. — Аль-Хайтам, предупре-… — его слова прервались громким стоном, его тело продрогнуло когда Аль-Хайтам вновь вошёл во всю длину прямиком в задницу супруга… — Насколько бы ни был чудесный твой голос — тяжело он выдохнул — Не люблю когда ты возмущаешься по пустякам, знаешь ли… — почти на ухо говорил он. Слова сами сходили с уст, как и хриплые стоны. Он снова грубо толкался в тело, вырывая из супруга вскрики и стоны. Надеясь, что Кавех вновь не сорвёт свой голос, ведь его так приятно слышать. Через несколько минут ритмичными и ускоряющимеся толчками, хватая и царапая руку Аль-Хайтама, оставляя красные полосы, они трахались со свей страстью их душ и тел. Ничего не видя и задыхаясь, от того что его тянули за длинные и мягкие волосы, хватали его за шею и слегка её сжимая, оставляя красный след ладони. В глазах засверкало, его тело резко напряглось, а через мгновение задрожало, расслабилось и он кончил в подол платья, неровно вздыхая и протяжно простонав. Аль-Хайтаму понадобилось пару минут, как он излился на белое, летнее платье, что даже не удосужился никто стянуть, во время сие акта. — О архонты — тяжело вздохнул Аль-Хайтам и приятнул к себе Кавеха, обнимая того со спины, через мгновение разворачивая к себе и целуя с лёгкой страстью. Промычав в поцелуй, Кавех сжал учёного в объятиях. Его обняли в ответ. Прилив нескончаемой любви охватил их головы. *** И сидя за столом со своими друзьями. — Что за пятна, ничего не подхватил? — поглядел Тигнари на полуприкрытые одеждой Кавеха покрасневшие укусы и засосы. — Да это насекомые, ничего страшного! Ничего ядовитого! — улыбнулся неловко Кавех, лишь прикрывая тканью воротника их плотнее. — Умные нынче насекомые — улыбнулся Сайно, смотря на подходящего Аль-Хайтама — Я имею ввиду-… — Сайно! Тихо! — слегка ударил лесной дозорный по плечу генерала.