Источник силы

      Пока добирались до общежития, Вран всё ждал поворотной точки, где им троим придётся распрощаться. Какое крыло, который этаж – эту точку парню непременно хотелось отметить в памяти на будущее. Однако, миновав вахту, девчонки сперва поднялись за ним на третий этаж, затем двинулись по коридору – прямиком до его собственной комнаты.       − Эй, а вы-то куда? – растерялся Вран, ожидавший чего угодно, только не этого.       Айя, не удостоив его и взглядом, без тени сомнений забарабанила по двери.       − Ирсай! Это мы, открывай!       Из нутрей комнаты послышался рваный стон обиженных струн. Дверь распахнулась, и на пороге возник сосед отнюдь не с самым любезным выражением лица.       − А я думаю, кого ещё ждать, на ночь глядя. Ну, заходите, раз пришли.       − Вот уж спасибочки, − отозвался Вран даже чересчур язвительно, демонстративно убирая в рюкзак ставший бесполезным ключ от комнаты.       − О, так вы уже познакомились, − невозмутимо заметил Ирсай и вернулся в комнату, где его ждала старенькая потрепанная гитара. На инструмент Вран обратил внимание сразу, едва заехал сюда – даже раньше, чем встретился с его хозяином. − Не нервничай. Они сейчас уйдут.       Вран, и правда, нервничал – и как Ирсай это только понял? После долгого и тяжёлого дня попав, наконец, в свою обитель, парень никак не рассчитывал снова застать там бьющую через край жизнь. И всё же, он убеждал себя, что готов принять эту, так называемую, «весёлую общажную жизнь» вместе со всеми её неудобствами и вопиющим нарушением личного пространства, коль скоро новая жизнь того требовала. Вран опустился на кровать и принялся напряженно наблюдать за развитием событий со стороны.       − Черта с два, мы только пришли, − безапелляционно заявила Айя.       Бросив свой рюкзак на пол посреди комнаты, как у себя дома, она решительно рухнула в кресло, которое, как таковое, в студенческих хоромах считалось большой роскошью. Кресло принадлежало Ирсаю, и наран сразу предупредил нового соседа, что не имеет обыкновения пускать на свой трон кого попало. Но Айя, похоже, была из тех, кому подобные законы не писаны. Ирсай, словно и не заметив того, спокойно перебрался на кровать, к своей гитаре, и уселся, скрестив ноги по-нарански. Вран сразу понял, что не понимает ничего.       − Полюбуйся, сэнсей, - заявляет Айя веско, кивком головы указывая в сторону Винии, неожиданно сжавшейся в смущенный комочек у порога.       − Пришибленный у вас вид, ребята. Опять с этими мырками поцапались, что ли? – Говоря, Ирсай небрежно перебирал струны, даже не обращая на них внимания, словно естественнее привычки и придумать нельзя.       − Я застала эту безголовую посреди драки против пятерых прихвостней Баташа.       − Но я сражалась не одна! – попыталась возразить Винни.       − Я вижу, - отмахнулся Ирсай. – Про Баташа мне подробнее, пожалуйста.       − Сам при мне не засветился, а вот его кореша-однокурсники – во всей красе, - продолжала Айя самым деловым тоном. Вран превратился во внимание: ему представилась редкая возможность единым махом узнать как о прицепившихся к нему быках, так и о самой Айе.       Вообще, вся эта сцена, где староста Небесного факультета, важный, как сэнсей, и девчонка с Бойцовского – с видом заправского завуча – на пару отчитывают хрупкую миртанскую леди за драку с пятью мордоворотами, смотрелась настолько бредово, что Врану на миг показалось, что у него едет крыша. Винни всё ещё неловко мялась в прихожке, не зная, куда себя деть: свободных стульев в комнате не было, да и «проходить и чувствовать себя, как дома» ей никто не догадался предложить. Парень подвинулся, похлопал ладонью по освободившемуся месту на собственной кровати, чуть не ляпнул «Кис-кис», и она, поняв намёк, с облегчением подсела к нему.       Айя, тем временем, увлечённо пересказывала Ирсаю подробности давешней драки, и Вран, не сводящий с неё глаз, делал неутешительный для себя вывод: по-настоящему живой за время их знакомства эта поехавшая девчонка выглядела только сейчас – смакуя капитальный разгром выходцев с собственного факультета. По её бледным губам змеилась самодовольная улыбка, даже эта непроглядная тьма во взгляде, казалось бы, сияла антрацитовым блеском и завораживала, как магнитное поле. Легкомысленно-голубые волосы могли бы одурачить кого угодно, но только не Врана – и только не сейчас. Теперь Айя действительно была похожа на ведьму – из числа тех, кого в стародавние времена вылавливали и сжигали заживо миртанцы. Вран не уставал напоминать себе, насколько искажённо всё, что происходило в данный момент в этой маленькой общажной комнате – с тусклым освещением ночника и под аккомпанемент фонового перебора струн, - однако избежать этого очарования не вышло даже у него, чего и говорить о Винни, чьи звериные глаза давно уже в полном восторге сияли жёлтым, едва ли не ярче лампы. Конец наваждению положил Ирсай, задумчиво и беспощадно щипнув струны в финальном аккорде.       − Ну, проучили вы их. Молодцы. Что дальше делать собираетесь?       − Это я как раз хотела спросить у тебя. Ты бы сделал что-нибудь. Тормозов-то у этой бешеной нет: либо убьёт кого-нибудь, либо сама убьётся.       − Виния. - Ирсай грохнул несколько рваных аккордов и принялся терзать медиатором басовые струны. Вран узнал мелодию, но никак не мог вспомнить, откуда она. - Кажется, я уже говорил тебе про самоконтроль.       − Говорил, − с вызовом отвечала девчонка, всё ещё не смирившаяся с тем, что все претензии сейчас почему-то летят именно в её сторону. Врану расклад тоже был не понятен. Да, конечно, драться нехорошо – он и сам старался исповедовать именно этот постулат, - но ведь порой возникают ситуации, когда себя необходимо защищать – и, если потребуется, любыми средствами. Ирсаю хорошо говорить – «мырки» с Бойцовского разбегались в стороны, как тараканы, при одном только его появлении, - но вот им с Винни пока не оставалось ничего другого, кроме собственных кулаков и зубов. Даже за этот её пресловутый ножик парень никак не мог её осудить, хотя и понимал мозгами, что в руках этой шумоголовой он только чудом до беды не довёл.       − Тогда в чём дело? Разве не ты моя ученица?       А вот это звучало уже интереснее. Вран был почти уверен, что рыжая миртанка также, как и он, - новобранец Бойцовского – разве что с особыми дворянскими привилегиями, позволяющими ей заниматься на тренировке своими делами и не ходить на профильные лекции в первый же день. Но, если задуматься, Валории никогда не было дела до феодальных предрассудков северных соседей – никто не стал бы терпеть такого демонстративного попустительства только ради её титула. Гораздо легче предположить, что под конец учебного дня студентку – скажем, Небесного факультета - каким-то ветром занесло потренироваться на стадион к бойцам. Но даже если всё так, то почему Ирсай – всего лишь староста факультета, не преподаватель даже, - открыто зовёт себя её «сэнсеем»? У них, на Небе, что, всерьёз так принято?       − Вроде бы, моя. Так какого же чёрта, Винни? Мы тут, значит, годами пытаемся заработать пилотам нормальный, положительный образ. А потом являешься ты, в своей ночной ипостаси, и ведёшь себя, как лесное зверьё?       − А зачем я должна жалеть эту мразь? – не выдержала Винни. – А и убила бы, не велика беда! Мы в Миртании…       − Мы не в Миртании, - сурово обрубила Айя. – Ты уж постарайся впредь о том не забывать. Здесь, на юге, закон милостив даже к таким отбросам. А вот ты – чужестранка, да ещё и у полёт-контроля на карандаше. В зеркало давно смотрела? Поранишь случайно одного недопёска – а вой поднимут, будто в ясли ворвалась да десяток младенцев растерзала. За тобой конвой с энергошокерами не бегает только потому, что Ирсай поручился! Ты совесть-то имей!        − Хватит уже, - рискнул вмешаться Вран. – Набросились на девчонку. Ты, вроде, не слепая, соотношение сил видела: так какого ж нам делать оставалось?       − Быки сами по себе – не такая уж и проблема, - отмахнулась Айя.       − Не проблема, говоришь? – фыркнул парень, не выдержав этого пренебрежительного тона. – Действительно. Подумаешь, пятеро старшаков поперёк себя шире, плюс боевую магию против тех, кто слабее, кастовать не стесняются. О чём тут волноваться, вообще?       − Сам сказал: всё потому что ты слаб, – криво усмехнулась Айя.       – Да неужели? Хм, дай подумать, почему же это так? Может, потому что я действительно слаб – при таком раскладе?       − При этом Гравея шарахнул непонятно чем так, что тот до сих пор квакает в лазарете, ага. Эти олухи вовсе не так сильны, как хотят показаться. Большее, на что они способны, – припугнуть. Убивать вас точно никто не собирался – они же не враги себе, всю жизнь потом по тюрьмам шариться. А вот то, что творит эта безголовая, вполне тянет на статью.       − Ага, то есть ты предлагаешь девушке, − Вран не слишком куртуазно ткнул пальцем в Винни, − которая учится магии первый день, просто так, без подстраховки полезть в драку…       − Болван, речь идет о том, чтобы не лезть в драку вообще!..       − Я вот тут думаю, может, конвой с энергошокерами – не такая уж плохая идея? – спокойно и грустно произнёс Ирсай, и спор угас сам собой, когда вместо дальнейшего нагнетания, наран заговорил музыкой.       Мелодия, извлекаемая им из струн, лилась так легко и свободно, будто бы где-то к гитаре был прикручен секретный динамик с фонограммой. Вран узнал её мгновенно: вступление к песне «О мире» известной даррийской группы «СВЕТ». Группу эту Вран слушал по радио в своей деревне и весьма уважал. Осознание, что его новые знакомцы слушают ту же музыку, что и он, заставало душу затрепетать от восторга: найти кого-нибудь на своей волне с собой в столь большом городе так скоро он даже не рассчитывал…       Ирсай закончил петь и даже не потрудился отыграть коду – прервал мелодию на половине аккорда и тут же начал другую, попроще. Заговорил одновременно с гитарой, заведомо не принимая возражений:       − В общем так. − Староста заглянул соседу прямо в глаза, просто и без обиняков:       – Есть у меня к тебе просьба: присмотри за раздолбайкой, хорошо?       Рыжая тут же запротестовала:       − Ну нет! С меня и двух нянек довольно!       − Так будет три! − отрезал Ирсай. – Пока не поймешь, что за себя надо отвечать самой. Ну так что, боец?       − Идёт, − пожал плечами Вран. – Понятия не имею, какая от меня будет польза делу, но… − усмехнулся. – Но я у тебя в долгу.       − Вот и порешили, - заключил Ирсай и отложил гитару, давая всем понять, что разговору конец. – Пора собираться, Винни, наш выход.       − Куда это вы, на ночь глядя? – удивился Вран.       − Воздухом подышать. Можешь расслабиться теперь – баташевы тумшуки сюда больше не сунутся, да и мы шуметь не будем.       − Это хорошо, но, серьёзно: скоро в общаге комендантский час, если я не ошибаюсь, не успеете назад – всю ночь снаружи куковать придётся.       Со стороны кресла послышался ехидный смешок:       − Гляди ж ты, лучше нас местные порядки знает! И что мы тут только делали все эти годы?       − А я смотрю, ты их сегодня замещаешь, да? Быков, я имею в виду. Даже в собственной комнате от вашего чокнутого факультета покоя нет – ты об этих порядках, что ли?       Айя бросила на него взгляд тяжелее тонны. Ирсай, уже почти совсем было ушедший, задержался в дверях:       − Вот только по новой не начинайте, лады? Айя, дай парню отдохнуть, у него уже от ваших бойцовских понятий глаз дёргается. Мы слишком спешим, чтобы вас разнимать.       − Мне тут и пары минут хватит. Выдвигайтесь уже.       − Не задерживайся.       Когда за Ирсаем захлопнулась дверь, Вран понял, что остался в комнате один на один с разъярённой ведьмой.