Betrayal

***

《Человек, которого я так сильно любил - медленно, но верно убивал себя. Тот, кого я так сильно любил. Тот, кому принадлежало моё сердце, сказал, что живёт мечтами о смерти. И я ничего не мог с этим поделать, я только лишь чувствовал собственную беспомощность.  Он написал мне поздно ночью с просьбой приехать к нему, а я как самый верный «просто друг» мгновенно рассеял все остатки сна в сознании и сорвался к нему. Я доехал до его дома за рекордные пять минут, постучал в давно знакомую дверь квартиры и покорно ждал, когда же мне откроют. Ключ с другой стороны провернулся в замке с характерным звуком, тяжелая дверь немного приоткрылась, из-за неё показалось его заплаканное лицо. Как бы он ни старался это скрыть, слёзы всё ещё копились в его глазах, ожидая когда смогут вырваться наружу. -Привет, извини, что так поздно вызвал, проходи. Я безо всяких вопросов переступил порог. В квартире было темно и только тусклый свет мигающей лампочки на кухне напоминал о том, что здесь кто-то жил. Все вещи были аккуратно сложены. Квартира была чистой, как никогда ранее. -Что случилось? Рассказывай. - вырвалось из моих уст. Я сел за кухонный стол, он сел напротив.  Услышав мой вопрос, он натянул до ужаса серьезную гримасу на лицо и произнес: -Сегодня я умру. Это окончательное решение. Сейчас я хочу рассказать тебе о мотивах своего поступка, чтобы ты не думал, что я умер напрасно. Первой мыслью в моей голове было: «Умрет? Зачем так радикально? С ним же недавно всё было хорошо» Но, поток моих хаотичных мыслей был прерван: -Я уже давно хочу умереть. На самом деле, сколько себя помню, мне чего-то не хватало в жизни… всё время я был разочарован в устройстве этого мира. Нет, теперь кажется, я всё время был разочарован в самом себе. Знаешь, я просто устал делать вид, что со мной всё в порядке. Я так устал жить каждый день, что моя жизнь давно превратилась в жалкое существование.  Я слушал, он спокойно говорил. Это был тот самый спокойный, ледяной, пробирающий до мурашек, почти убийственный тон, без единой капли эмоций в нём. Он всё продолжал говорить не замолкая ни на минуту. Фёдор рассказал мне всё, начиная смертью его любимой крысы, заканчивая тяжелой болезнью его матери. Но все его истории касались только других людей. Он так ничего и не поведал о себе. -Федь, ответь на вопрос честно. Почему ты хочешь умереть? Назови мне конкретную причину. Он заплакал. Горькие слезы скатывались ручейками по его щекам, оставляя блестящие, в свете неисправной лампочки, дорожки. Теперь, когда каменная, холодная маска безразличия спала с его лица, он был таким беззащитным предо мной. Он снова начал мямлить что-то о других отходя от темы. Фёдор позвал меня, чтобы высказаться, но даже в таком случае продолжает молчать о своих проблемах. «Абсурд» - думал я. «Ну что ж, если у него нет конкретной причины убить себя, я помогу ему её придумать» Я встал из-за стола и подошёл к столешнице. Я очень хорошо знал устройство этой кухни , поэтому с первого раза открыл нужный ящик и достал из него хорошо заточенный нож. Фёдор ещё не видел этого. «Прелестно, этот подойдёт» Я повернулся, крепко сжав рукоять в руке. Лезвие блеснуло, отражая свет лампочки, но в глазах моего возлюбленного всё ещё стояли слёзы и всё расплывалось. Я подошёл к нему ближе и наклонился, говоря прямо ему в ухо. -Так из-за чего же ты так хочешь умереть? Он немного насторожился, его тело дёрнулось. Видимо, парень не ожидал такого близкого контакта. Глава "крыс мёртвого дома" постарался отстраниться, но сейчас контроль над ситуацией явно не находился в его руках. -Я хочу умереть потому что у меня больше ничего и никого не осталось. Тем более, это необратимо, я уже принял конскую дозу таблеток. У меня осталось около пяти часов, чтобы попрощаться со всеми, а затем, меня ждёт мгновенная смерть. - Его голос дрожал от страха. «Так вот оно что? Ты не шутил, когда говорил о смерти? Забавно.» Я чуть двинул рукой, которая сжимала нож и лезвие вновь заблестело. Теперь он не мог этого не заметить. -Кажется, тебе немного страшно? - Спросил я, всё ещё находясь в опасной близости, что доставляло ему дискомфорт. -Нет, что ты. «Если тебе всё ещё не страшно, это легко исправить» - думал я. Я продвинулся ближе и оставил багровую отметину на его ключице.  Он, видимо, не ожидав такого поворота событий немного поморщился. -Не нужно, я не хочу рушить нашу дружбу в свой последний день. - Он произнес это таким тоном, будто бы ему было жаль меня.  «Не хочешь рушить дружбу? Ага, чего ещё?» Я продолжил действовать ему наперекор. Он же всё-равно умрёт, а мёртвые ничего никому не расскажут, мёртвые, скорее всего, даже не смогут пожалеть о своих поступках. Какое мне дело до его эмоций, если он уже почти труп? Я оставлял дорожку из укусов на его нежной шее, а он пытался вырваться из моих объятий. Нож всё ещё был за моей спиной. После очередного укуса я почувствовал вкус крови во рту, его кровь была удивительно вкусной, мне даже не стало гадко, а совсем наоборот, я почувствовал как плоть под штанами увеличивается в размерах, доставляя дискомфорт. Этот железный вкус я запомню ещё надолго. Он сильнее начал вырываться, он пыталась отбиться от меня, судорожно махая руками. Он кричал, но кто бы мог прийди ему на помощь? Фёдор вырывал мне волосы, отбивал пощечины, это всё так возбуждало.  -Ну чего ты? Ты же всё-равно умрешь, так дай мне насладиться тобой сполна - Сказал я в перерыве межу очередной серией засосов и покусываний. -Умоляю, остановись! - Его голос звучал надрывно, от этого я только ещё больше возбудился. -Иначе что? - спросил я, заведомо зная ответ. «Иначе ничего. Он не может ничего мне сделать» Руки Фёдора потянулись к моей спине, он царапал её в зоне ключиц. Длинные, острые ногти больно впивались в кожу через слой одежды, но это было лишь до тех пор, пока он, спустившись немного ниже, не наткнулся на острое лезвие. Он напоролся на лезвие ладонью в процессе попыток оторвать меня от себя, выбраться из моего плена. Нежная ладонь была рассечена по середине. Оттуда хлынула бордовая кровь. Комната резко наполнилась запахом железа. Всё это сопровождалось истошными криками, но я не обращал на них внимания. -Будь хорошим мальчиком и твоё тело доедет до морга во вполне приличном состоянии. Иначе же… Тут и объяснять ничего не нужно было, попытки вырваться немного поуменьшились, а в его фиолетовых глазах читался ужас. Он закричал, что было силы: -Помогите! Кто-нибудь! Оставив очередной поцелуй я поднёс нож к его горлу и спросил: -Понял, сука? Сегодня ты играешь по моим правилам! Не ори так сильно. Он всё ещё пытался сопротивляться, так что мне пришлось с некоторой силой надавить на нож, вдавливая оружие в его нежную, израненную укусами кожу. На его шее появился горизонтальный надрез. Это не несло никакой опасности для любого другого человека, но Фёдор страдал от малокровия... -Теперь понял? Я был максимально серьезен, когда говорил с тобой. Я запустил руки под его рубаху, сминая его грудь, сжимая и растирая между пальцев соски. Тело Федора было таким горячим. Он же хотел, чтобы я сейчас его домогался. Он на самом деле не был против. Зачем он строит из себя недотрогу? Рассеченной ладонью он небрежно ударил по моей спине. В нем почти не осталось сил на какие-либо действия. Он выдохся в попытках отбиться и потерял достаточное количество крови чтобы вырубиться. Теперь его бессознательное, обмякшее, ни капли не сопротивляющееся тело - полностью находилось в моем распоряжении. Я перенёс его в спальню, бережно, как достойный уважения партнер, уложил его на кровать. Но несколькими мгновениями спустя, я зверски начал срывать с него одежду. Пуговицы рубашки отлетали и с тихим звоном падали на пол. Я расстегнул свои штаны и достал свой эрегированный член. Эта картина и в правду была такой соблазнительной. Он, без тени сопротивления лежал подо мной на кровати, полностью нагой. Я не мог просто смотреть на это, поэтому, не выжидая с моря погоды, сразу приступил к делу. Я не пытался ничего разработать, он ведь без сознания, всё равно ничего не почувствует. Я сразу вставил свой разгоряченный член в его анальное отверстие на полную длину. Я выбивался быстро и рвано, у него было так узко и это доставляло мне неописуемое удовольствие. Я толкался всё сильнее и быстрее, всё агрессивнее. Мои действия сопровождались развратными хлюпающими звуками. Я шлёпал его по ягодицам, оставляя на них красные следы своих рук. "Вот бы он был в сознании, я хотел бы услышать его стоны напоследок" - думал я. Но, видимо, мне не суждено было получить такую привилегию. "Ох Фёдор, если бы ты знал, сколько раз именно твой силуэт приходил ко мне в эротических снах, если бы ты только знал, как меня возбуждает твой облик и твоё поведение, твой голос и манера речи..." В глазах всё помутнело, затянулось серой дымкой. "Не могу поверить, я не уследил за собой и эякулировал в анус Фёдору... Но мне чертовски понравилось" Белесая, вязкая жидкость с лёгким ароматом мускуса сочилась из отверстия Фёдора, пока я вытягивал из него свой обмякший член. Я оставил легкий поцелуй на его губах, в благодарность и извинения за доставленные неудобства. Как только я вышел за порог его квартиры, на меня накатила волна неоправданного сожаления. Мне было так жаль, что я не смогу повторить это снова. Мне было жаль, что я больше никогда не могу кончить в эту узкую дырочку, что я больше не почувствую вкус его крови на своих губах... Да, всё это было из-за того, что человек, которого я любил всем сердцем - умрёт меньше чем через пять часов. Стустя два дня, почтой кто-то отправил мне приглашение на его похороны. Я стоял и смотрел на то, как его бездыханное тело в черном, лакированом гробу погружают в глубокую яму и закапывают толстым слоем земли. Тогда я снова вспомнил, что даже если бы я не совершил всего этого с ним, он ды умер... он ведь уже тогда принял таблетки, он ведь уже тогда находился на грани. Человек, которого я любил всем своим сердцем, о ком мечтал во снах - теперь был мёртв и я тоже тогда умер вместе с ним.》

***

- Правильно ли я поняла, Николай, Вы совершили изнасилование с нанесением телесных повреждений по отношению к Достоевскому Федору? - спросила темноволосая женщина лет тридцати, поправляя очки на переносице. - Да, всё верно, мадам Жизель. - ответил блондин, химерно улыбаясь. - И зачем Вы пришли ко мне на сеанс психотерапии? чтобы что? Какая у Вас проблема? - Я очень за ним скучаю и вижу его во всех и всём, что меня окружает. Даже в вас сейчас. И от этого мне становиться так тоскливо. Я хочу покончить жизнь самоубийством. С меня хватит, я так больше не могу. Он ведь лежит где-то в холодной, сырой земле. Ему же, наверное, тоже одиноко и тоже тоскливо. Но, тоскует ли он по мне? Помнит ли он хоть что-то хорошее обо мне? - Господин Гоголь, Вы никогда не задумывались о курсе лечения в отделении психиатрии?...