Дом Блаженства

Заметив, что Се Лянь не в себе, Хуа Чен сделал жест рукой, подзывая служанку. Служанка забрала юношу с поветрием ликов. Хуа Чен наклонился, взял Се Ляня под руку. – Я помогу тебе подняться, – мягко сказал Хуа Чен, поддерживая его. – Ни к чему, – ответил Се Лянь, поднимаясь самостоятельно, и сказал вслед уходящему юноше, – Я найду тебя позже. Юноша обернулся и кивнул. Служанка взяла его за плечи, уводя дальше. – Сюда, – Хуа Чен усадил парня на край своей постели. – Тебе нужно отдохнуть. Ты можешь остаться здесь, тебя никто не потревожит. Отдыхай, сколько потребуется. Се Лянь выглядел задумчивым и озадаченным. Его явно что-то тревожило. Что-то, в чем Хуа Чен явно не сможет помочь. Самое лучшее сейчас – оставить Се Ляня одного наедине со своими мыслями. Понимая это, Хуа Чен поднялся, направился к лестнице, собираясь покинуть собственные покои. “Он что, собирается уйти? Нет, это не правильно! Я… Я не хочу, чтобы он уходил”. – Постой! – Се Лянь вытянул руку. Хуа Чен остановился и обернулся. “Ой… что-то я как-то не подумал…” – Се Лянь смущенно улыбнулся. – Мне неловко прогонять тебя из собственных покоев. Так что… если ты не против… Ты… Мог бы остаться со мной? Хуа Чен слегка приподнял брови от удивления. “Гэгэ… ты… правда…” Се Лянь ужасно смущался, это видно невооруженным глазом. А глаз Хуа Чена был вооружен. Хуа Чен развернулся и подошел ближе, принялся развязывать пояс своего цзяньсю. Се Лянь поджал губы, щеки его налились румянцем. – Сань Лань, что ты… – Отдых в одежде, не отдых, а издевательство, – мягко сказал Хуа Чен. – Коже тоже нужно дышать. Се Лянь не успел ничего сказать, а пояс с отстегнутым мечом уже лег на стол. Лежащий на столе меч удивленно открыл глаз и слегка затрясся, привлекая внимание. Се Лянь с удивлением посмотрел на живое оружие. – Ничего страшного, – спокойно, но уверенно сказал Хуа Чен мечу, – полежишь один, без меня. Глаз грустно прищурился, наполняясь влагой. Но хозяин был неумолим. В данный момент меч интересовал Хуа Чена меньше всего. А вот Се Лянь не на шутку заинтересовался. – Ого! Легендарный Эмин, оказывается… – “С глазом? Об этом я не слышал”. – Привет! Я много слышал о тебе! Услышав “легендарный” в свой адрес, глаз смущенно посмотрел в сторону, прищуриваясь. Никто ранее не проявлял такого почтительного интереса к ятагану, Эмин был в восторге. Почувствовав эмоции орудия, Хуа Чен улыбнулся краешком рта. – Гэгэ, ты ему нравишься. – Правда? – “Животные часто льнут ко мне. Не знал, что и орудия тоже…” – Правда, – также мягко произнес Хуа Чен. “Все-таки Эмин не совсем отдельное существо. Мои эмоции оказывают на него влияние”. – Он хочет, чтобы ты его погладил… – О, правда, можно? Почему бы и нет… – Се Лянь протянул руку, гладя рукоять оружия. Эмин щурился, издавая тонкий звук, напоминающий писк. Эмоции оружия передавались Хуа Чену, и по коже того бежали мурашки. Рядом с мечом легло аккуратно свернутое верхнее одеяние и украшения. Се Лянь отвлекся от оружия и повернулся к другу. Хуа Чен стоял перед ним в тонкой белой рубашке и брюках, что являлось непозволительным откровением. Хуа Чен всегда был открыт перед ним, и Се Лянь ценил это, но сейчас испытывал только глубокое смущение внешним видом друга. – Тебе помочь? – предложил Хуа Чен, раскрывая ладони в знак доброго намерения. – Нет, спасибо, я сам! – Се Лянь решительно встал. Как давно он не снимал одежды? Лет 800, не меньше. Для небожителя одежда – не более, чем внешний облик. Обновить её можно одной лишь мыслью. Не для Се Ляня, конечно. Из-за меток низвержения он не обладал манной. Се Лянь развязал свой пояс и выдохнул. Ткань сползла с плеч. Хуа Чен поймал её и аккуратно сложил, устроив на столе рядом со своим одеянием. Се Лянь неловко обнял себя одной рукой. В отличие от друга, на нем оставались одни только тонкие брюки, рубашек он не носил. Хуа Чен смотрел на него с легкой улыбкой. – Ч-что ты на меня так смотришь? – смущенно спросил Се Лянь. – Голове тоже стоит отдыхать, – произнес Хуа Чен. – О, – Се Лянь коснулся своей прически. – Боюсь, я не соберу ее обратно сам. – Не беда, я помогу тебе. Под влиянием чарующего голоса, Се Лянь едва заметно кивнул и сел на край кровати, поворачиваясь спиной к другу. Хуа Чен встал позади него и принялся вынимать шпильки. Тяжелые каштановые пряди падали на обнаженные плечи. Се Лянь не успел возразить. Длинные пальцы уже зарылись в его волосы, массировали кожу головы. Се Лянь закрыл глаза и шумно выдохнул. По телу побежали мурашки. – Ого… ах… Где ты так научился? – Чему? А, этому… – руки Хуа Чена спустились ниже, массируя уставшую за сотни лет шею. – Еще при жизни. Главное понять, как устроены мышцы, а дальше ничего сложного. Хуа Чен опустил руки на плечи Се Ляня и немного наклонился к нему: – Полегчало? – Д-да… – протянул тот, наклоняя голову направо и налево. “И правда же полегчало!” – Вот и хорошо, – улыбнулся Хуа Чен, слегка хлопнув друга по плечам, после чего убрал руки. – Теперь можно отдохнуть. Хуа Чен снял сапоги и забрался на постель, лег на спину, глядя в потолок. Се Лянь последовал его примеру, лег привычно на бок, спиной к другу. Хуа Чен щелкнул пальцами, и свет практически полностью погас. В комнате оставался приятный интимный полумрак. Несколько десятков секунд они лежали молча. Каждый думал о своем. Хуа Чен прикрыл глаз, расслабляясь, и вдруг услышал смешок. Хуа Чен повернул голову: – Гэгэ? – Ничего… Я просто подумал… я уже привык, что мы ночуем вместе в доме Водных каштанов. И спать одному, – “без тебя”, – кажется уже неестественно. Как бы в подтверждение своих слов, Се Лянь подался назад, но не рассчитал расстояния, и уперся спиной в бок Хуа Чена. Теперь уже тот смутился от неожиданности. Се Лянь замер, поняв, что сделал что-то не то. Но отодвигаться обратно – это значило бы оскорбить Хуа Чена. Показать, что тот ему неприятен. Пока Се Лянь спешно раздумывал над следующим шагом, Хуа Чен повернулся на бок, придвигаясь ближе. Се Лянь вздрогнул, когда рука друга легла сверху. Хуа Чен понял, что, похоже, это слишком, и поспешил убрать руку, но Се Лянь не позволил этого сделать, взяв того за запястье. – Гэгэ? – осторожно спросил Хуа Чен. – Молчи, – попросил Се Лянь. Пальцы скользнули по ладони Хуа Чена. Тот слегка сжал руку, накрывая пальцы Се Ляня своими, закрыл глаз, наслаждаясь моментом. Они еще никогда не были так близки. Рука Хуа Чена казалась прохладной, но Се Ляню нравилось. – А знаешь, Сань Лань, – снова усмешка. – Когда ты сказал, там, в игорном доме, что собираешься в дом Блаженства… Я подумал что это будет дом Терпимости. И ожидал увидеть здесь блудниц. А твой дом напоминает скорее дом музыки и танцев. – Как ты мог такое подумать, Гэгэ? – с легким возмущением произнес хозяин дома. – Я никогда не был с блудницами! – Правда? – Се Лянь был удивлен такой откровенности. – Правда. – А… – он понимал, что тема достаточно личная и спрашивать о подобном не принято, но вдруг Хуа Чен все-таки ответит? – А почему? – Почему? Даже не знаю… – Хуа Чен повел плечом. – Для меня телесный контакт, это продолжение духовной близости. Возможность выразить свои чувства. А без чувств… плотские утехи однообразны, и, сказать по правде, не так уж приятны. Се Лянь слушал и непроизвольно улыбался. Ему нравилась позиция друга. Се Лянь и сам никогда не задумывался о подобных вещах, но слова Хуа Чена казались ему более чем здравыми. – Наверное, так и есть. Я не знаю, конечно. У меня не было такого опыта, но я думаю… – Гэгэ, – перебил его Хуа Чен, – ты что, никогда не был с девушкой? – Что? – Се Лянь распахнул глаза и немного сжался, снова краснея. – Да как-то… Не случилось. При жизни я был очень занят! Много учился, тренировался… А после вознесения и подавно… – А я думал, принцев с юности водят в дома Терпимости… – Водят, – Се Лянь немного кивнул. – Я бывал там пару раз. – И чем же ты там занимался? – усмехнулся Хуа Чен. – Разговаривал с ними! – весело произнес Се Лянь. – Очень интересные девушки! Они научили меня играть маджонг! Хуа Чен не сдержался, уткнулся в затылок парня и засмеялся. Это все звучало так нелепо, но так в духе его Гэгэ… Хуа Чену и в голову не приходило, что Гэгэ может оказаться таким непорочным. “Истинный Небожитель!” – Гэгэ, – позвал Хуа Чен, не желая отпускать волнующую тему. – Мм? – отозвался Се Лянь. – Неужели ты даже не знаешь, что такое поцелуй? Улыбка Се Ляня снова стала загадочно-стеснительной. Он не любил подобных тем, но говорить об этом с Сань Ланом ему нравилось. Даже как-то… возбуждало? – Нет, но думаю, что это, должно быть, приятно… – мечтательно протянул Се Лянь, и тут же добавил, пытаясь оправдаться. – Разумеется, с любимым человеком! Просто так это кажется очень глупым процессом. Пальцы Хуа Чена потянулись выше, наощупь нашли подбородок парня. – А ты хотел бы попробовать? – мягко спросил он, гладя Се Ляня по щеке, и чуть поворачивая его голову к себе. – Со мной. Се Лянь снова замер от неожиданности, задумчиво глядя через плечо на Хуа Чена. Затем медленно повернулся к нему всем телом и внимательно посмотрел в единственный глаз. “Хороший вопрос… – думал Се Лянь. – С одной стороны, это неприлично. Он мой друг, да и вообще мужчина… А с другой, я уже прожил свою жизнь. И 800 лет сверху. Я возносился, меня низвергали, я возносился снова... И за все это время не мог себе позволить расслабиться и отдохнуть. Только работал, работал, работал…” “Кажется, это было слишком! – с ужасом понимал Хуа Чен, глядя в серьезное задумчивое лицо. Уж слишком тот пристально смотрел, князь тьмы никак не мог понять, о чем думает его друг. – Надеюсь, Гэгэ не подумает что-то непотребное про меня. Спокойствие… Его отношение ко мне не должно измениться от одной фразы. К тому же, я в любом момент могу засмеяться и свести все в шутку”. “Сань Лань самый близкий для меня человек за всю мою жизнь. Несмотря на свой статус, он всегда рядом, помогаем мне, заботится… Найду ли я кого-то более достойного, кому смогу так же доверять?” “Как-то затянулась пауза… Наверное, самое время обратить всё в шутку”, – губы Хуа Чена растянулись в улыбке, но Се Лянь неожиданно протянул руки, цепляясь пальцами за ворот рубашки Хуа Чена. Улыбка тут же спала, бровь непроизвольно поползла вверх. Се Лянь потянул его за рубашку, подаваясь вперед. Их губы соединились. “Гэгэ!...” – секундный ступор прошел, Хуа Чен обнял его обеими руками, мягко привлекая к себе, сделал одно движение губами, затем второе и третье. Се Лянь отстранился. Испугался? Моментный испуг читался в его глазах, но вскоре от него не осталось и следа. Се Лянь снова потянулся вперед за поцелуем. Се Лянь целовал уверенно, порывисто, но так неумело. Хуа Чен осторожно отвечал, чтобы не спугнуть. Пытался умерить пыл своего партнера, объяснить без слов, что не стоит спешить, что он никуда не денется, и у них еще очень много времени. Постепенно Хуа Чен брал инициативу в свои руки, углубляя и без того влажный поцелуй. Его руки блуждали по спине Се Ляня, тот напрягал лопатки, но после все-таки расслабился. Прохладные ладони Хуа Чена возбуждали, будоражили тело и дух. Се Лянь протяжно выдохнул, непроизвольно прижался бедрами к Хуа Чену, ощущая ответное сильное возбуждение. Наверное, в этот момент в его голове и пробежала шальная мысль: “А почему бы и нет?”. Перекинув ногу, Се Лянь оказался сверху. Сел на бедра парня и потянул его за собой, заставляя принять сидячее положение. Хуа Чен не сопротивлялся, ему было интересно, как далеко готов зайти его Гэгэ. Се Лянь оторвался от его губ и обнял за шею. Тяжелые каштановые пряди покрывали их обоих, точно плед. Хуа Чен позволил себе отодвинуть волосы Се Ляня и продолжил целовать его в шею и в плечо. Бинты немного мешали, приходилось обходить их. – Сань Лань, я хочу попробовать… – прошептал Се Лянь. – Что именно? – Хуа Чен провел кончиком язычка по ключице парня, вызывая новый стон. – Хочу… тебя… – Се Ляню эти слова давались с трудом. – Почувствовать тебя… Внутри… Хуа Чен не сразу понял, о чем говорит его партнер. А когда понял, отстранился, взял за руки и внимательно посмотрел в его лицо. – Ты уверен, что готов? – спокойно спросил Хуа Чен, гладя его ладони большими пальцами. Се Лянь только кивнул в ответ. – Тогда нужно раздеться полностью… Избавившись от остатков одежды, они снова соединились в объятиях. Се Лянь ожидал, что они сразу приступят к делу, но был крайне удивлен, когда губы Хуа Чена коснулись его шеи, и теперь блуждали по белоснежной коже, вызывая непроизвольные вздохи и стоны. Если бы Се Лянь только знал, как давно Хуа Чен мечтал об этом. Связей с мужчинами Хуа Чен ранее не имел, но несколько раз, аккурат после встречи с Гэгэ, изучал этот вопрос. Разумеется, чисто теоретически по картинкам. То, что эти знания когда-то ему пригодятся, Хуа Чен и представить не мог. Найдя под подушками прозрачную полупустую бутылочку, он вылил немного содержимого на пальцы. Се Лянь даже не вздрогнул, когда прохладные пальцы прошлись по внутренней поверхности бедра, заставляя раздвинуть ноги, коснулись сжавшегося колечка мышц. Тело Небожителя отличалось от человеческого. Растягивать его не требовалось, но Хуа Чен решил не пренебрегать безопасностью. Се Лянь обнимал его за плечи, прислушиваясь к своим ощущениям. Длинные пальцы почти не чувствовались внутри, только в редкие моменты, когда Хуа Чен случайно находил особо чувствительную точку. Тогда Се Лянь вздрагивал, издавая более искренние проникновенные стоны. Пальцы покинули тело Се Ляня, заставив того удивленно выдохнуть, раскрывая глаза. Хуа Чен нависал над ним, черные волосы спадали вперед, скрывая их обоих, точно вуаль. Секундный взгляд, и губы Хуа Чена снова накрыли Се Ляня, заставляя отвлечься, расслабиться. Хуа Чен приставил смазанное достоинство к отверстию. Се Лянь обнял своего партнера ногами, скрещивая лодыжки за его спиной. И в следующий момент Хуа Чен вошел. Осторожно и медленно, боясь причинить боль. Се Лянь вскрикнул, но больше от неожиданности. Ему не было больно, скорее просто непривычно и странно. Хуа Чен остановился, взволнованно глядя на партнера. – Гэгэ? Всё в порядке? – Всё хорошо, – выдохнул Се Лянь и попытался улыбнуться. – Просто немного странно… – Главное, чтобы не больно, – Хуа Чен наклонился, поцеловал его в лоб. – Тебе нужно немного привыкнуть. Скажи, когда мне можно будет продолжить. Се Лянь прикусил свою губу и кивнул. Мышцы пульсировали, стараясь избавиться от чужеродного органа, но Хуа Чен придерживал Се Ляня за бедра, не позволяя отодвинуться. Нежные глубокие поцелуи отвлекали, и, когда организм перестал сопротивляться, Се Лянь сам подался ближе, позволяя проникнуть глубже, почти до самого основания. Это было хорошей командой. Хуа Чен погладил партнера по щеке, и начал медленно двигаться с небольшой амплитудой. По началу, от каждого движения Се Лянь вздрагивал и немного морщился, но вскоре совсем привык, и только постанывал. Всё закончилось достаточно быстро. Перевозбуждение? Волнение? Неопытность? Хуа Чен первым понял, что долго не продержится, поэтому взял инициативу в свои руки, дополнительно стимулируя член Се Ляня рукой. Подступающая волна ощущалась где-то в груди, и немного в горле, она все приближалась и приближалась, заставляя тело напрягаться, и вскоре накрыла Се Ляня с головой. Стройное тело все напряглось, в висках пульсировала кровь, а потом наступило приятное расслабление. Хуа Чен чувствовал сокращение мышцы Се Ляня на своем члене, и, не выдержав, тоже кончил. Хуа Чен наклонился и ласково поцеловал парня в лоб, в скулу, в щеку… Он нежно обнял своего партнера, покрывая мягкими поцелуями лицо Се Ляня. А тот лежал, чувствуя, как теплое приятное чувство разливается по телу. И, нет, это не были последствия физического оргазма. Это что-то другое… От сердца… Хуа Чен медленно вышел, но не спешил вставать. А Се Лянь пытался подобрать слова, чтобы что-то сказать ему. Признаться в чувствах? Сказать, что это волшебный опыт? Нет, глупости какие-то. Слова разбегались, мысли путались, всё время возвращаясь к образу Сань Ланя. – Ты был прав, Сань Лань, – произнес Се Лянь, привлекая внимание. Хуа Чен поднял голову, устало глядя на партнера. – Это действительно дом Блаженства, потому что… – Не продолжай, – Хуа Чен мягко накрыл пальцами губы Се Ляня, чтобы тот не сказал какую-то глупость и не испортил момента. А после заменил пальцы своими губами, нежно целуя его. – Не важно, где мы находимся. Быть рядом с тобой – вот истинное блаженство.