Why did we meet like this?

- Так что ты здесь забыл? - ледяной тон врезался в черепную коробку Джисона. Сердце волнительно пропустило пару ударов, пока Хан пытался собрать себя в кучу и ответить. Незнакомец пугал. Не то чтобы Джисон боялся людей, нет, работа вынуждала часто с ними общаться, поэтому ему встречались разные личности, под которых он научился подстраиваться. Но было в этом юноше что-то пугающее. То, как он смотрел. Презрение? Нет. Злость? Тоже нет. Пустота? Возможно. Пустой взгляд, как у каких-то маньяков или очень холодных людей. - Здравствуйте, я представитель администрации города. Меня зовут Хан Джисон, - начал юноша и протянул ладонь для рукопожатия. Не получив ответной реакции, он продолжил. - Кем вы приходитесь этой женщине? Ладони вспотели, а в голове мелькала одно единственное слово: «неловко, неловко, неловко». Почему ему вообще неловко? Почему за три года работы в таком изматывающем месте это чувство не атрофировалось? - Я первый задал вопрос. Меня не интересует кто ты, меня интересует что ты делаешь в этом магазине и почему заставляешь бабушку нервничать? - ледяной ответ, настолько ледяной, что сравниться с ним по холодности могут только шоколадные глаза. - Я не имею права разглашать информацию посторонним людям. Вы либо представляетесь и если я решаю, что это необходимо - веду диалог с Вами, либо Вы уходите. - потирая переносицу как можно вежливее отвечает Хан. - Что ты себе позволяешь?! - закричала женщина, про которую Сон уже успел забыть. В попытках отключиться от мира хотя-бы на пару секунд Хан снова начал осматривать небольшое грязное помещение, выводя все звуки на задний план. Голова начинала болеть, терпение заканчивалось. - Послушайте, - не скрывая раздражения говорит работник администрации. - Либо мы сейчас решаем с Вами всё мирным путём, либо встретимся в суде, и, поверьте мне, решение судьи будет не в Вашу пользу. Ваша халупа, а по другому я не могу её назвать, стоит почти в самом центре этого несчастного парка. Те жалкие клочки земли, что принадлежат Вам, забрать проще простого, просто администрация ещё не занималась этим всерьёз. В данный момент у вас есть несколько вариантов: 1) Вы находите деньги на реставрацию и приводите это Богом забытое место в человеческий вид, 2) мы с Вами решаем всё мирным путём, Вам выделят квартиру в новом доме, Вы переедете и будете доживать свою жизнь там. Да Боже, дом престарелых если надо организуем, 3) мы встречаемся с Вами в суде, и тогда, поверьте мне, от Вас ничего не останется. Завтра я приду примерно в это же время. Подумайте хорошо, взвесьте все варианты и дайте мне ответ. Хорошего дня. - Я буду жаловаться!!… - летело в спину, но Хан не собирался вступать в новую перебранку со старухой. Выйдя на улицу, легкие наполнил свежий воздух. Казалось, в этом затхлом магазинчике даже воздух другой, пробирающий, заползающий в самые дальние углы организма и медленно отравляющий его. Сделав глубокий вдох, Джисон подставил своё лицо солнцу и побрёл в сторону выхода из парка. Нестерпимо хотелось перекусить, чем собственно он и планировал заняться. На работу возвращаться не было смысла. Ему четко дали понять что других задач на сегодня нет, и он собирался воспользоваться этой редкой возможностью перевести дыханье. Кто-то резко схватил юношу за плечо и с силой развернул на себя. - Ты что себе позволяешь, разукрашенный недоносок? - злобное шипение вырывалось из почти закрытого рта. - И что я себе позволяю? - поесть сейчас не подучится, определённо. - Разве так администрация должна решать дела? Угрозами? Шантажом? Доводить безобидного пожилого человека до срыва - это ваши методы? - шипение продолжалось, пока карие глаза прожигали в Джисоне дыру где-то на уровне переносицы. - Послушайте, ещё раз повторяю: всё что я мог сказать, я сказал, больше мне нечего добавить. Я и так потратил бесконечное количество времени на эту полоумную. Думаете это наша первая встреча? Если хотите ей помочь - помогите принять верное решение. Всё. Мне нечего добавить. - последние слова Хан говорил уже сбрасывая чужую руку с себя и разворачиваясь на 180. - Лучше бы я оставил тебя там. Выкинутый мусор должен валяться где бросили, а не кочевать по рукам. Последние слова Хан решил проигнорировать. Собеседник был красивый, очень красивый, невероятно красивый, но видимо такой же шизанутый, как и старуха из магазина. Как он её назвал? Бабушка? Если это окажутся родственники, Джисон ни разу не удивится. Оба кажутся чокнутыми. Преследуемый тяжелыми мыслями, Хан добрался до дома. Вообще он не сразу понял, что на автомате пришёл домой. Очнулся лишь когда руки механически вещали пальто в прихожей. - Я же хотел перекусить вне дома, какое разочарование, - устало протянул Сон снимая обувь. Дома было пусто. Звенящая тишина заполняла собой всё пространство. Казалось, что именно в это мгновение, в это время, в эту минуту и секунду мир остановился. Мир будто остановился тогда, когда за Ханом закрылась входная дверь. Открывшаяся входная дверь запустила мир, который и без этих действий не замирал. За окном был уже поздний прохладный вечер, многоэтажные дома освещались тёплым желтоватым светом фонарей, а люди шли кто куда. Люди шли так же как шли утром, днём, ночью, шли неизвестно куда. Неизвестно куда они шли для прохожих, но сами для себя они знали начальную и конечную точку путешествия. Джисон смиренно ждал такси стоя возле своего дома. Идеально белые кроссовки контрастировали с темным асфальтом. И как Хану удаётся поддерживать их белизну? Обтягивающие чёрные джинсы, лонгслив в черно-белую полоску и любимая джинсовка- нехитрая, но безумно подходящая ему одежда, которая поедет вместе с ним к друзьям чтобы выпить и поддержать их после трудного трудового дня. Одежда конечно пить не будет, хотя кто знает, может Хан пару раз прольёт на себя бутылку пива или соджу, а может даже виски с колой. До бара Джисон добрался быстро. Повезло что водитель попался неразговорчивый и можно было погрузиться в свои мысли. - Хан-а, - звонкий голос Чонина раздался сразу, как только Сон вошёл в бар. Джисон подошёл к ребятам, которые уже заняли столик возле окна. В баре было немноголюдно, что было странно. Обычно в вечернее время здесь собиралось много людей чтобы отдохнуть после трудного дня, выпить с друзьями и просто выдохнуть в этой бесконечной гонке за деньгами и выживанием. - Хан-ааааа, ты наконец пришёл, - выпивший Чонин уже тянул руки для объятий, пока Джисон отодвигал себе стул для того, чтобы сесть. - Ты долго, Джисон. Всё в порядке? - спросил Чан, наливая в стакан желтоватую жидкость. - Конечно, - улыбнулся тот. - Мы взяли куриные ножки и на тебя тоже. Ты обязан их попробовать. Они остро-сладкие, представляешь? Может показаться что они острые, но как только ты их проглотишь, от остроты не останется и следа. - восторженно рассказывал Чонин подвигая к Джонсону картонную круглую тарелку.