Цена покровительства

Часы давно пробили полночь. Улица была окутана темнотой и весенней прохладой. Кащей раздраженно сел в свою машину и направился домой. Он кипел от злости. Недавнюю негу удовольствия пришибло реальностью. Его унизили, опустили и поставили в неловкое положение. И на самом деле это мягко сказано. Никита всю жизнь занимал позицию «Контролировать и властвовать». Это он должен быть тем человеком, который ставит под сомнение гордость других людей — и в его планы не входило так втаптывать в землю свою. Но у него будто бы не было другого выбора. Иметь связи с Желтым — иметь весь город. Ебучий Аль Капоне. Отвлекаясь на размышления Никита не сразу заметил, что в штанах до сих пор было очень тесно. Это заметно начало мешать вождению хотя бы потому, что сильное желание запустить руку в трусы и наконец-то нормально кончить рассеивало напрочь концентрацию на дороге. До квартиры оставалось всего ничего, ему нужно было потерпеть совсем немного… Но руль резко выворачивается во внутренний двор незнакомых многоэтажек. Машина паркуется в укромном местечке за большими ветвями деревьев и пышными кустами. Тишина в салоне давит. Никита запутался. С одной стороны, вдруг вспомнились слова Вадима о том, что ему нельзя дрочить и заниматься сексом с другими. Это пугало. Сегодняшняя акция оказалась не единоразовой — игра только началась. Также очень раздражало. С какой это стати левый мужик распоряжается его интимной жизнью? Просто вздор! И с какой стати Никита на это ведется как сопливая девчонка? С другой стороны… Если он сейчас прикоснется к себе, то: А — фактически будет дрочить из-за Желтого, Б — казалось, что автор достанет информацию из под земли и минимум — не поможет с казино, максимум — устроит «сладкую жизнь» за непослушание. У Вадима отбитая фантазия. А член все еще стоял колом, пачкая смазкой белье. Бедра инстинктивно дернулись от волны возбуждения, срывая с тонких губ несдержанный стон. Крыша начала съезжать. Во всем этом безумии Кащею удалось, как ему казалось, найти баланс: тереться членом о что-то — не значит дрочить себе. Это не нарушало сразу несколько условий. Один сможет сохранить хрупкое мужское эго, другой — получить полное послушание. И все в выигрыше. Логично? Безусловно. Никита отучился на логиста. Он логичный мужчина. Руки крепко сжимали руль, а голова вдавливалась в сломанный клаксон. Нежная головка терлась о грубую ткань, от чего приятные ощущения смешивались с болевыми. В его вкусе. Это так разгорячило парня — в салоне моментально стало душно. Капельки пота стекали по покрасневшему лбу, боковое стекло запотело. «Мало, слишком мало!» — замученно рычал темноволосый. Чтобы удовлетворить себя подобным образом, нужно затратить много энергии, это вам не передернуть на раз-два. Поэтому он выворачивается как змея на сидении и вплотную прижимается к спинке сидения. Так гораздо лучше. Руки уместились на подголовнике, крепко его обнимая. Будто он сейчас не с машиной своей трахается, а с той самой Машкой. Член упирается в мягкую обивку, а в сочное бедро девушки. Она постанывает и льнет к телу сильнее, шепчет мольбы на ухо и царапает коготочками широкую спину. Никите по привычному хорошо от собственной фантазии. Он снова на коне. Он ведет процесс. Он тут главный. Однако внезапная мысль о том, что за процессом мог бы наблюдать Вадим.. не на шутку будоражила. Вот он сидит впереди на пассажирском сидении, повернувшись боком, и вяло скользит взглядом по телу. Или на заднем прямо перед водительским сиденьем — слишком близко лицом к лицу — и изучает его эмоции. Либо Никита нарцисс и любит любое внимание, либо конченный извращенец, который мокнет от безучастного унижения со стороны. Потому что он открывает глаза, не прекращая жестко долбиться в сидение, и неосознанно ищет своего зрителя. Разочарование сжимает легкие. Сделав еще несколько толчков он спускает себе в штаны. Тело обмякает на спинке и по салону расползается вымученный скулеж. Какой позор. И это мужчина, который метит в «уважаемые люди». *** — Бя-ять.. — разочарованно выдыхает парень, отодвигая резинку трусов и созерцая вымазанный в сперме член и полностью промокшую ткань. Запачкались даже штаны.