Гаптофобия

– Джисон – 12 сентября. Мы с Феликсом снова идём домой вместе. Сегодня солнце прячется за облаками, и только некоторые лучи пробираются на землю. Прохладный ветер перебирает чёлку, падающую на лоб, отчего всё тело приятно вздрагивает. Просто идеальная погода. – А может зайдём ко мне? – предложил Феликс, остановившись, когда мы дошли до его дома. – Ой, Феликс, прости... Я так устал на физкультуре, кажется, если присяду хоть на минуту, то сразу вырублюсь и просплю до утра. – Ну тогда... – он задумался, – Придёшь ко мне на день рождения? 15 сентября в 7 вечера. – 15 сентября!? – Ну да, а что? Не сможешь? – лицо в ту же секунду изменилось, и веселье сменилось на грусть. – Конечно смогу. Но ты тоже приходи на мой. 14 сентября в то же время. Идёт? В этот момент Феликс выглядет очень забавно, его большие глаза стали ещё больше. – Чего? Ты серьёзно? – он чуть не коснулся моей руки, но я быстро отдёрнул её. – Ой, прости... Я просто не люблю, когда меня трогают. И да, я серьёзно! – Это ты прости, я не знал об этом. – Да ничего страшного, – я неловко улыбнулся, – Так ты придёшь? – Ну конечно приду! – Феликс широко улыбнулся. Его улыбка всегда была красивой. Будто он был послан в этот мир, чтобы дарить людям радость и хорошие эмоции. Я очень рад, что подружился с ним! – Пока! – сказал он и вошёл в дом. От дома Феликса я шёл один. Единственное, о чём я мог думать - кровать. Так хотелось прилечь и отдохнуть. В прошлой школе я не уставал так сильно, когда приходил на физкультуру, а тут... Теперь я даже не удивлён тому, что в классах такие большие парни. Дом - это моя крепость. Там я действительно могу чувствовать себя спокойно. Как только моё тело упало на кровать, все мысли сразу же покинули мою голову, полное расслабление. Я даже не помню сколько валялся в кровати пока не уснул. И как же я рад, что мама разбудила меня. – Что случилось!? – мама выглядела сильно напуганной, когда я взглянул на неё после пробуждения. – М-мама... Мне снова... – тело дрожало, волоски на теле стояли, а глаза были наполнены слезами, отчего лицо мамы я видел мутно. – О Боже, Джисон... – мама тут же выбежала из комнаты и через несколько секунд вернулась со стаканом, наполненным тёплой водой, – Мой Джисони... Мама никогда не трогала меня, потому что знала, что я боюсь этого. Она всегда помогала мне своими словми. Как же я люблю её. Она - самое близкое, что у меня есть. – Как ты себя чувствуешь? – спросила мама, когда мы сидели в кухне, наливая мне чай. Перед этим, в комнате, она снова говорила, что я ни в чём не виноват, принесла мне шоколадное печенье и апельсиновый сок. – Мне уже лучше... – Как же я переживаю за тебя, Джисон! Я вошла в твою комнату, а ты лежишь калачиком и дрожишь... Если такое случится ещё раз, то обязательно скажи мне, хорошо? Если что, я снова могу записать тебя к миссис Ким. – Мама, ты же знаешь, что я тебя безумно люблю? – мне так хотелось обнять её, но я просто не могу этого сделать. – Я тоже тебя очень и очень люблю. Если тебе что-нибудь будет нужно, скажи, я всё сделаю. – Хорошо, мама! Уснуть точно не получится, поэтому я решил сделать уроки. Сидя над учебниками, в голове крутились совсем не те мысли – формулы по алгебре стали совсем непонятными, будто я увидел их в первый раз. Только он был перед глазами... Прошло около полутора часов, как я сел за домашку, а продвижек никаких. – Хаа... – я прилёг на стол. За окном уже давно было темно. Глаза утопали в чёрной глубине неба, заставляя успокоиться. Несколько маленьких звёздочек поочерёдно сверкали, отчего глаза бегали от одной блестяшки к другой. Ночное небо действительно расслабляет меня каждый раз, когда в мою голову лезут тревожные мысли. Глаза, словно магниты, приковываются к нему и не хотят отлипать. Но сегодня не тот день, когда можно наслаждаться бесконечным полотном неба, уроки всё же нужно сделать. Я наконец смог исписать тетрадки благодаря спокойной музыке, которую включил на телефоне, и попытался уснуть. Не получилось. Обычно я всегда утопал в объятиях одеяла и сразу погружался в сон, но не сегодня. Голова была забита мыслями, которые всё не хотели вылазить из неё. Казалось, что я засыпал на пару минут и сразу же просыпался, а после снова не мог уснуть. Так и прошла вся ночь, длившаяся целую вечность. Будильник, который должен был разбудить меня в школу, не прозвенел, да и не особо он нужен был. Я не смыкал глаз несколько часов, поэтому видел, как на улице светает. – Ты чего так рано проснулся? Снова что-то приснилось? – мама сидела на кухне и пила чай. – Не мог уснуть несколько часов и вряд ли смог бы, – я сел рядом, – А ты что, печенье приготовила? Пахнет вкусно. – Да. Подумала, что утром у тебя будет плохое настроение, вот и испекла немного, – мама двинула тарелку с печеньем ближе ко мне, – Ладно, мне пора на работу. Напиши, если что. В школу не опаздывай, – она помахала рукой и ушла. Я вошёл в свою комнату. Кровать, которая становилась тёплой после каждой проведённой в ней ночи, была холодной. Простынь была помята сильнее, чем обычно, а одеяло скомкано и перекинуто на одну половину кровати. Беспорядок. Быстро всё заправив, я выдохнул и стал собирать рюкзак. Сон снова подступал к глазам, но если я сейчас прилягу, то либо снова не усну, либо усну и пропущу школу. Телефон, лежавший на столе, не включался, видимо зарядка села. Я накинул кофту, взял рюкзак, завязал шнурки кроссовок и вышел из дома. – Джисон? – послышалось где-то в подсознании. Я открыл глаза и увидел перед собой Хёнджина. – Ты чего? – он сидел на месте Минхо и поглаживал его подушку. – Ночью не мог уснуть, вот и клонит в сон. А сколько времени? – веки казались такими тяжёлыми, что глаза всё равно закрывались. – Ещё чуть больше получаса, можешь поспать. Только не на руках, – он ткнул себе на щёку, – у тебя отпечатки складок кофты. Вот, – Хёнджин кинул подушку мне, – спи. – Это же подушка Минхо. Вдруг он разозлится. – Бред. Он не станет злиться на тебя, поэтому спи. Я разбужу тебя, когда прозвенит первый звонок. – Хорошо... – я положил подушку на парту, обхватил её руками и голова плавно упала. Приятный аромат мяты, исходивший от подушки, сразу ударил в голову, отчего спокойствие распределилось по всему телу. Перед глазами появился размытый силуэт Минхо, сидящего у окна и наблюдающего за облаками, медленно плывущими по небу. Приятный запах вновь почувствовался где-то поблизости, поэтому веки задрожали и открылись. Минхо. Сидит на своём месте и, как я и видел его в своих мыслях, наблюдает за облаками. – О, проснулся? – Хёнджин положил телефон на стол. Минхо отвлёклся от окна и посмотрел на меня, а после на подушку, которую я держал в руках. – А... прости, я... – начал оправдываться я, но Минхо отвернулся. – Даже первый звонок ещё не прозвенел, – Хёнджин снова уставился в телефон, – Выспался? – Вообще нет. Но эта мятная подушка так успокаивает... – глаза плавно моргали, пытаясь уснуть. – Это всё благодаря Минхо. Сначала она пахла чем-то противным, но потом он стал кури... – Не болтай так громко, идиот, – Минхо повернулся к Хёнджину, – услышат же. – Да кто не знает, что ты ку... – он прижал свою ладошку к губам Хёнджина, чтобы тот замолчал. – Я пойду умоюсь... – я быстро встал и вышел из класса. Всё, что говорили учителя на уроках, я пропустил мимо ушей. Меня жутко клонило в сон, но я сидел и пыталася понять хоть что-то. После шестого урока был полдник, который я решил пропустить. – На, – Хёнджин, улыбнувшись, снова кинул мне подушку Минхо и пошёл в столовую, – он не против. Седьмым уроком был электив, на него не ходит полкласса. Он нужен был только тем, кто хотел сдавать обществознание. – Эй, Хан. Я медленно поднял голову и увидел Минхо. – Проснулся? – он лежал на парте, положив под голову кофту, – Уроки закончились. – Сколько времени? – я вытянул руки вверх, и тело начало набирать силу. – 15:19. – А ты тут... – Я не мог оставить подушку без присмотра. – Чего? – обычно она лежит на подоконнике и её никто не трогает, а сейчас он сидит тут и несёт какой-то бред. – Ты домой идёшь или нет? – Минхо уже направился к выходу из класса. – А... да... – я оставил подушку на своей парте и пошёл за ним. Я хотел завести с ним диалог, когда мы вышли из школы, но к нему подошли какие-то парни. – Ты чего так долго? – один из них закинул свою руку на плечо Минхо. – На допы ходил, а что, мой хён соскучился? – Минхо потянулся к парню и стал тереться своей головой о чужую. – Ай, Минхо! Говорил же не делать так! – Хён-хён, можешь поласкаться об меня! Чанбин-и очень хочет тебя обнять! – второй парень стал лезть обниматься с Минхо. Я шёл недалеко от них, пока они не зашли в круглосуточный. Кажется, это был первый раз, когда я увидел совсем другую сторону Минхо. Он выглядел очень весёлым вместе с этими парнями, я слышал его смех и видел то, как он дурачится с ними. В школе же он совсем другой: холодный, неразговорчивый и серьёзный. Вечером того же дня я решил сходить в магазин, чтобы купить рамён, а после сидеть в комнате, просматривая какой-нибудь фильм про жизнь подростков, и наслаждаться его вкусом. На входе в магазин я столкнулся с Минхо. На его лице была ссадина, а в руках он держал упаковку пластырей и пачку сигарет. – Минхо? Что случилось? – он взглянул на меня, выдохнул и ушёл, ничего не ответив. Я быстро открыл дверь, пробежался глазами по полкам с многочисленными вкусами рамёна, оплатил покупку и выбежал. – Минхо! – в воздухе почувствовался приятный запах мяты, сразу вскруживший мне голову, – Подожди! Он, кажется, и не думал останавливаться, поэтому всё так же шёл, оставляя за собой быстро растворяющееся в воздухе облако ароматного дыма. – Эй! – я наконец догнал его, – Что у тебя с лицом? – Разве тебя это касается? – он остановился и выдохнул облако мне в лицо. – Кха-кха! – руками я стал разгонять воздух, – Ты чего творишь!? – Может ты уже останешь от меня? Прицепился, как жвачка под парту, – быстрым шагом он направился в сторону дома. – Что это за сравнение... – я быстро догнал его, – Почему ты не хочешь со мной общаться? Неужели я тебе настолько неприятен? – Слушай, Хан, – он снова выдохнул. – Почему ты называешь меня по фамилии? – я перебил его. – Почему ты продолжаешь разговаривать со мной? – он проигнорировал мой вопрос и задал свой. – Я действительно хочу быть твоим другом и вовсе не считаю тебя каким-то хулиганом! Я не знаю почему, но ты... притягиваешь меня и твой аромат мя... – Что за... Ты хоть сам понимаешь, что говоришь? – в этот раз перебил он. Я опустил голову и ничего не ответил. – Хаа... Терпеть не могу геев. – тихо произнёс он и ушёл. – Я не гей. Конечно, этих слов Минхо не услышал, да и ладно.