Приручить школьного хулигана

Walk Em Like a Dog. Saucy Santana.

– У нас новенький будет. Эти слова Феликса врезались в уши Минхо с особым удовольствием. Начало года обещает быть интересным, ведь, кажется, в их классе не было новеньких уже пять лет. А все из-за того, что люди боялись только одного: Ли Минхо – школьный хулиган, с властью которого не может справиться даже директор. А всё потому что его родители – важные шишки для школы и без них, фактически, большей её части бы не было. Они вложили огромное количество денег в учебное заведение, поэтому просто не имеют права отчислить их сына. А Минхо начал свою зверскую деятельность в восьмом классе – до этого он был ангелом воплоти. Но окружение буквально сломало его доброту, превращая в человека, что срывает уроки, курит, вступает в драки, ломает школьный реквизит, зная, что родители всё загладят. Только было одно, из-за чего многие слегка уважали Минхо – он никогда не прикасался к девушкам. Ни разу его не видели за плохим отношением с однокласснице или наоборот приставаниями к девушкам. И из-за этого с ним смог подружиться Феликс – самый добродушный и милый человек, кажется, во всей школе. Некоторые задумывались.. А как, чёрт возьми, главный кошмар директора и самый ангельский человек смогли подружиться? Да ещё и так успешно. Но ответ лежит на поверхности. Феликс хочет сделать из Минхо вновь того доброго и милого человека, кем был он раньше. Несомненно, они дружат ещё с начальной школы, но именно в старших классах их взаимоотношения достигли самого высокого уровня. Если считать со стороны дружбы. А вот со стороны любви.. Минхо не влюблялся за всю свою школьную жизнь ни разу, хоть и был уже не девственником в свои-то семнадцать лет. Потому что большинство девочек, которые начитались любовных романов, просто ложились под него толпами. Они влюблялись в образ хулигана, холодного принца, которого, якобы, смогли растопить своей уникальностью. Но никто из них не был рядом с ним даже до утра. Эти девушки даже не задумывались, что за всей этой маской, которую можно чем-то расколоть – скрывается покладистый и милый Минхо, готовый на всё, ради человека, который ему нравится. Только была одна загвоздка. Девушки его не интересовали от слова совсем. И понял он это только после того, как переспал с тремя. Да, этот поступок неправильный и грязный, но кто может его судить? И новость о новеньком его приятно удивила. Это была возможность познакомиться с новыми лицами, возможно, набрать в их небольшую компанию, состоящую из Минхо и Феликса и его парня, который часто был с ними. Но, как только начался урок, Ли понял, что ни за что, не при каких обстоятельствах он не должен оказаться с новеньким в одной компании. – Здравствуйте, дуралеи мои, – говорит их классный руководитель, вздыхая и поправляя очки. Рядом с ним стоит высокий парень с худым телосложением. И, мать его, просто божеской внешностью: пухлые, розовые губы, которые просто вынуждают взять их владельца за галстук и впиться в них жадным поцелуем; острые, глубокие карие глаза в которых поблёскивает свет из окна; точёные, ровные скулы и привлекательная родинка под глазом. Да он ёбанный Аполлон. – Знакомьтесь с вашим новым одноклассником. – Здравствуйте, я Хван Хёнджин, – он коротко кланяется и, кажется, все девочки готовы попадать со своих стульев от его красоты. Это можно было понять по тому, как класс оживился, зашептался и восхищённо ахнул. И Минхо был вместе с ними. Потому что он буквально залипает на новеньком, не отводя глаз. Даже Феликс рядом покосился на Минхо с подозрением. Слишком уж странно для человека, который вылизывает взглядом только своё отражение в зеркале, но никак не других людей. – Прошу, покажите, что у вас есть ещё хоть немного адекватности. И, убедительная просьба, Ли Минхо, – классный руководитель поворачивается на Минхо и только тогда он отводит от Хёнджина взгляд, обращая внимание на мужчину. И нет, конечно это было не потому что Хван посмотрел на него в ответ. – Хотя бы один день веди себя спокойно, чтобы с самого начала не запугать нашего новенького. – Ну, раз уж вы так настаиваете, – Ли закатывает недовольно глаза, вызывая смех у класса, и ловит тяжёлый вздох учителя. – Так, Хёнджин, насколько я знаю, ты дружишь с Ханом, – мужчина вновь поправляет очки. – Поэтому садись пока к нему, чтобы тебе было комфортно. А Чонин пусть садится к Сынмину. Все равно он за последней партой один сидит. – Хорошо, спасибо, – и милая улыбка. Минхо просто растаял от того, как Хёнджин улыбнулся. Но застыл на месте, когда вновь встретился с ним взглядом, спешно отворачиваясь только после осознания. – Минхо, с тобой все нормально? Ты чего такой странный? – Феликс склоняет к нему свою голову и видит, как покраснели щёки Минхо. Он буквально весь сжался на стуле, поднимая дрожащую руку вверх, чтобы обратить на себя внимание учителя. – О боже, неужели.. – Молчи, – Ли буквально затыкает его, смотря на бугорок, который выпирает из чёртовых чёрных брюк. Каким образом он смог возбудиться только от одного взгляда на этого Хван Хёнджина?! Несомненно, тот божественно красив. Но не настолько, чтобы его дружок вставал в боевую готовность только после того, как они встречаются взглядами. Так Минхо точно не протянет долго.

🦮🦮🦮

После позорного передёргивания в туалете, Ли еле как просидел целый урок, игнорируя то, насколько ватными были его ноги, а уши красными. Он всеми силами пытался не смотреть на Хёнджина, но взгляд сам тянулся к нему. И каждый, мать его, раз Хван уже смотрел точно на него. И стоило их глазам пересечься, как сердце начинало биться чаще, а щёки краснеть словно алый помидор. Этот парень творит с ним страшные вещи. И он понимает, что если не получит это тело в ближайший час – то начнет грызть собственную ногу. Поэтому, только прозвенел звонок, как Минхо подскакивает со своего места, на что ловит удивлённый взгляд Феликса. Так быстро он ещё от него не уходил. Ли, сам не понимая как делает это настолько уверенно, подходит к Хёнджину, что спокойно убирает учебники в рюкзак. Но, видя боковым зрением замешкавшегося Минхо, оборачивается, приподнимая одну бровь. – Ты же Хёнджин, верно? – Ли пытается всеми силами унять дрожащий голос. Но, стоило Хёнджину скользнуть по нему взглядом, как руки затряслись пуще прежнего. Почему он реагирует на него как влюбленная школьница из дорамы?! А как же образ грозного, холодного парня? – Не хочешь сесть вместе со мной? Хван молчал. Но сзади стоял Джисон – парень Феликса – с подозрительным прищуром. И только Хёнджин хотел приоткрыть свои пухлые губы, чтобы что-то сказать, как Хан хватает его за плечо и тянет на себя, а после шепчет что-то на ухо. Минхо хмурится, оглядывая этих двоих изучающим взглядом. «У них заговор против него?» – Минхо, так ведь? – Хёнджин вдруг откашливается и Ли замечает довольную улыбку Джисона сзади. – Да, Ли Минхо, – он снова направляет взгляд на Хвана, сжимая руки в кулаки. – Не хочу, – только и ответил Хёнджин, а после развернулся и ушёл в коридор. В Минхо как будто букетом цветов прилетело, который он сам только что подарил. А потом ещё и обжигающая пощёчина. Неужели, с его-то внешностью, Ли отвергли? – Ну что? Отшил? – восклицает вдруг сзади Феликс и Минхо со вскриком подпрыгивает, выпучивая на него глаза. – Как ты здесь оказался?! – Я всё это время сзади стоял, – Ёнбок изогнул бровь и похлопал невинно глазами. А потом одну руку поставил на чужое плечо и вздохнул. – Хочу тебя разочаровать, но, чтобы добиться внимания Хёнджина, тебе нужно будет побегать за ним. – По.. бегать? – Минхо нахмурился и обернулся на Феликса, ожидая полного ответа. – Не зря же я с Джисоном встречаюсь, – он подмигнул и посмеялся, а после продолжил со своей хитрой улыбкой. Они реально сговорились?! – Они с Ханом уже как шесть лет дружат, только года два назад Хёнджин переехал в Пусан на некоторое время. Хван ещё в прошлом году хотел перевестись к нам, но были проблемы с переездом. – А я как с этим связан? – Минхо усаживается на парту, совсем забывая, кто на ней сидит. Хотя, возможно, он сделал это специально. – Хёнджин ещё тогда на тебя планы строил, – от чужой реакции Феликс только прыснул от смеха, видя эти расширенные в несколько раз глаза. – Джисон показывал ему твои фотографии. Но потом рассказал Хвану, чем ты у нас прославился в школе и он сказал, цитирую: «Я приручу этого Минхо так, что он будет за мной собачкой бегать». – Чего?! – у Минхо глаза из орбит вышли от услышанного. Уши покраснели до невозможности. А перед глазами эта картина.. Хёнджин, такой прекрасный, держит в своих тонких, фарфоровых руках конец поводка, а Минхо сидит на коленях перед ним с чёртовым ошейником на шее. Ох, блять. – Пиздец, – только и говорит Минхо. – Я добьюсь его задницы, обещаю. – Фу, Минхо! – Феликс сморщился, брезгливо дёрнувшись.

🦮🦮🦮

– Хёнджин, а что если это не сработает? – Джисон шёл рядом с Хёнджином, что только довольно улыбался во все тридцать два зуба, по школьному коридору. Только что произошёл первый пункт их плана под названием: «Приручить школьного хулигана». – Что не сработает? – он взглянул на Хана. – Ну.. весь этот план с тем, что он будет за тобой бегать, – Джисон слегка неуверенно говорил, ловя на себе непонимающий взгляд Хёнджина. – Джи, он буквально после одного моего взгляда побежал в туалет, – он изогнул бровь, заставляя Хана посмеяться от воспоминаний о том, как Минхо, прикрывая свой бугорок на брюках, выходил из класса с красными ушами. – Ещё месяц и он будет готов прогнуться под меня. – Оставь меня без подробностей вашей будущей сексуальной жизни, пожалуйста, – Джисон мучительно простонал, не желая выслушивать этот грязный поток мыслей. А у Хвана они точно будут похуже, чем у самого Минхо.

🦮🦮🦮

Как и ожидалось – вся последующая неделя Минхо прошла только в мыслях о Хёнджине. Он чувствовал себя мартовским котом, который просто нуждается в развитии своей половой жизни. И часа не прошло без мысли о том, как Минхо бы мог целовать, боготворить тело Хвана, трахать до звёздочек в глазах. Ему хотелось прикоснуться рукой и губами к его нежной коже, оставить на ней тёмные метки с красным отливом, чтобы показать всему миру: «Этот парень принадлежит только чёртовому Минхо». По окончании целой недели он всё таки смог добиться того, чтобы сидеть вместе с Хёнджином. Точнее, за них всё сделали их друзья. А всё потому что два влюбленных голубка – Джисон и Феликс – хотят уединения от своих друзей хотя бы на скучных уроках. И весь класс после этого смущало то, как подозрительно они ёрзают на стульях с розовыми щеками. Но никто даже не смел узнать, чем Джисон с Феликсом там занимаются. Психика ещё дорога. Только вот, идея того, чтобы сидеть с Хваном только усугубила всю ситуацию. Теперь, когда Хёнджин находится слишком близко к нему, Минхо совсем не может сдерживать порыв прямо на уроке прижать его в хлипкой парте, чтобы выбить желанные стоны из пухлых губ. Хван был холоден к каждому действию, но, чёрт возьми, при этом был ещё и безумно сексуальным, даже когда всякий раз откидывал руку Ли от своей. Он видел, как демонстративно тот расстёгивал пуговицу на своей рубашке, имитируя то, что ему жарко. Как водил по своей тонкой шее изящными пальцами, обводя выступающий кадык. Как всякий раз, «совсем случайно», задевал ногой чужую, а потом и вовсе клал на бедро Минхо свою руку, делая вид, будто опирается на него для удобства, а потом то, что это получилось по случайности. А Минхо всякий раз думал, что не выдержит и секунды рядом с этим чёртом. Готов был уже лезть на стену, лишь бы сделать что-нибудь с собой. На второй неделе Ли открыто стал давать признаки внимания. Сначала это был небольшой обед для него с милым оформлением, который он оставил с запиской сверху у него на месте: «Покушай моей любви, милый Хён-и». Но, увидев, что Хёнджин даже не притронулся к еде, а наоборот, отдал её Джисону, Минхо понял, что таким его уж точно не взять. «Не всегда путь к сердцу мужчины лежит через желудок» – ветром пролетело в голове. После небольшого разочарования был огромный букет, состоящий из сто одной алой розы, что ему доставил курьер прямо до двери. К счастью, Джисон любезно согласился сказать его адрес. Вечером Минхо получил короткое сообщение от Хёнджина: «Спасибо за букет. Я не люблю красные розы», а потом ещё час выпрашивал у Джисона информацию о том, какие у него любимые цветы. Возможно, это нужно было сделать раньше. Но, оказывается, любимые цветы Хёнджина – белые розы. – О боже, – вздохнул Минхо, заказывая ещё один букет. Уже из двести одной белой розы, чтобы вновь загладить свою вину. На этот раз, в двойном размере. Родители, тем временем, пытались выпытать, куда уходят такие дорогие букеты, что заказывает их сын. И только после этих цветов он получил: «Спасибо за белые розы.. Я люблю их. Встретимся в школе». Ли был на седьмом небе от счастья и ещё весь оставшийся день ходил приземлённым и счастливым. На следующий день после этого инцидента Хёнджин даже разрешил коснуться его руки, сплетая их пальцы вместе, а потом Минхо ещё и поймал короткую улыбку на его лице, от чего покраснел ещё больше. Ох, этот парень.. просто сводит с ума. После этого Ли каждый вечер заказывал по одному букету домой Хвану. Третья неделя прошла как на духу. Минхо всеми силами показывал свою симпатию – заказывал цветы и еду, говорил ему вечные комплименты и лез с тактильностью, в попытках получить хоть каплю внимания, что так усердно скрывает от него Хёнджин. И, со всей этой беготней, Минхо совсем забыл про то, кем на самом деле является. Не романтиком, который утопает в своей симпатии, а грозным и холодным хулиганом. По школе уже поползли слухи, а в классе все были уверены, что Хёнджин с Минхо встречаются. Таким нежным, заботливым, внимательным и.. влюблённым – его не видел никто. И, в один из таких плаксивых попыток выпросить у Хвана ласку, тот поворачивается и спрашивает с серьезным видом. – Что тебе нужно, Минхо? – Хёнджин как всегда холоден, но в его голосе читается доброта и мягкость. – Ты мне нужен, – слезливо проговаривает Минхо, растекаясь у него на плече прямо во время урока. Ногой он потирается о чужую, а рука пытается нащупать хванову, чтобы сцепить их вместе. – Что бы ты меня трахнул и бросил? – буркнул Хёнджин и Ли поднялся, заглядывая в его глаза своими щенячьими. – Я никогда так не сделаю, Хён-и! Я очень хочу тебя, правда, – бормочет ему на ухо Минхо и на лице Хвана растекается довольная улыбка. – Я готов сделать все, что хочешь для тебя. Он добился своего. Он буквально приручил школьного хулигана Ли Минхо к себе. – Тогда сегодня я буду ждать тебя у себя дома. Ровно в шесть часов, – стоило звонку с последнего урока прозвенеть, как Хёнджин хитро улыбнулся и встал со своего места. Но только потом оставил лёгкий поцелуй прямо на губах Минхо. – Не скучай. И ушёл, оставляя Ли в ступоре. О боже да. Минхо наконец-то добился своего. Добился Хван Хёнджина. Точнее Хёнджин посадил его к себе на поводок.

🦮🦮🦮

Весь день до вечера Минхо провёл словно на иголках – приводил себя в порядок, носился по квартире и молился Богу, чтобы всё прошло просто идеально. Ни разу не было у него такого. А всё потому что Хёнджин сводит его с ума. Одним только своим присутствием, ароматом духов, который он выучил наизусть, каждым вздохом. Минхо готов хвостиком бегать за ним, чтобы получить внимание именно от этого человека. Он ощущал себя словно под гипнозом и так не хочется из него выбираться. Поэтому сейчас Ли стоит перед дверью нужной ему квартиры и стучится несколько раз, покачиваясь из стороны в сторону. Внутри слышится знакомый голос, который придаёт некой уверенности. – Открыто! Минхо судорожно вздыхает, поправляет свои волосы, пятернёй зарываясь с них, и дёргает ручку. Действительно не заперто. Он делает шаг внутрь – кромешная темнота, которую разрушает только приглушённый свет одной из комнат, выглядывающий сквозь дверной проём. Закрывая за собой дверь, Ли вдруг слышит рядом тихие шаги. – Хён-и? Последнее, что Минхо успевает сказать, прежде чем на его шее быстро что-то закрепляют. Непонятный предмет слегка сдавливает глотку, заставляя дыхание стать тяжелее. Слышится лязг цепи и вновь щелчок, но уже прямо перед ним. Только тогда Ли смог разглядеть перед собой нечёткий худой силуэт, сразу понимая, кто это может быть. – Хороший мальчик, – знакомый голос Хёнджина прямо перед ним заставляет пульс подняться в несколько раз, вызывая лёгкий тремор рук. – Пойдем. Минхо делает шаг вперёд и чувствует, как что-то тянет его за собой. Очевидно, это был Хван. Но только он не мог понять, что вообще происходит. И стоило им ступить к порогу слабо освещённой комнаты, как Минхо увидел и осознал. На его шее был ошейник, а от него ползла вниз железная цепь, конец которой находился в руке Хёнджина все это время. Хван выглядит просто по-божески: белоснежная рубашка из тонкой ткани, которая совсем ничего не скрывает, так ещё и расстёгнута на несколько пуговиц, а также короткие чёрные боксеры, совсем не прикрывающие всё, что нужно. Его волосы растрёпанные, а губы распухшие, расплываются в улыбке. – Садись, – Хёнджин глазами указывает на небольшой стул, что стоит прямо напротив постели. И Минхо беспрекословно выполняет. Хван не спешит предстать его взору снова, наоборот, заходя за спину. Сзади слышится копошение, открытие шкафа, а после он чувствует прохладные руки на своих запястьях, что тянут их назад. Ли услышал только щелчок прежде чем осознал, что Хёнджин сковал его запястья наручниками за спинкой стула. – Ничего объяснить мне не хочешь? – Минхо поднял одну бровь и стал наблюдать за Хваном. Он с довольной улыбкой обходит Ли и садится на кровать напротив, придерживая зрительный контакт. – Ты думал я просто так прогнусь под тебя? – Хёнджин поднял одну из ног, раздвигая ею чужие. – О нет, тебе нужно будет заслужить возможность трахнуть меня. Не успевает Ли что-то ответить, как ступня Хвана ложится на стул и ощутимо надавливает на пах, выбивая короткий скулёж. Цепь наручников дёрнулась, раздаваясь лязгом по всей комнате. Ошейник давит на горло, пока Хёнджин тянет его на себя, при этом пригвоздив само тело к стулу. Полное издевательство. – Какое прекрасное зрелище, – Хван хмыкает и вновь с силой давит на бугорок штанов Минхо, заставляя того плаксиво замычать, запрокидывая назад голову. – Зачем ты это делаешь? – на судорожном вздохе спрашивает Ли, закусывая губу до лёгких ранок, что затянутся за пару дней. – Зачем я это делаю? – вторит Хёнджин, а на его лицо ползёт хитрая улыбка. – Плохих мальчиков нужно наказывать. После этой фразы последовало вновь сжатие члена стопой. Минхо попытался свести ноги или наоборот поддаться вперёд, чтобы получить больше удовольствия. Но ни первого, ни второго у него не вышло, ведь всякий раз, как Ли ёрзал – слышался характерный шик от Хёнджина, говорящий о том, чтобы он прекратил. Вся ситуация просто сводит с ума, путает мысли в один большой ком, заставляя сосредоточиться только на ощущениях и чувствах. Это бо́льшая пытка, чем все три недели, которые Ли потратил на то, чтобы добиться внимания Хёнджина. Потому что сейчас он сидит прямо перед ним в одной рубашке и боксерах, а Минхо даже прикоснуться не может, после стольких долгих страданий. – Тебе так нравится нервировать директора? – Хван тянет цепь ошейника на себя, заставляя Ли поддаться торсом вперёд. – Почему тебя это так волнует? – Минхо взглянул прямо в глаза Хёнджина. Они освещены лишь маленьким ночником в углу комнаты, что обрамлял своим светом все его лицо. Красивый. – Мой дядя – директор, – от этой информации Ли вскидывает брови в удивлении и одновременном стыде. То есть, все это время, теоретически, он создавал проблемы семье Хёнджина? О боже. – И он очень недоволен твоим поведением. – Ты серьезно.. – не успевает договорить Минхо, как Хван вновь тянет цепь ошейника на себя, наматывая на руку. Горло сдавливает словно тяжёлые тиски, перекрывая кислород. – Серьёзно, Ли Минхо, – голос Хёнджина опустился на несколько октав ниже, от чего стал ещё более сексуальным. Он просто давил своим положением, пользуясь тем, что Минхо готов сделать все, что угодно ради него. И это им двоим так до невозможности нравится. Ли нравится быть на поводу у Хвана, а Хёнджину нравится держать этот поводок в своих руках. – И я, как его любимый племянник, сделаю всё, чтобы ты как следует извинился и искупил свою вину. Для этого я буду использовать свои методы, раз мой дядя никак не может повлиять на тебя. Ох блять. – И что ты хочешь заставить меня сделать? – Ли сглотнул вязкую слюну и словил взглядом широкую улыбку Хёнджина. – Узнаешь, – с этими словами он поднялся с постели, шагнув к Минхо. Тот только вздохнул от того, что это невыносимое давление на пах и горло закончилось, но не все было так просто. Хёнджин точно не остановится на этом. Он хочет выжать из Ли абсолютно все соки, чтобы вбить в его голову этот мучительный урок. – Хочешь поцеловать меня? – Очень хочу, – уверенно отвечает Минхо и видит, как Хёнджин усаживается ему на колени, наматывая поводок на руку ещё больше, сокращая длину. – Извиняйся и я подумаю, можно ли тебе меня поцеловать, – Хван улыбается уголками губ и тут же сокращает короткое расстояние между ними, оставаясь в нескольких сантиметров его лица. Но не смея целовать Минхо. Не заслужил. – Прости, – он прошептал на вздохе и тут же всхлипнул, почувствовав, что Хёнджин толкнулся бёдрами вперёд, потираясь своим пахом о его. Боже, так он точно не выдержит долго. – Ещё раз. – Прости, – вновь толчок, который выбил из Ли скулёж. Губы слегка подрагивают, а глаза зажмуриваются. Он хочет сделать хоть что-то: сводит ноги, дёргает руками и от этого получает только звон наручников. Все попытки остаются безуспешными. Поэтому остаётся лишь терпеть всё это, пока Хвану не понравится. – Ещё раз. – Прости, – вновь толчок, из-за которого Минхо подмахивает бёдрами, тут же получая по ним звонкий шлепок. – Ещё раз. И не смей двигаться, это твоё наказание. – Прости, – Хёнджин трётся ощутимо сильнее, чем в прошлые разы. Минхо подминает губы под себя, чувствуя тяжёлый вздох на них. – Старайся усерднее, Минхо. Ты что, не хочешь моего поцелуя? – Хван немного отстраняется и заглядывает в глаза Ли. На их уголках сверкают маленькие слезинки, а сами они полны желания. Желания взять и выебать Хёнджина, который так нагло сейчас пользуется им. – Ещё раз. – Прости меня, Хван Хёнджин, – на одном дыхании бормочет Минхо и слышит одобряющее хмыканье Хвана. – Хороший мальчик, – и поддаётся вперёд, к раскрытым губам Ли. Хёнджин сам хочет этого. Он соврёт, если скажет, что всё то время, пока они были незнакомцы – Хёнджин не сталкерил все его соц-сети с ненастоящего аккаунта. Соврёт, если скажет, что никогда не представлял Минхо. Он представлял. Во всех позах и на всех поверхностях: развратным, горячим и таким нуждающимся в его заднице. Ему хотелось сломать этот образ грозного и холодного хулигана, потому что самого начало он был уверен, что Ли не такой. Минхо – его личный фетиш. И вот, когда ему удалось коснуться губ Минхо – Хёнджин невольно простонал прямо в поцелуй. Это было требовательно, жарко и мокро. Намного лучше, чем это происходило в фантазии их двоих. Минхо вылизывал весь чужой рот, толкался языком внутрь, забирая всю власть себе. Изначально Хёнджин не противился этому, наоборот плавился под всеми действиями, но осознал, что инициатива должна быть именно у него. Хван оторвался от поцелуя с громким чмоком. – Не забывай, что ты всё ещё в наручниках и с ошейником на шее, – Хёнджин дёргает цепью поводка, сдавливая чужое горло ошейником. – Ты полностью под моей властью, Ли Минхо, и никак иначе. – Как скажешь, детка, – вздыхает Минхо, не смотря на то, что сам начинает довольно улыбаться. Хван фыркает и вновь впивается в чужие губы поцелуем. На этот раз всё было под контролем Хёнджина и это не могло не заводить ещё больше. Он ручками потянулся к кармашку на своей рубашке и достал небольшой ключ. Минхо на это действие не обратил внимания, утопая в сладком поцелуе. А Хван, тем временем, пополз ладошками к наручникам и отстегнул одну руку, давая Ли половинчатую свободу. Но Минхо не воспользовался ей. Потому что он хороший мальчик. – Идём, – Хёнджин наконец отстраняется от Ли и тот облегчённо вздыхает, понимая, что одна часть пытки закончена. Руки уже ныли от постоянного давления. На них наверняка останутся следы, но это было достаточно терпимо. Что не скажешь про шею. Минхо казалось, что она скоро заставит голову отвалиться и прокатиться по полу. Но он не жаловался. Потому что то, как Хван сдавливает горло всякий раз, когда только этого захочет – доводило до дрожи в коленках. Хёнджин ведёт Минхо за собой, утягивая на себя поводок, и заставляет встать напротив кровати. Куда он тут же опрокидывает Ли, заставляя лечь на спину. А сам забрался на него сверху, усаживаясь на пухлых бёдрах. – Дай сюда руки, – Хван вновь закрепляет запястья Минхо наручниками, а ключ кладёт обратно в карман, заставляя парня под собой судорожно вздохнуть. Только что он потерял последнюю надежду на то, что сегодня сможет потрогать тело Хёнджина. – Если будешь послушным мальчиком, то в следующий раз я дам тебе насладиться мной сполна. Хван играл с ним. Дёргал за тонкие ниточки его терпения, разрывая каждый раз со звонким звуком. Пока не останется самая последняя, что и станет точкой невозврата его нервов. Хёнджин хотел бы, чтобы Минхо взял его силой. Он видит эти мускулы, вены на руках, набухшие от постоянных тренировок, потёртые костяшки пальцев из-за драк и множество шрамов, – и просто сходит с ума. Хвану нравится наблюдать за тем насколько покладистым становится Ли, когда находится именно с ним. Даже с Феликсом никогда не было от него такой.. нежности и послушности. Скорее наоборот. Он пытался выставить себя непробиваемой горой, у которого самовлюблённость льётся через край. И, как только Хёнджин сломал все стены его жизни и ворвался в неё, растаптывая гордость Ли своими изящными ножками, – открылась совершенно новая сторона. Которую он покажет только лишь Хвану. Ведь именно Хёнджин смог нацепить на Минхо ошейник и заставить извиняться до тех пор, пока Хван не оценит его старания. – Хён-и, – слезливо скулит Ли, когда Хёнджин вновь начинает ёрзать на чужом паху, расположив руки на его грудь. – Что такое? – Хёнджин протягивает словно кот. Он настоящий демон, чьи пытки настолько прекрасны, что Минхо боится просто кончить в трусы от простого трения. Хван опускается к нему, слегка сжимая чужую грудь в своих длинных пальцах, а после шепчет в самые губы. – Минхо хочет свой член в моей заднице? Ли быстро кивает несколько раз, вызывая у Хвана искренний смех. Было забавно наблюдать за тем, как такой грозный парень так умоляюще просит и толкается бёдрами вверх, чтобы получить хоть грамм желаемого удовольствия. – Обещай, что больше не будешь доставлять проблем моему дяде, – Хёнджин еле ощутимо касается губами чужих, водит вверх вниз, задевая каждую розовую подушечку, в ожидании ответа. – Обещаю, Хён-и, я больше никогда не доставлю проблем господину Хвану, – на одном дыхании бормочет Минхо, борясь с желаем поддаться вперёд и впиться в чужие губы желанным поцелуем. – Уверен? – несколько кивков Ли и Хван хмыкает, оставляя лёгкий чмок на губах. – Так уж и быть. Но если ты обманешь меня и это продолжится – я больше не заговорю с тобой. Минхо не ответил. Он лишь сглотнул ком нервов, вставший поперек горла и неуверенно промычал в знак согласия. Это просто игра с огнем. Потому что если Хёнджин ещё раз двинет своей чёртовой – но такой блядски сексуальной – задницей по паху Ли, то он просто кончит с штаны, даже не прикоснувшись к себе напрямую. И этот факт заставляет скулить. Хван, тем временем, спускается с чужих бёдер, наблюдая за тем, как вздымается и опускается грудь Минхо. Хотелось её увидеть без одежды. Поэтому уже через пару секунд ручки Хёнджина расстёгивают чужую чёрную рубашку, избавляясь от каждой пуговицы, что скрывает такой идеальный торс. Он несколько раз проводит по, почти неощутимым, кубикам пресса, ведёт пальчиками к груди и останавливается, поднимая взгляд на Минхо. Он уже не просит. А умоляет сделать что-нибудь с ним. И Хёнджин не имеет права отказать. Он тянется к ширинке на чужих брюках. Видимо, они были школьными, судя по тому, что на них остались отпечатки замазки, которую Феликс всегда носит с собой. Расстёгивая и спуская их с Минхо, Хёнджин ловит взглядом то, насколько он расслабился. Только его мучения на том, что было ранее, не заканчиваются. Ли запрокидывает голову вверх, когда чувствует, что влажный язык Хвана касается его члена через боксеры, а после размашисто проводит по всей длине. Одна из рук так же трёт возбуждение через одежду, заставляя Минхо скулить и закатывать глаза от удовольствия. – Хён-и, прекрати.. – бормочет Ли сквозь тихие всхлипы. На самом деле ему до одури приятно. Но он не покажет этого ровно до того момента, пока Хван не сядет своей подтянутой задницей на его член. – Если ты так просишь, – Хёнджин зверски улыбается и всё же стягивает с Минхо трусы, выкидывая на пол. Все равно они нуждаются в стирке, так что грязные половицы будут им не помеха. Ли старается наблюдать за чужими шустрыми ручками, но за пеленой возбуждения, что пускает адреналин по всему телу, совсем ничего не видно. Пока он пытался сфокусировать свой взгляд, Хёнджин уже сбросил с себя боксеры, и принялся расстёгивать белоснежную рубашку. Она быстро сползла с худых плеч и упала куда-то на постель ненужной вещью. – Ты безумно красивый, – вздыхает Минхо и Хван ощутимо краснеет, не в силах сдержать яркую улыбку. Конечно, он слышал это от множества людей, но услышать те же слова от объекта своих симпатий – особое наслаждение. – Спасибо, – хихикнул Хёнджин, осматривая Ли с головы до ног. Он мог бы сказать так же про него, но боится, что разрушит свой образ наглого и язвительного мальчишки, который смог «нагнуть» плохого парня. Поэтому всё, что Хван делает – тянется к ягодицам, заводя руку за спину. И не нужно забывать, что все это происходит прямо на бёдрах Минхо. Он кладёт руку на грудь Ли для того, чтобы просто не рухнуть из-за дрожащих ног, а после с громким хлюпом достаёт из себя чёрную пробку, всхлипывая. – Сколько ты пробыл с ней? – Минхо приподнял брови в удивлении, пытаясь понять, как тот вообще смог выдержать такое давление без единого лишнего звука. – Весь вечер, – с придыханием отвечает Хёнджин, сглатывает вязкую слюну, а после выкидывает мокрую пробку на постель. И плевать на то, что простыни испачкаются. Сегодня наверняка они будут измазаны в очень разных жидкостях. – Поразительно, – Минхо хлопает глазами, пытаясь понять то, сколько времени Хван пробыл с ней внутри. Радость была в том, что не нужно тратить времени на растяжку. Ведь, если они потратят ещё минут десять на это – Ли отключится от перевозбуждения. Хёнджин тянется к своей подушке и достаёт оттуда презервативы, вместе с небольшим тюбиком персиковой смазки. Готовился. Он дрожащими ладошками разрывает контрацептив, выкидывая ненужную упаковку на кровать. Опуская глаза, Хван встречается с чужим членом. Достаточно толстым и длинным. Особенно для подростка. На секунду тот даже задумался о том, а поместится ли это в него. Но отбросил сомнения, когда вспомнил то, что пару месяцев назад решил немного поэкспериментировать и принял в себя игрушку овальной формы. Было очень вязко, грязно, но приятно, ведь она давила на все чувствительные точки внутри. Сметая эти мысли, он натягивает резину по всей длине органа, обводя пальцами набухшие венки. От этого Минхо задрожал. А Хёнджин открывает крышку смазки и облегчённо выдыхает, будто это было непосильным делом всей жизни. – Уверен, что готов? – Ли искренне переживает, но, ловя улыбающийся взгляд Хвана, который всем своим видом говорит: «Ты серьезно?» – тут же замолкает, наблюдая за процессом. Хёнджин делает несколько глубоких вдохов и смазывает орган полностью розовым лубрикантом для большего скольжения. Сердце бешено стучит, а его собственный член дёргается в нетерпении наконец-то получить желаемое. Перед всем этим Хван не касался себя целый месяц, чтобы ощутить все эмоции от процесса. Это было сложно и немного мучительно, но определённо стоит того. Он берёт чужой член в руку, приподнимает бёдра, и направляет головку ко входу. Другая ладошка сжимает чёрную рубашку Минхо, не заботясь о том, что может оставить затяжки. Сейчас его беспокоит только то, как легко входит почти половина органа. Оба парня глухо стонут, а Хван сводит брови к переносице, постепенно опускаясь. Минхо дёргает цепью наручников в попытке разорвать её и как следует насладиться всем. Оставить укусы и поцелуи по всему чужому телу, потрогать даже в запрещенных местах, и трахать, трахать, трахать. Но всё, что ему остаётся – терпеть то, как Хёнджин медленно принимает в себя орган, громко вскрикнув от того, как хорошо тот раздвигает податливые стенки. – Минхо-о, – тянет Хван и опускает голову, закрывая лицо мягкими волосами. Он кусает губы, пытаясь выровнять дыхание. Но, отбрасывая попытки, начинает двигаться. Хёнджин первый раз приподнимает бёдра и с хлопком опускается, выбивая сладкий стон из Минхо. Он дрожит под ним, дёргает запястьями, натирая. А Хван ловит искру азарта, улыбка натягивается на лицо и за первым толчком следует второй, третий и дальше.. Комната вся заполнена громкими стонами, что оба парня совсем не скрывают, полностью отдавая себя в то, что происходит. Хлюпанье обильного количество смазки отходит на второй план. Но больше всего преобладают чувства, что льются через край и растекаются по всему помещению сладким запахом. Возможно, это является лишь самовнушением, но никто из них не хочет отрицать этого. Хёнджин с каждым разом всё больше увеличивает темп. Ягодицы поднимает и опускает, толкаясь головкой прямо в простату. Спина уже хрустит от того, как часто он её выгибает, в попытках справиться с стимуляцией чувствительного места. Он смотрит на Минхо. У него влажная чёлка падает на лицо, красиво подчёркивая острые черты лица. Грудь вздымается от слишком частого дыхания, из-за чего рубашка всё больше спадает, открывая вид на подтянутое тело. Ли стонет и закатывает глаза, шепча одними губами имя Хёнджина. – Минхо! – Хван выгибается в спине, когда вдруг чувствует руки у себя на органе, что быстро надрачивают в такт толчкам. «Все так-и дотянулся» – проносится мысль и смешивается с ветром в голове, становясь одним большим месивом. Хёнджин стонет громче, чем когда-либо, чувствует, как по шее стекают капли пота, а из собственной головки сочится предэякулят в огромных количествах. Он тянется руками к соскам Минхо и играет с ними, оттягивая и потирая. От этого член внутри, кажется, набух ещё сильнее. Они вдвоем понимают, что не протянут долго в таком положении, но не в силах останавливаться. Совсем забывают про поводок, что лежит рядом. А Минхо, хоть и ощущает небольшое удушение, даже не вспоминает о нём. Хёнджин чувствует, как дрожит всем телом, ватными ногами пытаясь приподнять самого себя. И тогда ему помогает Ли, подмахивая бедрами на встречу, увеличивая стимуляцию. Хотя, казалось бы, куда ещё больше. – Хён-и, пожалуйста.. можно я кончу? – слезливо просит Минхо, запрокидывая голову. Запястья неприятно ноют, но он продолжает водить вверх-вниз по члену Хёнджина. И, после этих слов, Хван с громким стоном кончает, совсем не обращая внимания на то, что просит Ли. Он выгибает спину до громкого хруста и Минхо воспринимает это как зеленый свет. Стоило сделать несколько толчков в измученное тело Хвана, как тот изливается в презерватив, закусывая губу. – Ох, блять, – Хёнджин падает на Минхо тяжёлым грузом, на секунду видя пелену перед глазами. Кажется, наигрались. Звёздочки всё ещё танцуют свой вальс, а Хван пытается не задохнуться, совсем не обращая внимания на то, что Ли, вообще-то, тоже нужно дышать. – Ой, прости. Он осознает то, что его вес достаточно ощутимый и встаёт с Минхо, расстёгивая ошейник на его шее. – Это было самое ахуенное, что происходило со мной в жизни. Веришь? – Ли блаженно улыбается, рассматривая Хёнджина перед собой. – Верю и разделяю, – Хван щёлкает его по носу и тянется к рубашке, доставая ключ из кармашка. А после он избавляет Минхо от наручников. И единственное, что Ли делает – утягивает Хёнджина на кровать крепкими объятьями, переворачивая на бок. Ловя одно: «Ой!» губами, Минхо спешно целует его. Так трепетно и влюбленно, что Хван вмиг тает словно мороженое на солнце. Он прикрывает глаза и льнёт ближе, но после отстраняется. Ли разочарованно стонет и хочет уже что-то сказать, но Хёнджин его перебивает. – Признаешься мне в любви потом, – чмокнув Минхо в нос, Хван смеётся и приподнимается с кровати. – А сейчас в душ. – Я с тобой! – Потрахаться снова хочешь? – Хёнджин оборачивается и приподнимает одну бровь, смотря на Ли. – Да, – уверенно отвечает он, но после, уже более неуверенно, добавляет. – Пожалуйста. – Пойдем, – Хёнджин довольно улыбается и встаёт с кровати, виляя бёдрами, уходя в ванную. А Минхо идёт за ним хвостиком как прирученный щеночек.