Воспоминание.

      Боль и холод. Единственное, что помнил Женя в тот день. Ещё он помнил кровь. Много. Багрово-красный снег, словно спелая вишня. Они убили его. Убили, жестоко, до такой степени, что лица было не разобрать. Как жаль. А так хотелось посмотреть в последний раз на любимые черты, желая навсегда запомнить каждый сантиметр. Парень падает на колени рядом с истерзанным телом альфы. Плевать, что снег. Плевать, что холодно. Плевать, что раны жжёт неописуемой болью. Плевать. Он берёт его за единственную более-менее уцелевшую руку и сжимает её в ладонях. Холодная. Она абсолютно безжизненна, но почему-то Женя чувствует её фантомное тепло. Он терпеливо ждёт, пока Дима сожмёт его руку в ответ, поднимется и смеясь скажет, что просто разыгрывает его. Омега разозлился бы, дал ему подзатыльник и наругал, что мол так шутить нельзя. А потом всё равно простил бы и крепко обнял. Как обычно бывает. Но этого не происходит. Где-то глубоко внутри парень осознаёт, что при таких повреждениях быть живым просто физически невозможно. Но он продолжает сжимать его руку и ждать. Слёзы неумолимо быстро скатываются с щёк, но Женя ждёт. Его пытаются позвать, его теребят за плечо, но парень не слышит. Он ждёт. Не мешайте ему.