Любимый сосед

Нежеланная пятница наступила слишком быстро, вчерашний день Тэхен провел в прострации, бессмысленно отбивая товар на кассе и поправляя продукты на полках. Вечер он провел в одиночестве, потому что у Чонгука были занятия в студии допоздна, когда Ким уже сладко спал. Вообщем, день попросту улетел в никуда, как он обычно выражался, хотя до появления «любимого» соседа все дни были такими. Раньше ему очень нравилось так коротать время, за просмотром сериалов на диване с пачкой чипсов и колой. Горячий мексиканец из соседней квартиры точно перевернул его жизнь на сто восемьдесят градусов. На часах всего лишь восемь утра, сама церемония бракосочетания начинается в час дня, а Тэхен вовсю крутится перед зеркалом, стараясь довести свой внешний вид до идеала. Он даже осмелился подкрасить глаза коричневыми тенями, чтобы выглядеть хотя бы немного лучше остальных. Коронная фраза — если опозорился, то нужно выглядеть достойно, а в глазах всех родственников он точно был позором семьи. А сегодня есть шанс совсем упасть на дно, потому что он идет туда с «парнем». Итак, по рецепту самого Ким Тэхена для того, чтобы красиво прилюдно обосраться нужно выполнить следующие действия: Во-первых, около часа отмокать в кипяточной ванне и долго размышлять о смысле своего существования, натирая себя различными скрабами и гелями, он выбрал «клубничную сказку», как заверил бренд геля для душа, конечно. Хоть где-то он побывает в клубничном раю, потому что запах этой химозы, по его мнению, бесподобен. Во-вторых, после водных процедур в обязательном порядке стоит намазаться кремом с ног до головы, не забывая даже о пятках. На этот раз надпись на упаковке гласила «кофейная конфетка», которой кассир слепо надеется стать. Волосы уже в шоколадном оттенке, значит осталась лишь начинка. В-третьих, нужно нанести маску против черных точек, затем питательную, ну и напоследок увлажнить все это дело гелем алоэ. Так же потом можно сделать пилинг, это Ким отметил пунктиком «по желанию», однако сам воспользовался. Теперь звериная морда выглядит более чем прилично. В-четвертых, стоит позаботиться о внешнем виде рук. Сначала долгие десять минут работы с пилкой, выравнивая и выпиливая форму, затем обработка кутикулы, и, как вишенка на торте, прозрачный лак. Закрепить результат рекомендуется жирным кремом для рук, чтобы всю красоту можно было прочувствовать и на ощупь. В-пятых, и в заключение, идет самый сложный пункт — создание изумительного образа, чтобы у всех гостей челюсть отпала. Кому-то покажется, что надеть уже готовые шмотки легко и просто, но предварительно нужно выгладить каждый миллиметр ткани, чтобы ни одна складка не смогла испортить вечер. И уже потом можно надевать, однако не стоит забывать о мелочах, дополняющих любой прикид. И вот, Ким Тэхен, который прошелся по всем пунктикам своего «идеального» плана, примеряет уже сотое кольцо, цепочку или серьги. К слову, дырки в ушах, проколотые еще в старшей школе, тоже были объектом осуждения для родителей, но к счастью этот факт им удалось со временем принять, и пару раз мама даже дарила ему красивые серьги. Между очередных примерок украшений, в дверь постучались, что странно, всего девять утра, и Тэхен рывком подбежал к двери, заглядывая в глазок. — Медвежонок, я смотрю ты уже при полном параде, — Чонгук заискрился в улыбке, держа в руках уже привычный пакет свежей клубники, и чмокнул соседа в щеку, — Eres increíblemente guapo. А Ким мимо ушей все пускал, задержав взгляд на образе Чона. Байкер был одет в строгий черный костюм с белой рубашкой и галстуком, что просто невероятно на нем выглядели. Волосы аккуратно уложены, а глаза сверкают от квартирного освещения, будто тысячи звездочек, рассыпанных по небу. Одно «но» — вместо классических туфлей он надел обычные черные кроссовки и подвернул брюки, оголяя щиколотки. — Ты тоже сумел выебнуться, мучачо, — Тэхен игриво улыбнулся, ведя соседа за руку внутрь квартиры, — Помоги мне выбрать украшения. — А что ты выбрал в подарок молодоженам? , — он принялся мыть принесенную им клубнику, что стало уже неотъемлимой частью жизни — носить гостинцы своему медведю. — Подарок? , — снова начав примерять безделушки у зеркала, окликнулся шоколадный, — Зачем? — В смысле зачем? , — ушастый недоверчиво выгнул бровь и обернулся в сторону парня, — На свадьбы принято дарить подарки. — Я ничего не покупал, — Ким слегка виновато посмотрел на Чона, забыв про украшения. — Тэхен, esto es terrible, — он поставил тарелку с ягодами на стол, посмотрев на экран телефона, — У нас есть всего четыре часа, чтобы съездить и купить подарок.

(͡° ͜ʖ ͡°)

В центр Сеула за подарком они поехали на такси, потому что «на твоей махине я засру все свои брюки, мучачо». Из-за этого в торговом центре они были только через час, все же пробки подводили в самые ответственные моменты. Тэхен ненавидит дарить подарки, потому как не умел их делать, тем более, что дарить на свадьбу, он даже представить не мог. Первой идеей был обычный конверт с деньгами, однако он быстро вспомнил свой счет в банке и откинул эту идею. А на этом его фантазия закончилась, и к делу подключился Чонгук, который сразу сориентировался и повел Кима в магазин с различными вещами для дома. Свадьба — это первая ступень построения семьи, а семья — это дом, поэтому самым логичным подарком был предмет для дома и его уюта. Магазин был довольно внушительных размеров, в таком обилии глаза разбегались и теперь точно было не понятно, что покупать. Вокруг находились стеллажи с различными статуэтками, искусственными цветами, свечками, подушками и много чем другим. Тэхен ходил и предлагал все подряд: чайник, кружку, сковородку, плед, а Чон категорично все отвергал, поясняя, что эти вещи не подходят для подарка на свадьбу. На ценники в магазине Ким пытался не смотреть, нервно сглатывая от больших чисел со множеством нулей. Говорить о своем финансовом положении было стыдно, поэтому шоколадный старался невзначай завести байкера в отдел распродажи. — Мучачо, тебе ничего не нравится из того, что я предложил, — Тэхен вяло плелся за ним, заметив красный ценник на небольшом стенде, — Смотри, вот тут хуйня какая-то красивая, — он подошел к обнаруженному объекту и стал разглядывать. — Японский мини сад, — Чонгук остановился с другой стороны стенда и оценивающе рассматривал товар, — Вообще-то очень даже хорошая идея, oso, — наконец-то на его лице появилось одобрение и широкая кроличья улыбка. Сад выглядел очень даже достойно. Он представлял из себя небольшой отделанный поддон с белоснежным песочком, по центру стояла беседка, выполненная в японском стиле, а вокруг располагались подобия растений, камушки и узкая выложенная дорожка. Для подарка выглядел солидно, и цена Тэхену приглянулась, поэтому он с огромной волной облегчения и душевного наслаждения того, что похождения заканчиваются, в припрыжку поскакал к кассе. Дарить подарки всегда было самым ненавистным занятием для Кима. Выбирать что-то, потом упаковывать, дарить — все это делалось через силу. Да и смысла дарить подарок на свадьбу, особенно, когда финансы тебе этого не позволяют, он не видел. Если бы не Чон, который буквально заставил его купить, он бы даже не задумывался об этом. Время только около одиннадцати и у них было в запасе примерно пару часов, кассир потащился в фудкорт, объясняя тем, что готов сожрать быка. Пятнадцать минут в очереди в мак, еще пять ожидания и вот на руках был поднос с двумя вкуснейшими чизбургерами, нагетсами и газировкой. Чонгук пытался затащить Тэхена в сторону более полезной пищи, однако парень никогда не променял бы жирное и жареное на пресное и натуральное. Они сели за столиком рядом с окном, откуда открывался красивый вид на проезжую часть и высотки. — Я видел по дороге фотобудку, — тщательно пережевывая свою добычу, подметил Ким, — Хочу сфоткаться. — Vale, vamos, — на лице заиграла легкая усмешка, — Доедай и пойдем. Ни разу в жизни Тэхену не доводилось фотаться с кем-то в таких развлекаловках, как фотобудки, он в целом редко с кем-то фотографируется. Своих фоток, к слову, тоже почти не было. И не то, чтобы Ким не любил фотографироваться, скорее ему никогда не нравилось его лицо на снимках. Уже ведь стало понятно, что у него довольно низкая самооценка? Однако сегодня был совершенно другой случай, да и любимый мексиканец похвалил его внешний вид, поэтому он обязан запечатлеть этот день на бумаге. Все те десять минут, что Тэхен уплетал свои жирные чизбургеры и прикусывал наггетсами с сырным соусом, Чонгук просто сидел напротив, разглядывая парня. Кажется, в этот момент у кассира случилось дежавю, мак и пристальный взгляд байкера. Никогда к этому привыкнуть не сможет, но при этом сам безумно счастлив такому вниманию и был бы рад, если бы Чонгук всегда так на него смотрел. Теперь закрадывались мысли, что ни на какую свадьбу Тэхен идти совершенно не хочет, он сейчас просто уехал бы с Чоном валяться весь день на диване, а в реальности стоять и наиграно улыбаться, пока все вокруг тебя мысленно и вслух осуждают. После того, как кассир наконец расправился с обедом, он потащил Чона в фотобудку, чтобы совершить задуманное. Тэхен никогда не тратил деньги на подобную замануху для парочек, но сейчас он хотел побыть тупой шестнадцатилеткой, благо в возрасте (и развитии) недалеко ушел. — Только улыбнись, мучачо, — три секунды до вспышки, он квадратно лыбится во все тридцать два, а на щеке ощущался след теплых губ, отчего по шее пошли мурашки, — Надо было в камеру смотреть! — Давай еще раз, я посмотрю в камеру, — снова пару секунд, Чонгук расплылся в улыбке, а шоколадный завороженно смотрел на эту кроличью морду, — Теперь ты не смотрел. — Да блять, все, давай в последний раз, — яркий белый свет, Тэхен точно смотрел прямо в камеру, улыбаясь уголком губ, байкер повторил тоже, — Эта точно хорошо получилась. — Todos son buenos porque te tienen a TI, — он совершенно неожиданно накрыл чужие губы в жадном поцелуе, отчего Ким завалился назад, облокачиваясь на прохладный металл. Земля из-под ног пропадала от ощущений, скопившихся внизу живота, дыхание сбилось, а руки тянутся к желанному телу, изучая и закрадываясь под пиджак. Страх, что от людей их огораживает лишь шторка фотобудки, только больше разжигал внутри пожар. Чонгук прикусил карамельную губу, сразу зализывая и получая в ответ довольное мычание. Мокрые и несдержанные поцелуи перешли на шею, затрагивая каждый кусочек нежной кожи, которая по вкусу, как самый сладкий мед в его жизни. В такой момент Чон уверен, что жизнь его любит, раз послала такое произведение искусства прямо в его руки. Он улавливал каждый тихий стон, который заканчивался на чужих губах, переходящий в чувственный и долгий поцелуй. — Чонгук… — вынужденно отстраняясь, Тэхен заглянул в потемневшие глаза напротив, — Мы все еще в торговом центре. — Lo siento, — сосед в последний раз чмокнул парня в носик, поправляя почти упавший пиджак, — Тебя невозможно не целовать. Ким быстро схватил сделанные фотки и поспешил выйти, попутно поправляя рубашку и прикладывая волосы. Щеки моментально покрылись помидорным оттенком, и он попытался скрыть глаза в упавшей челки, а Чон шел следом, поглядывая и смеясь с шоколадной макушки впереди. Тэхен стремительно двигался к выходу, держа в одной руке пакет с подарком, а в другой три фотографии. Наконец отойдя на безопасное расстояние, он увалился на лавочку около входа в торговый центр и накрыл лицо руками, глуша немой крик. Скорее всего, что никто их не заметил, но все равно Киму было безумно стыдно, что они обжимались в фотобудке, как два школьника. Позорно было еще ощущать свой же собственный стояк, что просто так его точно не покинет, хоть где-то свадебный подарок пригодиться — прикрыть последствия чужих действий. — Тэхен, — Чонгук присел на корточки перед парнем, взяв того за запястия, — Хватит преувеличивать, мы там не трахались. — Слышь, мучачо, — от таких откровений лицо еще больше краснело, а сам шоколадный готов был рассыпаться кучкой стыда, — Ты сейчас договоришься. — Извини, медвежонок, — он заливисто рассмеялся, смотря в круглые янтарные глаза, в которых точно читалось стеснение, — У нас еще полтора часа. — А мы успеем до дома съездить? , — Тэхен полез в карман за телефоном, — Я забыл надеть серьги. — Если это очень важно, — в ответ сразу же получил одобрительные кивки, — Тогда поехали. Дорога заняла около получаса, на удивление на улицах не было пробок, что не могло не радовать. Пока они ехали Тэхен стал рассматривать фотографии, которые они только что сделали. Это был первый раз, когда ему так сильно понравились снимки с его присутствием. Он быстренько взял самую первую фотку и положил ее к себе под чехол телефона, чтобы почаще видеть и радоваться. Под словами «я забыл надеть серьги», скрылся истиный смысл — их еще нужно подобрать к образу, время двенадцать с хвостиком, а Тэхен вертится перед зеркалом, иногда спрашивая совет у Чона, который явно устал сидеть, прекрасно понимая, что они опаздывают. И вот двенадцать двадцать, Ким весь светится, радуясь идеально собранному образу, и хвастается любимому соседу. — У нас осталось сорок минут, мы не успеем доехать вовремя, — спокойно проконстатировал факт Чонгук, смотря, как резко настроение кассира идет вниз. — В смысле не успеем? , — он как-то растеряно посмотрел на часы, а потом снова на черноволосого, — Меня итак вся семья осуждает, если я еще и на церемонию опоздаю, это, блять, будет полный проеб. — Если поедем на такси опоздаем, — он взял его за руку и направился к входной двери, — А если прямо сейчас сядем на байк, то успеем, — Чон потряс ключами от транспорта в воздухе, а Тэхен нервно сглотнул, тихо соглашаясь от безысходности. Конечно, Ким уже давно привык к езде на байке, но сейчас он беспокоился только о своих брюках и уложенных волосах. Чонгук напротив, лихо уселся даже в костюме, предварительно сняв пиджак и отдав его шоколадному. Махина завелась и с диким громким ревом сорвалась с места, оставляя облако дыма позади. Чон, вероятно, впервые так быстро разогнался с Тэхеном, что второго очень удивило, зато страх опоздания потихоньку отступал. Доехали до пункта назначения парни примерно за двадцать минут до начала. Тэхен первые минуты не хотел вставать с байка, еще с минуту Чонгук его уговаривал зайти внутрь, две на осмотр себя в зеркале с ног до головы. Теперь снова вселился страх перед родителями. Он не говорил им с кем придет на свадьбу, отчего колени тряслись еще больше, и почти на негнущихся ногах Ким прошел в зал бракосочетания, а за ним и черноволосый, где уже вовсю была суматоха и какофония голосов. На удивление и к великому несчастью гостей было очень много, Тэхен еле сглотнул колючий ком в горле и сделал еще пару шагов, выискивая родителей глазами. Само помещение было окутано светом в белоснежных оттенках с золотыми элементами. В центре была импровизированная арка, украшенная позолоченными цветами и жемчугом, к ней стелилась широкая дорожка, усыпаная лепестками роз. Перед местом молодоженов находились ряды стульев для гостей, выполненные в том же стиле, что и остальной антураж зала. Сразу видно, что родители нехило потратились на организацию мероприятия. Вопрос только в том, чьи родители? Через жалких пару минут Тэхен увидел в дальнем углу около широкого и светлого окна во всю стену софу, на которой сидела невеста, по совместительству его сестра, а вокруг нее хлопотали мама и брат. В моменте кассир подумал спрятаться за Чонгука, который шел рядом ни на шаг не отставая, как верный страж, вот только старшая Ким сразу увидела эту унылую морду почти через весь зал и жестом показывала идти к ним. Теперь точно не отвертится. — Ким Тэхен, — строго позвала женщина, оценивающе осматривая сына с ног до головы, — Ты бы еще часа два свою задницу намыливал! , — она нахмурилась, а затем перевела взгляд на Чона, немного смягчив настрой, — Представишь? И вот он, момент истины, когда Тэхен с гордостью наденет трусы позора. По дороге, вчера, день назад, два, три — он прогонял этот разговор в голове сотню раз, подставляя разные варианты исхода событий, всегда думая о худшем, а надеясь на лучший. И сейчас, предварительно мысленно перекрестившись, он был на девяносто девять процентов готов к этому. — Это Чон Чонгук, — четко, уверенно ответил Ким, сделав дальше недолгую паузу, и более неуверено продолжил, — Мой парень. Ну вот и все, бомба с часовым механизмом начала свой отсчет, и Тэхен на секунду даже зажмурился, после своего ответа, боясь увидеть дальнейшую реакцию. В душе он радовался, что смог, на деле мозгами стоял в полном шоке от своих же слов, ведь раньше в здравом уме никогда бы такого не сказал. У Чонгука, который все еще стоял сбоку от Кима, была полная палитра эмоций шокового состояния, он совсем не ожидал, что у кассира язык повернется сказать такое, а в груди что-то мягкое и теплое расплывалось, ведь Тэхен представил его ни другом, ни соседом, а парнем, что вообще, казалось, за гранью реальности. Старшая Ким слегка опешила после сказанного. Не поверила сначала, подумала, что ослышалась, однако сразу сняла улыбку с лица, когда разглядела самоуверенную гримасу сына, смотрящего сверху вниз, и поняла, что тот не шутит и говорит вполне серьезно. Снаружи Тэхен весь сиял, гордо вздернув нос и сложив руки в карманы, пока внутри все сжалось до малюсеньких размеров, а достоинство давно рассыпалось и развеялось крошечной пылью. Какая уже разница? Важно, что для всех он опозорился красиво: в идеально выглаженной рубашке и прямых брюках, лицо блестело от количества уходовых средств, серьги с кристаликами переливались на свету, вообщем, как он прочитал утром на обертке от крема — кофейная конфетка. — Ты совсем в своей берлоге одичал? , — наконец после минутного молчания смогла выдавить из себя мать Кима, — Тэхен, ты гей? — Да, — ни один мускул на лице не дернулась, выражая полное спокойствие, — Он мой сосед, приехал учиться из Мексики, — а смотрит точно в душу, чтобы точно устоять на ногах оттого, как низко он упал в их глазах. — Да ты совсем спятил! , — женщина чуть повысила голос, а на лице желваки играли, — Итак позоришь нашу семью, — останавливаться она даже не планировала, все-таки победил самый худший исход событий, — Работаешь кассиром за копейки, живешь в съемной однушке, учиться не пошел, — перечисленные пунктики жизни сына звучали, как мантра, которую Тэхен уже полностью запомнил, — Теперь еще и оказывается, что предпочитаешь ты парней! , — она в полном недаразумении прикрыла рот ладонями. — И оправдываться не собираюсь, — как железобетонная стена он принимал все, что мать сказала, не дрогнув и не сменив эмоции. — Да как ты… — но фраза женщины не была закончена. Долго слушать эти родительские претензии Чонгук не мог, поэтому просто взял за руку Тэхена, уводя его и бросив опешившей матери «скоро начнется церемония». Они прошли до конца зала и вышли в коридор через высокую арку, занавешенную легкой белоснежной шторой с рюшами. Черноволосый рывком развернул парня к себе, сразу услышав тихий всхлип, и взял пунцовые щеки в руки притягивая на себя. Кажется, все же не получилось до конца держать маску невозмутимости, особенно в момент, когда Чонгук заботливо избавил его от гнева матери. По лицу вниз мокрыми дорожками катились горячие слезы, которые мексиканец сразу вытирал большими пальцами. Впервые ему довелось увидеть такую родительскую реакцию, что для него казалось совершенно неприемлемым в семье, ведь он вырос в любви и понимании, в отличие от Тэхена, которого явно упрекали за каждую мелочь, что в детстве, что сейчас. Байкер прижал к себе онемевшее тельце, захватывая в свои объятия, и начал медленно поглаживать где-то в области затылка, чтобы успокоить своего мишку. Кассир тихо всхлипывал, утыкаясь мордой в пиджак Чона и хватаясь пальчиками за оборку. Из зала послышалась музыка, которая предвещала начало церемонии, и, кажется, слезы только сильнее покатились вниз. Вот Тэхен вновь принял эстафету позора семьи от самого же себя, в прошлые разы после таких маминых наставлений он всегда запирался в туалете, позволяя там своей гордости упасть и рассыпаться. А сейчас он делает это перед Чонгуком, отчего было немного стыдно, но в сотню раз лучше, нежели держать в себе все это скопившееся дерьмо. — Osito, no llores, estoy contigo, está bien, — он продолжал медлено водить ладонью по спине, пока плач окончательно не утих. — Извини, — тихим хриплым голосом начал Тэхен, опуская глаза в пол, — У меня часто так после разговоров с матерью, — но Чон, ничего не сказав, ответил немым влажным поцелуем где-то на носу. — Не извиняйся, — еще раз аккуратно вытерев мокрые щеки рукавом от рубашки, Чонгук подал руку, согнув ее в локте, призывая взяться за нее, — Пошли, думаю твоя мама еще не до конца осознала весь масштаб «проблемы». Тэхен чуть сощурился, недоверчиво поглядывая на мексиканца, но за локоть взял, а тот лишь весело подмигнул, засверкав яркой улыбкой. Парочка направилась обратно в зал, где гости уже все расселись по местам, и вот-вот должна была выйти невеста к роскошному алтарю. Жених, одетый в черный классический костюм, оказался довольно низкого роста, с мягкими чертами лица и каштановыми волосами. Близкие родственники сидели, естественно, в первых рядах, все ряженые, типо интеллигенция. То, какое впечатление хотел произвести Чонгук имело двоякое последствие. Либо родители поймут, что Тэхен гордая сука и им лучше не вмешиваться в его жизнь, либо он попросту опозорится еще больше. Надеялся он на первое, но представлял второе, однако Чону он полностью доверился. И вот они под руку зашли в зал, Ким даже на мгновенье почувствовал себя невестой, идущей к алтарю, но они дошли так до задних стульев, которые, к слову, были белого цвета с красивыми золотыми цветочными оборками. Некоторые ряды обернулись на них, особенно первые, где виднелся гневный взгляд родной матери и осуждающий Джина. По помещению прошелся легкий шепоток, а черноволосый не собирался останавливаться. Он пододвинул стул Тэхена вплотную к себе и взял того за руку, наглядно демонстрируя его матери, выглядывающей из-за чужих голов, что теперь это его медведь, живущий в берлоге, и что с ним стоит быть повежлевее. Всю церемонию Тэхен старался держать гордый вид, однако рука Чона сжимающая его бедро или ладонь, явно выбивала из колеи. Многие гости постоянно оборачивались, что тоже вгоняло в краску, и он старался отводить глаза, лишь бы не сгореть со стыда под чужим осуждением. А мексиканец, напротив, излучал ауру спокойствия, когда в груди все бушевало от негодования и злости, что кто-то посмел обидеть его «клубничную принцессу». В общем, напряжение в зале только росло, и лишь эти двое держали друг друга на плаву.

O-(｀⌒´Q)

Когда церемония подошла к концу, начиналась самая ответственная часть — банкет. Для такого события помещение нужно было побольше, поэтому все гости потихоньку перемещались на первый этаж. По дороге был огромный стол для подарков, куда Тэхен со всеми «счастливыми» пожеланиями кинул пакет с подарком. Он никогда не был близок с сестрой, поэтому сейчас подходить для фотосессии или просто для поздравлений не стал. Она тоже не то чтобы общалась с братом, позвала скорее из вежливости. Тэхен ненавидит свадьбы, поэтому в следующий раз с огромным удовольствием откажется от приглашения на подобные торжества. Пока все фотографировались с молодоженами, Ким уныло уселся на диванчик в углу коридора, а рядом упал Чонгук, расстегивая пиджак и верхние пуговицы рубашки. Кассир радовался, что матери не видно на горизонте, а значит он не запятнает свои штанишки вновь. А еще теперь рядом с ним Чонгук, который уж точно не позволит Тэхену прилюдно обосраться. Единственным занятием было — рассматривать гостей, которых даже Ким не знал. В толпе, где-то около столика с шампанским, байкер заметил знакомое лицо. Высокий парень с коричневой копной волос весело беседовал с каким-то мужчиной, выпивая уже явно не первый бокал игристого. Чон сверлил его взглядом пару минут, пока тот не заметил и, одарив солнечной улыбкой стоящих рядом гостей, направился в сторону мексиканца. — Чонгук, какими судьбами тут? , — Хосок весело поздоровался с другом, чуть пошатнувшись от действия выпитого спиртного, а потом сразу заметил недоумевающего рядом шоколадного, — А, ты еще и со своим кассиром сюда пришел?! — Его сестра только что вышла замуж, — уголки губ потянулись вверх, он обернулся на Тэхена, а тот сразу встал, поправляя рубашку, — Тэхен, это Хосок, мой одногрупник. — Очень приятно, — Ким в стеснении чуть опустил глаза, а Чон удивился, впервые наблюдая за такой робкой стороной своего обычно злющего медведя. — Ого, — новоиспеченный знакомый еще больше заулыбался, — А мой брат только что женился. Насколько же этот мир тесен, пронеслось в голове у Тэхена, пока он переваривал информацию. Встретить одногруппника Чона, так еще и узнать, что тот пришел на свадьбу к брату. Такие совпадения звучат, как сюжет из индийских сериалов, а Ким оказался в главной роли. Чонгук еще немного о чем-то болтал с Хосоком, но все это время байкер заботливо держал ладошку кассира, не выпуская ни на секунуду. Парень снова залился румянцем, оглядываясь по сторонам. Однако зря это было, потому как прямо сейчас сюда направлялся старший брат, и Тэхен старался увести взгляд куда угодно, лишь бы не видеть это осуждение на его лице. — Тэхен, ты, конечно, умеешь удивить, — он слегка посмеялся, однако ни капли ненависти в его глазах не было, от чего младший чуть растерялся, — Хосок, ты не знаешь, случайно, где Намджун? , — обернувшись к брюнету, Джин будто уже совсем забыл про существование Тэхена. — Это же начальник Юнги вроде, да? , — получив одобрительный кивок, парень почесал затылок, смотря куда-то в даль, — Кажется, я видел его около входа в банкетный зал, — старший еще раз поблагодарил Хосока и направился в другую сторону, позабыв о младшем брате, который все так же стоит в немом ступоре. — Откуда вы, блять, все знакомы? , — Ким сверлил спину уходщего Джина, пока тот не скрылся с горизонта. — Джин работает в той же компании, что и мой брат, там и познакомились, — он весело похлопал шоколадного по плечу и пожал руку Чону, — Мне надо идти, я с девушкой, если что словимся еще, — длинный сразу скрылся в толпе, а Тэхен развернулся к черноволосому. — Наш мир так тесен, — уныло сложив голову на грудь байкера, кассир уставился глазенками в сверкающий светлый паркет на полу, — Я хочу уехать отсюда, мучачо. — Vamos, — уголок губ приподнялся в усмешке, а черные омуты засверкали, словно брилианты, — Мы уедем в любой момент, как только скажешь. Тэхен смущенно улыбнулся, пряча лицо в ладонях, а Чонгук снова взял его руку. Вся суматоха подошла к концу, и толпа гостей двинулась в банкетный зал. Мексиканец и кассир решили выйти последними, чтобы не сталкиваться с «неприятными» личностями. Ким проходился глазами по каждому гостю, оценивая образ от одного до десяти. Во всей этой аристократии он понял, что явно оделся даже лучше некоторых дам. Иногда ему кажется, что у многих людей попросту нету вкуса, как и сейчас, он бросил осуждение на парочку девушек в старомодных платьях. Когда последний человек покинул коридор, Тэхен оживленно приподнялся, оставляя чмок на манящих губах, на что в ответ получил долгий и тягучий поцелуй. Горячий язык скользнул внутрь, вылизывая стенки и сплетаясь с чужим. Руки байкера спустились чуть ниже талии, что вызвало одобрительный тихий стон прямо в губы, и он слегка смял чужую задницу. Внизу все горело, а перед глазами плыло. Не хотелось останавливаться, только продолжать эту сладкую пытку. Чонгук еще пару раз прошелся по чужому языку и мокро отстранился, растягивая тонкую ниточку слюны. Щеки все раскраснелись, будто Тэхен весь вечер пил, а дыхание сбилось. Они оба жадно глотали воздух, все еще находясь в объятиях друг друга. Ким почувствовал «небольшую проблему» где-то внизу. Там бабочки поселились, кажется, уже безвозвратно на постоянное место жительства. Коридор все так же пустовал, а свет доносился лишь из арочного проема в сторону банкета. Страх, что их кто-то увидит давно пропал. Какая кому разница с кем они обжимаются в пустом коридоре? Ватные руки старались удержаться за пиджак соседа, пытаясь остаться в этом мире. Чонгук покрывал всю мордашку своего мишки поцелуями, поглаживая медовую шею. Тэхен точно чувствовал себя в раю, испытывая такой огромный спектр ощущений. Они притягивались друг к другу только ближе, утопая в долгих поцелуях, пока шоколадный не потерся своим возбуждением о чужое бедро, выдавая себя хриплым стоном, который Чонгук успел поймать одними губами, продолжая их сминать. Примерно, на этом моменте, байкеру почти сорвало крышу, он был готов взять шоколадного медвежонка прямо здесь, однако капля разума помогла вовремя отстраниться, крепко удерживая в руках тонкую талию. Тэхен почти обмяк в его объятиях, но осознание в перемешку со стыдом вылилось помидором на его личике, что вызвало у Чонгука улыбку. — Yo te deseo, — он столкнулся лбом о чужой, прижав Кима ближе, а тот окончательно распался на атомы, не думая ни о чем кроме своего любимого соседа.

(￣^￣)ゞ

— Куда поедем, принцесса? , — Чон сел на байк, заводя махину, от чего громий рык прошел по всей улице, — У нас впереди весь день и целый город. — Только день и всего лишь один город? , — разочарованый взгляд напротив прожигал душу, но совсем не вязался с ядовитой интонацией в голосе, — Я думал заморские мучачо способны на большее. — Тогда вся жизнь и весь мир, — искренне признался, больше для самого себя, заглядывая в круглые глазенки, — Запрыгивай. Как родной Тэхен перекинул ногу через байк, крепко прижимаясь и держась за широкий торс, вдыхал любимый парфюм соседа, кажется с нотками цитруса и бергамота. Разницы нету, потому что манящий запах кружил голову, смешиваясь с заморскими феромонами этого мачо. Они сбежали с нудного и людного мероприятия, рассекая ветер на дорогах большого города, который потихоньку накрывал вечер. Эти мгновения за последний месяц Тэхен полюбил больше всех ленивых домашних вечеров, больше долгих часов лежания на диване, больше, чем любое проведенное время в своей одинокой берлоге. Он даже не знал, куда Чонгук его вез, однако сердце радостно трепетало, что его вытащили из давящей хандры и бросают в неизвестность. Сейчас Ким готов хоть горы свернуть, настолько сильно его переполняло чувство свободы рядом с Чонгуком. На ближайшее время он напрочь забудет о гневной, вечно пререкающийся матери и осуждающих взглядов собственной семьи. Сеул был по-настоящему красив в такое время, когда небо еще светлое, а солнце медленно приближается к горизонту. Проезжая около набережной, вид открывался невероятный. Розово-оранжевое полотно устилало нижний уровень, плавно сливаясь с цветом речной воды и отражаясь в прозрачных высотках. От такой картины перехватывало дыхание, а прохладный ветерок щипал теплую кожу, заглядывая под рубашку. Чонгук разгонялся быстрее, городские небоскребы сменились на апаты и частные дома. Виднелись родные улицы своего района. — Ты привез меня домой? , — удивленно уставился на байкера Тэхен, слезая с транспорта, — Оригинальность конечно так и прет, романтик херов. — Не совсем домой, — он загадочно улыбнулся и зашел в здание. Чонгук оставил брюнета около лестничной клетки и направился в свою квартиру. Из открытой двери с порога выбежал счастливый Бам, кидаясь и сбивая с ног Тэхена. Пушистик навис сверху и начал лизать лицо парня, пока тот пытался спастись из этой «пытки», отодвигая непослушного пса. Попытки оказались бесполезными, поэтому Ким был весь в собачьих слюнях, а от запаха даже воротило. Через десять минут «страданий» с Бамом из квартиры вышел Чон, загоняя баловного друга обратно внутрь. В руках черноволосый держал два больших крафтовых пакета, а под мышкой ухватил два ворсистых пледа серого цвета. Такой наборчик напоминал их первое свидание около моря. Снова туда поедут? Однако Чонгук поднялся выше по лестнице, выходя на крышу дома. Тэхен хвостиком плелся за ним, удивляясь, что он никогда и не думал о наличии крыши, с которой, к слову, открывался неплохой вид на скорый закат. Байкер расстелил пледы, поставив на них два пакета, видимо, с чем-то вкусным, и спустился обратно, возвращаясь через пять минут с четырьмя разноцветными подушками. На этот раз их стол с ужином выглядел более романтично: бутылка красного вина, несколько видов сыра, молочный шоколад, банка с оливками и по всем законам глубокая миска с сочными красными ягодами клубники. Как Чон Чонгук может быть таким идеальным? Они свалили со свадьбы, Тэхен думал, что просто погулять, а в итоге мучачо устроил целый ужин с вином, романтичной атмосферой и видом на закат. Конечно, с их трехэтажки был не такой уж и широкий обзор, но атмосфера все же хорошо передавалась. Где-то в области груди поселился комочек радости, который грел изнутри, показывал неизведанные уголки его души. Звери тоже могут быть добрыми и любимыми. Черноволосому Тэхен поставил еще одну пометку в выдуманный им же список с плюсами и минусами, однако отрицательный столбик продолжал пустовать. Может, у недо-испанца просто нету плохих сторон? На самом деле Кима угнетало чувство своей никчемности рядом с Чонгуком, потому что у самого кассира слишком много минусов. Это раздражало и нагоняло чувство тревоги, что за свою жизнь он так ничего и не смог. — О чем ты подумал, когда впервые меня увидел? , — Тэхен уселся на импровизированый диван и облокотился на подушку, принимаясь за клубнику. — Я подумал, что ты местное быдло, — Чон улыбнулся уголками губ, одаривая теплым взглядом, и сел рядышком, оперевшись руками позади. — Ты ахуел, мучачо? , — он обиженно надул губы и нахмурился, злобно посмотрев в сторону соседа, — Быдло? , — не на шутку разозлившись, Ким кинул в него подушку и гордо отвернулся в противоположную сторону, бросив безразличный взгляд. — Ну извини, принцесса, — вино уже было разлито по бокалам, Чонгук выложил сыр и оливки на круглую тарелку, ожидая голодного обиженного медведя, — При первой нашей встрече ты был не особо дружелюбным. — А нехуй было пылить своей махиной, — кусочек сыра полетел в рот, а за ним и глоток красного вина, — Я был зол. — А ты что подумал, увидев меня? , — пальцы неожидано подкрались и переплелись, — Заморский черт на корыте? , — он тихо рассмеялся, сжимая чужую ладонь. — Примерно так, — его губы заискрились на закатном солнце от выпитого вина и вытянулись в милой улыбке, — Надеюсь, сейчас я не быдло для тебя? — Иногда, — в ответ получил небольшой пинок в бок, что заставило больше рассмеяться, — Ты на самом деле совсем незлой, Тэхен. Последние слова брюнет еще долго будет повторять про себя, смакуя каждое слово, а пока можно насладиться этим изумительным теплым вечером. Подогнув ноги, он улегся всей тушкой на покрывало и сложил голову на колени Чонгука, устремляя взгляд в уже темневшее небо. Тэхен достал из кармана брюк пачку любимой спелой вишни и заглянул на дисплей телефона. Пятнадцать пропущенных от матери, сизый дым тонким облаком струится выше, распуская аромат сочной ягоды. Думать о мнении родителей он точно не будет, уже без разницы. Лежать на полюбившемся соседе, рассматривать яркое небо, которое пестрит разными оттенками, и вкушать очередную порцию никотина сейчас ему было необходимо. Черные бусины напротив перекрыли вид на небесное полотно, и теперь хочется тонуть в этой нежности, улавливать звук чужого дыхания. С каждой минутой атмосфера становилась более интимной. В таком положении, рассматривая яркий закат с клубникой и красным вином, Тэхен был готов лежать до утра. Так спокойно и хорошо на душе давно не было, Чонгук действовал очень положительно на него. И даже солнце не грело так, как грел испанский мучачо своим голосом, пока рассказывал разные истории с родной страны. Оказывается, у Мексики интересные не только пляжи, еда и рынки, но еще и увлекательная история страны. Чон не был отличником в школе, поэтому точно не смог пересказать всю последовательность, однако про коренные народы и приход испанцев запомнил очень хорошо. Семья черноволосого, а вернее отцовская линия, родом из города Тампико, на берегу мексиканского залива. Там Чонгук вырос и прожил всю свою жизнь до приезда в Сеул. Тэхену было интересно слушать о жизни байкера, и он старался запомнить каждую деталь. Например, у Чона есть две младшие сестры и брат, а его отец держит небольшой рыбный ресторанчик на пляже, но самое интересное это то, что его прадед кореной житель из рода Майи. Как рассказывали родители, старик всю жизнь живет в горах и спускаться к обычным людям никогда бы не стал. Он является шаманом, который по молодости спас большое количество людей от холеры, естественно все это исключительно на словах самого деда. В детстве Чонгука возили к нему, якобы чтобы защитить от сглаза, но сам парень в это не верит, однако родители уверяют, что все это правда помогает, и дед не поехал крышей. Еще, со слов родителей, дед умел предсказывать будущее и читать судьбы людей. В такие сказки байкер уже точно никогда не поверит, слишком все загадочно и волшебно. Один раз он предсказал тетке рождение близняшек, что вполне сбылось, вот только детей она взяла из приюта, и изначально хотела только одного, но оказалось что близнецов усыновляют вместе. Чонгук считал это надуманным совпадением, поэтому скептически относился ко всем таким семейным «приколам». — Я тоже хочу, чтобы твой дед мне что-нибудь нагадал, — Тэхен задумчиво рассматривал ладонь ушастого, ведя пальцем по линиям на коже. — Приедем в Мексику и я познакомлю вас, — за странными действиями Кима можно было наблюдать вечность, — Я надеюсь, что слова, которые ты сказал сегодня обо мне своей матери что-то значили для тебя? — Да, — он в небольшом смущении опустил глаза, — Ты правда многое значишь для меня, мучачо. — Tú también eres para mí, osito, — прошептал Чонгук почти в самое ухо, едва касаясь кожи, покрытой мурашками от чистого испанского. Солнце спешило закатиться за горизонт, а байкер спешил к манящим губам, что вмещали на себе вкус кислого вина и вишневых сигарет. Он может вечно выцеловывать их, пропадая в пучине янтарного моря и вдыхая приевшийся запах клубничного геля для душа. Тело распадалось на тысячи осколков от ощущений с этим взбалмошным медведем, а желание усиливалось. Действовал почти, как наркотик, увлекая в свою глубокую яму полную невообразимых чувств. А у Тэхена все как первая весна, первые цветы, листики, первые рассветы и закаты. Никогда прежде он не ощущал таких чувств, не испытывал столько положительных эмоций. Губы горели от долгих и вкусных поцелуев, хотелось большего, одних поцелуев было мало. Но в голове остались ограждения тревоги, когда дело касалось чего-то интимного, уши краснели, а глаза бегали по разным углам. — Чонгук, я… — Ким внезапно остановился, отстранившись, и закусил нижнюю губу, выравнивая дыхание, — Я ебаный девственник, мне очень неловко, — лицом спрятался в ладонях, стараясь не смотреть в глаза напротив. — Просто доверься мне, и я обещаю, что будет не больно, — он оставил мокрый след около виска, зарываясь рукой в чужие волосы, — только приятно, mi dulce. И он точно готов поверить, отдаться и разрешить Чонгуку пробраться в самую душу, там где он уже давно засел после первого кусочка пиццы и сладкой клубники. Сейчас снова вечер, который испанский ушастый мачо запланировал навсегда запечатлеть в памяти Тэхена.

(˘⌣˘)♡(˘⌣˘)

Тэхен спиной вваливается в дверной проем, держится на земле, хватаясь за кусочки сознания. Мозг отключается, а перед глазами фейерверки взрываются, распадаются на маленькие песчинки, оседая где-то на дне сознания. Ход мыслей давно приостановился, а в голове бегущей красной строкой горит лишь одно имя. Чонгук пожирает, кусает и снова зализывает, как обезумевший зверь, схвативший свою жертву. По спине рой мурашек проходит точно вдоль по позвоночнику, где только что обжигали чужие руки. Свои уже давно гуляют на заморском теле, дрожат, пытаясь расстегнуть пуговицы одну за другой. Воздух заканчивается, а им мало, лучше задохнуться, чем перестать ощущать приторный вкус скуренной вишневой сигареты. Медленно и аккуратно Чонгук уложил столь покладистое тело на мягкие простыни, нависая сверху. Пару легких движений и рубашка летит на пол, перед взором смуглая нежная кожа, где каждая клеточка пропитана сладким запахом «клубничной сказки». Он хочет попробовать, ощутить желанный вкус на языке и оставить следы своего присутствия. Тэхен аркой прогибается, выстанывая что-то глухим звуком, когда горячие губы едва касаются пары затвердевших бусин. Языком играется, лижет вокруг, прикусывает, пока у Кима пелена перед глазами, а сам скулит, рвано дышит, пропадая в палитре ярких эмоций. Сладко, словно тягучий мед, Чонгук ведет мокрую дорожку языком по плоскому животу, от чего сердце замирает и вновь начинает биться в бешеном ритме. Пальцы в попытках удержаться в черной копне волос, он снова притягивает его ближе, ускользая в голодном влажном поцелуе. Возбуждение уже рвется из всех щелей, хочется больше и дольше, растягивать, получая желанное в двойном объеме. В темноте слышны лишь частые вздохи, сбитое дыхание и железная бляшка ремня. Чонгук аккуратно, боясь сделать лишнее, стягивает оставшуюся одежду с Тэхена, продолжая покрывать тело поцелуями и обласкав столь чувствительные места у внутренней стороны бедра, редко прикусывая гладкую кожу. А тот терпеть больше не способен, он ерзает под ним, как пятнадцатилетний школьник, тихо постанывая, когда чувствуются теплые следы на теле. Тэхен тает, как конфета во рту, сладкий, как молочный шоколад, вздрагивает от каждого движения. Белоснежная и глаженая, пару часов назад, рубашка так же покидает это поле боя, открывая вид на идеально высеченное тело. В моменте Тэхен даже пустил слюну, представляя, что может трогать, целовать и делать с ним все что захочет. Этот заморский красавчик обрубает все тормоза на корню, а сейчас, в темноте, при свете лишь одной тусклой луны, кажется будто перед ним сам господь нависает, готовый подарить заветное наслаждение. От этой картины и уже неконтролируемой фантазии желание увеличивается, а температура в комнате становится на несколько градусов выше. — Relaja, — сквозь громкий собственный пульс в ушах слышиться до невозможного сексуальный испанский акцент, — Сначала будет больно, потерпи, сладкий, — последнее слово смакует, пробуя его и довольствуясь. Чонгук окунул в баночку смазки, к слову, со вкусом клубники, средний палец и приставил его к узкой дырочке. Он сразу скользнул до первой фаланги, услышав одобрительный стон, стал медленно вводить дальше. Внутри все органы пляшут от новых ощущений, Тэхен глубоко дышит и жмурит глаза, пытаясь привыкнуть к тому, что в него что-то входит. По комнате разлетаются звуки хлюпающей смазки, а Чон уже активнее водит палец по кругу, чувствуя, как стенки мышц расслабляются. Было так неспешно, тягуче, он словно довольствовался чужими всхлипами и старался продлить эту пытку, чтобы прочувствовать каждую секунду их близости. Зрачки мгновенно расширяются, будто Чонгук под кайфом, однако этот высший сорт намного лучше любого наркотика, один лишь вид Тэхена заставляет выть от божественной красоты. Он пьянеет, смотря на идеальное обнаженное тело с песочной кожей и такими мягкими линиями, которые он способен часами обводить и изучать глазами. Через минуту добавился второй палец, что легко проскользнул, и Чон начал проталкивать их глубже. Тэхен дошел до точки невозврата, когда черноволосый коснулся самого чувствительного места, а с губ вырвался протяжный стон. Поняв, что он нашел нужное, Чонгук стал напористее трахать его пальцами, добавляя третий, и навис сверху, лениво сминая чужие губы. Кажется, возбуждение накрывало сильнее и шоколадный совсем выпал, отдавшись ощущениям, уже сам подавался навстречу неизведанному, потонув в липком желании. Он тихо стонал, хватаясь пальчиками за плечи, чуть сжимая и вздрагивая от каждого нового толчка по простате. Специально, задержавшись внутри, Чонгук нежно огладил ощутимый участок, чуть надавливая и продлевая пытку. Ким накрыл лицо ладонями и тихо хныкал, в немом шепоте прося не останавливаться, а внизу все узлом скручивалось от того, насколько было хорошо и приятно. Он весь распадался на молекулы, мельчайшие частицы, тонул в волнах сильного желания. С характерным пошлым звуком и под хриплый скулеж Чонгук высунул пальцы, рывком подтянул Тэхена ближе, хватаясь под коленными чашечками. Воздуха катастрофически мало, а внутри невыносимо опустело, желание лишь разгоралось, прося большего. Ким разлепил глаза, смотря из-под ресниц, как Чон снимает джинсы, наконец чувствуя облегчение внизу. Нервно взглотнув, Тэхен мысленно представлял: а как эта «махина» войдет в его узкий зад? На секунду он испугался, но чужой язык где-то в области шеи, что настойчиво вылизывал миллиметр за миллиметром медовой кожи, заставил вновь поддаться искушению, от чего коленки предательски задрожали. — Хочу еще… — Тэхен жалобно проскулил на ухо черноволосому, мазнув влажным языком по мочке и обжигая горячим неровным дыханием, — Чонгук, еще…пожалуйста… От такой мольбы крышу сносит, кровь начинает бурлить, а член колом стоит, ожидая почувствовать узость желанного тела. Чонгук тяжело выдыхает, все еще поддаваясь мелким шалостям чужого языка по его ушной раковине, а потом вновь скользит в чужой рот, глубже проталкивается, изучает каждую клеточку. Пальцами сжимает мягкую задницу, улавливая одобрительное мычание в поцелуй. Голова кругом идет, пытаясь сконцентрироваться, но все крахом валиться, расплываясь в неге удовольствия от влажных причмокиваний и жалобных стонов. Тэхен ерзает задницей по простыне, размазывая вытекающую смазку, и «случайно» трется членом о чужое возбуждение. Сильнее вжимаясь в крепкое тело, хватается за края реальности, полностью погружаясь в океан наслаждения. Последняя капля, Чонгук отстраняется от чужих губ, разглядывая раскрасневшее лицо и следя за блаженным взглядом из-под ресниц. Шоколадные кудряшки прилипли ко лбу, а пунцовые зацелованные губы приоткрыты, ловя полувздохи. Кажется, сейчас Тэхен идеален, Чон может вечность смотреть в янтарные омуты, захлебываясь в своих чувствах, которые вызывает этот лохматый мишка. Снова вылив небольшое количество смазки, в этот раз он уже размазал ее по всей длине члена, головкой пристраиваясь к анусу. — Мне страшно, Чонгук, — брюнет испугано поднял глаза на испанца, пытаясь слиться с кроватью. — Silencio, mi dulce, — горячие дыхание почти в самые губы и черные глаза, заглядывающие в душу. Мягкие почти невесомые поглаживания по голове и чужой шепот давали ощущение безопасности. Носом Тэхен прижался к щеке Чона, тяжело дыша и пытаясь сконцентрироваться только на нем. Ким зажмурился, сжимая в ладонях простыни до побелевших костяшек, когда Чонгук резко вошел наполовину. Он старался расслабиться, рвано вдыхая и выдыхая кислород, пока черноволосый горячо шептал что-то на испанском в самое ухо. Теплые губы рисовали узоры на шее, переходя дальше на грудь, Чон старался отвлечь Тэхена, чтобы тот быстрее привык к размерам. Было до одури узко, от чего собственный член наливался от возбуждения и тесноты. Настолько хорошо, что он готов был кончить прямо сейчас от одного ощущения внутри задницы брюнета. Почувствовав, что влажные мышцы немного ослабли, он медленно, растягивая момент, входил глубже, наконец дойдя до пика, окончательно расслабив брюнета. Тэхен сорвался в громком вое, прогибаясь в спине и ближе отдавшись сладким поцелуям. Аккуратно Чонгук набирал темп, расставив руки по бокам от пунцовых щек, что горели от немыслимого жара. Руками Ким обхватил шею байкера, цепляясь пальчиками за кудряшки на затылке и ближе придвигая желанные губы, чтобы снова ощутить приторный вкус. Получилось очень мокро и развязно, а Чонгук глотал каждый глухой стон, ускоряясь в ответ на одобрительное мычание. Теряясь в нежном благоухании, Тэхен, кажется забыл, как дышать, потому как кислород совсем покинул их обитель. Воздух вокруг раскалился, обволакивая два сплетенных между собой тела, что льнули лишь ближе друг другу. Так извращенно Чон посасывал чужой язык, доставляя двойное удовольствие. Настолько было непростительно близко, что раскрасневшаяся сочащаяся смазкой головка, терлась о чужой живот, и брюнет окончательно потерялся в облаке запрещенного наслаждения. Внутри все распадалось на мелкие осколки, отдавая покалываниями в пальцах. Тэхен чувствовал подкатившую разрядку, уже совершенно не стесняясь, выстанывая каждую букву любимого имени и вдыхая нужный воздух, сам подавался на встречу и ноготочками водил по крепкой спине. Хотелось оставить на нем следы, чтобы долго помнить об этой ночи, смакуя каждую минуту новых чувств. Последний, контрольный толчок и Тэхен зажмурился, вздрагивая в приятной волне удовольствия, протяжно простонал в ухо черноволосого, одаривая сбитым дыханием, и продолжил довольным скулежем, расплываясь в сладкой улыбке. Чонгук закинул одну ногу брюнета на плечо, продолжая трахать разгоряченное тело, скалился от чужих стонов, выдыхая в окутавшем наслаждении. Еще пара размашистых толчков и он вышел, изливаясь на смуглый живот, нависая ниже. Тэхен сразу накрыл чужие губы, причмокивая и пуская капли слюны, углублял поцелуй. Слишком хорошо, чтобы останавливаться. Черноволосый полностью увалился на Кима, упираясь на локтях в постель, кусал нижнюю губу и оттягивал, наблюдая за реакицей, как сводятся на переносице брови и ресницы вздрагивают. Кажется, это был самый страстный поцелуй, наполненный несдержанным желанием и выливающихся за край чувств. Они оба провалились в бездну блаженства, упиваясь друг другом, понимая, что даже настолько близко, все равно кажется далеко, и хочется больше и бесконечно.