Серенити 2. Экспедиция

      Проснулись все уже поздним утром, неспешно позавтракали и отправились дальше, попрощавшись с гостеприимным семейством. Впереди забрезжила перспектива сбагрить Рэми, и Кай к ней всеми силами стремился. Личного пространства тому, кто провел в одиночестве большую часть жизни, не хватало категорически.       Когда они вернулись на шаттл, синтет засел за проверку капризных систем перед перелетом и занялся заправкой.       — Красавчик, как думаешь, тут в округе можно купить служебных дронов? — он не глядя обратился к Зейну, который тоже навис над приборами. — Очень хочется уборщиков в салон и на корпус.       — Конечно можно, но зачем? — удивился Громов, — «Вики» не настолько большая, чтобы сами не справились. Но если хочешь, я закажу, в течение часа сюда доставят.       — Отец нас уже ждет, — проговорил Рэми, выключая галовизор и усаживаясь в багги, — он в шоке от находок и уже начал подготовку к следующей экспедиции.       — Затем, что мне не нравится убираться, — потешно заныл Серый, — не люблю, не умею, и это всегда делала Селеста… Вот уж не думал, что мне будет не хватать этой сучки, — он закончил оплату заправки и еще пары заказов, снял свой галовизор и бросил его вору в руки, — закажи, пожалуйста.       — Святой Хокинг, — засмеялся Громов, надевая галовизор, — да со мной тут два изнеженных и избалованных мальчика.       — Вы же ненадолго погостить останетесь? — спросил Рэми, сцепив руки за головой.       — Давай сначала доберемся, а там по ситуации? — Кай не горел желанием задерживаться. Хотя у него самого были планы минимум на одну вылазку в город, чтобы воспользоваться архаичным укладом той планеты и раздобыть некоторые вещи и продукты.       Громов подошел к Каю и, поцеловав, отдал галовизор.       — Малыш, я заказал, — сказал, отстранившись, — заказ придет даже в течение получаса. Я пойду в двигательном отсеке все проверю, и можно отправляться.       — Да, хорошо, — синтет вернулся к приборам, — Рэми, у тебя есть час на прогулку по окрестностям, и будь на связи, хорошо? Я хотел тебя попросить, тут недалеко было что-то с комнатными растениями. Надо купить куст, как тот, что Хали для себя ощипал в лесу, если будет. Сделаешь?       — Да, хорошо, — парень поднялся с места и направился к шлюзу, остановившись, развернулся: — Надеюсь, без меня не улетите?       — Но я бы на твоем месте не задерживался, — хихикнул вор и скрылся, закрыв дверь.       — Нет, без тебя мы не улетим, расслабься, — Кай кивнул и вернулся к приборам, — иди.

***

      Синтет обнаружил странные показания и, дождавшись, пока парень уйдет, направился в технические отсеки, только не в двигательный, а в зону рециркуляции.       «Красавчик, скажи мне, а у вас тут водится какой-нибудь гиперактивный лишайник или, может, миксомицеты? — донесся до мужчины вопрос Серого, пребывающего в озадаченном состоянии, — А то у нас тут пассажир незарегистрированный…»       «Ну… — замер Громов, задумавшись, — есть метатрихия… такие розово-красные… Но они встречаются редко, обычно на сгнивших деревьях… Эм… А что? Он к нам забрался?»       «Нет, эти желтые… Может, не тут нахватали, а раньше… Оно на конденсате растет, подойди, пожалуйста».       Когда Зейн вошел, его взгляду предстал угол от пола до потолка, где по трубам рециркуляции ползло нечто ядовито-желтого цвета, пупырчатое и пористое. В воздухе висел металлический запах.       — Сао ни ма, — выдал Громов, сглотнув, — это точно не от нас. И мне кажется, это с Туэра… Но это неточно, конечно…       — Ну, пока что оно не мешает, но я бы устроил дезинфекцию, только не тут… — Кай поджал губы. — Я очень хочу свалить, пока не развернули поиски Тессила его сотоварищи. Но эта штука влезла через систему охлаждения, так что придется все перебирать…       — Конечно, не тут, — ответил Зейн, вздыхая. — Если мы даже средства для дезинфекции начнем заказывать, то нас задержат для проверки, и если обнаружат это, — вор показал на желтый слизевик, — то закроют, пока все не вытравят. А за это время могут прибыть сотоварищи. Странно, что еще не прибыли. Может, про передатчик в случае смерти просто слух. Во время полета переберем? Может, пока просто соскребем… Но это надо вытравливать по-любому, иначе весь шаттл заполонит.       — Систему охлаждения во время полета? Может, еще предложишь двигатель на ходу модернизировать? — Влад с сомнением поднял бровь. — Давай на месте? Долететь хватит, и трогать это не надо, мало ли оно цепляется за все подряд и вырастет потом во всех местах, которые ты потом потрогаешь? — он хихикнул. — Пошли, пока сеть есть, посмотрим, что это такое. Будет смешно, если его, как и Хали, нет ни в одном каталоге.       — Ага, оборжаться, — посмотрел Громов на Кая, усмехнувшись. — Хочешь на Туэре почистить?       — Ага, тем более, мы там уже знаем, где есть стенды для проверки и все остальное.       Серый кивком головы указал на дверь и запер ее, когда они вышли. Хали носился по салону, играя с куском утеплителя из обрезков, лежавших на верстаке, и в ус не дул ни о каких возможных сложностях с полетом.       Громов тяжело вздохнул и хотел что-то сказать, но его отвлекло сообщение, что приехал курьер, и вор пошел забрать заказ.       — Через сколько щенок придет? — Зейн поставил упаковки во второй секции. — Надо будет сразу вылетать. Только этого нам и не хватало. Пойду проверю всю документацию для отбытия.       — Щенку я дал час, прошло двадцать минут, — Серый бросил взгляд на приборы. — И у нас не закончена заправка и профилактика кислородных баков, но там где-то еще на полчаса история.       — Тогда заправляй и проверяй баки, — серьезно проговорил Громов.       Прошло еще минут десять, пока они возились у панели, когда на галовизор Кая пришло еще одно оповещение о доставке.       — Ты что-то еще заказал? — удивился вор.       — Да, сейчас принесу, там так, по мелочи.       Буквально через пару минут Влад вернулся с парой коробок. Одну вручил Громову, а со второй ушел к верстаку. В коробке Зейна оказался галовизор последней модели, если и не лучший из доступных, то один из, а Кай распаковывал дужку очков дополненной реальности.       Глаза Зейна расширились.       — И надо было так тратиться? — спросил вор, закусив губу. Было видно, что он польщен таким вниманием. — Я такой навороченный не брал не потому, что не мог себе позволить. Просто смысла не видел, ведь большей частью из этого не пользуюсь… — он подошел к Каю и обнял за талию. — Спасибо. Мне впервые что-то покупают по своей воле и инициативе…       — Лучше иметь избыток функционала, чем его недостаток, — синтет улыбнулся и, потянувшись, запустил пальцы Громову в волосы. — Я рад, что тебе нравится.       Серый отложил очки и погладил обнимающие его руки, возлюбленный уткнулся ему головой в загривок.       — Пойду в двигательный отсек, — проговорил вор, нехотя оторвавшись от парня. — Пока я еще в состоянии это сделать.

***

      Рэми вернулся, неся в охапке пакет, из которого торчал объемистый куст красной травы, и вручил его Владу. Последний поблагодарил и ухмыльнулся себе под нос, порадовавшись, что Зейн этот момент пропустил и не изливается желчью по поводу того, что его мужчине кто-то дарит цветы.       Буквально через десять минут после этого они уже поднимались в небо, когда сидевший за штурвалом Кай, вместо того чтобы уходить в зенит, повернул и заложил штурвал, уводя «Вики» на северо-восток, в сторону, противоположную той, где были расположены руины затерянного города, но все еще набирал высоту.       — Зафиксируйте бардак и пристегнитесь, возможно, придется прыгать.       Рэми уселся рядом с Каем и пристегнулся. Зейн вышел из двигательного отсека, немного измазанный маслом.              — Сейчас прыгать будем, — проговорил парень, глянув на вора, — пристегнись там.       Глаза Громова поползли на лоб от наглости.       — На ши фэй хуа , — проворчал Зейн и уселся в багги, — я пристегнулся.       — Я сказал «возможно», — рыкнул Влад, — Рэми, съеби отсюда, мне нужен под боком тот, кто умеет обращаться с этой крошкой. Быстро!       Корабль разгонялся все сильнее, поднимаясь в верхние слои атмосферы, они приближались к порогу звуковой скорости.       Рэми, недовольно поморщившись, выдохнул и встал с места.       — А я-то надеялся, что хоть раз тут посижу, — еще раз выдохнув, побрел к багги.       Громов встал с места и молча прошел к креслу, уселся и пристегнулся.       — Я готов, — проговорил Рэми, очередной раз выдохнув.       — Я тоже, Малыш, — хмыкнул вор, посмотрев на Кая.       — Посмотри на радары и скажи мне, что ты видишь, — с ударом они вышли на сверхзвук, двигаясь над облаками, навстречу ночи, — У вас же звездных китов не водится, я правильно помню?       — Нет, — проговорил Громов, — я даже понятия не имею, что ты имеешь в виду, — состроил глазки вор. — Вижу два лайнера и пять транспортников… Оу… Подлетает военный крейсер… Вовремя мы сваливаем.       — Я тебе покажу, если сложится. — Серый криво улыбнулся. — Попробуем успеть спрятаться за шариком, прежде чем нас успеют спалить.       Они уходили в ночь, облака становились все гуще, под ними появились первые всполохи грозы.       — Малыш, — Громов сглотнул, — крейсер изменил курс и летит в нашу сторону. Кажется, мы привлекли внимание.       На панели управления высветилось, что их вызывают на связь.       — Ладненько… — синтет кивнул и направил шаттл к мерцающим звездам, больше не стараясь куда-то уйти, надо было просто выйти из атмосферы для прыжка. — Хочешь послушать, что нам хотят сказать?       — О… — улыбнулся вор, на минутку повернувшись к Каю, — думаю, что ты их так очаровал, что они хотят позвать на свидание. Причем прямо сейчас.       — Интересно, чем же?.. — он принял вызов, одновременно поднимая щиты: — Влад Ортега на связи, слушаю вас.       — …вызывает на связь… — было слышно, как связист остановился, и к устройству связи подошел другой человек, голос которого оказался знакомым: — Надо же, какая встреча, Влад Ортега. На связи крейсер «KS239-56Z», капитан Сарто Томров. Остановитесь и приготовьтесь принять нас на борт. В случае неподчинения будет открыт огонь.       Рэми, до этого развалившийся в кресле, тихо запаниковал и схватился за раму. Громов повернулся и знаком показал, чтобы тот сидел тихо.       «Они тебе прям групповушку предлагают, — хихикнул вор, — надо же, как ты понравился».       «Видимо, в прошлый раз не наобщались…»       — Простите, с чем связано требование? — подчеркнуто-вежливо поинтересовался синтет.       Он уже проверял готовность фотонного двигателя и показатели внешней среды, для того, чтобы дать деру, как только это позволят условия.       «Что нам будет за уничтожение крейсера?»       «Пожизненная… в лучшем случае».       — Вы несанкционированно покинули планету, без должного на то разрешения, да еще и в обход проксионного туннеля, а также вам вменяется сокрытие преступника. Не усугубляйте ситуацию, сейчас же остановитесь и приготовьтесь принять нас на борт.       — Тоннели, да… Дурацкие тоннели, — рассеяно пробормотал Влад. — Да, хорошо, как только выйдем на высокую орбиту, у меня нет стабилизаторов для остановки в атмосфере, направляюсь в вашу сторону…       Он отключился и действительно развернул шаттл навстречу к крейсеру, продолжая подниматься в космос.       — По крайней мере, одного преступника, а не двух… Ладно… Красавчик, сейчас будет фокус, который ты в прошлый раз проспал…       — Проспал? — удивился Зейн, когда до него начало доходить, — А… Жду с нетерпением, — задумавшись, уточнил: — Фокус с рвотой?       — Ага…       Хали, заинтересованный возбуждением команды, прибежал и заскочил на спинку кресла вора, вертя головой. Громов, увидев зверька, взял его на руки.       — Надо придумать что-то с безопасностью Хали во время прыжков, — заметил Зейн, затем оглянулся на Рэми: — Щенок, приготовься к веселью и только попробуй в мой подарок извергнуться. Девственности лишу.       — Мы прыгать будем? — Рэми пристегнулся ремнями безопасности и еще крепче вцепился в раму.       — Да, сквозь планету.       Кай развернулся, дойдя до нужной точки, крейсер был совсем близко.       Снова поступил вызов, но синтет отвечать не стал.       «Вики» направилась к планете, набирая скорость, как будто бы свалилась в штопор.       — Три… Два…       Резкая вспышка, и мир окрасился белым, резко приблизившиеся очертания шарика смазались, и «Вики» растянулась в линию, и исчезла прямо из-под носа преследователей.       — Сквозь?.. — не успел договорить Рэми, как все стало растягиваться.       Тело одновременно с кораблем сдавило перегрузками, но это продлилось совсем недолго, и тут же все вернулось в норму, но желудок было уже не остановить, и его содержимое решило выбраться наружу. Все, что успел сделать паренек — это повернуться и извергнуться на пол салона.       Зейну хватило выдержки и подготовки, чтобы, сжав челюсть и тяжело дыша, сдержаться. Первый позыв получилось угомонить. Хали сидел, вжавшись в хозяина, и обнял его своими лапками. Ему явно не понравился скачок, но пережил он его лучше людей.       Серый перенес прыжок без особенных сложностей, он задал координаты курса по старым записям и стал проверять частоты.       Тишина. Вокруг никого не было.       — У нас порядка ста часов в пути, — проговорил он со вздохом и встал.       Рэми, отстегнув ремни безопасности, откинулся в кресле.       — Ребят… — еле выдавил из себя слова парень, — давайте так больше не делать. Прыжки, конечно, впечатляют, но такое ощущение, что желудок каждый раз хочет выйти и навалять за эти выкрутасы.       Громов хихикнул, но ничего не ответил, пока он был не в состоянии говорить.       — Чтобы так не делать, надо не быть в розыске, и вообще чтоб за нами не бегали злые дяди с большими стволами, — Ортега тряхнул головой и направился к обеденной зоне, надо было попить, — пока мы больше не планируем… Но… Вероятно, «Вики» придется перекрасить.       Зейн не выдержал и рассмеялся в голос, Хали соскочил у него с рук и поскакал в свое гнездо проверять.       — Конечно, — продолжая посмеиваться, проговорил вор, — ведь если ей изменить цвет, то она совершенно перестанет быть уникальной, и ее никто не узнает, — он подошел к Ортеге и обнял его, положив голову на грудь, и глубоко вздохнул. — Думаю, надо придумать что-то посерьезней перекраски.       — Разберемся… — Серый уткнулся ему носом в макушку, обнимая за плечи, — Справимся…       Кай понял, что он уже не особенно боится, если надо будет бегать, то они будут вместе, что самое главное. И вместе справятся, сколько бы это ни продлилось.       — Надо будет по прилету новости глянуть… Не разнесли ли мы чего при прыжке.       — О… Поверь, там будет тишина. Я могу узнать про нас… Но не думаю, что тебе такой вариант понравится. Если ты в хакерстве хорош, можно к линии ВГКД подключиться и узнать…       — В хакерстве я очень и очень посредственен, этим Селеста занималась обычно… Но да, узнай. Надо быть в курсе… Может, они решат, что мы сгорели в атмосфере? — спросил морф с надеждой и глупо хихикнул.       Громов закусил губу, сглотнув, и кивнул. Он пошел, достал пару дронов и включил их на уборку. Рэми вылез из багги и приблизился к парням.       — Я так полагаю, про эту особенность шаттла тоже не стоит рассказывать? — уселся парень за стол. — Эх…       — Да, в нем стоит движок, над конструкцией которого современная наука еще бьется, — кивнул Влад. — Так что да, увы… Малой, пойми, если ты нас спалишь, то нас разберут на запчасти и образцы. И меня, и Зейна, и Хали, и «Вики»… И даже те голубые цветочки, — Кай показал ладонью на свою клумбу над верстаком. — И даже, скорее всего, тебя, чтобы изучить на предмет нашего влияния.       — Я никому не скажу, — сглотнул Рэми, — ни отцу, ни даже Лии. Вы же меня спасли.       Зейн запустил дронов и уселся напротив парня, глубоко вдохнув. Наконец, последствия прыжка в его организме стали утихать.              — Чем займемся, пока летим?       — Я хочу по горячим следам подбить все записи, это займет пару десятков часов, и было бы здорово, если бы ты мне помог, — синтет поставил греться воду, подошел и запустил пальцы в волосы Громова, массируя голову. — Я, правда, пока не уверен, что потом с ними будет. Рэми стоит сделать то же самое… А после… Придумаем что-то, полагаю, — он ласково посмотрел на любовника.       — Как приятно, — улыбнулся Зейн, прикрыв глаза, — я потерплю и помогу, конечно, но после ты весь мой.       — Я и так весь твой, — он вдруг замер и заулыбался, а потом полез под верстак к лотку принтера с готовыми отпечатками, предварительно цапнув с верстака коробку. — Я сейчас. Зейн, это то, что я тебе обещал.       Кай сложил несколько предметов в коробку, прикрыв ее рукой от глаз Рэми, и ушел в спальню.       — Что обещал? — свел брови Громов, не поняв Кая. Вор поднялся и пошел следом, — Ты не можешь это ляпнуть и уйти. Передумал и решил таки меня трахнуть?       Вошедший за Каем в спальню вор увидел, что его любовник уселся на кровать и протирает салфетками три разнокалиберных члена очень знакомой Громову формы.       Зейн облизал губы и широко улыбнулся.       — Я надеюсь, ты не собираешься одновременно все три в меня запихать, — снимая с себя футболку и расстегивая брюки. — Я, конечно, в себе уверен, но не думаю, что они влезут…       — Ну… У меня были немного другие мысли для их использования… Но тебе слишком не терпится опробовать?       Кай оглядел его с головы до ног, понимая, что работу с записями придется отложить.       — Ты же не рассчитывал меня только на примерку позвать? — вор, скинув штаны, подошел к Каю и впился в его губы, усаживаясь ему на колени с ультимативной упертостью, никаких возражений или отсрочек он принимать не собирался. — Или рассчитывал только подразнить меня, показав их?       — Помниться, я говорил, что ты их будешь носить, что тебе не было так тоскливо без моего члена в заднице… — Кай нащупал тот, что поменьше и с пирсингом, очевидно принадлежавший Эйдену, провел по нему языком, неотрывно глядя на вора, перехватил поудобней и ввел до упора.       — Мха-х… — выгнулся Зейн, задрожав в руках парня, и сильнее обнял его за шею. Член стал подниматься, упираясь в живот Каю. Чуть улыбнувшись, прошептал на ухо: — Этим членом ты покорил меня.       — Я хочу, чтобы ты отсосал мне сейчас, — прошептал Двенадцатый, касаясь губами мочки уха, — а потом я тебя трахну, но после… Когда ты пару раз кончишь, мы его оставим… Чтобы ты чувствовал меня внутри…       — Гай, как это возбуждающе звучит, — вор сполз на пол и освободил член Кая из-под одежды, — ты у меня и в заднице, и во рту… О чем еще можно мечтать, — улыбнувшись, обхватил губами головку и насадился на член до основания.       Синтет запрокинул голову, откинувшись назад, и оперся на руки, и тихо застонал от накатывающего удовольствия. Этот рот был самым искусным, и его хозяин исключительно хорошо знал, как доставить удовольствие, изучив, казалось, каждую его чувствительную точку.       — О… Красавчик…       Кай выкинул из головы все на свете: и ремонт корабля, и отчеты с записями, и то, что за тонкой стенкой опять краснеет от их звуков Рэми, и просто сосредоточился на возлюбленном, который так хотел его. И это желание было взаимным. Нежные ласки перемежались с укусами, движение губ, сплетение тел…

***

      Рэми, как только услышал стоны из спальни, тихо выругался и убежал в первую секцию, где, усевшись в кресле перед пультом управления, стал делать записи по своим приключениям, периодически краснея и закрывая уши. Когда звуки наконец стихли, он уже сам уснул там же.       Разбудил его какой-то сигнал, раздающийся на панели. Протерев глаза, он вначале думал нажать и узнать, что это, но, быстро представив возможные последствия, не стал. Встав и встряхнув головой, все еще сонный, он подошел к спальне.       — Парни, там на панели что-то происходит, будто вызывают… — осторожненько сказал он, а после заглянул внутрь.       — Да, щас… — раздалось ленивое стенание Влада.       Рэми увидел обнаженного Кая, который, только заметив, что парень собирается заглянуть, дернул край одеяла и прикрыл им спящего Зейна, затем посмотрел на парня с молчаливым вопросом. Серый только порадовался тому, что синхронизировал управление корабля с коммуникатором и теперь мог принимать вызовы с него, и полез за своей одеждой, как вспомнил, что устройство осталось на столе. Пришлось влезать в штаны и идти туда.       — На связи.       — Привет, Плакса, — раздался голос Арчи, он говорил на русском, — мы сейчас выходим на прокол, можем заскочить, ты где?       — Шустро вы… Да, даю координаты, — брови Кая поползли вверх, — Как скоро?       — Да полчасика, сделай кофе.       — Лады, только оденьтесь, у меня гости.       Громов проснулся и потрогал матрас, на котором не оказалось Кая. Открыв глаза, потянулся, улыбаясь, как чеширский кот, достал свои штаны и натянул их, игрушка так и осталась в нем и приятно давила.       «Малыш, ты где? Я Рэми вроде слышал, что-то случилось?»       «Кластер Макса скоро подтянется, я как раз хотел идти тебя будить».       Рэми, все так же зевая, поставил греться воду, и полез за сладостями, Кай попросил достать побольше, зная пристрастия гостей.       — Малой, сейчас подтянутся мои старые друзья, у нас пересеклись маршруты.       «Понял… — Зейн нашел футболку и натянул ее, задумавшись, — эм… Тут же Рэми… Я мог бы спать его вынуждено уложить… — вор закусил губу, глубоко вздохнув, — …но ты уже ему сказал… Ладно, тебе решать».       — Друзья? — расширились глаза парня, после он сглотнул, — А мне их видеть можно?       — Можно, это команда дальнобойщиков, они поставляют мне детали для «Вики» и по мелочи разное, что тяжело достать, — он подмигнул и улыбнулся.       Кай покрутился на месте, щелкнул пальцами и полез в нишу под потолком над верстаком, выуживая оттуда сигаретные блоки.       — Ланг ши, — радостно проговорил Рэми, сон сразу как рукой сняло.       — Не описайся от радости, — заметил Громов, подходя к обеденной зоне и усаживаясь напротив, — Ты имей в виду, у них традиция есть. Гостя надо обнять и поцеловать, так что запомни, не обидь их.       Серый сначала прыснул, а потом, не сдержавшись, расхохотался.       — Да-а… Есть. На самом деле есть, — он весело посмотрел на вора, а потом на парня, — и подарками обменяться. Но еще есть нюанс. Для этого тебя должны считать своим, иначе схлопочешь по морде.

***

      "Серенити" Макса появилась на радаре через двадцать минут после их вызова. Она материализовалась на выходе из перехода, и радары "Вики" сошли с ума от того, что тело такого размера возникло поблизости из ничего. Кай вернулся за панель и подготовил шаттл к стыковке.       У Зейна загудело в голове, но постепенно в этом гуле он стал различать голоса. Метаморфы поймали контакт и перебрасывались приветствиями, ощущениями и образами в едином поле, и через Кая он зацепил часть этой коммуникации. Не было сомнения, что его тоже услышат.       — А мне-то что делать? — заволновался парень, — Как они поймут, что я свой?       — Да не волнуйся так. Ты же очаровашка, тебя примут за своего. Главное, как зайдут, поздоровайся, обними, одновременно целуя, а после вручишь подарок.       — Но какой подарок? — заволновался парень и полез в свой рюкзак.       — Да какой-нибудь сувенир, — махнул рукой Зейн, — это так… Выразить уважение.       — У меня еще леденцы из дома остались…       — О, это пойдет, — вор встал и похлопал по плечу, — они сладкое любят.       «Красавчик, ну зачем?» — донеслось до него тихое от Кая.       «Не кластер, значит, да, Серый? — тут же донесся рассерженный рокот от Макса, — У нас с тобой сейчас будет очень серьезный разговор…»       Райли только хихикнул: «А я же говорил».       Громов ничего не ответил и встал чуть дальше Кая. Рэми тоже подошел и встал рядом с вором. Было видно, что он взволнован.       Кай отошел к двери шлюза и стал ждать, глядя через небольшое окошечко, как к нему шагают Первый и Одиннадцатый. Он их легко различал, что-то внутри срабатывало, и он видел, что вот эта смуглая широкоплечая женщина с зеленым магавком и покрытая татуировками, в коротком топе и широких штанах-карго, заправленных в грязные берцы — это Макс, а вот этот долговязый и нескладный андрогинный парень с длинными белыми волосами, стянутыми в высокий хвост, одетый в узкие штаны и обтягивающую водолазку с высоким воротом — это Арчи. Интересно, куда они в таком виде? Или уже откуда? Макс несла в руке кейс с ребрами жесткости и стертой маркировкой, закрытый пломбами, говорящими о том, что его не вскрывали.       Шлюз открылся, Макс зашла первой и улыбнулась Каю, тот так же, как и в прошлый раз, заулыбался и полез обниматься к ней, а потом к Арчи. Макс подала руку Зейну в приветствии, а Арчи снова заворчал, чтобы никто не смел к нему прикасаться без разрешения. Зейн пожал руку, Рэми только ринулся вперед, чтобы обнять, но, услышав разговор, замешкался.       — Эм… Значит, традиции обнимать и целовать нет? — растерянно спросил парень, смотря то на гостей, то на Кая, то на Зейна.       Макс дернула вора к себе, приобняла одной рукой и прижала щека к щеке, еще до того, как заговорил Рэми.       — Арчи у нас просто не любит контактов, только и всего, — голос у нее был хрипловатый и сорванный, но приятный, — Как тебя зовут, малой? А то у Серого дурная манера пренебрегать представлениями, — она выпустила Зейна из хватки и повернулась к парню.       — Рэми, — широко улыбнулся тот и крепко обнял Макса, отстранившись, протянул небольшую металлическую коробочку, — это леденцы из моей планеты Туэр.       — Гай, — расстроился вор, — а я так хотел, чтобы он к Арчи полез обниматься. Все веселье испортили, — Зейн развернулся к Одиннадцатому, — милый, ну что, поцелуешь меня?       «Только чтобы поделиться тем, как ощущается, когда с тебя снимают шкуру. Хочешь?» — карие глаза опасно сощурились, и Арчи поиграл почти невидимыми на фоне кожи бровями.       — Спасибо, малой. Вы что, решили мальчика усыновить, чтобы было нескучно? — Макс приняла подарок и ткнула Кая под ребра локтем.       Она всучила Зейну чемоданчик.       — Это то, что вы просили, — а потом взяла Кая за ухо и повела в сторону двигательного отсека, — а с тобой мне надо перекинуться парой слов. Пошли.       «У тебя странные эротические фантазии, но я не осуждаю», — улыбнувшись, подмигнул вор и пропустил Арчи вперед.       — Чай или кофе сварить? — засуетился Рэми, — Сладости уже на столе. Я друзей Кая впервые вижу. До этого только с другом Зейна познакомился…       — Щенок болтать много начал, — прищурился вор, хотя взгляд его провожал уходящих синтетов.       — Не волнуйся, она Плаксу не обидит, оттаскать за уши — это максимум насилия, которые Макс к нему применяла за все время знакомства, — Арчи цапнул сигаретный блок из тех, что достал Кай, вскрыл и достал сигарету. — Кофе, я буду очень благодарен.       — С сахаром? — Рэми взялся за кувшин кофеварки.       — Да, что ты говоришь? За уши, значит, — удивился Зейн, после, отнеся чемоданчик во второй отсек и закрепив его, вернулся, уселся за стол, и, подперев ладонью подбородок, стал хлопать ресницами. — Он говорил, что ты знаешь массу постыдных историй, и чтобы я у тебя про них поспрашивал.       — Да, сахар, сливки, сироп, если есть, то будет круто, — Арчи перевел взгляд на Зейна. — Действительно? Или ты просто хочешь что-то разузнать из его прошлого, что стесняешься спросить, — он метнул взгляд в сторону двери в техотсеки, куда Макс уволок Кая. — Хм… Хотя… Ну спроси, может, чего и расскажу, — узкие губы растянулись в лихой ухмылке.       — Да нет, — вновь захлопал глазками вор, — он прям так и сказал, что у него есть постыдные истории, спроси у Арчи в следующий раз, он тебе порастреплет. Это прям слово в слово.       — Я ж говорю, спроси. С Плаксы можно книгу нелепостей писать, тему задавай, — он повел плечом, тон давал понять, что ему в целом плевать, давал ли Кай на это разрешение на самом деле.       — Не нелепостей, солнце мое, постыдностей, — подмигнул Зейн, — тема: секс, покраснение, смех. И чем грязней и смешней, тем лучше.       — Вот готово, — подал Арчи кофе Рэми, — попробуй.       — Спасибо, Рэми, — он отхлебнул кофе и прикрыл глаза от удовольствия. — Ну… Я смогу рассказать что из учебки… В смысле, школы. Была история, когда его подружка, они тогда уже порядка месяца были вместе, уговорила его на свидание на тренировочной площадке, наобещала всякого, они забрались в стеклянный куб, куда помещали трофей для царя горы, он был замаскированный, и Плакса не сообразил, что там. А он… Ну, частенько яйцами думал, знал же, что она с говеным чувством юмора. В общем, она заперла его там голого и подняла стрелу, чтобы он повис над деревьями, и его нашли только утром, а потом еще несколько часов он просидел там у всех на глазах, пока не нашли ключи от манипулятора, чтоб его спустить и открыть, — Арчи хмыкнул. — Достаточно секса, покраснения и смеха? Тем, кто не это смотрел, определенно было весело.       — У вас у всех говенное чувство юмора, — насупился Громов, — и это все кучи историй, которые ты знаешь? Хейян. Я-то думал, там будет типа того, что он присунул кому-то, а тут в дверь заходят, и он остановиться не может, и не уходит никто.       — Не заходит, ну… У нас были стеклянные ячейки с затемнением, и сколько раз было, что он занимался чем-то, терялся по времени и буквально пробивал сигнал, после которого затемнение со стеклом снималось, и они становились прозрачными, и он представал пред очи младших сотрудников. — Одиннадцатый взял печенье и хмыкнул. — Иногда один, иногда с остальными, ну… Которые потом стали его напарниками. Вот Герри и Линда, уверен, могли бы рассказать что-то на твой вкус, например, как его продали в гарем на полгода на одной отсталой планетке, там был прокол на единичку, и он шел комплектом с такой длинной дурацкой машиной.       — Говенное у вас чувство юмора, — повторившись, вновь нахмурился Громов, — Все, хватит, а то от твоих историй не смеяться хочется, а плакать. Ты правда думаешь, я буду смеяться, что его в гарем продали? — прищурился вор, откидываясь на спинку кресла. — Только если в нем оказался ты и он тебя там трахнул.       — Ты просил постыдное, а не охренительно смешное, — Арчи фыркнул и спрятал нос в чашке кофе, — хотя своя ирония в том, что это случилось с самым любвеобильным из всей дюжины, есть, — и постучал пальцами по столешнице.       Он снова посмотрел на дверь в техотсек. Через секунду она открылась, и оттуда вышел Серый, а следом Макс, сунув руки в карманы и с очень задумчивым видом.       — Да нет, мой милый, — хмыкнул Громов, — это не смешно. Смешно это, если бы он туда стремился, а взяли бы тебя.       — Тебя так оскорбляет моя асексуальность? — Смокер склонил голову набок точно так, как это делал Кай, и поднял брови домиком.       Двенадцатый подошел и забрался за стол, устраиваясь рядом с Зейном.       — Макс интересовалась нашими с тобой занятиями, которые танцы, — проговорил он, упреждая вопросы Громова, — а вы что, как? Что-то интересное обсуждали?       — Солнышко, не оскорбляет, а забавляет, — улыбнулся Зейн, отвечая Арчи, при этом сжав ногу Каю, — хочу заметить, что какую бы ни ма не говорил, я ни разу даже не попытался к тебе прикоснуться. Это твой выбор и твои чувства, но язык у меня без костей, поэтому придется потерпеть. Кай терпит, но у него есть отдушина, он мне может рот заткнуть, — вор покосился на парня и тепло улыбнулся. — Но, как выяснилось, теперь это не помогает.       — Да, я заметил, — Арчи сощурился. — Надо сказать, у нас принято было думать, что такое невозможно даже теоретически.       Макс присела в кресло у верстака напротив обеденной зоны, закинув лодыжку на колено, и руки за голову, короткий топ при этом задрался так, что стал виден низ ее груди.       — Серый у нас вообще склонен к внешним контактам больше остальных, так что это можно было бы предсказать. Но я обещаю, что мистер Фостер об этом не узнает.       — Кому какой кофе? — Рэми подскочил с места.       — А мне тоже сделаешь или это только их касается? — поинтересовался вор и показал на Арчи, — А то не похоже, что вопрос ко мне относится.       — Конечно сделаю, — поспешно ответил Рэми.       — Что еще рассказал? — спросил Громов у Кая.       — Мне чай, если можно, — попросила Макс.       — Мне тоже, — Кай приобнял Зейна, — про мой кластер и про то, кто меня надоумил попробовать, и про то, что не ее собачье дело, где мы трахаемся в границах нашего шаттла.       — Просто вытрите кожух движка, а то такое чувство, что его кто-то специально этим поливал, — Макс закатила глаза.       — Так мы и специально, — улыбнулся Зейн, посмотрев на Макса, — прям целенаправленно для этого туда и ходили. А ты предлагаешь вытереть? Пф… — фыркнул вор.       — Да твою то мать, — она пощипала переносицу. — Ладно, это ваш домик, я в него не лезу.       Из своей норы выбрался Хали, пробежался, цепляясь за сетку, соскочил на стол, похватал печенья и уселся на свой любимый край у стенки, принявшись за еду.       — А это чей? — проводил зверя взглядом Арчи.       — Наш, — ответил Громов, посмотрев на зверька, — Кай назвал его Хали. Ему очень идет имя… или ей.       — Забавный, — он потянулся, но Хали зашипел, и Арчи поспешно убрал руку, — да ладно, ладно, не трогаю я твою еду.       Макс всхрапнула и покачала головой, но ничего не сказала. Разговор с Каем заставил Первого задуматься о некоторых вещах, и он закрылся так, чтобы и остальные не почуяли этих мыслей. Громов посмотрел на Макса и, усмехнувшись, отсалютовал кофе и выпил.       «Такой вопрос. Я, значит, с тобой танцы танцевал, жрать пришлось больше, а слышат теперь нас все? Это как будто искал зашифрованный канал связи, а к нему присоединились любители. Почему?»       «Потому что вся наша модельная линия была синхронизирована еще перед запуском, и мы все в общем ментальном поле. В целом можно натренироваться на узкий канал к кому-то одному, но нужна практика», — Кай погладил его по боку.       — А вы давно с Каем знакомы? — Рэми, выпив кофе, насел на конфеты, пояснив: — Он мне вначале страшным показался, но когда узнал его лучше, то оказалось, что все не так.       — Мы с Серым учились в одной закрытой школе, — заговорила Макс. — Он умеет создать первое впечатление, это точно, — она на сторону улыбнулась, — а про то, что так или не так, это вот этому желтоглазому виднее, к нам он особенных черт не проявлял.       — Вместе учились? Ого, — расширил глаза Рэми, после, наклонившись к Зейну, шепотом спросил: — А они в курсе, что Кай инопланетянин?       Громов поперхнулся кофе и с трудом смог не расхохотаться, Первый и Одиннадцатый переглянулись, острого слуха хватило, чтобы все услышать.       «Ты напиздел пацану, что ты ксенос? Зачем?»       «Он меня спалил в начальной форме, надо было как-то отбрехаться».       Сидевший рядом с Зейном Кай спрятал лицо в ладони и всхрапнул. Повисло молчание.       — Нет, — также шепотом ответил Громов, — они не в курсе этого. Ты про это знаешь потому, что такой особенный. Так что молчи. Чш…       Рэми, сжав губы, покачал головой, соглашаясь.       — Какой Кай был в школе? — уже громко спросил парень, — Просто странно, что не проявлял этих качеств… Может, вы просто на некоторые вещи внимания не обращали?       Когда Рэми обернулся, он увидел, как Арчи краснеет и прикрывает рот, пытаясь не ржать, а Макс смотрит в потолок, открыв рот, и беззвучно трясется.       — Мы обращались на другие… — выдавил из себя Арчи, и все трое метаморфов взорвались смехом, Рэми понял, что все все слышали.       — Ну зачем ты так со мной? — оглянулся Рэми и посмотрел на Громова обиженным взглядом.       — Щеночек, — улыбаясь, сказал Зейн, приобняв парня за плечи, — запомни этот урок. Нельзя верить всему подряд. Тебя облапошат на раз-два. Думай своей головой.       — Но ведь… — Рэми замолчал, кивнув, но так и остался с обиженной моськой.       — Не обижайся… — чуть крепче приобняв, вор чмокнул в щеку парня, после отстранился и облокотился на синтета. — И, конечно, они в курсе. Они ведь знают Кая намного дольше нас с тобой, — после посмотрел, улыбаясь, на Двенадцатого, — плохой я. Может, поэтому со мной и не может, кроме Аско, никто общаться.       — К вопросу о дерьмовом чувстве юмора, — резюмировал Арчи, — Малой, слушай, есть вещи, о которых просто не стоит спрашивать вслух и при всех. Уверен, Плакса просил сохранить его тайну, но ты ее сейчас разболтал.       Кай повернулся и обнял Зейна под руки, положив ему голову на плечо, но ничего не сказал. То, что Громов говорит о себе, как о плохом человеке, ему не нравилось, даже когда это было правдой. Зейн обнял Кая в ответ и, чуть отстранившись, поцеловал его в губы.       — Простите, — тихонько проговорил Рэми, залившись краской и сжавшись.       — Пей чай, — проговорил вор, отпустив парня, посмотрев на Рэми, взлохматил ему волосы, — эй, Щенок, не грузись. Кофе отличный. Поэтому расслабься, — после повернулся к Арчи, улыбаясь, — если оно такое дерьмовое, чего ржал, как конь?       — А я непритязательный, — Одиннадцатый цапнул еще печенья, он вынул из кармана коммуникатор, очень похожий на тот, что был у Кая, — и нам пора, окошко закрывается, — он залпом допил кофе. — Плакса, это ты мне табак достал?       — Да, это с планеты Рэми, забирай, мы все равно туда двигаем.       — Шикарно!       — Прилетайте к нам в гости, — Рэми поднял голову и вновь улыбнулся, — друзья Кая — мои друзья. И я правда больше ни при ком не буду говорить об… ну вы поняли.       — Щенок, тут уже выяснилось, что все все знают, можешь не шифроваться, — хихикнул вор и, улыбаясь, посмотрел на Арчи, — уже улетаете? И даже не останетесь на оргию? — Зейн показушно опустил уголки губ. — Как печально… — немного помолчав, добавил, — Конечно, для оргии четыре человека — это маловато, но повторяться про групповушку не захотелось.       — Инцест — дело семейное, Зейн, — Макс поднялась, — а Серый приложил много сил, чтоб от семейных дел уйти, так что давай уважим его усилия, — она эротично закусила нижнюю губу, поймав взгляд вора, чуть прикрыла веки и послала поцелуйчик.       Арчи выбрался из-за стола, покачав головой, и собрался на выход, не комментируя.       — Ах… ты разбиваешь мне сердце, — Зейн схватился за грудь, — только ради Малыша не кинусь в объятья, — вор перевел взгляд на Одиннадцатого, крикнув ему вдогонку: — Арчи, солнце, но тебя в мыслях обнимаю во всех местах, в каких ты хочешь.       — А как у вас прощаться принято? — раскрыл глаза Рэми, тоже поднявшись и подойдя к Максу.       — Как у всех нормальных людей, — она потрепала парня по плечу, — не буду обещать, что мы заглянем, это не от нас зависит, а от маршрутов. Берегите себя, парни, — она помахала рукой и направилась вслед за Арчи.       — Ну что скажешь, я был достаточно обаятельный или вышел перебор? — улыбнулся Громов, обняв Кая.       — Ты очарователен в своей вульгарности, — Серый поцеловал его в шею, — выпусти меня.       Он выбрался из-под любовника и дотопал до панели управления и отсоединил стыковочный шлюз.       «Забавный он у вас, — выдал Макс, в ментальном поле его голос звучал настоящим, — но тупенький».       «Ах… как нехорошо, нехорошо говорить о человеке за его спиной. Парень зато вкусный кофе варит». — влез в разговор Зейн.       «Я сомневаюсь, что ты этого не делал никогда».       «Серенити» отстыковалась и исчезла, как будто растворившись в темноте. Зейн почувствовал разрыв связи, хотя далеко не так остро, как было, когда он оторвался от Двенадцатого.       Рэми начал убирать со стола, Зейн к нему подошел помочь. Быстро убрав, вор похлопал парня по плечу.       — Ложись поспи, — усмехнулся Громов, — а то с нами, поди, вообще не выспался.       Рэми, кивнув, пошел к себе в палатку и, завалившись, почти сразу уснул. Зейн подошел к Каю и уселся на соседнее кресло.       — Долго нам лететь осталось?       — Да… — Кай потер лицо ладонями. — Пошли поработаем, надо подбить архивы и понять, что я подам, что пока стоит придержать до следующего раза, а что оставить при себе насовсем. Если я буду подавать отчеты в оговоренные сроки, меня точно никто не придет искать, проверять или отзывать. Будет на одну проблему меньше, даже денег дадут, — он мягко улыбнулся Громову.       — Про Хали точно не скажешь, — прищурился Зейн, вновь вставая. — И я обещаю, что в этот период не буду приставать… Какое-то время точно.       «Я чемодан положил во второй отсек за ящиком с расходниками. Мы же его откроем уже после того, как парня проводим? Уточняю на всякий случай».       «Да, после, если будет спрашивать, скажи, что просто запчасти».