Коснись меня.

      Тэхён метался в лихорадке, его тело чуждое и тяжелое. Голова раскалывалась от боли, набитая свинцом. Каждые вдох и выдох давались с трудом, словно он задыхался под невидимым весом. Он лежал в постели, пропитанной холодным потом, дрожа всем телом. Разум был затуманен, мысли путались, как нити, в клубок. Тэхён чувствовал, как реальность ускользает, погружая его в бездну бреда. Нужно позвать на помощь, но его голос был таким слабым и безжизненным. Он чувствовал себя запертым в чём-то невообразимо маленьком, окруженным стенами страха и отчаяния, слыша лишь одну мелодию, что на повторе окутывала собой пространство.       Он пытался сосредоточиться, но сознание слишком размытое и фрагментарное. Образы танцевали перед глазами, как призраки из прошлого. Воспоминания переплетались подобно старой ленте диафильма, выборочно выбрасывая кадры в сознание, словно на белую простыню, прибитую к стене. Боль, которую он так отчаянно пытался подавить, теперь настигла его с удвоенной силой. Она разрывала изнутри, оставляя после себя лишь зияющую пустоту.       — Тэхён, — он слышал, как кто-то его зовёт, сквозь какофонию смеха и музыки, звучащую где-то далеко и в то же время совсем близко. — Тэхён.       Он медленно открыл глаза. Яркий свет, проникавший сквозь окно, резал по глазам, заставляя щуриться. Тэхён моргнул несколько раз, пытаясь приспособиться к неожиданной яркости.       Он с трудом поднялся на локтях и огляделся. Чонгук сидел на краю кровати и, не моргая, сверлил его тёмными глазами.       — Ты меня пугаешь, — он постарался улыбнуться, видя растерянность на чужом лице. — Долго я спал?       — Больше суток, — детектив даже не шелохнулся, продолжая буравить его взглядом. Безэмоциональное лицо и стальной голос и в правду немного пугали.       — Ты чего? — Ким протянул руку в попытке коснуться его, и лишь это заставило Чонгука шевельнуться. Он отстранился, не позволяя до себя дотронуться и, встав с кровати, молча вышел из комнаты.       Воспоминания последних суток слабыми отголосками проникали в мозг, и всё ещё гудящая голова, кажется, на полном серьёзе намеревалась взорваться. Спустив на пол ноги, Тэхён несколько секунд просто таращился на свои ступни, словно пытаясь убедиться, что конечности принадлежат ему. Стоило принять вертикальное положение, как комната и вся находящаяся в ней мебель пустились в увлекательное путешествие по кругу. Сумев удержать себя и цель в виде двери в поле зрения, Ким медленно двинулся навстречу предстоящей экзекуции.       — Так, — начал он, едва вышел из спальни и увидел курящего на кухне детектива, — если ты собрался дуться из-за того, что я влез в твоё сознание, то в своё оправдание скажу, что пытался тебя разбудить, — тяжёлый взгляд исподлобья следил за его движениями. — Но ты был настолько глубоко в стадии сна, что не слышал. И если тебя это успокоит, то ничего обличающего твою хрупкую натуру я не увидел. Меня словно под девятитонный каток запихнули, — буркнул он, с трудом добравшись до продолжавшего создавать вокруг себя облако сигаретного дыма Чонгука.       — Пей свой чай и проваливай, — прозвучало безжалостно в ответ, и, затушив сигарету, детектив лишь щёлкнул кнопкой чайника, прежде чем снова скрыться из поля его зрения.       Да что произошло-то? С чего вдруг он решил включить недотрогу сейчас? Даже когда Тэхён влез в его крепость и познакомился со всеми «милейшими» демонами, Чонгук вёл себя более адекватно. Но сейчас эмпату даже не нужно было касаться его, чтобы ощутить волны агрессии, исходящие от детектива, словно пар от закипающего чайника.       — Чонгук, что произошло? — Ким предпринял ещё одну попытку приблизиться, на что получил очередной свирепый взгляд и громкий хлопок дверью из квартиры.       В комнате воцарилась мертвая тишина, разбиваемая только учащенным дыханием и громким стуком его собственного сердца.       Люди не могут не тянуться к другим. Как бы сильно нас ни унижали, как бы сильно мы ни расплачивались, мы всё равно надеемся на то, что какой угодно, но еще хоть один-единственный человек примет нас такими, какие мы есть.       Тэхён повернул голову, смотря на своё отражение в зеркале. Он смотрел на монстра, в глазах которого догорало потускневшее пламя надежды, которую в очередной раз раздавили. Как наивно он верил, что на этот раз все будет иначе. Позволил себе допустить мысль, что кто-то подпустит его к себе.

***

      Гнев нарастал, как бушующий огонь. Чонгук сжимал руль с такой силой, что пальцы побелели от напряжения. Внутри него буйствовал ураган эмоций, которые он отчаянно пытался подавить. Однако с каждой попыткой унять ярость она вспыхивала с новой силой. Ему хотелось выместить свою ярость на ком-то, на чем-то. И если бы он не ушёл, то сделал бы целью того, кто являлся источником его состояния.       Ещё никогда он не чувствовал себя таким беспомощным и уязвимым, как в тот момент, когда смотрел на задыхающегося и мечущегося по кровати Тэхёна. Сердце бешено колотилось в холостую. Его кровь застыла остывшей лавой. От понимания, что он не может ничего сделать, чтобы ему помочь, Чонгуку хотелось разнести всё вокруг, чтобы хоть как-то выплеснуть обиду и страх, разъедающие изнутри. Собственное бессилие резало глубже, чем та боль, что он ощущал почти каждую ночь. В тот момент, когда он открыл глаза и понял, что сделал Ким, он был готов вырвать собственное сердце, если бы это могло помочь избавить эмпата от поглощенной им боли.       Почти сутки Чонгук метался по квартире, не зная, что ему делать. В обычной ситуации он бы мог позвонить в скорую, но куда звонить в случае с эмпатом? Как облегчить страдания того, для кого любое касание может сделать только хуже? Перерыв десятки различных сайтов, всё, что он узнал, наводило лишь больше ужаса. И всё, что ему оставалось, — это быть безвольным наблюдателем того, что он сделал собственными руками. Чонгук подпустил Тэхёна слишком близко, позволил ему проникнуть в его сокровенные тайны, забыв о безжалостности тьмы, которая жила в нем. Забыв о том, на что способны его демоны. Он беспечно позволил своей слабости одержать верх над разумом, и теперь созданное им чудовище пожирало все на своем пути, оставляя лишь боль и отчаяние.       — Приходишь на работу, когда вздумается? — выходя из допросной, усмехнулся Джисоп, столкнувшись с ним в коридоре. — Или снова решил кого-нибудь подстрелить?       — Не лезь, — огрызнулся он, стараясь просто пройти мимо.       — Привет, что случилось? — обеспокоенный Чимин вовремя вышел на встречу.       — Ничего, — похлопав друга по плечу, Чонгук уже почти скрылся в кабинете. Почти…       — Пак, говорят, у вас есть списки психопатов. Ты бы проверил, нет ли в них Чона, — прилетело в спину вместе с довольным гоготом.       — Чонгук! Стой!

***

      Тэхён прошел по каменной дорожке мимо задорно смеющихся детей, что бегали друг за другом в попытке завладеть пультом управления от внушительного и явно не дешевого пластикового джипа. Несмотря на назначение этого места, здесь он всегда чувствовал себя по-особому уютно. В окружении тех, кто воспринимал его как своего друга, Ким ощущал спокойствие и свободу.       — Добрый день, доктор, — проходящий мимо него аниматор в костюме медведя слегка поклонился, придерживая огромную голову.       — Добрый день, — кивнул он, переводя взгляд на восторженных мальчишек, которые махали, прощаясь с новым другом.       — Здравствуйте, доктор Ким, — перед ним выскочила девчушка в огромном плюшевом банте.       — Здравствуй, Джени, — улыбнулся он, поправив съехавший атрибут на её голове. — Как твои дела?       — Хорошо, — замерла на мгновение она, позволяя ему коснуться её волос. Ему потребовалось много времени, чтобы замкнутый ребёнок, попавший к нему после того, как от неё отказались родители, смогла снова видеть цвета и доверять взрослым. — А у Вас? Вы хорошо кушаете?       — Да, я помню наш с тобой уговор, — подмигнул он, открывая двери в здание центра психологической помощи и по совместительству приют для детей, успевших в своей короткой жизни уже окунуться в ужас холодной реальности.       — Добрый день, доктор Ким, — женщина в бирюзовом платье с цветами приветливо улыбнулась, увидев его.       — Добрый день, госпожа Пак, — он шагнул к ней навстречу. — Простите, что не приехал утром. Как всё прошло?       — Всё в порядке. Мы встретили Дохёна и показали ему его комнату. Он, конечно, спрашивал о Вас, но в целом вёл себя очень сдержанно. Очень скромный мальчик, — показывая направление, где находилась комната нового жителя, она, смущаясь, поправила свои волосы.       — Вы подготовили всё согласно рекомендациям? — Тэхён чувствовал вину за то, что не смог присутствовать при заселении мальчика. Всё же такая смена обстановки могла оказать на того различные эффекты и, к сожалению, не самые благоприятные. Как бы дети ни старались показывать свою храбрость, он знает, что внутри маленькой души происходит настоящая битва в такие моменты.       — Да, всё, как Вы и указали, — кивнула администратор, стараясь не отставать от него, двигаясь по коридору. — И Ваш подарок был очень верным ходом. Всегда восхищаюсь, как Вы чутко понимаете, что нужно детям, — она опустила глаза, когда, резко остановившись, Ким повернул к ней голову.       — Какой подарок? — он быстро прокручивал в голове, какие распоряжения давал своему секретарю.       — Аниматор, — показывая рукой в сторону входа, девушка хлопала ресницами, очевидно, не понимая его выражения лица.       — Аниматор? — Тэхён перевёл взгляд в указанном направлении. Тот медведь, которого он встретил?       — Да, дети были в восторге. Дохён, конечно, не очень участвовал в играх, он, если честно, будто немного испугался его. Но всё же остался, наблюдая за остальными. И даже подарок принял. Вы много потратили? Может, подадите отчет, чтобы мы могли вернуть…       Но Тэхён не особо слушал последующее щебетание девушки. Временами он и правда помогал руководству приюта с проведением праздников или устраивал выездные поездки для детей в парки и музеи, но ничего подобного он точно не делал в эти дни. Может, конечно, Миён взяла на себя эту обязанность, но Ким уверен, секретарь проконсультировался бы с ним, прежде чем делать что-то подобное.       — Я думаю, вы ошиблись. Аниматора нанял кто-то другой. Возможно, кто-то из спонсоров?       — Да как же… Он сам сказал, что его прислали Вы. Я ещё уточнила по поводу оплаты, потому что у него было очень много подарков, но он сказал, что Вы всё оплатили, — администратор растерянно переводила взгляд с него на двери, через которые ранее вышел аниматор.       — Странно, — хмыкнул он и, решив, что позже уточнит у Миён, вернулся к прежнему маршруту. — Дальше я сам, спасибо, — поблагодарил он девушку, когда они остановились напротив нужной двери.       Войдя в комнату, что выполняла роль спальни для четырёх детей, Тэхён тут же наткнулся глазами на одиноко сидящего в углу и прижимающего коленки к груди Дохёна.       — Здравствуй, — пройдя вглубь, он снял перчатки, осматривая одну из кроватей, что теперь принадлежала мальчику.       — Зачем Вы ему сказали? — прозвучало обиженно.       — Кому? — усаживаясь рядом, он остановил руку, которой прежде хотел коснуться волос мальчика и почувствовать, как тот себя чувствует в незнакомой обстановке.       — Я не хочу тут оставаться, — Дохён поднял на него взгляд и чуть отодвинулся, заметив его ладонь.       — Почему? Тебе здесь не нравится? — решив, что не стоит тревожить обострённое чувство тревоги, Тэхён опустил руку.       — Я не хочу, чтобы Тэдди знал, где я живу, — смотря куда-то перед собой, — он не должен знать, где живёте Вы и Чонгук. Вдруг он решит забрать и вас? — на последних словах, мальчик пнул лежащий перед ним подарочный пакет.       — Дохён, посмотри на меня, — чувствуя, как в груди начинает собираться тревога, Тэхён полностью развернулся к нему, — пожалуйста.       — Давайте уйдём отсюда. Я могу жить в больнице, — выполнив его просьбу, тот смотрел на него полными надежды и слёз глазами.       — Дохён, я обещаю тебе, что Тэдди не сможет причинить тебе вреда. Почему ты решил, что он знает, где ты находишься?       — Потому что он приходил сегодня, — взгляд снова упал на пакет.       — Тэдди приходил к тебе? Сюда? Ты уверен? — возможно, его голос слишком сильно выдавал волнение.       — Да. Он спросил, как у меня дела. Сказал, что рад видеть меня, и рад, что у меня всё хорошо.       Поток ужаса пронесся по венам, когда эти слова достигли ушей. Мурашки побежали по спине, посылая дрожь по всему телу. Казалось, что сам воздух вокруг затрещал от электрического разряда, отчего волоски на его руках встали дыбом.       — Дохён, ты говоришь о том, что аниматор, приходивший сегодня, это Тэдди? — мышцы напряглись, готовясь к тому, что должно было произойти. Он не знал, какой ответ хотел бы услышать, поскольку ни один из возможных вариантов не изменит того, что убийца был в приюте, полном детей, которые могли подойти под его понятие «нуждающихся в спасении».       — Да, — кивнул мальчик, — Он сказал, что пришёл попрощаться со мной и передать привет своему старому другу.       Тэхён испытывал настоящий ужас от осознания, что убийца-психопат прошёл мимо него как ни в чём не бывало.       — Добрый день, доктор.       — Старому другу? — стараясь оставаться в реальности, он сжимал кулаки.       Мальчик потянулся к пакету.       — Он сказал, что был очень рад узнать, что его друг исполнил свою мечту, и просил ему передать, — Дохён протянул игрушку.       — Он говорил о Чонгуке? — сглотнув колючий ком страха, произнёс он, беря в руки синюю фигурку полицейского.