Kristina teacher

Катя с Алиёй сидели в столовой, за отдельным от всех столом. И ели спизженные у младших классов, печенюшки. -меня не будет в школе. Меня намеренно отправляют санаторий.—Помешивая ложечкой предельно сладкий и остывший чай, Катя поднимает на подругу глаза. -Понятно, кидалова. -Привет девочки)—К ним подсаживается Арина, улыбаясь. Но заметив грустную улыбку Кати и серьёзный взгляд Алии. Подвигает к себе тарелку с печеньками. И задаёт вполне логичный вопрос: «а что собственно случилось?» -Катя в санаторий уезжает. -Почему? Что случилось? -Да опять эта херня с желудком. Сегодня, после обеда.—Она отводит взгляд. -Значит, через два урока.—Верно подмечает Арина. -Ага, мне ещё собраться нужно будет. Кудряшка подпирает правой рукой щёку, и замолкнув, наблюдает за школьниками. Отправляя в рот ещё одну печеньку. Её взгляд будто сталкивается и застывает, словно от паралича. Кристина Алексеевна смотрит на неё. В её лазурные глаза, и миловидное личико. Учительница, заметив что на неё смотрят в ответ, краснея, отворачивает голову и в спешке начинает есть. -Хах..—Хмыкнув, Арина не сводит взгляд со своей наблюдательницы. -что такое?—Спрашивает Алия. -Кристина Алексеевна. В последнее время, для учительницы, она слишком странно себя ведёт. Завышает мне оценки.. -Но это ж хорошо! -Я знаю!—Раздражённо выкрикнула Арина, что одноклассники с соседнего столика косо, на неё посмотрели. Заметив это, девушка сбавила тон.—Но это странное поведение со стороны учителя, к ученику. Понимаешь? Помочь со сбором тетрадей, вытереть доску и т.п.  Всё она просит делать меня. А так-же, эти “случайные” прикосновения. -Да брось, Арин. Ты преувеличиваешь. Катя наблюдала за разговором подруг, после встала и молча ушла. Подруги удивлённо переглянулись и уставились Кате в след. На уроки, девушка не явилась. Написав короткое сообщение Алие с местом встречи *** После уроков, Алия пошла к дому Кати, где она попросила её встретить. Алия подходит к площадке, напротив подъезда, где живёт её подруга. Через время, она видит Катю, выходящую из подъезда. Заметив брюнетку, Катя бежит к ней. Как они обычно бегут друг к другу при их встрече. Перед площадкой располагалась дорога. И как только она пробегает несколько метров по асфальту, проезжающий грузовик сбивает девушку. От сильного толчка, Катя отлетает, ударяясь головой о бордюр. Грузовик, затормозив. Но из-за инерции, сделал это не сразу, и переехал валяющуюся на дороге, Катю. Ноги по бёдра в переломах, сотрясение мозга. Её в сознании, Катя увидела размывавшуюся перед глазами картинку. Во рту на языке, до боли знакомый и тошнотворный, металлический привкус. При падении, она зажала свой язык между зубов, и продырявила его зубами. Словно пластилин. Водитель выглянул из окна, на кровавую лужу и помирающее тело Кати. Коротко пробубнев что-то совсем неслышимое. Он тянет за ручник. Поехав назад и ещё раз переехав девушку. Она хрипло застонала, широко раскрыв рот и не чувствуя своё тело, лишь вибрацию. Сейчас её конечности, и впринципе она сама, в шоковом состоянии. Поэтому всё что она чувствует сейчас—Лишь вспышка, прожектора, перед ослепляющем шоу. Водитель снова тянет за ручник, переключив передачу и поехав вперёд, вновь переезжает Катю и наконец уезжает. Алия смотрит на тело, с переломанными костями, как из лопнувших глазных сосудов, от давления, сочится кровь. Рёбра сломаны, сломленные кости вонзившиеся в лёгкие, превращают их в дырявый сосуд с красной жидкостью. От этого, изо рта льётся ещё больше крови. Она больше не дышит, а лишь булькает и задыхается. Чувствуя как к горлу подступает горячая и до омерзения противная, жидкость. Некогда крашенные, красные волосы, переплелись комками и слиплись из-за засыхающей крови. Лоб, до самых губ покрыли кровавые подтёки. Алия бросается к лежащей, и уже бездыханной подруге, из её рта пузыриками вытекает кровь. Она кладёт руку, ей на щеку, чувствуя липкую и чересчур жидкую кровь на своей ладони. -Катенька..—Футболка трупа порвалась, из которого выглядывала кровавая, хлопковая ткань лифчика. Это невинное и растерзанное тело, оно так спокойно лежит в этой луже грязи.. Как же оно просит, просит чего-то более тактильного и извращённого. Брюнетка оглядывается, заметив за собой пустующую пока что улицу, затаскивает окровавленное тело в подъезд, бросает к стене и садится сверху. Катя находилась в полу-сидячем положении, облокачиваясь на стену сзади. Её руки уродливо перемолонными костями, придавленными гусиничками, разложились по полу. А голова, повисла, болтаясь и держась только за нервные окончания на горле. Остальные участки шеи, превратились в неразборчивое месиво, состоящее только из крови и мяса. Ну и другой органики, которая присутствует в этой области, и вообще в человеческом теле. Сидящая сверху девушка. Скидывает с себя футболку, оставаясь в топе, под которым ничего нет. И запуская руку, начинает ласкать свою грудь, давя пальчиком сквозь тонкую ткань, затвердевший от возбуждения, сосок. Прикусив губу, Алия поддаётся вперед, утыкаясь лицом в замызганные кровью волосы. Прикусывая, разжёвывает спутанные клочки волос, проникая язычком до волосного покрова, до самой кожи головы. Затем причмокивает и глотает, сдерживая рвотные рефлексы. На зубах хрустят песчинки собранной языком, с волос грязи. В это время, она поднимает топик и из него вываливаются две груди среднего размера. Взяв их в руки и сжимая до колющей боли, трёт об лицо и растирает ими кровь мертвеца. Наконец это ей наскучило. Испытав пару малых волн эрекции. После чего мастурбировала себе, улёгшись на трупе. -Катюш..~ -- Подползя к личику подруги, Алия всматривается в застывшие, стеклянные глазки. Заляпанные кровью. Очки на ней разбились, вонзившись острыми концами осколок в кожу под веками, щёки и сами глаза.—Ты грязненькая. А особенно, твоё личико. Ты так запачкалась. Дорогая моя.~           Последние слова она растянула, словно пропев. Указательный палец оставлял оранжево-красноватые разводы на уцелевшей половине очков. Аккуратно взяв их за чудом не сломанные, а только чуть согнувшиеся, металлические заушники. Снимает их и надевает себе на голову. -Теперь мы похожи. Катенька!~ ***   Часом ранее…   Арина надела голубую вязанную шапку, дотянув её до ушей. И натягивала пуховик. Погода на улице нормализовалась, но её мать всё ровно настояла на тёплой одежде. С искренней заботой о дочери. Кристина Алексеевна, подбегает к ученице, чуть не сбивая её с ног. -Арина. Как хорошо что ты не ушла. Можешь помочь мне с проверкой тетрадей? -Но я уже домой ухожу.. -Я тебя на машине подвезу. Пошли.—Безцеремонно схватив кудряшку за запястье, она утаскивает её на лестницу. Они достигают четвёртый этаж. И заходят в класс. Учительница садится за своё кресло, перед тремя, высокими стопками тетрадей. Арина садится за первую парту, напротив неё. Арина проверяла тетрадь за тетрадью младших классов, и отдавала учительнице. И она ставила оценки в журнал. Быстро пробегаясь глазами, не ошиблась ли её ученица. Они проверяют ещё с десяток однотонных тетрадок, с одними и теми-же заданиями. Все как один, девушка уже еле различала одну запись от другой. Кристина Алексеевна поднимается с нагретого места, прикрывая в сонном зевке рот. -Арин. Я отойду. А ты садись на моё место, выстави оценки классу, и можешь быть свободна. «И можешь быть свободна.»-- Как сладко и угаждающе звучит эта фраза. Это предвкушение от слова «свободна», даёт мотивацию и новые силы. Херачить дальше. Арина чуть ли не вскакивает со школьного и неудобного стула, от которого у неё затекли спина и ноги. А пятая точка пульсировала и требовала более мягкого и удобного места, для её “посиделок.” Перебравшись на учительское кресло, Арина тает, от наслаждения. Это объясняется тем, что после чего-то ужасного, на подобии—школьного стула. Что-то получше—Учительское кресло. Приносит большее удовольствие. И её отсиженные булочки, скажут спасибо хозяйке. Учитель к тому времени, покинула класс. Проходит ещё пятнадцать минут. Арина клацкает мышкой и ставит оценки на портале. Она так увлеклась этим делом, что не различила звука ключа, запирающего её в классе. Чужая рука ложится ей на плечо. -Кристина Алексеевна?—Не поворачиваясь, и не отвлекаясь, спрашивает девушка. Неизвестный, приближается к её лицу со спины и облизывает склизким языком, ей щёку. -Эй! Фу! – Арина подскакивает с кресла, вытирая рукавом облизанную щёку. Как застывает. В полном ужасе. Прямо перед ней стоит Эльвира Альверкивна. С прилитой к глазам кровью, швами по всему лицу, голове и шее. Её грудь медленно вздымалась, а из ноздрей кажется, скоро пошёл бы пар. -Ты-ы-ы.. Сучка смазливая. Ты какого хрена посмела вообще что-то решать в нашей жизни. А!?.—Бывшая учительница подходит ближе, к кудряшке, с перекошенным от злости лицом. Обвисшие щёки в процессе операции были срезаны, но на их месте остались швы, которые медленно разрывались. И шрам между ними был всё больше.—Думаешь, я не знаю что тебе мой Серёженка нравится?! Запала на него. ШЛЮХА!!—Жируха топнула ногой. От чего, парализованные страхом, ноги Арины подкосились и та от бессилия упёрлась в стену. Толстая рука хватает обездвиженную страхом жертву и поднимает, держа ту за воротник. -Жить нам мешаешь. Ну ничего.. Я с тобой быстро разберусь. Из тебя малолетней, дурь выбить несложно. -А.. Я-я..—Её голос, резко стал выше и задрожал, как осиновый лист под конец осени, на ветру. Это чувство отчаяния застыло глубоким и толстым комом в горле. Не давая, запрещая говорить. Неужели для неё всё так закончится? Её ведь никогда не интересовал этот Серёжа, будь он не ладен. И она ничего сделать не сможет, отпор там дать. Или элементарно закричать, позвать на помощь. \ Жируха опускает девушку на пол, не отпуская ту, подносит к своему лицу. И сквозь гнилые, пожелтевшие зубы произносит неразборчивые слова. Шипя ей в лицо. Арина недоумённо пялится на неё, положив ватные руки поверх её, что держали за воротник. Так проходит длительная минута, неразборчивого шептания Эльвиры. После чего она швыряет ненавистную ей девчонку. Арина ударяется в большой шкаф для учебников и рабочих тетрадей. Чувствуя тупую боль в спине. Ей наступают на голову, всё больше сдавливая ногой. Арина в отчаянии закричала. Но её тут же заткнули пинком горло. Эльвира приседает перед ней. Берёт Арину за вихри разлохматившихся волос. И начинает долбить об пол. Оставляя на нём кровавый отпечаток, сломанного носа девушки. Она вновь плачет, ей больно и страшно саму за себя. Эта обезумевшая старуха может посметь вытворить с ней все её грязные пожелания.   *** -ммм.. Мгх. Ам.~-- Вылизывая кровь с Катиного лица, Алия язычком проходится по глазному яблоку, заползая им под веки. Она сидит полностью голая, по локти в чужой крови. Вдруг она уловила на мысли, что на неё кто-то смотрит. Она отстраняется от тела и смотрит вокруг. Никого. Она успокаивается и вновь нависает над трупом. И смотрит на кровавое месиво на шее, и уже подсохшую кровь. Ей ведь так всегда было интересно, какова на вкус человеческая кровь. Наклонившись над телом, Алия опускается ниже и присасывает кровь, цепляя губами человеческую плоть. Немного прожевав эту кашу, она глотает. Чувствуя, волну тошноты и отвращения. В носу застыла трупная вонь, тело совсем свежее. Но вонь такая, будто она уже начинает сам процесс разложения. Со стороны лифта раздаётся стучащий и негромкий шум. Алия стоя на четвереньках, подбегает к нему. С тринадцатого этажа кто-то спускается на лифте. -Твою мать! Её игры прекратились. Алия вскочила на ноги и принялась одеваться, измазывая свою одежду кровью. Выбегает из подъезда, просто вылетает. Но пропуская две лестницы на крыльце, девушка теряет равновесие и падает. Вытянувшись как лягушка, во всю длину. На асфальте остаётся кровавый отпечаток. Алия снова вскакивает, отряхивает себя от грязи и мчит побыстрей домой. Она достаточно задержалась. *** Арина валяется на полу, пока её пинают. Удары приходятся в область живота и ног. Она так больше не может, она не выдержит. Ручка запертой двери, позади старухи, задёргалась. А за ней послышался голос Кристины Алексеевны. Как только Эльвира отвлекается, на дверь. Арина тут-же вскакивает, подлетая к столу учителя. -Куда ты намылилась…-- Эльвира подбегает. Во всю тряся своим жиром. Как получает точный удар ножницами в горло. Она немного отходит от Арины. Большими глазами смотря на своё ранение. Арина закричала, нанося новые удары, в области: лица, ключиц и груди. -МОЙ ГЛАЗ. ТЫ ВОТКНУЛА ЕГО ПРЯМО МНЕ ГЛАЗ.—Эльвира Альверкивна заревела, скорее не крича от боли. А извергая ужасные звуки. Швы на щеке разошлись, и нижняя сторона шрама повисла, обнажая свежий шрам. Арина бросается к двери, хватая ключ, что выронила эта жируха. И открывает чёртову дверь, просто падая в чужие объятия. Прижимаясь к собственному учителю. Словно она—её островок спасения. С ней, она чувствует себя в безопасности. -Арина, что здесь происх..—Она не успевает договорить, как ученица встаёт на носочки и затыкает её поцелуем. Впиваясь, в чужие губы, и обхватывая кровавыми руками шею учителя. Арина прикрывает глаза. Слушая на фоне неистовые звуки, громкий звук битого стекла и более глухой. Эта ебанутая выбросилась с окна.—Завершила свой мысленный вердикт Арина, отстранившись от Кристины Алексеевны. -Учитель, я люблю вас.