Ханахаки Аарона

Пейринг: Рико Морияма / Аарон Миньярд Троп: Ханахаки Жанр: стекло, ангст, чувства --- Аарон понял, что что-то не так, когда впервые закашлялся лепестками. Это было утром. Обычное утро, серое, тихое. Он сидел за столом, готовясь к занятиям, с чашкой давно остывшего кофе, когда в груди вдруг неприятно защекотало. Сначала он не придал этому значения — просто кашель. Просто сухость. Но потом на ладонь упало что-то мягкое. Белый лепесток. Аарон замер. Он смотрел на него слишком долго, будто если перестанет — тот исчезнет. Будто это галлюцинация, вызванная недосыпом. Но лепесток был настоящим. Он был тонким, полупрозрачным, с едва заметными прожилками. И Аарон уже знал, что это значит. Он не был идиотом. — Чёрт… — выдохнул он, и это слово отозвалось болью в груди. Он никому не сказал. Конечно, нет. Он продолжал тренироваться, продолжал учиться, продолжал жить, будто ничего не происходит. Только теперь кашель приходил чаще. Иногда ночью, когда никто не слышал. Иногда в душе, чтобы вода смыла доказательства. Иногда прямо на тренировке, когда он отворачивался и делал вид, что просто устал. Он собирал лепестки и выбрасывал их. Будто это могло что-то изменить. Будто это могло заставить его перестать любить. — Он ненавидел себя за это. Ненавидел за слабость. Ненавидел за то, что именно он. Рико Морияма. Король. Монстр. Человек, который никогда не смотрел на него так, как Аарон смотрел на него. Для Рико он был никем. Инструментом. Пешкой. И этого должно было быть достаточно. Должно было. Но его тело предало его. — Однажды вечером кашель стал слишком сильным. Он согнулся пополам в пустой раздевалке, пальцы сжимали край раковины, пока лёгкие будто разрывались изнутри. Лепестки падали один за другим. Белые. Чистые. Красивые. Аарон ненавидел их. Он ненавидел то, что они значили. — Ты жалок. Голос прозвучал тихо, но Аарон всё равно вздрогнул. Он поднял голову. Рико стоял в дверях. Он не должен был быть здесь. Не сейчас. Не тогда, когда Аарон был слаб. И не тогда, когда всё было видно. На полу. В раковине. В его руках. Лепестки. Рико смотрел на них молча. Долго. Слишком долго. Аарон выпрямился, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Убирайся, — сказал он хрипло. Рико не двинулся. — Это из-за кого? — спросил он. Вопрос был холодным. Отстранённым. Будто ему просто любопытно. Будто это не имело значения. Аарон усмехнулся. — Какая разница? Рико сделал шаг ближе. — Я задал вопрос. Аарон посмотрел ему в глаза. И это было ошибкой. Потому что он не мог лгать. Не ему. Не сейчас. — Тебя это не касается, — сказал он. Ещё один лепесток упал с его губ. Рико смотрел на него. И впервые в его взгляде не было презрения. Только что-то другое. Что-то опасное. — Идиот, — тихо сказал Рико. И Аарон не понял, кому именно это было адресовано. — На следующий день кашель не пришёл. И на следующий тоже. Аарон не знал почему. Не знал, что изменилось. Пока однажды Рико не остановил его после тренировки. — Смотри на меня, — сказал он. Аарон посмотрел. И Рико поцеловал его. Это не было нежно. Это не было мягко. Это было резко. Требовательно. Настояще. Но этого было достаточно. Когда Рико отстранился, Аарон тяжело дышал. — Теперь ты не умрёшь, — сказал Рико спокойно. Будто это был факт. Будто он всегда контролировал это. Аарон сглотнул. — Почему? — спросил он. Рико смотрел на него. Долго. — Потому что ты мой, — сказал он. И впервые это не прозвучало как приговор. Это прозвучало как выбор. — В ту ночь Аарон не кашлял. И впервые за долгое время смог дышать.