Вернутся к фанфику

Часть 28

5 апреля 2026, 18:17
      В будничное расписание Ло Вэньчжоу между работой и лагерем теперь добавилось время, в которое он пытался провести свое расследование. Единственная ниточка — человек, который разбился с Гу Цзян, — ускользнула, оставив после себя только урну с прахом. Даже если Ло Вэньчжоу подозревал Фэй Чэнъюя в том, что тот организовал убийство Гу Цзян, он не мог подступиться к своему подозрению ни с какой стороны.       Он нашел материалы с уличной видеокамеры в районе особняка Фэй в тот самый день, когда Гу Цзян приехала к Фэй Чэнъюю. Она пришла пешком от въезда в жилой комплекс, пробыла в особняке двадцать минут и ушла. С точки зрения Ло Вэньчжоу топала Гу Цзян довольно раздраженно, а значит, вполне вероятно, что рассказ Фэй Чэнъюя был правдой: он не дал этой девчонке ни юаня, и она ушла ни с чем. Однако почему-то не выложила видео в сеть. Может, потеряла к жертве интерес, раз шантаж не сработал? В конце концов у Гу Цзян не было проблем с деньгами — у нее были проблемы с головой, и она искала острых ощущений, а не заработка. Натолкнувшись на человека, который оказался ей не по зубам, она либо бросила свое занятие, либо придумала что-то еще.       Возможно, Ло Вэньчжоу был ее следующей жертвой… Кому еще могла прийти в голову идея следить за Фэй Ду, чтобы сделать компрометирующие фотографии? В отличие от семьи Фэй Ло Вэньчжоу пребольно наступил ей на пятку, поймав за шкирку в «Красной розе»… Рискнула бы Гу Цзян связаться с полицией? Ее партнер, продолживший дело подруги, оказался то ли не слишком решителен, то ли так долго готовился.       Невроз, который отступил рядом с Фэй Ду, снова вернулся, хотя и не в такой выраженной форме. Приступы сердцебиения и тремора в руках, беспокойный сон, навязчивые мысли… Он снова достал таблетки, не желая перепугать Фэй Ду ночью кошмаром и дать повод для тревоги.       Он и так стал поглядывать на него слегка вопросительно.       — Что-то случилось? — когда в очередной раз на неделе Ло Вэньчжоу приехал далеко после ужина, Фэй Ду хмуро поинтересовался в чем дело.       — Случилась работа, детка. Думаешь, деньги на твои торты и подарочки мне падают с неба? — в качестве извинений он привез Фэй Ду очередной бенто-торт, который тот взял с подозрительным прищуром.       Наверное, это тоже было симптомом его невроза: если раньше Ло Вэньчжоу психовал из-за того, что Фэй Ду от него отстранился и был холоден, то теперь бывало начинал нервничать на пустом месте, потому что ему казалось, что тот буквально дышит в затылок. Ло Вэньчжоу занимался рабочими делами, или своим расследованием, или стоял на светофоре, сидел на толчке, обедал в столовке или дремал одним глазом на собрании, и вдруг в его голове появлялась мысль: «Фэй Ду здесь».       Прислушиваясь к своим ощущениям, он осознал, что в последние недели довольно часто чувствовал что-то подобное, но обычно не обращал внимания. Не смотря на все страхи и тревоги, которые окружали образ Фэй Ду, мысли о нем приносили Ло Вэньчжоу успокоение. Хотя Фэй Ду не был физически рядом, Ло Вэньчжоу знал, что вечером поедет в лагерь, что, если напишет в чат, тот ответит почти сразу, что Фэй Ду под присмотром, и в их графике общения есть элемент стабильности.       Однако все иначе, когда у тебя есть какой-то секрет, не так ли?..       Несколько раз эта мысль появлялась так резко и внезапно, что Ло Вэньчжоу дергался и оборачивался, лез проверять телефон или начинал прислушиваться. И даже осознание того, что это полнейшая глупость, не могло унять его тревоги. Фэй Ду никак не мог оказаться в спецотделе, в машине или возле дома у опрошенных им подростков, так что Ло Вэньчжоу старательно гнал от себя эти навязчивые ощущения.       — Что вы расследуете сейчас? — занятый тортом, Фэй Ду выглядел праздно любопытным, но Ло Вэньчжоу оставался настороже.       Мог ли Фэй Чэнъюй поговорить с сыном о визите детектива?       Нет, едва ли… Фэй Ду бы взбеленился, если бы узнал.       — Серийные ограбления в северном округе. Кто-то обчищает дома богатеев, но берет исключительно музейно-антикварное барахло, и при этом оно еще ни разу не всплыло на черном рынке. Я не большой ценитель древних ночных горшков, но даже мне кажется, что у воров совершенно нет вкуса и они воруют самые страшные на вид. При чем, как утверждают хозяева горшков, это не самые дорогие экземпляры в их коллекциях.       Со стороны Фэй Ду раздался какой-то сдавленный кашель.       — Тортом подавился… — он постарался не выплюнуть то, что набрал в рот, и Ло Вэньчжоу закатил глаза, наливая ему воды из кувшина.       — У тебя отбирают, что ли?..       Прокашлявшись и проглотив сладости, Фэй Ду с покрасневшими глазами спросил:       — А что бывает, если кто-то уничтожает историческую ценность? Даже если это горшок.       — Обычно платят штраф, но не советую тебе ничего ронять в музее — штраф может быть немаленький.       Вчера, когда он вернулся в лагерь, Жуань Наньчжу и Фэй Ду потащили его в зал фотографироваться на пропуск для экскурсии. В выходной господин Се решил свозить своих подопечных в городские музеи. Хотя Фэй Ду едва ли мог рассчитывать на такую удачу, как еще одни свободные выходные, на всякий случай он упросил Ло Вэньчжоу сделать фото.       — А что, полицейский значок уже не подходит?       — У всех вожатых и детей будут специальные пропуска, а вы что, белая ворона? Напишем, что вы физрук, — заявил Жуань Наньчжу.       — Да. Физрук в лагере радиоэлектроники, ведущий экскурсию в историческом музее…       Да ладно, ему не жалко. Тем более, что ехали они в Наньань, а не Синьчжоу — ничего страшного, если он поедет с ними.       — Кстати, а где ваш придурочный У Се? Что-то его давненько не видно…       — А, он под домашним арестом, — отмахнуться Жуань Наньчжу, пока Линь Цюши настраивал фотоаппаратуру, а Фэй Ду поправлял рубашку Ло Вэньчжоу. — Это ж он спустил в унитаз пару килограммов пельменей, устроил прорыв трубы и обвал потолка в столовке.       Похоже, надо было, чтобы что-то сломалось и упало на голову обитателям лагеря, чтобы этого придурка посадили в надзорную палату.       Из-за того, что Ло Вэньчжоу приезжал так поздно, их тренировки с Фэй Ду почти сошли на нет, что несказанно расстраивало. Его усилия были впустую — без регулярных занятий Фэй Ду быстро потеряет форму…       — Тренируйся без меня, ты и так уже все знаешь.       — Ох, нет, я устал… Я упал днем, и у меня болит нога… Вот, смотри, тут синяк! И руку тоже потянул…       Фэй Ду попытался показать ему крошечный синяк на коленке, за что Ло Вэньчжоу зажал его голову под мышкой и накрутил кулаком макушку.       — Ах, ты лентяй! Лишь бы торты лопать! Пока я не смотрю, ты зада с дивана не поднимаешь?       — Пусти-пусти! — Фэй Ду смеялся и голосил одновременно, сначала пытаясь вырваться, а потом внезапно начал расстегивать Ло Вэньчжоу брюки.       Пришлось выпустить его из захвата, пока с него не стянули штаны.       — Что такое? Разве ты не хотел со мной поиграть, шифу? — встрепанный и красный, Фэй Ду растянул губы в хитрой улыбке, сверкая в сторону Ло Вэньчжоу горящими глазами.       — Сейчас ты у меня допрыгаешься, засранец!       Ну, а чтобы не было обидно, они попрыгали вместе. Прямо до подножия холма — на скакалочках.       Честно говоря, не одному Фэй Ду хотелось выкинуть что-нибудь эдакое, но у Ло Вэньчжоу было слишком много забот и на то, чтобы поддаться искушениям, не оставалось моральных сил. Они даже ложились не слишком поздно, потому что мужчина, уставший после дневных приключений, валился с ног. В последний раз он поленился даже выгнать Фэй Ду, забравшегося к нему в постель и устроившегося у него под рукой.       Он буркнул в полусне:       — Иди к себе…       На что получил в ответ невозмутимое:       — Я и так у себя.       Завернул засранца в плотный кокон из своих рук и ног и отрубился.       Он снова связался с Чжоу Мэй — сестрой Чжоу Сюя, — и застал ее дома за суетливыми сборами. В квартире был еще больший кавардак, чем в прошлый раз, детские и взрослые вещи лежали тут и там среди сумок и чемоданов.       — Вы куда-то уезжаете? — Ло Вэньчжоу отказался от чая, его усадили на свободный уголок дивана.       Эта несчастная женщина с больным ребенком сегодня была похожа на собственную квартиру — ее одежда сбилась, волосы торчали во все стороны, но на уставшем лице была улыбка.       — Да! — она улыбнулась еще шире. — Три месяца назад мы попали в программу инновационного лечения через благотворительный фонд. Оно дало положительные результаты, и теперь моему сыну можно провести операцию. Мы уезжаем в заграничную клинику послезавтра. Если бы пришли на пару дней позже — уже бы меня не застали.       — О, надеюсь, с вашим сыном все будет хорошо, — Ло Вэньчжоу сначала улыбнулся, глядя на ее счастливое лицо, а потом уточнил: — Что за благотворительный фонд? Можно узнать, как вы смогли попасть в эту программу? Просто… У моих знакомых тоже есть тяжело больной ребенок, может, поделитесь информацией?       — На самом деле это была практически случайность, детектив Ло, — она заколупала свои пальцы, вздыхая. — Мы стояли в очереди в эту программу очень долго, несколько лет. Каждые четыре месяца они отбирали новую группу детей по нескольким параметрам вроде диагноза, тяжести состояния и осложнений. Мы думали, что уже не дождемся помощи, ведь время идет, и А-Лин растет, не получая достойного лечения. Мы с мужем небогаты и можем оплатить только минимальную помощь, которая поддерживает его в нынешнем состоянии. А тут еще Чжоу Сюй… В общем, я думала… Не знаю, думала, может, стать донором или вроде того, чтобы заработать денег, но моего здоровья едва хватает, чтобы заботиться о А-Лине… — на ее глаза снова навернулись слезы, но потом она взбодрилась. — А потом нам внезапно позвонили и сказали, что освободилось место в новой группе, и нас выбрали из очереди, как одних из тяжелых больных. Просто повезло, детектив Ло. Но я так благодарна! Моему ребенку гораздо лучше, теперь у него есть шанс на относительно нормальную жизнь! Фонд называется «Тепло сердец».       Вот как…       Было ли таким же случайным совпадением то, что одним из основателей фонда был Фэй Чэнъюй? И то, что сестра погибшего Чжоу Сюя так удачно попала в программу лечения через некоторое время после его смерти?..       Он расспросил ее еще раз о вещах брата и его знакомых, но Чжоу Мэй не сказала ничего нового.       Изучая более внимательно дела фонда «Тепло сердец», Ло Вэньчжоу раздумывал о том, может ли человек, трагически потерявший родственную душу, пойти на убийство?.. Что бы сделал он сам, окажись на месте Чжоу Сюя? Честно говоря, он хотел бы убить мразь, которая довела его партнера до самоубийства.       Мог ли Чжоу Сюй получить такую возможность, вступив в банду, занимающуюся торговлей наркотиками?.. Как наркоторговцы могли быть связаны с фондом Фэй Чэнъюя?.. Этот паззл отказывался складываться во что-то вразумительное.       Перелистывая еще раз дело об аварии, Ло Вэньчжоу заново перечитывал показания стариков. Помнится, он просил Тао Жаня проверить их, и результаты его расследования были приложены к делу. Никаких сомнительных доходов, парочка скромных фермеров — среди родни только дочь, живущая в городе, без долгов, больных детей и баснословных кредитов. Ло Вэньчжоу открыл ее личное дело: она работала в офисе какой-то крохотной фирмы, оказывающей клининговые услуги, и проживала…       Бровь Ло Вэньчжоу слегка приподнялась. В адресе проживания был указан весьма неплохой жилой комплекс, снимать жилье в котором едва ли могла позволить себе скромная секретарша. Она не состояла в браке, в графе «родственная душа» стоял прочерк, что означало: она еще не встретила своего партнера; но вполне могла состоять с кем-то в отношениях и жить за счет мужчины.       Ло Вэньчжоу открыл фото, приложенное к делу, и постучал пальцами по столу. Вэй Инцзин была крайне далека от идеала красоты, но на ее карту регулярно приходили деньги от некоего Ван Хэцзяна, которые она тратила в магазинах комиксов, аниме-кафе, барахолках и каких-то сомнительных мероприятиях для гиков.       Ло Вэньчжоу нашел профиль этого Ван Хэцзяна в соцсети и обнаружил, что тот был весьма привлекательным ровесником госпожи Вэй. Он тоже любил аниме, комиксы и компьютерные игры, а в его аккаунте селфи чередовались с картинками персонажей. Господин Ван позиционировал себя как одинокого одиночку и на всех кадрах был один или с котом. В геолокации был указан Шанхай, и ни одной совместной фотографии с госпожой Вэй Ло Вэньчжоу не нашел. Складывалось ощущение, что их общение проходило исключительно в сети.       Какое-то время Ло Вэньчжоу хмуро смотрел на чужие социальные страницы. Конечно, в жизни сходились самые разные люди. Иметь отношения на расстоянии и посылать девушке деньги — не было само по себе преступлением… Просто… Это выглядело крайне странно.       Он все-таки отправил запрос в Шанхайское отделение, чтобы получить данные на этого Ван Хэцзяна, зная, что не сможет успокоиться. А чтобы убедиться в том, что они действительно были парочкой, решил еще и заглянуть к Вэй Инцзин. Он раздумывал припугнуть госпожу Вэй налоговой за незаконный доход, но, заехав домой, внезапно решил, что стоит пойти немного другим путем.       Ло Вэньчжоу переоделся в обтягивающие драные джинсы и футболку, плотно обтягивающую его рельефный торс, немного прилизал волосы на бок, как господин Ван на своих фоточках, даже умудрился отыскать несколько пацанских браслетов, которые уже давно не носил. Он был ничем не хуже этого мужика из соцсети и даже в пять раз лучше.       Детектив — не всегда лучшая роль, чтобы задать вопросы. Если нужно было для дела, то и Ло Вэньчжоу мог немного подыграть ради получения желаемого.       Напроситься на помощь и чашку чая, прикинувшись соседом в беде, оказалось не так уж трудно. Госпожа Вэй была не прочь поболтать с красавчиком, ничуть не стесняясь ни бардака в захламленной квартире, ни своего домашнего растрепанного вида. Слово за слово, и Ло Вэньчжоу подтвердил свои догадки: Ван Инцзяна госпожа Вэй никогда не видела.       — Мы познакомились год назад, он стал спрашивать меня о моей коллекции фигурок. Оказалось, у нас много общего. Он любит тоже, что и я, слушает такую же музыку, смотрит те же фильмы — жаль, что он не мой партнер, ведь мы с ним буквально созданы друг для друга! Он сейчас работает за границей и не может вернуться, а когда приедет — заберет меня из Синьчжоу в Шанхай.       — А вдруг при встрече окажется, что он на самом деле старый нищий горбун? — Ло Вэньчжоу старался не смотреть на нее, как на дурочку.       — Мы много раз обменивались фотками, так что точно нет.       Она показал Ло Вэньчжоу переписку и скинутые друг другу вечерние селфи. На фотки обоих любовничков была налеплена куча фильтров, и их лица выглядели очень неестественно.       — А вдруг у него есть жена и дети?..       — Вдруг да вдруг. Я верю своему Цзян-Цзяну! Если бы рассуждала как ты, то только извела себя переживаниями. А так — живу хорошо и счастливо! Вот когда он приедет и окажется женатым горбуном, тогда и буду переживать.       На это даже возразить было нечего. Так-то госпожа Вэй ничего не теряла — приятное общение, деньги, маячащее на горизонте счастливое будущее… И в самом деле не придраться.       Он поднял руки вверх, посмеиваясь.       — Ладно-ладно, вижу, что неправ. Просто обидно будет, если сердце госпожи Вэй окажется разбито.       — Что ж, его залечат коллекции фигурок, которые я купила на подаренные Цзян-Цзяном деньги.       И она довольно улыбнулась.       По крайней мере, переживать о том, что госпожа Вэй выбросится из окна, когда узнает, что Ван Хэцзян поддельный парень, не стоило.       Сестра Чжоу Сюя получила шанс на спасение ребенка, дочка стариков, случайно проезжавших мимо аварии, получала деньги от виртуального парня и жила припеваючи…       Старики… Могли они забрать из машины что-то важное после аварии? Мобильник, документы, какие-то улики? Никому в голову не пришло осматривать их или их автомобиль. Какие бандиты будут нанимать трясущихся пожилых людей?       Когда он добрался до лагеря было уже девять вечера. Наверное, скоро ему прикроют лавочку с отдельным ужином. Последние два дня Фэй Ду и так приносил ему еду в комнату, чтобы не ходить лишний раз вниз и никому не мозолить глаза.       Стоило двери открыться, Фэй Ду бросил свою книжку и поспешил встретить Ло Вэньчжоу, но на полпути споткнулся и застыл. А потом на его лице мелькнула лукавая улыбка, и он подошел к своему гэгэ уже неторопливо, словно собирающийся усыпить бдительность хищник.       — Ло-гэ сегодня такой красивый… Мог бы и предупредить, я надел бы что-нибудь другое, — он с досадой подергал свою домашнюю футболку за ворот, подходя к Ло Вэньчжоу почти вплотную.       И только тогда мужчина вспомнил, что переоделся, чтобы немного расположить к себе госпожу Вэй своим стройным телом, бицепсами и обтянутой джинсами накачанной задницей. Госпожу Вэй! А не соблазнять Фэй Ду.       Он поправил его футболку, возвращая воротник на место.       — Я сейчас переоденусь, нечего пускать слюни.       Пальцы Фэй Ду ткнулись ему в грудь.       — Не надо, оставайся в этом. Тебе очень… — Фэй Ду не закончил предложение и с прищуром уставился на грудь Ло Вэньчжоу, тот опустил взгляд. — Это что, крошки от печенья?       Он не успел ответить, как Фэй Ду его старательно обнюхал и отстранился, хмуря брови и скрещивая руки на груди.       — Что это?.. Ты разоделся так для свидания с какой-то женщиной и ел с ней печенье?       Ло Вэньчжоу закатил глаза. Его легенда для госпожи Вэй про ревнивую девушку, выставившую его за дверь, грозилась воплотиться в жизнь. Он решил, что не стоит ничего выдумывать.       — Я оделся так, чтобы расположить эту дамочку к себе и выведать у нее кое-какую информацию. Пришлось попить с ней чайку, чтобы она разговорилась.       Какое-то время взгляд Фэй Ду подозрительно скользил по его фигуре и лицу вверх и вниз, и Ло Вэньчжоу старательно смотрел на этого засранца очень честными глазами. Из них двоих это Фэй Ду с натяжкой был бисексуалом, а у Ло Вэньчжоу таких наклонностей не было — ревновать его хоть к какой женщине было бессмысленно.       — А если окажется, что я владею какой-нибудь важной информацией, ты оденешься так же для меня, чтобы я разговорился? — по его губам скользнула наглая ухмылка.       Ло Вэньчжоу хмыкнул, теперь уже сам вторгаясь в чужое личное пространство и кладя ладонь на поясницу Фэй Ду. Между их лицами осталось совсем небольшое пространство, кончик носа Ло Вэньчжоу почти касался чужого носа. Взгляд скользнул вниз к приоткрытым губам, и он прошептал:       — Эта важная информация о меню в столовке на завтрашний день?       Губы Фэй Ду недовольно поджались, он поднял на Ло Вэньчжоу, испортившего такой момент, укоризненный взгляд, когда из коридора послышался недовольный голос доктора Яня.       — Чего встали тут? Всю дорогу перекрыли. Ни минуты не могут прекратить свои лобзания даже в кабинете у врача!       — Вообще-то это наша комната, — буркнул Фэй Ду, выскальзывая из объятий Ло Вэньчжоу.       — Когда я здесь — это врачебный кабинет!       Спорить с ним больше никто не решился, поскольку в руке у доктора Яна снова были иголки.              Конец недели выдался загруженным, и у Ло Вэньчжоу совсем не оставалось времени на свое расследование. В четверг он сразу поехал к Фэй Ду, ведь они не увидятся до понедельника: выходная экскурсия накрылась медным тазом — Фэй Чэнъюй ждал сына дома. Ло Вэньчжоу ощущал толику дополнительной нервозности из-за того, что Фэй Ду мог узнать о его визите в особняк от отца, поэтому разрешил засранцу весь вечер виснуть на себе.       Лето подходило к концу… У них оставалось не так уж много времени, чтобы побыть вместе — и Ло Вэньчжоу сожалел о каждой упущенной минуте.       — Я хочу отметить свой день рождения в этом году с тобой, — Фэй Ду увязался с ним на пожарную лестницу, куда Ло Вэньчжоу пошел покурить.       — Будет будний день. Как ты себе это представляешь?.. — не то чтобы он не хотел, но едва ли Фэй Ду удастся удрать от отца и друзей.       — Мой отец никогда не празднует дни рождения. Могу пойти вечером куда захочу.       — Ладно, подумаем ближе к делу. Еще месяц впереди.       Фэй Ду внезапно стащил цепочку со своей шеи и надел ее на Ло Вэньчжоу, пряча кольцо ему под рубашку.       — Не хочу, чтобы оно все выходные лежало под плинтусом в ванной. Пусть будет у тебя, в понедельник мне отдашь.       Кольцо было теплым, согретое на груди Фэй Ду. И Ло Вэньчжоу как никогда остро пожалел, что не может оставить Фэй Ду тоже частичку своей теплоты на выходные.       Нужно было поговорить с техотделом и выбрать для маячка что-то, что Фэй Ду мог носить без опаски даже дома. Часы, например… Не так красиво, зато они всегда будут при нем даже в логове монстра.       Доктор Янь, за которым он пришел в кабинет в кои-то веки раньше восьми вечера, начав пихать в них иголки вышел из себя куда прежде.       — Ты! — он обличительно ткнул пальцем в грудь Ло Вэньчжоу. — Мои рекомендации для тебя какая-то шутка?       Ло Вэньчжоу постарался не закатывать глаза. Если бы хоть одна рекомендация доктора Яна звучала как что-то адекватное, а не советы сомнительного характера вроде:       — Вы что святые, практикующие какие-то всратые практики воздержания? Потрахайтесь, и никакие иголки вам больше не понадобятся. Даже Сяо Синчэнь едва не прозрел, начав вести нормальную половую жизнь, а ему, на минуточку, и смотреть нечем.       Или:       — Если боишься, что его отец засунет тебе в задницу кабачок, засунь туда сам что-нибудь первым и скажи, что уже занято. И потрахайтесь уже.       Ну, или что-то типа:       — Ему семнадцать, а не семь — некоторые в этом возрасте уже покоряют цзянху, становятся полководцами и выходят замуж. Ты ждешь, пока его хризантема увянет и осыпется?       Похоже, доктор Янь не только своим нарядом пребывал в другой эре, но и взглядами на жизнь. Фэй Ду, услышав один из таких советов, в отличие от Ло Вэньчжоу воодушевился, сообщив, что они обязаны строго выполнять рекомендации доктора.       — Да? А что на счет рекомендации: «родишь и все пройдет»? Ее тоже собираешься выполнять? — Ло Вэньчжоу ущипнул его за наглый нос.       На это Фэй Ду ответить было нечего.       Если ему и сегодня скажут что-то подобное, он, пожалуй, засунет эти иголки доктору Яню куда-нибудь не туда и совсем не по-медицински. Его уверили, что господин Янь больше никому в лагере не раздает сомнительных советов, и только поэтому Ло Вэньчжоу не пожаловался господину Се на это светило.       — Мы с Фэй Ду сами разберемся, когда нам с ним спать.       — Да, у меня кое-что увянет и отвалится к тому времени… — буркнул Фэй Ду, и Ло Вэньчжоу ущипнул его за бок.       — Да вы мало того, что не делаете лучше, так еще и ухудшаете ситуацию! — тонкие прохладные пальцы доктора Яня грубо схватили его за запястье, прощупывая пульс. — Это что?! Зачем ты тормозишь потоки ци и блокируешь свои каналы? Я с таким трудом налаживал циркуляцию вашей энергии, а ты всю неделю мне палки в колеса вставляешь!       Ло Вэньчжоу вырвал запястье из рук доктора Яня.       — Я, блядь, даже не знаю, что это такое! Можете объяснить по-человечески?       Какое-то время доктор Янь переводил взгляд с одного на другого. Фэй Ду в конце концов тоже вопросительно уставился на Ло Вэньчжоу, и тот почувствовал, что дело пахнет чем-то нехорошим. Единственное, что изменилось за последнюю неделю — у него от Фэй Ду появились кое-какие секреты, о которых он не хотел распространяться раньше времени. Из-за случившегося его голова была занята другим — размышлять о каких-то потоках ци, которые доктор Янь так старательно настраивал, не хватало времени. А ведь вся эта катавасия с иглоукалыванием началась, потому что Фэй Ду тоже от него кое-что скрывал…       Он уже хотел сказать, что ничего ему пояснять не нужно, но доктор Янь, похоже, этого делать и не собирался.       — Тьфу! Вы два сапога пара! — он внезапно скрутил свой набор с иголками обратно. — Если в паре оба пациента дураки, то мои навыки тут бесполезны. Я отказываюсь лечить вас дальше, пока вы не будете выполнять мои рекомендации. Приходите или по беременности, или на вскрытие.       — На чье вскрытие?.. — Фэй Ду проследил за тем, как доктор Янь убирает иглы в свой безразмерный рукав.       — На ваше!       Он развернулся и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью, оставив Ло Вэньчжоу закипать от раздражения.       — Узнаю у господина Се, как зовут этого светилу, и накатаю на него жалобу! Сначала научись отличать мужчину от женщины, потом иди лечить людей! — его крик догнал только закрытую дверь.       Фэй Ду остался равнодушен к его ругательствам, хмуро глядя на то, как Ло Вэньчжоу раздраженно мечется по комнате.       — Ло-гэ, ты ничего не хочешь мне сказать? У тебя что-то случилось?..       Только докапываний от Фэй Ду ему не хватало! Они не увидятся почти четыре дня — он не хотел заканчивать день ссорой и разговорами о неприятном.       — Ничего не случилось! Не слушай этого придурка!       Напряжение с лица Фэй Ду никуда не ушло. Его взгляд зорко следил за каждым жестом Ло Вэньчжоу. Ощущение «Фэй Ду здесь», которое он частенько испытывал за пределами лагеря, стало практически невыносимым, ведь Фэй Ду в самом деле был здесь. А Ло Вэньчжоу был крайне худ в том, чтобы скрывать свои эмоции и врать. И тем более ему не хотелось лишний раз врать Фэй Ду после того, как сам просил с ним быть честным.       — Ты орешь. И ты нервный. И не смотришь мне в глаза. Склонен в большей степени согласиться с доктором Янем…       — Классно! — Ло Вэньчжоу скрестил руки на груди, наконец останавливаясь и поворачиваясь к Фэй Ду. — Ты психологом заделался, маленький засранец? Думаешь, если почитал пару учебников, — он кивнул в сторону тумбочки с книгами по психологии и психиатрии, — то можешь читать людей, как открытую книгу?       Фэй Ду обхватил ладонями свои локти и протянул:       — Ну-у-у, я бы не стал так преувеличивать свои навыки. Разве мне нужно быть психологом, чтобы понимать тебя? Я всего лишь констатировал факты. Почему тебя это так задело?       Ло Вэньчжоу подавился собственным возмущением. Наверное, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, что он распсиховался.       — Потому что вы с доктором Янем лезете не в свое дело!       — Но раз даже доктор Янь об этом упомянул, как это может быть не моим делом?.. — взгляд Фэй Ду все еще был прищурен. — Даже если ты не мой парень, ты все еще мой гэгэ. Вообще-то я о тебе тоже переживаю.       Да, и в этом крылся весь корень проблем… Он приложил столько усилий, чтобы Фэй Ду стало хоть немного легче, и не собирался похерить все, рассказывая о своих подозрениях на счет Фэй Чэнъюя, допрашивая его о Гу Цзян и сообщая о шантажисте. Это Фэй Ду нужна была его помощь и поддержка — Ло Вэньчжоу был достаточно взрослым, чтобы справиться сам не только со своими, но и с его проблемами.       — Не забивай себе голову ерундой, — Ло Вэньчжоу подошел ближе и втянул его в свои объятья, не желая, чтобы между ними оставалось это неприятное расстояние, заполненное напряжением. Податливый, как росток, тянущийся к солнечному теплу, Фэй Ду прильнул к нему, кладя ладони ему на спину и голову на плечо. — Когда станешь взрослым, узнаешь, что жизнь не только вокруг отношений крутится, детка.       — Ло-гэ, — в голос Фэй Ду прокрались трагические нотки. — Если у тебя уже начались старческие болезни по «этой» части, ты просто скажи — мы найдем тебе хорошего доктора…       От услышанного Ло Вэньчжоу едва не словил искажение ци, или как там это называл доктор Янь, стискивая Фэй Ду в своих руках как в железных тисках.       — Ах ты, маленький бессовестный засранец! Так вот о чем ты всю неделю думаешь? Что твой гэгэ импотент, раз не хочет тебя кверху задницей в койку завалить по рекомендациям доктора-хуектора?       Фэй Ду продолжал со сдавленным смехом шипеть ему в шею, безуспешно пытаясь выбраться из его хватки:       — Тут нет ничего постыдного, Ло-гэ… Я приму тебя таким, какой ты есть… И буду сверху…       Ну все, этот сопляк нарвался! Ло Вэньчжоу ловко зажал его под мышкой поперек груди и хорошенько приложил ладонью по дергающейся заднице. Фэй Ду ахнул и уточнил еще более трагично:       — Это все, что ты можешь?.. Отшлепать своего бедного парня… А я ведь хотел помочь…       Ладонь Ло Вэньчжоу пришлась еще раз по торчащей тощей заднице. Синяков не будет — зато горение в булках обеспечено.       — Вот тебе моя благодарность: по одной на каждую половину жопы за неоценимую помощь и веру в своего гэгэ!       — Я что-то не прочувствовал. Наверное, у тебя половое бессилие уже распространилось на руку…       — Я сейчас вытащу ремень и посмотрим, сколько выдержит твоя бесстыжая задница!       Фэй Ду, все еще зажатый у него под мышкой, встал поудобнее. Ситуация начала попахивать совсем не поучительным контекстом. Разбешенный Ло Вэньчжоу позабыл, что этот негодник только и напрашивался на то, чтобы его отлупили. Он попался в эту ловушку как простофиля.       Пальцы Ло Вэньчжоу застыли на пряжке ремня, и тишину в комнате нарушил громкий хруст.       Мужчина резко поднял взгляд в сторону двери, чтобы увидеть чокнутого У Се, стоящего с пачкой чипсов в руках и без всякого стыда таращившихся на них.       — Блядь, какого хуя ты опять тут?!       Он разжал руку, и Фэй Ду чуть не свалился на пол, в последний момент уцепившись за его штаны и юркнув ему за спину.       — Стучаться надо! — в его голосе возмущения было еще больше, чем в голосе Ло Вэньчжоу.       Они оба стояли встрепанные и красные посреди комнаты, застигнутые как обычно в весьма сомнительной позе за странным занятием. У Се сунул в рот еще пару чипсин, ничем не смущенный, облизнул пальцы, заглянул внутрь пачки и расстроено осмотрел все вокруг.       — Блядь, ну, я не знаю даже, если у твоего парня стручок совсем завял, могу ли я тут нарваться на что-то неприличное. Я уж думал вы тут шпехаетесь…       В конце концов Ло Вэньчжоу расстегнул свой проклятый ремень, вырывая его из петель.       — Я тебя сейчас так отшпехаю этим ремнем, что твоя шизофрения тут же вылечится!       Похоже, у него было достаточно бешеное лицо, чтобы чокнутый У Се осознал: угроза Ло Вэньчжоу — не пустые слова.       — Да стой, Ло-гэ!       Но Ло Вэньчжоу уже выскочил следом за У Се, пустившим стрекоча, в коридор.              К вечеру субботы Ло Вэньчжоу успел обойти половину молодых людей из дела «Красной розы», и ни у кого из них не нашлось шрама на ладони.       Ему пришли данные из Шанхая на Ван Хэцзяна — оказалось, тот уже пару лет сидит в тюрьме за мошенничество, а значит, либо ведет аккаунт из места лишения свободы, либо его личностью воспользовался кто-то другой…       Старики говорили, что после аварии мимо проезжал какой-то молодой человек. Ло Вэньчжоу раздобыл у патрульных полную запись с камер наблюдения.       Вернувшись к своему компьютеру со стаканчиком кофе, он сначала проверил телефон и с тяжелым сердцем опустил его обратно на стол. От Фэй Ду не было сообщений. Очевидно, отец и Лин-эр не оставляли его одного, и он не мог достать мобильник.       Одной рукой теребя кольцо, спрятанное под рубашкой, второй — он взялся за мышку и принялся просматривать видео.       Через некоторое время после того, как проехал фургончик стариков, на шоссе появилась неприметная легковая машина. Ее капот был помят, одна фара горела недостаточно ярко — похоже, была разбита. Машина ехала на приличной скорости.       Он забил номер авто в программу и обнаружил, что машина оформлена на человека по имени Бай Сянь. Бай Сяню было двадцать шесть лет, он не был женат, не имел родственной души, жил в ничем не примечательном районе города и на него было заведено одно дело в полиции. Девушка Бай Сяня три года назад написала заявление об избиении, но потом отозвала. И все же полиция успела провести допрос. Очевидно, собирал его кто-то дотошный, потому что здесь была информация не только о месте проживания, работе и прочих формальностях, но и данные о семье. Например, о том, что родители Бай Сяня умерли, а еще у него был сводный по матери брат…       Пальцы Ло Вэньчжоу застыли, а сердце, наоборот, пустилось вскачь.       Бай Хао.       Это имя точно было среди задержанных в «Красной розе»! Но не среди гостей, а среди тех, кто присматривал за особняком! Ло Вэньчжоу временно отложил дела обслуживающего персонала в сторону, предполагая, что Гу Цзян с большей вероятностью общалась с кем-то из своего круга. Однако не подумал, что вот так прошляпить встречу со своей родственной душой она могла как раз потому, что не обратила внимания на человека, который к ней подошел! Если парень был одним из работников, подливающих напитки, раздающих таблетки или включающих музыку — не удивительно, что она не посмотрела в его сторону!       Ло Вэньчжоу судорожно схватился за папку с документами по «Красной розе», чуть не сбив стаканчик с кофе, и вытряхнул оставшиеся листы на стол. Его рабочее место превратилось в хаос, почти на дне кучи он обнаружил неприметное дело Бай Хао.       Двадцать один год, официально безработный, проживает в таком же не примечательном районе, как и сводный брат, есть права на машину, наличие родственной души отрицает. Сказал, что друг обещал ему подработку на выходных, что он просто разливал напитки и ничего не знал об этом месте раньше. Бай Хао не имел приводов в полицию, проблем с законом или наркотиками раньше, в его крови не нашли запрещенных веществ, только алкоголь, а потому о нем быстро забыли.       Мог ли Бай Хао быть за рулем машины брата?       Что ж, раз он нашел проклятого шантажиста, стоило наведаться к нему в гости!       Ло Вэньчжоу еще раз посмотрел, как на записи машина Бай Хао проносится мимо камеры на повышенной скорости, и вдруг осознал ту самую страшную вещь, о которой не подумал сразу. Бай Хао ведь был родственной душой Гу Цзян! А значит, он пережил ее смерть, как свою собственную, за какие-то двадцать минут до этого.       Хотя прошло два года, Ло Вэньчжоу отчетливо помнил, как передавила его горло невидимая удавка, как он царапал шею, пытаясь поймать воздух широко открытым ртом… Как вместе с собственным страхом смерти к нему пришли чужие чувства: вина, отчаяние, душевная боль от того, что ничего нельзя изменить… А потом пустота там, где только что была душа его партнера.       Они не были близки, может, поэтому Ло Вэньчжоу смог так… легко отделаться. Он не собирался лезть в петлю следом за погибшим парнем, которого даже не знал. Но Гу Цзян и Бай Хао, похоже, какое-то время поддерживали связь. Наверняка это было невыносимо больно и страшно…       Он спустился обратно к дорожникам и попросил отдельный компьютер, чтобы подтвердить свои догадки по камерам.       Изначально Бай Хао, вероятно, ехал по своим делам, скорость его автомобиля была невысокой, когда без всякой причины машина задергалась, потеряв управление, и врезалась в фонарный столб. Удар был не сильным, бампер и фару помяло. К месту аварии подошли люди, но Бай Хао внезапно сорвался с места. Его автомобиль рванул прочь, едва не давя людей. Он ехал к месту гибели Гу Цзян, возможно, притянутый ее последними душевными муками.       Ло Вэньчжоу вспомнил слова маленькой сестры Чан Нин: «А наша мама всегда знает, где наш папа!..»       Даже Тао Жань смог найти свою невесту в особняке, сосредоточившись. Кто знает, может, связь между молодыми людьми развилась достаточно глубоко, чтобы Бай Хао вот так запросто смог найти место ее гибели.       Почему он не вышел из машины? Почему не подошел к ней?.. Была ли она еще жива в тот момент?..       Может, дело было в том, что он узнал стариков? Знал, что с ними что-то не так? Не хотел, чтобы полиция узнала, что он партнер Гу Цзян?..       Ло Вэньчжоу оставил коллегам в благодарность кофе и пирожные, а сам отправился к дому Бай Хао.       Район не считался совсем неблагополучным, но здесь в небольших комнатах-клетушках ютились малообеспеченные люди. Был уже вечер, и на Ло Вэньчжоу, проходящего по уличному коридору к нужной двери, с опаской посматривали соседи.       Он не вписывался в обстановку этого места и, хотя на нем не было формы, твердая походка и цепкий взгляд выдавали в нем полицейского. Шпана, которую он арестовывал, порой говорила, что таких как Ло Вэньчжоу видно издалека.       В квартире Бай Хао работал телевизор. Ло Вэньчжоу постучал, но ему никто не открыл.       — Бай Хао! Открывай, ты знаешь, кто пришел. Я не буду стоять под дверями вечно, — он заколотил сильнее, чтобы этот придурок не подумал, что он уйдет. — Если ты не откроешь, я все равно войду — не вынуждай меня ломать дверь.       Ло Вэньчжоу на всякий случай надавил на ручку и застыл… Дверь оказалась открыта.       Блядь, это было нехорошо. Очень нехорошо.       В его руке тут же оказался пистолет, и он медленно зашел внутрь. В квартире стояла духота, наполненная противным сладковатым запахом, который сложно было с чем-то перепутать. Здесь еще не воняло, но последние два дня стояла влажная жара, а все окна в этой клетушке были закрыты.       Ло Вэньчжоу опустил пистолет.       Труп Бай Хао лежал на кровати.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!