Вернутся к фанфику
Часть 35
14 апреля 2026, 21:27 Ло Вэньчжоу считал себя довольно талантливым управленцем (хотя обычно в его подчинении был один только Тао Жань), но У Се в виду особенностей своего диагноза был совершенно неуправляем. Угрожать ему было бесполезно, упрашивать — без толку, отлупить этого шизика у Ло Вэньчжоу рука не поднималась — все-таки человек и так на голову нездоровый. К тому же этот придурок теперь взял за привычку чуть что рыдать, при чем совсем не наигранно, а прям всамделишно, заливая слезами подушку, или…
— Слушай, Толстяк, — Ло Вэньчжоу выпросил у Фэй Ду телефоны дружков У Се, чтобы консультироваться с ними по поводу содержания в квартире этого шизофреника, — это нормально, что он уже час рыдает перед телеком?
— Он при этом что-то взрывает? — судя по царящей вокруг Толстяка атмосфере, которую Ло Вэньчжоу улавливал по видеосвязи, тот прекрасно проводил время где-то у бассейна в компании алкогольных коктейлей.
(Вот пидорасы! Скинули своего шизика на Ло Вэньчжоу, а сами развлекаются!)
— Нет, но он смотрит футбол и рыдает над мячом, потому что его пинают.
— Эмм… — Толстяк задумчиво почесал репу, словно о чем-то вспоминая, а потом отмахнулся: — Да не обращай внимания, он всегда такой! Главное, не давай ему ничего взрывоопасного и не запирай никакие двери в доме, иначе он их вынесет.
Продолжая слушать чужие рыдания, Ло Вэньчжоу закатил глаза и уковылял обратно в спальню, прикрывая дверь за собой, вставив пальцы в дырку. В туалете и кабинете теперь тоже не было ни замка, ни ручки, и только входная дверь каким-то чудом уцелела.
Просто повезло, что, когда У Се выбрасывал детали из окна, во дворе не оказалось ни одной машины, иначе Ло Вэньчжоу пришлось бы платить соседям за разбитые тачки.
К счастью, оторвав все замки, У Се успокоился и перестал разносить новое жилье. Он оккупировал гостиную и занял оборону у телека с приставкой, проводя большую часть дня за просмотром всего подряд и компьютерными играми, иногда переключаясь на книги. Казалось, в этот момент должна была наступать благодатная тишина, но У Се не умел молчать.
Он трындел без остановки всегда, когда не спал, комментируя все происходящее и доставая Ло Вэньчжоу с утра до ночи. Сразу же стало понятно, почему он избавился от замков — чтобы несчастная жертва не могла от него запереться! Если Ло Вэньчжоу уходил в спальню, У Се либо повышал голос, чтобы до него докричаться, либо притаскивался к нему, заваливался рядом и продолжал болтать. Если Ло Вэньчжоу закрывался в туалете — У Се торчал под дверью. Если Ло Вэньчжоу шел на кухню — У Се, как и Ло Иго, тут же бросал любое свое занятие и начинал вместе с котом топтаться у него по ногам с главным вопросом:
— Че пожрать?
— Ты, кажется, жаловался, что набрал вес? Неудивительно, знаешь ли! — глядя на то, как У Се сметает все, что Ло Вэньчжоу приготовил на ужин, со стола. — Ты жрешь за троих! Да на тебя одного половина доходов господина Се, поди, уходит!
— Ниче не знаю, Цветочек У Се все это в долг записывает, потом ходит напоминает, что у нас растут проценты!
— И ты хоть раз ему вернул этот долг?
— Ты издеваешься? Да что с меня взять? — У Се развел руками, продолжая болтать с набитым ртом. — Я даже без трусов! А детьми Цветочек брать не хочет!
— Детьми?
— Ну да, я бы тоже не взял. С них говна больше, чем с меня, особенно когда их много…
Жуя свою остывающую лапшу и уныло смотря куда-то сквозь голову У Се, Ло Вэньчжоу думал, что этот придурок и сам недалеко ушел по уровню интеллекта от детей, которых периодически упоминал. Складывалось впечатление, что У Се был многодетным папашей, но Ло Вэньчжоу не мог представить женщину, которая решила бы родить кучу детей от чокнутого шизика. И разве он не говорил, что гей?.. В общем, что-то тут не складывалось, так что Ло Вэньчжоу пришел к одному единственно верному выводу: упомянутые дети были частью бреда этого придурка, как и все остальные его истории, которыми он делился от скуки.
Сидеть дома У Се было так же невыносимо, как и Ло Вэньчжоу — не то, чтобы они были тут заперты, но оставлять психа одного Ло Вэньчжоу опасался, а брать куда-то с собой не хотел. Поэтому целую неделю они проторчали в квартире, сводя друг друга с ума. От непрерывной болтовни У Се у Ло Вэньчжоу начинала раскалываться голова. На просьбы заткнуться тот замолкал, но его хватало не более, чем на полчаса; если Ло Вэньчжоу орал, тот начинал рыдать, потом звонил кому-нибудь из своих дружков и жаловался на всю квартиру, что Ло Вэньчжоу тиран и мудак и обижает его.
Честно говоря, Ло Вэньчжоу становилось совестно, ведь У Се торчал тут из-за него и Фэй Ду, и в конце концов был не виноват, что ненормальный. Приходилось наступать своей злости на горло и даже извиняться, но переставший дуться У Се становился еще более невыносим, буквально не отлипая от Ло Вэньчжоу и втирая ему какую-то невыносимую дичь про гробницы, взрывчатку, неуправляемых детей и ненормальных соседей.
Ло Вэньчжоу просил у вселенной пощады… и возвращения нормального У Се. Хоть иногда!
— А почему нормальный У Се не показывается?.. — глядя на то, как У Се разбирает сломанную игровую приставку на детали, Ло Вэньчжоу, наплевав на все, курил в гостиной.
— Нормальный У Се? А есть какой-то еще?
— Еще есть ты.
— Но я не У Се!
— А кто?.. — Ло Вэньчжоу раздумывал о том, как тяжко, наверное, психиатрам работать с такой клиентурой.
На какое-то мгновение У Се завис, а потом снова вернулся к разламыванию приставки:
— Не помню.
Нет, вот, если одна личность нормальная, а другая — больная, как их лечить?..
— Ты не помнишь, когда у тебя началось раздвоение личности?
— Помню. Когда У Се застрял в моей гробнице, решил, что откинет там копыта, и начал молиться, чтобы увидеть напоследок Братца. Тогда я, как человек, который решил творить доброе и вечное, вселился в него и совершил великое добро. Убил всех Ванов, отхуесосил всех Чжанов, вынес гребаные врата и попутно еще кучу монстряков тротилом и освободил Братишку. Я исполнил желание У Се, разве я не молодец? — он оторвался от своего разрушительного занятия и поднял довольный взгляд на Ло Вэньчжоу.
— Если ты правда вынес столько народу, тебе светит смертная казнь, придурок. И ты рассказываешь это детективу спецотдела.
— Ой, фу, какой ты занудный, а! Подумаешь, вынес парочку кланов! — У Се отшвырнул кусок приставки, та упала в кормушку Ло Иго, разбрызгав всю еду и воду по комнате. — Да в масштабах планеты — это сродни комариному пуку! Вот дедуля мой выносил так выносил! Бабы рожать не успевали, чтобы демографию планеты поддерживать! — он внезапно изменился в лице и пробубнил: — Блядь, а что, если я теперь за дедулины подвиги отдуваюсь и должен единолично восполнить человеческие потери на планете, чтобы восстановить баланс? Да у меня жопа по диагонали треснет! Он же людей подрывал пачками, как муравьев! Слушай, братан, а кому сейчас надо молиться, чтобы дети не рождались?
— Сомневаюсь, что есть божества, дарующие бесплодие. Обычно люди ищут обратного…
Ло Вэньчжоу решил оставить при себе мысль о том, что таким чокнутым в самом деле лучше не размножаться. У Се внезапно поспешил отодвинуться от него подальше, бормоча под нос:
— Да уж, нашел у кого спросить. Ты ж только так пельмени уминал — эффекта до конца жизни поди хватит. Бедный мой братан Фэй Ду, он еще такой молодой…
Оставив У Се бубнить над приставкой, Ло Вэньчжоу вышел на балкон, чтобы немного проветрить голову и заодно посмотреть: где там Фэй Ду, кстати.
После того, как У Се сболтнул, что тот собирался убить отца, Ло Вэньчжоу едва не словил к ночи панический приступ: хотя Фэй Ду теперь жил в школьной квартире, а большую часть времени проводил за учебой, они оказались совсем отрезаны друг от друга. Прикрытие Пэй Су отвалилось, за Ло Вэньчжоу предположительно приглядывали люди Фэй Чэнъюя, за самим Фэй Ду повсюду таскалась Лин-эр. Ситуация дошла до абсурда, а результат был один — теперь они могли видеть друг друга максимум по видеосвязи в секретном мобильнике. Когда Ло Вэньчжоу достаточно окрепнет, он собирался что-нибудь придумать, но сейчас оказался максимально беспомощным.
И засыпая даже с новыми таблетками от психиатра, который консультировал его в больнице, Ло Вэньчжоу умудрился провалиться в кошмар. Тот старый, где он бегал по особняку, путаясь в шторах и пытаясь отыскать Фэй Ду. Ло Вэньчжоу метался по коридорам, как безголовый жук, совершенно потерявшись в пространстве, пока не услышал голос Жуань Наньчжу:
— Разве ты не установил в часы Фэй Ду маячок?
Он хотел возразить, что маячок был аварийным, но Жуань Наньчжу — все такой же невидимый, но невыносимо бесящий — продолжил:
— Я просто не верю, что такой разумный и предусмотрительный человек, как детектив Ло, не установил нормальный gps-маячок на своего бестолкового засранца. Такого не могло быть! — голос Жуань Наньчжу внезапно прозвучал у Ло Вэньчжоу над ухом со спины. — Я чую, как ты хочешь поспорить, но ты открой свой телефон и проверь. Вдруг я прав?
Просто для того, чтобы ткнуть мобильником Жуань Наньчжу в лицо, он достал из кармана телефон, запустил приложение и… застыл.
На экране высветилась надпись: «Найти местоположение Фэй Ду?»
Его палец застыл над сенсорной кнопкой, едва подрагивая. Голос Жуань Наньчжу скользнул к самому уху, Ло Вэньчжоу почти мог чувствовать его дыхание на своей коже…
— Это похоже на сталкерство, но тебе не впервой. Он все поймет, ведь «это другое».
Именно поэтому Ло Вэньчжоу не попросил поставить в часы Фэй Ду полноценный маячок… Не хотел, чтобы и с ним тот чувствовал себя на привязи и под постоянным контролем, как с отцом. Он ведь не поставил?.. Ведь нет?..
«Найти местоположение Фэй Ду?» — надпись продолжала слабо мерцать в темноте коридора особняка.
— Всем будет спокойней, если ты будешь знать, где он находится. Не так ли?..
Все так. Только тогда Ло Вэньчжоу сможет спать спокойно: если Фэй Ду всегда будет под его присмотром даже на расстоянии.
Он ткнул пальцем в кнопку, и карта Синьчжоу за несколько мгновений увеличилась до размеров небольшого района. Ло Вэньчжоу казалось, что его самого тянет следом за сужающейся точкой гео-локации сквозь пространство, переставшее быть препятствием, на улицу со старыми липами, где в доме тридцать два дробь один на втором этаже в квартире, похожей на комнату в отеле, вылизанную домработницей, находился Фэй Ду.
Он моргнул, и наваждение пропало — осталась только точка на карте в приложении отслеживания.
На экране выскочила новая надпись:
«Отслеживать жизненные показатели Фэй Ду?»
На этот раз он, не задумываясь, ткнул в кнопку, и на верхней панели высветился значок пульса. Судя по тому, как медленно и размеренно стучало сердце Фэй Ду, он спокойно спал, и Ло Вэньчжоу впервые за вечер облегченно выдохнул. Дома, спит — как и положено в это время подростку.
Он обернулся, собираясь спросить у Жуань Наньчжу, куда тот подевался и что за история с кражей личности, но обнаружил что лежит в своей кровати, а рядом поверх одеяла растянулся У Се.
— Блядь, что ты тут делаешь?!
Лицо у У Се было такое, что стало предельно ясно — он собирался снова разрыдаться.
— Ты что изменял мне с дверью?.. Скотина!
— Ты не мой парень!
— Обязательно каждый раз об этом напоминать?!
Это было неделю назад. Проснувшись в тот день и открыв приложение, Ло Вэньчжоу теперь развлекался время от времени тем, что проверял местонахождение Фэй Ду, но, к счастью, в эти дни его локация представляла собой максимально скучное зрелище — никуда, кроме квартиры и школы, Фэй Ду не ходил.
Глядя на замершую в здании школы точку, Ло Вэньчжоу думал, что до нее здесь рукой подать на машине… Может, если он арендует машину, переоденется и поторчит немного под окнами класса своего засранца, будет не так тоскливо. Надо же хоть как-то поддерживать в норме свою кукушатню.
Погрузившись в размышления о том, как незаметно для всех подкатить к Фэй Ду, он не услышал, как на балкон с сигаретой вышел У Се — находиться в одиночестве дольше нескольких минут, когда рядом была компания, он был не в состоянии.
— Слушай, тебе по приколу в выключенный мобильник пялиться или ты видишь то, чего нет?
Ло Вэньчжоу постарался не закатывать глаза: не хотел, чтобы у него развилось косоглазие.
— Достаточно и того, что я каждый день вижу здесь тебя, «братан».
— Я, по крайней мере, реальный! Можешь сам понюхать! — он попытался сунуть Ло Вэньчжоу под нос свои перепачканные руки, но тот отстранился. — Ты, если че-то не то самое, ты говори. Я однажды тоже как-то того, кукарекнулся до глюков, но мне тогда доктор Сюэ в жопу транквилизатором выстрелил. Я проспался и больше не эт самого! В общем, обращайся! — У Се кивнул на его мобильник, где в приложении все еще светилась точка гео-локации Фэй Ду, и похлопал Ло Вэньчжоу по плечу, словно душевнобольной здесь был он, а вовсе не У Се.
— Пусть подгонит мне такое же ружьишка, я буду в тебя палить хоть каждый день.
— У меня сейчас нет глюков, мне не надо. О своей головушке бы побеспокоился! Вообще, Фэй Ду о тебе расскажу, а то мало ли, может, тебе опять к врачу надо…
— Э! — он поспешил отобрать у У Се мобильник и спрятать свой в карман. — Не надо ничего говорить Фэй Ду. Это все ради его блага.
— Вот Толстяк с Братцем так же говорят, когда у меня сигареты отбирают!
Он начал возмущенно бубнить, с наслаждением закуривая. После пары дней строгих правил Ло Вэньчжоу дал слабину и позволил этому придурку курить. В конце концов он в самом деле ему не отец и не муж, чтобы что-то запрещать, а У Се не ребенок. Хочет — пусть курит…
Судя по тому, что Фэй Ду не поинтересовался у Ло Вэньчжоу в ближайшие дни, почему тот за ним следит через приложение, У Се все-таки не проболтался.
В конце концов находиться в четырех стенах стало невыносимо. Тао Жань, приходивший разрядить немного сумасшедшую атмосферу в срачельнике, в который превратилась квартира Ло Вэньчжоу стараниями У Се и Ло Иго, глядя на серое лицо друга, лежащего пластом на кровати под вопли У Се в гостиной, посоветовал:
— Лао Ло, тебе надо бы выходить на прогулку…
— Я не могу оставить этого психа одного.
— Возьми его с собой. Тебе надо показаться где-нибудь с «Пэй Су» хотя бы несколько раз, иначе все твои муки бессмысленны.
Тао Жань был прав, но Ло Вэньчжоу не представлял, куда можно вывести У Се, чтоб не умереть от позора. И как вообще контролировать этого придурка, если даже угроза пельменями в его исполнении почему-то не работала. А ведь в лагере его дружки успешно справлялись с этим — он точно помнил!
— Не смеши, ты эту хрень в магазе купил — она не представляет демографической угрозы, — заявил У Се, которого Ло Вэньчжоу попытался запугать тарелкой пельмешек.
— Демографической? Боишься, что в тебе глисты размножатся? Ты и так их кормишь пять раз в день, я готовить не успеваю!
Оказалось, что своих глистов У Се успешно подкармливал еще и ночью, но об этом Ло Вэньчжоу узнал чисто случайно, когда вчера после полуночи пошел в туалет и обнаружил, что У Се сидит на толчке с большой миской кукурузных шариков, залитых молоком, и смотрит в телефоне какой-то стрим по взрывотехнике.
При этом дверь он плотно запер на всунутую между ней и косяком бумажку. Ло Иго, оставшийся снаружи, при виде пришедшего Ло Вэньчжоу начал истошно вопить, бросаясь ему в ноги, как припадочный. Ло Вэньчжоу даже испугался, что У Се упал в туалете и разбил голову, но все было тихо и мирно, кроме того, что при виде кота У Се завопил:
— Блядь, не пускай его!!! — схватил свою миску с едой и вскочил ногами на унитаз.
Ло Иго, истошно вопя, влетел внутрь и принялся взбираться прямо по штанам и ногам У Се когтями. У Се заорал, на голову Ло Вэньчжоу полилось молоко, на котором он едва не наебнулся.
— Да что за гребаная катастрофа среди ночи?!
Чтобы отцепить от себя кота, У Се швырнул тарелку с едой в душ — она раскололась, разбрызгав содержимое по всей кабинке, попутно оставив трещину на кафельном дне.
Ло Иго от устроенного грохота пулей вылетел прочь, оставив У Се с разодранными ногами, а Ло Вэньчжоу с ошарашенным лицом.
— Какого хера ты его впустил? Я думаешь, просто так закрылся?!
— А на хрена ты жрешь в туалете среди ночи?! И вообще ты сам виноват! Нечего было его подкармливать! Поэтому он такой бешеный и вечно лезет теперь в тарелку! — Ло Вэньчжоу осмотрел засранную ванную комнату, молясь, чтобы соседи не вызвали полицию на устроенный ими шум, и наконец вспомнил, что у него в доме не было ни кукурузных шариков, ни кукурузных хлопьев, ни чего-либо еще подобного, потому что он такое не ел.
Он поднял одну размякшую горошину, пока У Се с нытьем сокрушался над разодранными ногами, и принюхался.
Смертельная обида и охуевание Ло Иго, написанные у кота на лице, тотчас же стали понятны…
— Твою мать, ты что кошачий корм жрешь?!
— Вот я с ним всем делюсь, а ему миски корма для меня жалко! Можно подумать, я все сожрал! И вот так каждый раз! Ты открываешь человеку… тьфу, коту… свою душу, отдаешь последнее, а этому жмоту жалко горсточки корма для доброго двуногого! — он едва не рыдал от возмущения.
Теперь ясно, с какого хрена Ло Вэньчжоу на этой неделе покупал уже вторую пачку корма, хотя обычно Ло Иго хватало одной…
— Блин, ты совсем шизик или как? Это кошачий корм! КОШАЧИЙ! Его нельзя есть людям! У тебя что, еще и третья личность есть — кот?!
— Да у вас все нельзя! — У Се пихнул Ло Вэньчжоу в плечо. — Если бы я делал только то, что можно, ты бы до конца лета на той яблоне просидел, а Фэй Ду сейчас жил в доме со своим папашей! Подумаешь, корм кошачий поел! Ну и что, что кошачий! Он вкусный! Ты сам-то пробовал? Да я последние трусы за это лакомство снять готов! Вот, забирай! Только дай пожрать спокойно!
У Се принялся раздеваться, и Ло Вэньчжоу поспешил свалить, но из ванной послышалось горестное:
— У меня останутся шрамы-ы-ы…
Пришлось вернуться, чтобы помочь этому придурку обработать разодранные ноги. Ло Иго спасал свое пропитание и хозяйский бюджет очень старательно — все бедра У Се оказались исполосованы.
— Будешь знать, как воровать чужую еду! — Ло Вэньчжоу был безжалостен.
— Да ты меня не кормишь! — бросил У Се, лежащий на диване в позе умиральца.
Ну, ни хрена себе заявление! От возмущения Ло Вэньчжоу буквально забыл слова. Вместо того, чтобы отлеживаться после больницы, он только и делал что готовил жрать, чтобы прокормить этого проглота с его глистами! Потому что все, что он наготавливал на пару приемов пищи, сметалось слету и одним У Се. Вечерами заходил Тао Жань, приносил гостинцы от Чан Нин, которые так же проглатывались быстрее, чем Ло Вэньчжоу успевал до них добраться. Прознав, что Тао Жань приносит вкусняшки, У Се начал караулить его у входа и отбирал принесенное раньше, чем Ло Вэньчжоу успевал выйти из спальни. Поэтому в последний раз Тао Жань пронес ему несколько пирожков за пазухой.
Дожили, Ло Вэньчжоу жрал втихаря в своей квартире…
Оказывается, У Се жаждал вовсе не аппетитной домашней еды, а горелых булок Фэй Ду, маринованных яиц, сброженных бобов, вонючего тофу, дуриана — и всего, что на вкус и запах напоминало тухлятину. По крайней мере, именно это он назаказывал в приложении доставки, которое Ло Вэньчжоу ему дал (на деньги господина Се, конечно, а не на его). И только окружив себя всяческим дерьмом вместо отобранного кошачьего корма, он успокоился и заткнулся. В три часа ночи.
— Кажется, у психически больных нередко бывают пищевые извращения, — Тао Жань, выслушавший его жалобы, почесал в затылке.
— Теперь ночами он жрет все это дерьмо, а по утрам блюет. И судя по тому, что корм у Ло Иго снова кончился, его тоже опять сожрал У Се.
— А что говорят эти его друзья?
Ло Вэньчжоу показал ответ Толстяка, который тот в разных вариациях присылал на все его жалобы:
«Главное, что он ничего не взрывает!»
Похоже, его друзья уже настолько привыкли к выходкам чокнутого У Се, что все, что не было связано с подрыванием чьих-то пердаков, уже не казалось им чем-то необычным. Ло Вэньчжоу искренне не понимал, как Чжан Цилин мог жить в браке с этим психом годами. Он начал сходить с ума за пару недель…
— Тао Жань, эй, — У Се кинул в Тао Жаня фантиком от двери спальни: он все еще опасался к нему приближаться, заявляя, что может заразиться гетеросексуальностью. Ло Вэньчжоу ужасно завидовал своему другу. — А Фэй Ду не передал для меня булочек?
— Нет, У Се. Фэй Ду негде их готовить, а на свою кухню Ло Вэньчжоу его больше не пустит.
— Цк, но ты передай ему еще и от себя, что я в жизни не ел ничего вкуснее! Пусть у Цветочка на кухне приготовит или у Толстяка! Че все жмоты такие? Прям кухни жалко для моих булочек!
Тяжко вздыхая и продолжая что-то жевать, он уплелся обратно в гостиную.
— Тао Жань, — Ло Вэньчжоу сложил руки на груди как мертвец и закрыл глаза. — Просто похорони меня.
Его со всей силы пихнули кулаком в плечо.
— После того, как мы тебя в самом деле чуть не похоронили, вообще не смешно! Все, вставай и собирайтесь. Сходим куда-нибудь развеяться!
— НАКОНЕЦ-ТО! — из гостиной послышался радостный вопль У Се и грохот посуды: что-то явно упало и расколотилось.
Хотя Ло Вэньчжоу считал, что его персона не так уж интересна журналистам, а о деле наркоторговцев все уже забыли, как оказалось, он был неправ. Стоило ему появиться с «Пэй Су» в торговом центре, ресторане и даже просто прогуляться по парку, как в интернете появлялись их фотографии и идиотские статьи, которые тут же расползались по спецотделу и вызывали нервный тик у шефа Яна, шефа Чжана и шефа Ду. Хотя Ло Вэньчжоу старался привести новую Пэй Су в божеский вид, никто из них не было специалистом по макияжу. Как нужен был Жуань Наньчжу, когда его нет!
Так что выходило то, что выходило… У Се выглядел чуточку приличней, но вел себя все равно как псих. Вис на Ло Вэньчжоу, стараясь не наебнуться на каблуках, по-идиотски смеялся, лез к нему в лицо (а после поедания кошачьего корма пах У Се соответственно) и громко разговаривал.
Приходилось обнимать этого придурка за талию, чтобы он не переломал себе ноги, и крепко держать, чтобы он банально никуда не свалил, поскольку то и дело порывался.
Раз уж за ним до сих пор приглядывали, и Ло Вэньчжоу тут и там замечал сомнительных товарищей, следующих за ним с У Се, приходилось выгуливать свою «девушку», как следует.
Он сводил «Пэй Су» в недорогой ресторан, в котором У Се перекусил половиной меню, отвел в магазин подарков, где тот совсем приуныл, когда ему сунули в руки кота-антистресс.
— Я хотел петарды! Петарды!
— Заткнись и бери кота. Это для меня, чтобы я дома сжимал кота, а не твою шею.
Даже подарил ему чахлую розочку, над которой У Се повздыхал и выразил сожаление, что Ло Вэньчжоу не подарил ему раффлезию.
— Это тот цветок, который воняет гнилым мясом?
— Аж есть захотелось… Там зоомагазин был, давай купим Ло Иго каких-нибудь вкусняшек!
— Ты понимаешь, что будешь блевать от кошачьего корма, или нет?
— Это все из-за баоцзы, которыми ты меня вчера кормил!
— Да баоцзы были самыми нормальными продуктами в твоем рационе!
— Я никуда с тобой больше не пойду, если ты не купишь мне кошачьих вкусняшек! — У Се встал как вкопанный посреди коридора, и на них начали оглядываться люди.
Пришлось провести его еще и по зоомагазину, попутно написывая Толстяку, что он не несет ответственности за то, что у У Се случится заворот кишок или еще какое-то расстройство желудка.
На что пришел ответ:
«Он все переварит, главное не покупай ему петарды!»
— Твоим дружкам на тебя наплевать!
Хотя он довез до дома все, что У Се купил, но, пока тот ходил переодеваться, собрал в пакет и покупки, и все то говно, что У Се жрал последнюю неделю ночами, и выбросил в мусорку. Обнаружив пропажу покупок, тот устроил истерику и избил ногами входную дверь, но Ло Вэньчжоу не уступил.
— Нет! Все! Больше никакого дерьма в твоем рационе. Праздник живота закончился! Будешь есть нормальную еду, которую я буду готовить, иначе сдохнешь с таким питанием! Понял?
— Я буду рыдать до тех пор, пока ты не сдашься!
Но две недели спустя после выписки Ло Вэньчжоу достаточно восстановил свои физические и моральные силы, чтобы противостоять нытью какого-то психа. И сколько бы У Се ни таскался за ним, ноя, рыдая и бранясь, он так и не достал ему из сейфа кошачий корм, не вернул вкусняшки и не разблокировал приложение доставки.
В конце концов страдающий У Се так и уснул у него под боком, наконец-то заткнувшись. А Ло Вэньчжоу настолько заебался, что не стал его прогонять из кровати и просто отрубился. Это была его победа!
Встретив наконец достойное сопротивление своим выкрутасам, У Се вообще перестал отлипать от Ло Вэньчжоу, донимая его всем подряд, но тот решил воспользоваться ситуацией.
— Гундишь, так гунди хоть по делу. На, мой и чисть картошку! И лук заодно! — они стояли на кухне, и У Се лез ему под руку, так что Ло Вэньчжоу надавал ему заданий.
Руки у него росли не из задницы, как у Фэй Ду, так что, как оказалось, он вполне трудоспособен в быту. И с какого хрена Ло Вэньчжоу сразу не припряг его к готовке, уборке и прочим полезным бытовым вещам?! Поскольку делать дома все еще было нечего, а разойтись не получалось — совместными усилиями они перемыли всю квартиру.
Занявшись делом, У Се перестал голосить, и уши Ло Вэньчжоу наконец-то получили долгожданный покой. Оказалось, что с чокнутым придурком можно вполне мирно существовать, если не бездельничать.
Совместным трудом они смогли починить даже игровую приставку, заедающий механизм в диване, скрипящие шкафчики в ванной, и умудрились сделать косметический ремонт в коридоре. При чем в большинстве случаев Ло Вэньчжоу только стоял и отдавал указания, а У Се все делал сам.
Однажды утром он и вовсе сам приготовил им завтрак, так что Ло Вэньчжоу осталось только сесть и съесть то, что ему положили.
Только вернуть дверные замки и ручки У Се наотрез отказался, а то, что Ло Вэньчжоу купил, едва не выбросил снова в окно.
— Нет! Никаких замков! Если ты еще раз это принесешь в дом, я вынесу двери с петель и выкину их следом!
Можно было и тут пободаться, но Ло Вэньчжоу показалось, что У Се не столько зол, сколько напуган перспективой запертых дверей, поэтому решил не настаивать. В конце концов, он тут не навсегда — вернет ручки потом.
— У тебя какая-то фобия? Тебя в детстве в чулане запирали? — как-то вечером сидя на диване перед телеком, он даже решил полюбопытствовать.
— Если бы ты был пару тысяч лет заперт один под горой, ты бы тоже не хотел больше видеть запертые двери.
— Ясно… — Ло Вэньчжоу не стал расспрашивать больше: у этого бреда не было конца. — Жаль, что с головой беда, руки у тебя золотые.
У Се забыл про орехи, которые старательно выгрызал из скорлупы, и обернулся.
— Считаешь, что я способный?
— Я думал, ты вообще дурачок, но, похоже, ошибся. Извини.
У Се выронил изо рта орех. Какое-то время он просто таращился на Ло Вэньчжоу, а потом внезапно рухнул на него, стискивая в своих объятьях, рискуя выдавить ему кишки через новые дырки в животе, и прорыдал что-то вроде:
— Как жаль, что я такой порядочный человек, что не увожу чужих парней!
А вот Ло Вэньчжоу об этом ничуть не жалел.
Хотя Ло Вэньчжоу не собирался становиться кумиром чокнутого У Се, жить однозначно стало легче, когда тот стал заглядывать ему в рот. Он даже начал затыкаться по первой просьбе, перестал жаловаться на недоступность кошачьего корма и выпрашивать петарды.
Они даже серьезно обсудили, где достать клопов и тараканов, и как лучше запустить их в особняк Фэй, когда Фэй Чэнъюй закончит там ремонт.
Пэй Су тоже вернула себе толику адекватности, и Ло Вэньчжоу буквально гордился собой. Из чокнутого придурка с тягой к дерьму и взрывам У Се приблизился к состоянию нормы, насколько это было применимо к подобной личности.
Только блевать по утрам и рыдать перед телеком он не перестал.
— Я кормлю тебя лучше, чем Ло Иго. Может, тебе показаться врачу?
На взгляд Ло Вэньчжоу У Се не выглядел физически больным, но это ж было ненормально…
— Хочешь, чтобы мне шланг в рот или в жопу засунули? Ну, уж нет! Я на такое больше не попадусь! — У Се натягивал на себя вынутые со дна чемодана штаны.
Они собирались в гости к Тао Жаню. На неделе Ло Вэньчжоу исполнилось двадцать семь, но поскольку все были заняты, они решили встретиться в субботу у Тао Жаня небольшой компанией. Оставить У Се одного в квартире Ло Вэньчжоу не мог, так что взял с собой, но велел одеться как обычно — Чан Нин и Фу Шэню ни к чему было смотреть на этот идиотизм.
В итоге У Се собирался еще дольше, чем «Пэй Су», перебирая шмотки в чемодане. Все утро он обнимался с унитазом после завтрака, потом уверял, что если пойдет к Тао Жаню, то заразится гетеросексуальностью, а это хуже смерти, потом вис на Ло Вэньчжоу, пока тот собирался сам, и в конце концов согласился без возражений, когда его пригрозили оставить одного.
— Ты долго будешь копаться? Нас уже ждут! — Ло Вэньчжоу не выдержал и пришел посмотреть, чем занят У Се.
Тот безрезультатно пытался застегнуть молнию на очередных штанах, но она упорно не хотела сходиться на его животе.
— Да эти гребаные штаны на меня не налезают! Толстяк мне специально положил брюки Братца, чтобы у меня начались комплексы!
— Ты в этих штанах ходил в лагере! Жрать надо меньше!
У Се раздраженно стянул с себя штаны и потоптался по ним со злости.
— Так пойду! В трусах!
Пришлось Ло Вэньчжоу отыскать свои старые треники с растянутой резинкой, в которые У Се удалось втиснуть свою откормленную задницу. К тому времени, когда они приехали, Фу Шэнь уже был на месте, а Чан Нин накрыла на стол.
Ло Вэньчжоу уже давно не видел столько адекватных людей в одной комнате и был безмерно счастлив. У Се, оставшийся чуть поодаль от него, оглядывал дом и его обитателей с опаской — словно гетеросексуальность, которой он так опасался, могла наброситься на него из-под дивана.
— Что ты у двери мнешься, как девственница? Иди за стол, никто тебя тут не покусает, — Ло Вэньчжоу схватил У Се за руку и подтащил к одному из стульев.
Чан Нин, как и все, чувствовала себя слегка не в своей тарелке, глядя на скуксившееся лицо У Се, который и без женского наряда выглядел так, словно его кукушка была на низком старте. Он посмотрел на Ло Вэньчжоу так, будто тот привел его на казнь, но все-таки сел рядом — между Ло Вэньчжоу и Фу Шэнем, подальше от гетеросексуальных хозяев квартиры — и пробормотал:
— Еще поискать надо человека, который пошел бы ради тебя на такие жертвы…
— Ну да, пожрать за бесплатно чудесной стряпни Чан Нин — это действительно то еще геройство! — Ло Вэньчжоу пихнул его локтем в бок, получив в ответ ворчание.
— Я хотел поесть булочек Фэй Ду…
Ло Вэньчжоу невольно перевел взгляд на единственное пустое место за столом и неосознанно коснулся кольца на цепочке, скрытого под футболкой. Очевидно, что Фэй Ду не мог прийти, и сам именник был в этом виноват, а значит, жаловаться не было смысла.
— Может, тебе понравятся новые блюда Чан Нин? — Тао Жань придвинул к У Се миску с говядиной в каком-то соусе, и У Се смерил его таким взглядом, словно ему предложили сожрать яд.
— Ешь и не морщи нос, все равно завтрак ушел в пустую, — Ло Вэньчжоу наложил ему в тарелку кулинарных шедевров Чан Нин, заодно и себе.
Тао Жань сделал какой-то жест рукой и глазами, но все принялись накладывать обед, и Ло Вэньчжоу его проигнорировал, спрашивая Фу Шэня о рабочих делах — они давно не виделись, только созванивались. А когда сунул в рот первую порцию говядины, осознал, почему Тао Жань пытался жестикулировать на языке глухонемых. Во рту у Ло Вэньчжоу словно подорвалась парочка петард — ядреная острота вперемешку с пудом соли подожгли его несчастные рецепторы, и сразу стало понятно, почему в тарелке Тао Жаня и Фу Шэня было что угодно, кроме парочки «новых блюд». Не имея возможности выплюнуть то, что Ло Вэньчжоу положил в рот, он постарался проглотить эту отраву как можно быстрее.
Булочки Фэй Ду теперь казались верхом кулинарии.
— Немного остро, не успел сказать, — по щекам Тао Жаня разлилась краснота, и он нервно рассмеялся.
— Ничего не остро, — Чан Нин кивнула в сторону У Се, который прямо из общей тарелки вылил себе в миску половину мяса и соуса и уминал за обе щеки. — У Се пришлось по вкусу. Правда?
Чан Нин, в чьей тарелке тоже была говядина, улыбнулась У Се, и тот наконец-то перестал страдать от своего идиотизма на счет гетеросексуальности.
— Да чтоб мне сралось как младенцу, сестрица, а ты готовишь не хуже Фэй Ду! Это пиздец как вкусно!
Судя по лицам Фу Шэня и Тао Жаня, Чан Нин наконец-то нашла того, кто оценил ее новые блюда по достоинству, так что принялась подкладывать У Се из другой миски, где тоже было что-то ядреное.
Ло Вэньчжоу надеялся побыть хоть денек в компании адекватных людей, а теперь опасался, что чокнутость У Се передается воздушно-капельным путем. А ведь они с Чан Нин раньше даже не пересекались. Как так?
Он вопросительно посмотрел слезящимися глазами на Тао Жаня, но тот только пожал плечами.
— Чан Нин осваивает новые рецепты…
А ведь ему, как мужу, наверняка приходилось первым испытывать на себе кулинарные эксперименты любимой жены. Ло Вэньчжоу выразил другу сочувствие глазами и наложил себе чего-то попредсказуемее на вкус, пока У Се и Чан Нин делились яркими впечатлениями от убийственной говядины. А У Се еще и решил рассказать обо всем том вонючем и тухлом дерьме, которое ел, пока Ло Вэньчжоу не перекрыл ему доступ к доставке.
— А вот если сюда кошачьего корма сыпануть, вообще будет конфетка!
«Я как будто сижу в очереди в психдиспансере», — подумал Ло Вэньчжоу и вздохнул.
По крайней мере, У Се теперь не так сильно выделялся из их компании.
Через некоторое время Фу Шэнь пересел, и стол разделился на две команды: фанатов острой тухлятины и адекватных. Пока фанаты делились гастрономическими историями, Ло Вэньчжоу послушал последние новости из мира нормальных людей.
В конце концов он отчалил покурить на балкон и проветрить голову. И заодно проверить, где сейчас его маленький засранец. Он почувствовал даже раньше, чем открыл приложение, что локация Фэй Ду была не на положенном месте.
Вместо привычной точки на карте в приложении высветилась надпись:
«Расстояние до Фэй Ду — пятьсот метров».
А через несколько мгновений сменилась на:
«Расстояние до Фэй Ду — четыреста пятьдесят метров».
Сердце Ло Вэньчжоу забилось в груди, словно собираясь вырваться навстречу приближающейся цели. Сигареты были забыты. Он высунулся с балкона, всматриваясь в темноту вечерних улиц, всем своим существом протягиваясь туда, откуда приближался Фэй Ду.
С северо-западного шоссе. Он двигался быстрее пешехода, но медленнее автомобиля — значит, ехал на скутере или самокате.
Его учащенный пульс, казалось, отдавался у Ло Вэньчжоу в ушах вместе со стуком его собственного сердца.
— Что ты задумал, паршивец?..
Ло Вэньчжоу встревоженно повертел головой, хотя так далеко ничего не мог увидеть. Он опустил взгляд на экран телефона.
«Расстояние до Фэй Ду — сто пятьдесят метров».
Во двор на самокате в желто-полосатой форме, шлеме и с сумкой за спиной въехал доставщик.
Ло Вэньчжоу едва не заорал на весь двор, как чокнутый, понимая, что едва может устоять на месте. Вспомнилось, что, когда он был ребенком, у соседей был большой лохматый пес, который вот так же начинал суетиться и вертеться на месте, когда в дом приходил обожаемый им дедуля. Прямо сейчас Ло Вэньчжоу мало чем отличался от того пса, нервно топчась на месте и переваливаясь через перила. Еще чуть-чуть — и он залает на весь двор, привлекая внимание не только Фэй Ду, но и всех соседей и своих потенциальных шпионов.
С трудом сдерживая желание вытворить что-нибудь совсем уж ебанутое, Ло Вэньчжоу вернулся в комнату, где бурно обсуждали спортивные новости. У Се снова прибавил громкости, привлекая к себе всеобщее внимание, но в лице слегка поддатых Тао Жаня и Фу Шэня на этот раз он нашел благодатных слушателей. Никто не обратил внимание, как Ло Вэньчжоу выскользнул в подъезд.
«Расстояние до Фэй Ду — пятьдесят метров».
Приложение мигало у него в кармане, пока он бесшумно проскальзывал за колонну на лестничной клетке.
Фэй Ду поднимался по ступеням не слишком торопливо. Если он будет вертеть головой по сторонам, то тухлое прикрытие Ло Вэньчжоу будет раскрыто и игра перестанет быть такой волнительной. Шаги Фэй Ду внезапно замедлились еще больше, будто он тоже решил подкрасться к квартире Тао Жаня незаметно. Только форма доставщика шуршала слишком громко, чтобы он мог оставаться тихим.
В проклятом доме было слишком светло!
Вот если бы…
Стоило Ло Вэньчжоу подумать об этом, как свет в подъезде погас. Шаги Фэй Ду остановились на несколько мгновений, а потом он двинулся наверх снова.
По ступеням заскользил луч телефонного фонарика, а по губам Ло Вэньчжоу — коварная улыбка. В мелькающем луче света он был невидимкой.
Фэй Ду наконец дотопал до лестничной клетки и остановился перед дверью квартиры. Шлем и перчатки он закинул в сумку, которую тащил в руке. Вместо того, чтобы позвонить, он замер перед дверью так же, как стоящий в темноте Ло Вэньчжоу.
Мгновения застыли, подобно капельке смолы.
А потом губы и глаза молодого человека тронула лукавая улыбка.
«Расстояние до Фэй Ду — ноль метров».
Ло Вэньчжоу подобно змее совершил стремительный бросок из темноты, одной рукой перехватил Фэй Ду поперек груди, второй — зажал рот, и уволок за колонну так быстро, что тот и пикнуть не успел.
Чужой пульс скакнул на секунду за критические цифры, все тело Фэй Ду напряглось, он сдавленно охнул, но тут же расслабился, позволяя обвить себя со спины и ткнуться носом в холодное ухо.
— Я требую компенсацию за длительное ожидание заказа.
Фэй Ду слегка повернул голову, и нос Ло Вэньчжоу скользнул по его мягкой щеке, вдыхая знакомый запах. В неосвещенном закутке коридора могло показаться, что они с Фэй Ду слились в один плотный клубок темноты.
В прохладном голосе Фэй Ду звучал смех:
— Приносим извинения за ожидание. Подарок в сумке с заказом.
— А я думал — это ты мой подарочек.
Только рядом с Фэй Ду Ло Вэньчжоу мог почувствовать себя целостным. Даже зная, что где-то там далеко через кучу улиц и домов Фэй Ду думает о нем, он ощущал глубоко внутри непреодолимое стремление встретиться с ним, сократив расстояние до минимального. Обнять, прижаться, обнюхать, убедиться, что все в порядке, что все мысли Фэй Ду заняты им самим, а не какими-нибудь саморазрушительными идеями, связанными с Фэй Чэнъюем.
Здесь, в темноте, и вовсе начинало казаться, что Фэй Ду растворяется в нем самом, спрятанный в его объятьях. Он не стремился выскользнуть из его рук, прижимаясь к груди Ло Вэньчжоу спиной.
Хотелось, чтобы время остановилось навсегда, оставив их вот так друг с другом наедине — наконец-то полноценными, ничем и никем не разделенными.
Что еще он мог пожелать в качестве подарка на день рождения? Ну разве что, чтобы Фэй Чэнъюй внезапно скончался от инсульта…
— У меня только пять минут… — с сожалением прошептал Фэй Ду и слегка пихнул сумкой Ло Вэньчжоу в колено.
Точно, он же переоделся в доставщика и сбежал неизвестно откуда, чтобы увидеться с ним.
— Семь. Ты же в темноте перепутал квартиры.
— И рассыпал сдачу.
— Выслушал жалобу на то, что заказ приехал холодным.
Ло Вэньчжоу фыркнул ему в ухо, обнимая стройное тело в шуршащей форме еще крепче.
— У Тао Жаня есть микроволновка. Впрочем… — Фэй Ду тихо рассмеялся, — я не думаю, что ты будешь это есть.
— Ты правда что-то привез? — Ло Вэньчжоу слегка напрягся.
— Да, У Се очень просил булочек. Толстяк разрешил приготовить на его кухне…
— Жаль, конечно, этого добряка.
— Все было не так плохо! Я заплатил компенсацию… — Фэй Ду пихнул его локтем в бок.
— А моя компенсация где?! — почему Ло Вэньчжоу никто не заплатил?
— Я тебе предлагал — ты отказался!
Он вспомнил фотографию с ремнем и прошептал Фэй Ду на ухо:
— Я буду записывать твои грешки в блокнот: в следующем году рассчитаешься.
— А моя задница точно это переживет? — в голосе Фэй Ду послышались встревоженные нотки.
— Ничего не знаю, ты сам напросился.
Минуты утекали. Кто-то начал шуметь на первом этаже, пытаясь найти источник проблемы с электричеством, кто-то спускался с верхнего этажа пешком, матерясь. В квартире наконец хватились пропавшего Ло Вэньчжоу.
Фэй Ду с сожалением выскользнул из его рук. На мгновение они прижались друг к другу лбами, ладонь Фэй Ду скользнула по груди Ло Вэньчжоу, нащупывая под рубашкой кольцо.
— Мне нужно идти. С днем рождения, Ло-гэ.
Он сунул Ло Вэньчжоу подарочный пакет и контейнеры с едой из своей сумки и поспешил спуститься по лестнице, растворяясь в темноте. Если бы не оставшееся напоминание о том, что он правда был здесь, Ло Вэньчжоу решил, что все ему лишь померещилось.
— Ты где был? — Тао Жань, столкнувшийся с Ло Вэньчжоу у дверей, вопросительно уставился на пакеты в его руках.
— У Се, тебе кое-что передали!
У Се, со скуки начавший жевать ломтики огурцов, принялся открывать контейнеры, которые перед ним поставил Ло Вэньчжоу. А когда открыл, издал счастливый клич!
— Булочки от моего братана Фэй Ду!!! Будто у меня самого день рождения! Хотя я даже не помню, когда у меня день рождения… — он на мгновение приуныл, но тут же достал одну такую же кривую и горелую булку, как и в прошлый раз, и с удовольствием откусил половину.
С выражением блаженства разжевал начинку неизвестного происхождения и с довольным мычанием протянул Чан Нин одну из кучи горелых булок:
— Попробуй, сестра, это лучшее, что я когда-либо ел в своей жизни!
Ло Вэньчжоу за его спиной замахал руками, пытаясь предупредить Чан Нин, что этого лучше не делать, но та откусила небольшой кусочек от угощения Фэй Ду. А потом… пришла в полный восторг!
— Жань-Жань, Фу Шэнь, тоже попробуйте! Да у Фэй Ду талант, что ты его оговариваешь? — она возмущенно воззрилась на Ло Вэньчжоу, тот с сомнением уставился на булки.
В итоге все взяли по одной. Нет, ну мало ли, может, с прошлого раза навыки Фэй Ду в самом деле улучшились? Хотя, учитывая, над чем за столом восторгались Чан Нин и У Се только что…
Переглянувшись с Фу Шэнем и Тао Жанем, Ло Вэньчжоу с опаской откусил.
Что ж… В мире должны были оставаться какие-то стабильные вещи. Такие как пробки на дорогах и разносы от начальства по пятницам. Чуда не произошло: булочки Фэй Ду были такими же ужасными, как и в прошлый раз, если не хуже.
Чан Нин и У Се на пару растащили угощение из контейнера.
— Да вы ешьте-ешьте, нам не жалко, — уточнил Тао Жань, отдавая жене свою половинку булочки, пока Фу Шэнь и Ло Вэньчжоу под предлогом перекура накрошили свои булки голубям на балконе.
— Надеюсь, голуби не сдохнут… — уточнил Ло Вэньчжоу.
— Только Фэй Ду не говори, а то он расстроится.
— Он вроде пек их в качестве моего наказания, значит, все нормально!
Фу Шэнь похлопал его по плечу и еще раз уточнил:
— Все-таки лучше не надо.
Телефон Ло Вэньчжоу тренькнул, и он открыл пришедшее сообщение от Фэй Ду:
«На этот раз лучше получилось? Я добавил туда другие специи».
Фу Шэнь с намеком приподнял одну бровь, и Ло Вэньчжоу закатил глаза. Пришлось записать для Фэй Ду восторженные отзывы У Се и Чан Нин.
Листья почти совсем опали, и погода стала портиться, а вот Ло Вэньчжоу, наоборот, чувствовал себя лучше и лучше. Он все-таки начал оставлять у Се одного, понимая, что, когда выйдет на работу, торчать привязанным к чокнутому поддельному парню уже не получится. Журналисты практически потеряли к нему интерес, и Ло Вэньчжоу перестал замечать слежку за собой. Для СМИ нашлись новые горячие новости, а для людей Фэй Чэнъюя — другие дела.
Ведь все, что делал выздоравливающий Ло Вэньчжоу — сидел дома, ходил в магазин, максимум выезжал куда-то с «Пэй Су» и гостил у Тао Жаня. Пару раз он все-таки добирался до спецотдела, чтобы узнать, что до сих пор в немилости у начальства, и убраться оттуда, пока злые старики не решили отправить его с глаз долой в какой-нибудь архив.
Теперь, убеждаясь, что за ним нет слежки, Ло Вэньчжоу время от времени пересаживался на арендованное авто и подкатывал куда-нибудь поближе к Фэй Ду. Он оставался в машине, чтобы не светиться рядом с подростком, но даже так, находясь в радиусе нескольких сотен метров от Фэй Ду, он чувствовал странное удовлетворение. Иногда, стоило ему приблизиться к школе или развлекательному центру, куда таскалась компания его товарищей, и Фэй Ду вдруг начинал двигаться ему навстречу. Каких-то несколько метров, несколько ударов сердца, высвечивающихся на экране приложения… Конечно, Ло Вэньчжоу догадывался, что тешил себя не более чем фантазиями: любой gps-маячок имел погрешности, и даже если Фэй Ду перемещался, это едва ли было связано с тем, что Ло Вэньчжоу где-то неподалеку сидел в машине.
Как-то он оказался достаточно близко к школе, и увидел, как Фэй Ду на парковке встречает Лин-эр. Она была за рулем спорткара, подаренного Фэй Чэнъюем своему сыну на шестнадцатилетие. У Фэй Ду все еще не было прав, а вот у Лин-эр они были. Стоило ему покинуть школьный надзор, как он оказывался под надзором этой девицы. Дружки с гоготом уселись на заднее сиденье, Фэй Ду — на переднее, не забыв при встрече обнять Лин-эр за талию и улыбнуться ей.
От увиденного у Ло Вэньчжоу свело живот и зубы, и он покрепче стиснул руль. Конечно, он знал, что у Фэй Ду не было выбора, и дал зеленый свет, но просто знать и видеть своими глазами, как тот милуется с этой стервозиной, было разными вещами. Внутри все опалило жгучей ревностью и захотелось из вредности надавить на газ и влететь в зад ее дорогой машине.
И вообще! Фэй Ду был вынужден спать с ней дома, к чему миловаться на публике? Да еще и так естественно, словно они настоящая парочка! А это точно все еще притворство? Может, план батеньки уже дал свои плоды, и Фэй Ду распробовал легкий вид отношений без обязательств?
Он так накрутил себя, что весь вечер изливал душу У Се, который слушал его, уминая апельсины и поддакивая.
— Вот же стерва, а! Охмурила моего братана! Давай, ей дерьма в карбюратор напихаем? Я могу лично насрать, даже на месте, если ты попросишь!
— Именно! — Ло Вэньчжоу стукнул кулаком по столу, но потом пришел в себя. — Нет, погоди, это машина Фэй Ду. Жалко тачку…
Да и вообще.
«Ты последствия прошлых доебок до девушки Фэй Ду еще не разгреб, снова хочешь наступить на те же грабли?» — Ло-разумный стучал изнутри его черепушки, приводя Ло Вэньчжоу в себя.
Все так…
Пришлось прикрутить свою ревность и засунуть куда подальше. Он вспомнил, в каких растрепанных чувствах Фэй Ду в тот день был в лагере. Сейчас рядом с Лин-эр он был спокоен, улыбался и мог играть в хорошего парня на публике, не обнимаясь с унитазом после. Этого Ло Вэньчжоу и добивался, разве нет? Ни к чему было травить ему душу своей неуместной ревностью, ведь Фэй Ду не мог избавиться от Лин-эр.
Это был вопрос доверия. У Ло Вэньчжоу не было повода усомниться в чувствах Фэй Ду.
Словно читая его мысли, Фэй Ду прислал сообщение:
«Ло-гэ, я люблю тебя. Спокойной ночи»
И два фото: на первом он целовал свои пальцы, на втором — показывал их Ло Вэньчжоу, передавая поцелуй.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!