Вернутся к фанфику
Часть 42
24 апреля 2026, 21:59 Звуки отцовских шагов отдавались в голове Фэй Ду стуком молота — оглушающие, тяжелые, — они неумолимо приближались, заставляя сердце заполошно трепыхаться в груди. Сейчас — вот сейчас — отец откроет дверцы шкафа и вытащит его наружу за шкирку… Фэй Ду видел это во сне тысячу раз и теперь, годы спустя, знал откуда взялся этот кошмар.
Но сегодня все пошло не так, и его последний островок безопасности — темный душный альков, в котором он прятался в доме, — просто развалился!
— Вот ты где.
Отец оказался прямо перед ним, и Фэй Ду рванул прочь, оскальзываясь на битом стекле и треснувших досках. Он пытался убежать из подвала, но дверь никак не желала приближаться. Все вокруг рушилось с оглушительным грохотом, мигал свет, в воздух поднялось облако пыли, от которого Фэй Ду закашлялся. Он хотел обернуться, чтобы понять, где Фэй Чэнъюй, и вздрогнул всем телом, обнаружив, что он прямо за спиной. Лицо отца было перекошено от бешенства, глаза затопила тьма, рот исказил жуткий оскал:
— Ах, ты маленький ублюдок! Думал, я не узнаю твой секрет?
Фэй Ду пятился, Фэй Чэнъюй напирал — свет вокруг него начал гаснуть, погружая царящий в подвале хаос в холод и темноту.
— Не подходи ко мне! — у Фэй Ду не было оружия, он не мог сбежать, ощущая, как его охватывает неконтролируемая всепоглощающая паника.
Он так долго сдерживал свои чувства и эмоции, что теперь они грозились затопить его, сметая все на своем пути. Его ложь, его маски, игра и притворство — слетали с Фэй Ду подобно луковой шелухе под напором Фэй Чэнъюя, пока не осталось ничего, кроме страха загнанного в угол живого существа, которое осознает, что возможности увиливать или сопротивляться больше нет.
Фэй Ду хотел вцепиться этому ублюдку в лицо, но Фэй Чэнъюй повалил его, наваливаясь всем телом. Удар об пол выбил из легких Фэй Ду последний воздух, а вместо кислорода он вдохнул тонну пыли, забившей ему рот, нос и глаза.
— Ты слишком много получил от этой суки! Такой же жалкий паршивец, как и твоя мать. Жаль, я потратил на тебя слишком много времени! — голос Фэй Чэнъюя проходил сквозь голову Фэй Ду, вызывая боль в барабанных перепонках.
Он был таким тяжелым, что Фэй Ду не мог нормально вдохнуть, барахтаясь под его весом как перевернутый жук, пока чужие руки не сомкнулись на его горле, пережимая дыхательные пути.
— Твоя смерть будет медленной и мучительной, а потом Ло Вэньчжоу найдет твое тело растерзанным собаками на каком-нибудь пустыре. Быть может, тогда я буду хоть немного удовлетворен!
Фэй Ду одной рукой пытался отцепить холодные ладони от своего горла, но ногти без толку царапали воротник куртки, другой — отпихивал от себя Фэй Чэнъюя, но это было все равно что пытаться сдвинуть скалу. Его горло горело, ребра трещали от напряжения, удушающая тьма вместе с пылью лезла в рот и нос…
Похоже, это был конец.
***
Ло Вэньчжоу показалось, что его голова разорвалась вместе с проклятой бомбой — по крайней мере, на какое-то время его мысли и чувства разлетелись так же, как взрывчатка, во все стороны. Сознание было похоже на сбоящий телевизор, теряющий сигнал, в котором изображение и звук мигают и квакают. Плечо и спина ужасно болели, в рот набилась пыль с привкусом крови, сверху навалилось что-то настолько тяжелое, что было трудно дышать. Пока Ло Вэньчжоу пытался понять, где он и кто, под ним начали дергаться и пихаться. Чья-то рука уперлась в раненое плечо, отталкивая, в ухо хрипели и кашляли. Понадобилось насколько мгновений, чтобы вспомнить, что под ним лежит Фэй Ду, которого он, очевидно, придавил. — Фэй Ду! Кхе… — давясь пылью и пытаясь собрать конечности в кучу, Ло Вэньчжоу со стоном сквозь сжатые зубы встал на четвереньки, с трудом поднимая на трясущихся руках и коленях не только вес своего тела, но и той херни, которая придавила его сверху. На них рухнул не то какой-то шкаф, не то одна из балок. Похоже, он отключился из-за удара в основание шеи — спина и грудная клетка болели, и Ло Вэньчжоу не мог быть уверен, что у него не сломано ребро или что-то еще. Но это было не главное… Все было не важно! Не обращая внимание на боль, он приподнялся, чтобы дать Фэй Ду свободное пространство. — Фэй Ду, все хорошо. Дыши спокойно. Здесь есть воздух, кхе… Просто пыль… Фэй Ду? Было темно. Ло Вэньчжоу ничего не видел, из-за головокружения он с трудом соображал, где вообще верх, а где низ, и тем более не мог понять — не ранен ли Фэй Ду. Что если от взрыва он пострадал больше, чем Ло Вэньчжоу, поймавший основой удар на себя? — Фэй Ду! Ты ранен? Фэй Ду! Перенеся вес на правую руку, с трудом удерживая навалившуюся на него тяжесть, Ло Вэньчжоу левой трясущейся рукой принялся шарить по его грудной клетке. Темнота была наполнена тяжелыми хрипами человека, который с трудом мог сделать вдох, пальцы Фэй Ду судорожно расцарапывали горло, пытаясь снять невидимую удавку. Ло Вэньчжоу вспомнил, как сам точно так же задыхался, наглотавшись пыли и хватаясь за горло, и почувствовал, как его охватывает паника. — Фэй Ду, я здесь. Все будет хорошо, не бойся. Твой гэгэ здесь… Ладонь Ло Вэньчжоу сама собой скользнула к чужим глазам, закрывая, хотя здесь и так было ничего не видно. Та темнота, которую мог дать Фэй Ду только он сам, была другой: спасительной, безопасной, понятной. В этой темноте не нужно было говорить (хотя Ло Вэньчжоу по привычке произносил слова вслух) — достаточно просто быть рядом, чтобы Фэй Ду мог почувствовать его любовь и беспокойство, его заботу и желание его защитить. Ло Вэньчжоу казалось, что он слышит рычащий голос Фэй Чэнъюя из собственных кошмаров, чувствует запах его подвала, ощущает давление мрачного особняка, в котором жил этот монстр. Но после того, как в своих кошмарах Ло Вэньчжоу перестал быть прячущимся кроликом, он больше не собирался бояться. Он не мог объяснить сути своих ощущений: наверное, когда человек оказывается лицом к лицу со смертельной угрозой своим близким, для страха больше не остается места и границы стираются… Лежащего под ним Фэй Ду колотило от накатившей паники после того, как он буквально совершил невозможное, повернув безвыходную ситуацию в свою пользу. Ло Вэньчжоу больше не мог позволить ему так мучиться, тащить на себе тяжелую ношу секретов, увиливая с ней от стаи коршунов, которые не могли поделить друг с другом власть в Синьчжоу. Маска ноль-эмпата, которую он носил, душила его, и Ло Вэньчжоу не собирался это продолжать. Что-то невидимое, что сдерживало его раньше, наконец треснуло подобно истончившемуся хрупкому стеклу, и Ло Вэньчжоу глубоко внутри смог обрести невыразимую словами власть над ситуацией. Фэй Ду в его руках был похож на свернувшийся клубок страха и боли, и Ло Вэньчжоу закутал его собой, закрывая от всего и всех. Над ними сложилось подобно карточному домику трехэтажное здание, они пережили захват, были ранены, остались без света, воды и еды на неизвестное количество времени, но он все равно заверил Фэй Ду: — Все будет хорошо, малыш. Нас скоро спасут. Тебе больше нечего бояться. Хотя Фэй Ду ничего не сказал вслух, все еще тяжело хрипя куда-то Ло Вэньчжоу в плечо, но теперь уже хватаясь пальцами не за свое горло, а за его рубашку, тот ответил: — Ты больше не вернешься туда. Обещаю. Эта тварь тебя больше не тронет.***
Голос и руки Ло Вэньчжоу развеяли кошмар, позволив Фэй Ду нормально дышать, старательно втягивая воздух в болящие легкие, но с возвращением в сознание вернулись и воспоминания. Брат Бай, угрожающий убить или покалечить Ло Вэньчжоу, убитая на глазах у Фэй Ду Чжан Тин, чье тело они оставили в классе, спасая собственные жизни, рыдающий бледный Чжан Дунлай, застреленные учителя, провода бомбы в его трясущихся руках… Он мог не справиться… Он мог подорвать всю школу, выдернув не тот проводок — уроки У Се и так держались в его голове, забитой экзаменами, с большим трудом… А если бы брат Бай не стал его шантажировать, а просто взялся отрезать от ненужного пленника части тела ради забавы? Если бы он не стал много болтать под конец и просто выстрелил в Ло Вэньчжоу, оставив его глубоким инвалидом? Если бы блеф Фэй Ду был раскрыт? Если бы брат Бай заставил его признаться отцу в том, что Ло Вэньчжоу его родственная душа? Этого не случилось, но все мысли, что Фэй Ду выталкивал из головы, будучи в заложниках, теперь атаковали его непрерывным потоком из прорванной плотины самоконтроля. Он думал, что панические атаки, накатывавшие на него ранее, были единственным последствием потери самоконтроля, но, похоже, просто не понимал, что такое настоящая истерика. Родственная душа была вокруг него, утешительно-уверенная и заботливая, но, если полчаса назад этого было достаточно, чтобы утешить Фэй Ду, то теперь усилия Ло Вэньчжоу были похожи на подорожник, приложенный к перелому. Где-то на задворках сознания он был рад, что здесь так темно, и его партнер не видит этих позорных рыданий, которые он не мог остановить, вжимаясь лицом в чужое плечо, размазывая по и без того грязной рубашке Ло Вэньчжоу слезы и сопли. Его колотило от холода, боли и стресса — от всего сразу. От рыданий голова готова была треснуть как переспелый арбуз. — Все уже позади, — ладонь Ло Вэньчжоу массировала его плечо, губы тыкались куда-то в макушку. Захват остался позади, но они оба прекрасно знали, что уже не смогут вернуться в то хрупкое подобие мира, которое установили за последний год. Баланс был грубо нарушен посторонними, Фэй Ду подал сигнал бедствия своему партнеру раньше времени, Ло Вэньчжоу оказался там, где ему не положено быть… События цеплялись одно за другое и к каждому у всех, кто остался снаружи, будет миллион вопросов. Фэй Ду не мог больше этого выносить. Он не выдержит никакого допроса: ни полиции, ни отца, ни даже самого Ло Вэньчжоу. Неизвестных переменных было слишком много, чтобы он мог придумать достойную ложь, а его ресурсы для хорошей игры и даже для худо-бедно плохой были исчерпаны. — Не думай об этом. Я никому не позволю тебя больше трогать. Никто не будет тебя допрашивать. Уверенность Ло Вэньчжоу в собственных словах немного ослабила узел в груди Фэй Ду — приятная иллюзия, для которой в будущем, а не в этом темном закутке, уже не будет места. Всем будет плевать на их оправдания и объяснения… Если Фэй Чэнъюй выкрутится, их положение окажется настолько невыгодным, что Фэй Ду подумал: пусть лучше их вообще отсюда не вытаскивают. Был ли смысл хранить какие-то секреты от Ло Вэньчжоу теперь? Он и так достаточно слышал, достаточно видел, чтобы от догадки его отделяла только та мысль о мертвом партнере, которую Фэй Ду внушил ему несколько лет назад. Фэй Ду хотел рассказать ему правду, но не хотел, чтобы душа партнера, сейчас обнимавшая его с безграничной любовью и теплом, пришла в волнение и омрачилась обидой, не хотел, чтобы Ло Вэньчжоу тоже накинулся на него — с вопросами, осуждением… Чтобы его оттолкнули… — Потом обо всем поговорим, малыш. Я буду всегда на твоей стороне, чтобы ты мне ни рассказал. Хотя Ло Вэньчжоу не мог читать его мысли, Фэй Ду знал, что он чутко улавливал все его намерения и настроения. Иметь родственную душу было настоящим благословением и только для таких как Фэй Ду — еще и проклятьем. Он крепче стиснул в пальцах скомканную ткань рубашки мужчины, судорожно всхлипывая в его напряженное плечо: если бы Ло Вэньчжоу сейчас не было рядом– он бы просто развалился…***
Стараясь не рухнуть на Фэй Ду снова, Ло Вэньчжоу кое-как снова укрепился на четвереньках. Раненная рука тряслась и опираться на нее было отдельным сортом пытки, но удерживать весь вес на одной правой он больше не мог. Фэй Ду крепче впился в его бока, опасаясь, что Ло Вэньчжоу может его бросить, но едва ли в ближайшем будущем кто-то из них мог выбраться из этого места. Когда истерика Фэй Ду поутихла и от нее остались только судорожные всхлипы и шмыганье носом, мозг Ло Вэньчжоу наконец смог отвлечься на окружающую обстановку. Вокруг не было видно ни зги, пыль осела, и они перестали кашлять через вдох, но стало ненамного лучше. Он попытался спихнуть с себя то, что на нем лежало, но не преуспел. Сверху тут же посыпался какой-то мусор и мелкие камни, и Ло Вэньчжоу сначала опустил голову, а потом надавил Фэй Ду на макушку: — Двинься ниже, лежи подо мной, не высовывайся. Фэй Ду никак не отреагировал, и раз мусор сыпаться перестал, Ло Вэньчжоу пока оставил его в покое. Он страстно желал поскорее доставить Фэй Ду в безопасное место, где его раны обработают и дадут ему спокойно выспаться под боком Ло Вэньчжоу, но пока все, что ему было доступно — с трудом ощупать окружающее пространство, чтобы понять, насколько все плохо. Поначалу звон в ушах и рыдания Фэй Ду заглушали все звуки извне, но теперь где-то поодаль стали слышны голоса — похоже, остальным удалось выжить в убежище. Спустившись с лестницы, Ло Вэньчжоу увидел в конце коридора разбитый, ранее замурованный в стену эвакуационный тоннель военного времени. Машина и безопасный коридор, которые просили захватчики, были нужны для отвода глаз. Бай Сянь и его прихвостни ушли по этому тоннелю, выбравшись где-то за пределами оцепления, где никто не ожидал их увидеть. Ло Вэньчжоу успел уловить мигающий огонек бомбы в дверном проеме, поэтому дернул Фэй Ду в сторону: если бы они продолжили путь к убежищу, то получили взрыв прямо в лицо. Он подумал покричать перепугано галдящим подросткам, но понял, что его едва ли четко услышат. А если и услышат то, что дальше? Они не смогут добраться друг до друга. Где-то на полу должна была валяться рация — Фэй Ду уронил ее, когда падал, и она отлетела в сторону. Но после взрыва Ло Вэньчжоу не слышал ни одного вызова: она либо разбилась, либо отключилась от удара. Даже если спасательная операция уже началась, их едва ли извлекут быстрее, чем через несколько часов… Проклятье! Будь проклят гребаный Фэй Чэнъюй и все остальные! После всего, что госпожа Юй сказала с небесного занавеса, никто больше не имел права игнорировать слова Ло Вэньчжоу о том, что этот говнюк был волком в овечьей шкуре. Подозрения, которыми он был переполнен последний год, не просто подтвердились, все оказалось даже хуже, чем Ло Вэньчжоу мог предполагать. Эти твари не просто организовали преступную группировку, ведя теневой бизнес, они не гнушались использовать для своих целей самые низменные, самый отвратительные способы, до которых не мог опуститься ни один человек, имеющий родственную душу. Только бездушные твари могли додуматься до чего-то подобного. Неудивительно, что Фэй Ду все эти годы так старательно скрывал от Фэй Чэнъюя свою дружбу с ним и Тао Жанем. Они стали его уязвимым местом. Бай Сянь, использовавший Ло Вэньчжоу, был показательным примером, что тактика Фэй Ду оказалась лучшим выбором. Ло Вэньчжоу опустил голову, каждое движение заставляло темноту в его глазах кружиться и немного искрить. Он коснулся губами лба Фэй Ду, скрытого под растрепанной челкой. Кожа была горячей, его все еще трясло, но Ло Вэньчжоу все равно ничем не мог ему помочь. — Держись, Фэй Ду. Тао Жань скоро достанет нас отсюда. И мы с тобой уедем. Все существо Ло Вэньчжоу было против позорного побега в никуда, но если Фэй Чэнъюй не будет арестован, нельзя позволить ему забрать Фэй Ду. Больше ни за что. До его совершеннолетия оставалось около полугода — они не могли столько ждать. Уедут — потом вернутся. Господин Се не откажет в помощи, пусть даже Ло Вэньчжоу будет у него еще раз в долгу. Может, отправит одного только Фэй Ду в компании чокнутого У Се или его дружков. Лишь бы не здесь. Больше не было ни одного аргумента, который мог бы убедить Ло Вэньчжоу оставить Фэй Ду в лапах его папаши. Если все будет совсем худо, он просто его похитит. Фэй Ду ничего не ответил, и Ло Вэньчжоу, не имея свободных рук, как Ло Иго потерся о его лицо, царапая щетиной перепачканную в крови и пыли все еще по-юношески гладкую и нежную щеку. — Знаю, что ты устал, малыш, но у меня нет третьей руки, чтобы тебя обнять. И четвертой нет — чтобы поискать рацию. Возможно, она где-то рядом. Будет лучше, если мы хотя бы дадим знать, что живы и где находимся — иначе на наши поиски у спасателей уйдет целая вечность. Какое-то время он еще тыкался ему в лицо носом, прижался коротким поцелуем к сухим губам, даже куснул слегка за кончик носа, но Фэй Ду остался безучастным, заставляя сердце Ло Вэньчжоу болезненно сжиматься. Если бы не учащенное дыхание и цепляющиеся за его рубашку пальцы, можно было подумать, что Фэй Ду здесь нет. Мужчина настороженно прислушался, сам не зная к чему — буря в чужой душе улеглась, оставив после себя пустырь. Истерика забрала последние ресурсы Фэй Ду, оставив его лежать без движения, чтобы сохранить остатки сил на поддержание жизнедеятельности организма. Ло Вэньчжоу не был ни врачом, ни психологом, и понятия не имел, как привести в чувство человека, который… впал в ступор? Оставалось только надеяться, что после пережитого Фэй Ду не повредился рассудком вовсе. Накатила волна злости: даже если тварей поймают, они не ответят за это… За поломанную психику полсотни детей, на чьих глазах застрелили учителей и одноклассников, которых запугивали, которым на голову обрушили школу, втянув в разборки между чокнутыми психопатами. Потом так же быстро схлынула, сменившись остро кольнувшим в груди чувством вины. Если бы Ло Вэньчжоу был более осмотрителен, хоть немного подумал мозгами, прежде чем ломиться напролом и дать себя схватить, Фэй Ду не пришлось бы проходить через все это. Даже находясь в двух шагах от него, он оказался бесполезен, подвергнув их обоих еще большей опасности. Хотя Ло Вэньчжоу был связан террористами и находился у них под прицелом, ему казалось, что это сам Фэй Ду не дает ему подойти, оставаясь максимально отстраненным в своей маске, встав между ним и Бай Сянем. Своей жизнью и возможностью передвигаться на ногах, а не ползать, Ло Вэньчжоу был обязан тому, кто сам больше всех нуждался в его поддержке и защите. Почему все настолько шло наперекосяк?.. Когда-то он не смог помочь своей родственной душе, но они были даже не знакомы. Теперь же, когда по-настоящему близкий, дорогой, любимый человек был рядом с ним, он лажал раз за разом и каждый раз хлеще предыдущего, нанося одинаковое количество вреда и своим действием, и бездействием! И это Фэй Ду в итоге удерживал хрупкое равновесие в их паре и в противостоянии Фэй Чэнъюю. Как получалось, что Ло Вэньчжоу был старше, опытней, сильней, но все время оказывался за спиной у Фэй Ду, отстраненный от ужасной правды его молчанием, спрятанный от взора Фэй Чэнъюя тонной его вранья?! Всегда на шаг впереди, всегда знающий чуть больше, Фэй Ду тащил в душе ношу, которая была не по плечу одному человеку, но отказывался поделиться своим бременем с Ло Вэньчжоу, пока они в конце концов не оказались здесь и выбора просто не осталось. В этой густой непроглядной темноте, нарушаемой лишь их обоюдным тяжелым дыханием, Ло Вэньчжоу снова вспомнил те слова: «Чтобы монстры тебя не нашли, нужно спрятаться во тьме. Среди них». Маскировка Фэй Ду раскололась, как скорлупа опустевшего ореха — лишь вопрос времени, когда Фэй Чэнъюй узнает подробности произошедшего в классе. И на этот раз его ищущий взор будет обращен уже не на Ло Вэньчжоу, «Пэй Су» или куда-то еще. Он будет обращен на Фэй Ду. Прятаться больше не было смысла, и Ло Вэньчжоу больше не мог позволить Фэй Ду оставаться в этой тьме среди затаившихся тварей. Его пальцы сжались в кулаки, загребая ногтями пыль и корябая бетонный пол, сквозь стиснутые зубы проскользнул злой рык, и Ло Вэньчжоу показалось, что он заполняет собой всю окружающую их тьму. А потом где-то в стороне зажегся свет и послышались помехи рации.***
Момент, когда здание школы взлетело на воздух и обрушилось, словно карточный домик, навсегда остался для Тао Жаня одним из самых страшных в его жизни. В развернутом штабе царил хаос… Захватчики улизнули у них из-под носа — в машине Ло Вэньчжоу, которая выехала из школы, оказалось несколько учеников. В дымовой завесе их чуть не пристрелили по ошибке, и шефа Ду едва не хватил инфаркт, когда их люди успели вовремя среагировать. А потом по рации Фэй Ду сообщил о бомбе, и Тао Жаню показалось, что все на несколько мгновений просто застыли, осознавая, что ничего не могут сделать. Кто-то утащил Тао Жаня прочь, помогая укрыться от взрыва, иначе он так и стоял бы, как дурак с открытым ртом, слушая, как шеф Ян кричит в рацию приказы. Здание обрушилось полностью, погребая под завалами всех, кто остался внутри. И если Тао Жань с трудом держал себя в руках, стараясь оставаться адекватным, размазывая по лицу пот и слезы, то что говорить о родителях заложников… Связь с Ло Вэньчжоу и Фэй Ду оборвалась, они не выбрались наружу и было непонятно, удалось ли им где-то укрыться от взрыва. Тао Жань сомневался, что они могли выжить. Он нашел взглядом в одной из палаток бледного Фэй Чэнъюя, который едва не скрежетал зубами, глядя на то, что осталось от школы. Хотелось подойти и дать ему в рожу, заорать: «Все это случилось из-за вас, негодяев! Ваши дети стали жертвой вашей неуемной жадности и жестокости!» Но разве Фэй Чэнъюю было дело до слов Тао Жаня? Ему и до судьбы Фэй Ду, кажется, дела не было… Тао Жань не мог сказать, что делал следующий час. Ему отдавали какие-то приказы, кругом стоял вой родителей, ругань и плачь. К месту взрыва начали прибывать пожарные и спасатели. Тао Жань что-то делал, а может, и не делал, у него непрерывно вибрировал телефон, но он не брал трубку. Кто бы ему ни звонил — он не знал, что сказать. Каковы были их шансы на спасение? Если бы Тао Жань был незаинтересованным лицом, он бы говорил: «Нельзя терять надежды, они могли успеть добраться до безопасного места, им могло повезти…» Но стоило смотреть в глаза фактам — шансы были невелики… Поэтому, когда рация шефа Яна снова ожила и послышался голос Ло Вэньчжоу, Тао Жаню показалось, что у него галлюцинации. — Шеф Ян? Ответьте кто-нибудь, вы слышите меня? Мы живы. Шеф Ян, в это время обсуждавший со спасателями тактику дальнейших действий, побросал развернутые планы школы и вцепился в рацию. — Ло Вэньчжоу, мать твою! Где вы? Какое-то время были слышны только помехи, а потом снова знакомый голос: — Нас завалило в подвале. Кажется, все дети добрались до бомбоубежища. Я не уверен, мы от них отрезаны, но я слышу голоса. Бай Сянь и остальные ушли через эвакуационный тоннель и подорвали его. Мы с Фэй Ду в какой-то кладовке, я не знаю. Доставайте нас уже быстрее, мы ранены. У Тао Жаня от облегчения едва не подкосились ноги, а шеф Ян обматерил Ло Вэньчжоу последними словами, трясущимися руками стискивая рацию. — Быстрее ему подавай! Мы тебе служба доставки? Вам на голову все здание обрушилось! — он перевел дух и продолжил уже серьезно. — Спасатели уже здесь, мы сделаем все возможное, чтобы вытащить вас как можно скорее. Держитесь там, хорошо? — Шифу, у меня есть просьба. Если со мной что-то случится, прошу не подпускать Фэй Чэнъюя к Фэй Ду. Все, что он говорил в классе Бай Сяню — это вранье, но, если другие дети дадут показания, Фэй Ду будет в опасности. Шеф Ян на мгновение пересекся взглядом с Тао Жанем: в шатре, кроме их команды и двух мужчин из спасательного отряда, больше никого не было. — Спецотдел обеспечит его защиту. Фэй Чэнъюй и остальные находятся под следствием до выяснения всех обстоятельств. Наверное, под завалом время тянулось бесконечно долго, но наверху оно неслось галопом. Тао Жань рвался на передовую, но его упорно отстраняли, давая другие поручения. В какой-то момент ему показалось, что он увидел в толпе Фу Шэня, взялся за телефон, чтобы сообщить ему о Ло Вэньчжоу и Фэй Ду, и обнаружил десятки пропущенных от У Се. Наверняка тот узнал о случившемся из выпуска новостей и переживал. Он набрал номер, но в трубке шли только гудки. В конце концов Тао Жань оказался дежурным у рации. Шеф Ян велел связываться с Ло Вэньчжоу каждые двадцать минут, чтобы знать о происходящем внизу и докладывать о ходе спасательной операции. В шатре остался только он — остальные были загружены работой. Не в силах бездействовать и отсчитывать минуты, Тао Жань нажал на кнопку связи, не представляя, каково им там внизу — в темноте, под завалом, без воды и еды после всего пережитого. — Вэньчжоу, приятель, как ты? Как Фэй Ду? Я здесь один, можем поговорить. Какое-то время было тихо, и сердце Тао Жаня тревожно стучало в такт секундной стрелке на его наручных часах. Голос Ло Вэньчжоу звучал устало и надломлено. Очевидно, плен, раны и обезвоживание давали о себе знать: неизвестно, сколько еще он сможет оставаться в сознании и здравом уме. — А-Жань, это мы должны были защищать его. Разве не для этого мы стали полицейскими? Чтобы помогать таким как Фэй Ду, как его мама. А что в итоге? Наша система настолько гнила, что выжить в ней можно только, если никому не доверять, если прятаться за маской, прикидываться монстром, чтобы затеряться среди ненасытных бездушных тварей. Я пытался поймать Фэй Чэнъюя за хвост, но он, словно скользкий угорь, каждый раз ускользает. Если бы речь шла о ком-то другом, а не о Фэй Ду, я бы шел до конца, не взирая на трудности, но я хочу, чтобы ты знал, А-Жань. Если эта тварь снова выкрутится, я больше не буду терять время и рисковать. Фэй Ду не вернется в особняк. Как детектив Тао Жань должен был призвать друга к благоразумию, но как друг был с ним полностью согласен. Он не хотел бы становиться преступником, похитившим ребенка, но очевидно, что оставлять Фэй Ду одного было больше нельзя. — Мы позаботимся о нем, обещаю. Как он? — Тао Жань внезапно осознал, что все это время от Фэй Ду не было слышно ни звука. — Он со мной, но он не может говорить. — Он тяжело ранен? — сердце Тао Жаня забилось быстрее, хотя в первый разговор Ло Вэньчжоу уверял, что их ранения не смертельны. — Ему пришлось нелегко. Он… не в себе. Даже взрослому человеку было тяжело пережить захват заложников, что говорить о подростках. А учитывая, что Фэй Ду был тем, с кем постоянно взаимодействовали террористы, было бы странно, если бы он оставался в порядке. — Фэй Ду, все будет хорошо. Самое плохое уже позади, мы скоро вытащим вас с лао Ло. Конечно же ответа не последовало. И Тао Жань почувствовал, как у него болезненно давит в груди — этот глупый ребенок встал между Ло Вэньчжоу и толпой террористов, поставив на кон все. Он выиграл битву, но цена оказалась слишком высока, а война еще не была окончена… — Не буду просаживать батарею попусту, шиди. Эта рация и так работает на честном слове. Ло Вэньчжоу отключился, оставив на несколько минут Тао Жаня в условной тишине, пока в шатер не ввалился молодой офицер. Он выглядел ошарашенным и слегка растрепанным, словно с кем-то успел сцепиться, и выпалил: — Детектив Тао, там какая-то женщина просит провести ее к вам. Она уверяет, что жена детектива Ло, и что, если мы ее не пустим, она прямо тут начнет рожать. Так, это… Мне ее к другим родственникам жертв отвести или к вам? Или что?.. Тао Жань сначала не понял, о какой жене идет речь, успел перепугаться на словах «начнет рожать» (но его душевная связь с Чан Нин говорила, что его жена дома и с ней все в порядке), а потом сообразил, что происходит. У Се ведь так и не взял трубку… Похоже, не дождавшись ответа на свои звонки и сообщения, он просто притащился сюда, не в силах оставаться в стороне, да еще и свой маскарад Пэй Су опять напялил. — Эээ, я… сам к ней выйду сейчас. Спасибо. Останьтесь у рации, офицер Лян. Тао Жань поднялся, но за шатром послышались возмущенные крики, и У Се в сопровождении шефа Яна и, как ни странно, Фу Шэня ввалился внутрь. На нем был парик и платье, натянутое прямо поверх домашних штанов, у туфель отсутствовали каблуки, и он отмахивался от шефа Яна какими-то свитками. Только чокнутого У Се здесь и сейчас не хватало. — Не трогайте меня своими ручищами! Я детективу Ло верна и за пельмени отдана! Я не сплю со старыми женатиками, даже не надейтесь. Ох, бля, мне уже дышать тяжело — дайте или попить, или посрать… — он хотел плюхнуться на ближайший стул, но наконец увидел Тао Жаня и тут же забыл, что собирался развалиться. — У… Пэй Су, ты что тут делаешь? — Тао Жань чуть не забыл об этой их дурацкой легенде. У Се выглядел запыхавшимся и хватался за живот. Если бы Тао Жань не знал, что он мужчина, мог в самом деле решить, что он собрался прямо тут рожать. — Блядь, я разве мог пропустить такое событие! — начал было он, потом понял, что, кроме знакомых, в шатре были еще и посторонние, так что поумерил свой пыл. — Короче, я вот что притащил. Под мат и бешеные взгляды шефа Яна он смел со стола план школы и развернул свой. К счастью, шеф Ян умел перестраиваться на рабочий лад так же быстро, как и Тао Жань, не взирая на лишние эмоции. — Что это? — Как что?! Это схема канализации! Я раздобыл ее специально для… — У Се прикусил язык, не успев ляпнуть, что достал ее, похоже, для тайных встреч Фэй Ду и Ло Вэньчжоу. — В общем, когда изучал древнюю архитектуру этого района. Короче! К чему лезть сверху через завалы, когда вы можете подобраться снизу — через черный ход! Даже если в подвале нет люка, дыру в полу можно проделать силой направленного взрыва. Я даже взрывч… Он полез в сумочку, и Тао Жань поспешил заткнуть ему рот, а Фу Шэнь схватил за запястье, не позволяя достать на глазах шефа Яна где-то раздобытый тротил. — Пэй Су, шеф Ян тебя услышал. Не надо так напрягаться. Знаю, что ты переживаешь, но спасатели сами разберутся, как им лучше быть. Пальцы Тао Жаня самым подлым образом лизнули, и он отдернул ладонь. — Да черта лысого они тут разберутся! Я бы сам пролез, но меня Братец с Толстяком не пускают! Сами поглядите, там канализация проходит прямо под бомбоубежищем! Наверняка все там! — Пойдем-пойдем, шеф Ян уже изучает карты, — Фу Шэнь увел возмущенного У Се, и Тао Жань, бросив извиняющийся взгляд на шефа Яна, поспешил за ними следом, чтобы убедиться, что У Се передан в надежные руки, а не полез черти куда. В толпе за оградой обнаружились его два чудных дружка, которым они передали У Се на попечение. — Может, мы можем помочь? Мы, знаете ли, специалисты по лазанию в труднодоступные места, — уточнил Толстяк и хлопнул стоящего рядом мужчину по плечу. — А Братец вообще первоклассный спец, он в любую дырку без мыла пролезет. Только втягивать в это дело гражданских не хватало… Хотя Чжан Цилин, по словам Ло Вэньчжоу, был каким-то ниндзя, на выглядел он как тощий юнец-переросток. Если еще один молодой человек окажется под завалами по вине полиции, шеф Ян вздернет Тао Жаня. Пришлось вежливо отказаться и попросить приглядывать за У Се. Стоило Тао Жаню отвлечься, как троица растворилась в толпе, и больше он их не видел. Зато Фу Шэнь на этот раз никуда не исчез. — Фу Шэнь, что ты здесь делаешь? — Я… — тот замялся на мгновение и виновато улыбнулся. — Вообще-то работаю в этой школе. Только давай об этом потом поговорим. Я кое-кого привел на помощь. Идем, я вас познакомлю.***
Под завалом время тянулось бесконечно. Благодаря свету непонятно как уцелевшей после взрыва лампочки, Ло Вэньчжоу удалось вытащить их из-под навалившейся на его спину конструкции. Если бы Фэй Ду помогал ему, хотя бы двигаясь самостоятельно, было бы проще. Кое-как вытолкав его из-под себя, он на трясущихся руках и ногах едва выполз следом. Балка тяжело рухнула на пол, подняв облако пыли и осыпав их очередным каменным крошевом. — Иди сюда, иди ко мне… Он притянул все такого же безвольного Фэй Ду к своей груди, стараясь одновременно прикрыть его от того, что сыпалось сверху, и не придавить. Другой рукой вцепился в разбитую рацию, опасаясь, что после любого сеанса связи с поверхностью она может окончательно сдохнуть. Стоило ей включиться, как свет начинал мигать и голова самого Ло Вэньчжоу — пульсировать в такт перебивающим голоса шефа Яна и Тао Жаня помехам. Ло Вэньчжоу всегда славился хорошей выносливостью и физической подготовкой, но у всякой силы есть предел, как и Фэй Ду он похоже был близок к своему. Его тошнило и хотелось пить, острая боль в плече притупилась, а может просто слилась с болью во всем остальном теле. Очевидно, организм адаптировался к стрессу, доселе державшему его на плаву, и начал уступать место усталости. Он то и дело щипал себя, не давая отключиться, и тряс Фэй Ду. Хотя его глаза были открыты, и он медленно моргал, молодой человек все еще не двигался. Его руки были холодными наощупь, а голова наоборот — горячей. Под землей на бетонном полу было совсем не жарко… — Не спи, малыш. Будь со мной, нельзя спать. Ло Вэньчжоу отвел от его грязного лба такие же грязные волосы. Пыль припорошила кровь и раны, делая их обоих пепельно-серыми, лишая облик последних красок. — Скоро мы пойдем домой. Слышал, что сказал шеф Ян? Иногда полезно иметь в друзьях таких канализационных фанатов, как твой дружок У Се. Глядишь, нас достанут даже быстрее, чем ожидалось… — Фэй Ду казался безучастным к его словам, никак не реагируя, но Ло Вэньчжоу знал, что он его слышит. — Признайся, засранец, это У Се научил тебя обращаться со взрывчаткой? Первым делом надеру ему задницу, когда выберемся. Это, по-вашему, шутка какая-то? Одна ошибка — и ты становишься персонажем из историй Ди Фэйшена. Я не буду вдаваться в подробности… На какое-то мгновение он замолчал, прислушиваясь к тихому звуку голосов из бомбоубежища: судя по всему, там все было хорошо. — Я запрещаю тебе общаться с У Се без моего присутствия. Если ты еще раз выкинешь что-то подобное, я поседею, а мне нет и тридцати… И его кузен еще называл свое заведение детским лагерем. Да это общество начинающих подрывников! — он продолжал бубнеть, заполняя своим полунаигранным недовольством холодное пространство подвала. Раздражение немного согревало и поддерживало на плаву, не давая ни уснуть, ни окончательно замерзнуть. Хотя язык в пересохшем рту с трудом ворочался, лежать в давящей тишине было еще невыносимей. В какой-то момент он все-таки отключился, потому что, когда очнулся, кругом была кромешная тьма. Ло Вэньчжоу дернулся, испугавшись было, что умудрился ослепнуть, и лампочка тут же зажглась, резанув светом по глазам. Фэй Ду, успевший задремать у него под мышкой, тоже распахнул глаза. — Не спать, не спать, а то околеем в этой дыре. Давай, не спи! — Ло Вэньчжоу принялся растирать Фэй Ду плечи и руки. — Вот если бы ты сейчас предложил что-нибудь неприличное, я бы, может, даже согласился. Так что пользуйся шансом. Молчишь? Ну, я бы, наверное, тоже не хотел, чтобы мне в трусы совали такие грязные руки… Не буду на тебя обижаться. Он внезапно осознал, что со стороны бомбоубежища послышался шум — похоже, спасатели воспользовались советом У Се и смогли пробраться к остальным снизу. Рация ожила: — Детектив Ло, вы меня слышите? Это Сяо У. Детектив Ло, ответьте. — Сяо У, ну, что там? — Ло Вэньчжоу вцепился трясущейся рукой в барахлящий кусок пластика, стараясь сильно не сжимать разбитый корпус. — Вы не отвечали полтора часа, — (Нехило его вырубило! Ло Вэньчжоу показалось, что прошло не больше нескольких минут). — Спасатели сумели подобраться к бомбоубежищу — вы следующие. Держитесь там, детектив Ло! — Слышишь, Фэй Ду? Осталось потерпеть еще немного… Тишина уступила место шуму, доносившемуся теперь не то снизу, не то сбоку. Мужские голоса, стук инструментов и работа какой-то техники взбудоражила всех под землей. Когда голоса детей исчезли — очевидно, потому что их забрали, — из рации снова послышался голос, но теперь незнакомый: молодой и звонкий. — Детектив Ло, жаль, что знакомимся при таких скверных обстоятельствах. Я скоро доберусь до вас, не отключайтесь. От осознания, что до спасения всего ничего, у Ло Вэньчжоу откуда-то взялись силы даже на то, чтобы развернуть их с Фэй Ду в этом закутке в ту сторону, откуда за ними должны были приползти. Похоже, благодаря укрепленным стенам убежища, подвал оказался не так сильно разрушен. По ощущениям Ло Вэньчжоу прошло не больше часа-полутора, когда ближайшую к ним балку приподняли и в проеме показалось чумазое лицо молодого человека. При виде Ло Вэньчжоу он улыбнулся, а посмотрев на Фэй Ду, сказал: — Сяо Ду, я, конечно, советовал тебе начхать на твоего папашу, но школу можно было и не разносить! Хорошо, что я успел ее закончить! Они с Фэй Ду были знакомы? И отвечая на немой вопрос Ло Вэньчжоу, молодой человек представился: — Меня зовут Фан Добин. Думаю, вы хорошо знаете обоих моих партнеров. Ло Вэньчжоу знал хорошо, а Фу Шэня — даже слишком. Он очень надеялся, что Фу Шэнь, рассказывая о своем знакомстве с ним, не вдавался во все детали и подробности. — Фэй Ду, давай. Надо уходить. Фан Добин заберет сначала тебя, я — следом. Пока Фан Добин прицеплял страховочные ремни, его звонкий голос продолжал разгонять пыль и холод их кошмарного заточения. — Сяо Ду, приятель, было бы лучше, если бы ты не лежал овощем, а помог мне. Как выберемся — познакомлю тебя с моим новым питомцем. Мы работаем с ним уже пару лет, его зовут Лисенок. Он может найти по запаху кого и что угодно… — Давай, Фэй Ду, — Ло Вэньчжоу, помогающий Фан Добину, все еще пытался привести Фэй Ду в чувство, — Лисенок откусит жопу твоему папаше, если тот попробует к тебе подойти. — Вы сможете передвигаться сами? — Фан Добин осмотрел очевидно плачевный вид Ло Вэньчжоу. — Я поползу следом, только вытащи быстрее Фэй Ду. — Возможно, будет лучше, если вы дождетесь меня. Здесь всего сто метров. — Слушай, что тебе говорит старший, а! Забирай его скорей! Ло Вэньчжоу подтолкнул болтливого Фан Добина, тот хотел подхватить свою ношу, чтобы осторожно утащить прочь, но доселе безучастный ко всему Фэй Ду, позволявший обращаться с собой, как с тряпичной куклой, внезапно вцепился в Ло Вэньчжоу мертвой хваткой, не позволяя вытащить себя из-под него. — Сяо Ду, не хулигань. — Фэй Ду, ты очнулся?! — Ло Вэньчжоу, который за столько часов не смог добиться от Фэй Ду ни одного слова или осознанного движения, с надеждой уставился в его лицо. — Не похоже, что он в себе… — уточнил Фан Добин. — Сяо Ду, детектив Ло будет здесь. Я не могу тащить вас двоих. — Давай, малыш, я буду позади тебя. Понимая, что Ло Вэньчжоу не хватает сил отцепить его одной рукой, Фан Добин попытался сам. И свет, наполняющий подвал, тут же погас. — Что за черт? — Фан Добин принялся стучать по своему наплечному фонарику. — Откуда вообще у вас тут свет… Все кругом обесточено. Пока Фан Добин бубнил себе под нос, возясь с фонариком, Ло Вэньчжоу показалось, что тьма вокруг него тревожно пульсирует, наполняясь чужим страхом.***
Здесь, в этом холодном темном месте под землей, было куда безопаснее, чем там, снаружи, где были все остальные: полиция, сбежавшие захватчики, Фэй Чэнъюй со своими людьми… Где больше нельзя было скрываться от ответственности за свои слова и поступки, где их разделят другие люди и обстоятельства. Где Фэй Ду окажется снова один на один против угрозы, которой еще только предстоит нависнуть над ними. Путь, по которому он шел вперед, стал непредсказуем: слишком большое количество неизвестных — теперь ему придется шагать вперед вслепую. Любой шаг и так мог нести за собой смертельную опасность для Ло Вэньчжоу, а теперь он даже не знал, куда шагает, и поэтому не мог двигаться вовсе. Безопасней было остаться тут. Пока все как-нибудь само не утрясется. Затаиться, притихнуть, едва дыша, чтобы твари, рыщущие вокруг, не могли их найти. В темноте.***
Ло Вэньчжоу, казалось, что он видит, как эта самая темнота погружает все вокруг — обрушенное здание, территорию школы, заполненную спасателями и полицией, соседние улицы, дома… Какое-то время все, что он мог — только смотреть, застыв, чувствуя, как его нервы вибрируют в такт чужому лихорадочному страху, над которым он потерял контроль. Темнота, свернувшаяся где-то глубоко внутри него, теперь расширилась до невообразимых размеров, пытаясь загнать его в дальний угол… платяного шкафа, до которого не могли добраться шаги. Он не мог видеть, но это было и не нужно. Ладонь сама опустилась Фэй Ду на глаза, как примагниченная: — Доверься мне, Фэй Ду. На этот раз я тебя прикрою. Ты больше никогда не будешь один. Какое-то время темнота колебалась, но Ло Вэньчжоу был настойчив, и она снова начала сворачиваться в клубок все меньше, и меньше до тех пор, пока не стала размером с Ло Иго, бывало, спящим на его животе. Лампочка и фонарик Фан Добина снова загорелись. И только через несколько мгновений Ло Вэньчжоу осознал, что молодой человек на него таращится лицом к лицу. — Чего застыл? Тащи его, пока он расслабил руки, — Ло Вэньчжоу опустил взгляд на Фэй Ду, который теперь и вовсе выглядел как человек без сознания. Фан Добин растерянно моргнул, вспомнив зачем сюда пришел, и наконец взялся за дело, утаскивая Фэй Ду прочь. Ло Вэньчжоу засунул рацию в карман на всякий случай и пополз следом. Хотя все его тело так болело и умоляло о пощаде, он двигался вперед, как привязанный, не желая отставать от Фэй Ду ни на шаг. Шеф Ду и Тао Жань должны были встретить их наверху, но Ло Вэньчжоу должен был лично убедиться, что они не подпустят к нему Фэй Чэнъюя или его людей или кого-то еще подозрительного. Они добрались до помещения убежища, а потом спустились вниз, где Ло Вэньчжоу, уже не спрашивая, кто-то закинул себе на спину, пока другой человек так же нес впереди Фэй Ду. — У нас последние выжившие! Пусть приготовят им отдельную машину скорой помощи. Гул чужих голосов и топот шагов, мигание сирен снаружи и свет прожекторов, лица коллег и незнакомцев в касках — все слилось в одну какофонию, кружась вокруг Ло Вэньчжоу безумной каруселью. — Ло Вэньчжоу! Вэньчжоу! — Тао Жань и, почему-то, Фу Шэнь оказались здесь, подбегая к ним первыми. Кто-то вытащил из его кармана рацию, когда укладывал его на одну из каталок. — Они по ней говорили? Тут же аккумулятор раздолбан! К нему подошел шеф Ян. — Вас отвезут в центральный госпиталь… Он говорил что-то еще, но Ло Вэньчжоу, следивший за тем, как Фэй Ду кладут на соседнюю каталку и вокруг него начинают суетиться медики, смог ответить только: — Не пускайте к нему Фэй Чэнъюя… Прежде, чем отключиться.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!